- -
- 100%
- +
— Я думаю, что пока мы знаем слишком мало, чтобы доверять кому-либо.
У самой реки первая машина остановилась. Впереди возвышалась старая пристань. Несколько фонарей давно не работали, и только свет фар освещал ржавые балки.
Лесси залаяла.
— След, — сказала Элеонора.
Собака выпрыгнула из машины и побежала к берегу.
Все последовали за ней.
У воды Лесси остановилась возле деревянного настила. Между досками виднелась полоска белой ткани.
Элеонора подняла её пинцетом.
— Та же ткань, что была у женщины в больнице.
— Она была здесь, — сказала Марина.
— Или кто-то хочет, чтобы мы так думали.
Владимир осмотрел пристань.
— Следы ведут к парому.
Старая конструкция находилась в нескольких метрах от берега. К ней тянулись толстые канаты, давно покрытые мхом. Внутри парома царила темнота.
Марина вошла первой.
Под ногами заскрипел металл.
В центре помещения стоял деревянный стол. На нём горела свеча, а рядом лежали четыре фотографии.
На первой была изображена Элеонора в возрасте двенадцати лет.
На второй — Анастасия.
На третьей — мальчик, лица которого не было видно.
Четвёртая фотография была пустой.
На обратной стороне каждой фотографии стояли слова:
**«Свидетель».**
**«Наследница».**
**«Хранитель».**
**«Предатель».**
Марина взяла фотографию Анастасии.
— Кто из них кто?
— Это нам и предстоит выяснить, — ответила Элеонора.
Лесси подошла к стене и начала скрести металлический пол.
Александр направил туда фонарь.
— Здесь люк.
Крышка была прикручена болтами. Владимир достал из сумки инструменты, и через несколько минут люк удалось открыть.
Из трюма повеяло холодом и речной водой.
Внизу находилась небольшая затопленная камера. На стенах виднелись следы копоти, а у дальней стены стоял металлический ящик.
Марина почувствовала, как сердце забилось быстрее.
— Карта?
— Не спешите, — остановила её Элеонора.
Сначала вниз спустился один из оперативников. Он проверил помещение и подал знак, что путь свободен.
Марина и Элеонора последовали за ним.
Ящик был закрыт.
На крышке стояла дата:
**17 октября 1998 года.**
Ключ от дома подошёл и к этому замку.
Внутри лежала не карта, а пачка документов, перевязанная бечёвкой. На самом верху находился список фамилий.
Марина прочитала первую строку и побледнела.
— Здесь моя бабушка.
— Что написано рядом? — спросил Владимир.
Марина поднесла документ к фонарю.
— «Перевод средств. Содействие в оформлении собственности. Передача несовершеннолетних лиц».
Элеонора забрала бумаги.
— Это не клад. Это архив.
Александр быстро просмотрел несколько страниц.
— Здесь перечислены дома, квартиры, земельные участки. Имена чиновников, врачей, сотрудников милиции.
— А дети? — спросила Марина.
Владимир нашёл отдельную таблицу.
— Возраст, дата рождения, новое имя, страна вывоза.
Марина закрыла рот рукой.
— Их вывозили за границу.
— Да, — сказал Александр. — Под видом усыновления.
Элеонора перевернула несколько страниц.
— Вот Анастасия.
Под её настоящим именем стояло другое:
**«Анна Руденко. Передана в семью Ковалей. Направление — Германия».**
Марина смотрела на строчку.
— Она жива?
— Если документы настоящие, ей сейчас около сорока лет.
Внизу ящика обнаружилась кассета.
На ней была наклеена бумажная этикетка:
**«Для тех, кто помнит реку».**
У Александра оказался старый портативный проигрыватель. Он вставил кассету.
Сначала послышались помехи.
Потом — голос мужчины.
— Если вы это слушаете, значит, дом больше не принадлежит тем, кто его построил.
Марина узнала голос.
— Это мой дедушка.
Запись продолжалась:
— Кладом называли не золото. Кладом были документы. Свидетельства, списки, счета и имена людей, которые продавали чужие жизни. Я спрятал архив, потому что понял: полиция уже куплена. Но один из детей знает, где находится последняя часть.
В записи наступила пауза.
— Четвёртый ребёнок не был вывезен. Он остался здесь. Его воспитали среди тех, кто уничтожил остальных. Он вырос и стал охранять тайну.
Элеонора резко посмотрела на Марину.
— Значит, он действительно среди них.
Голос продолжил:
— Если он услышит эту запись, пусть знает: его настоящее имя — Михаил.
Кассета зашипела.
Затем раздался другой голос.
Молодой, но удивительно спокойный:
— Дедушка ошибался. Я не охраняю тайну. Я охраняю тех, кто хочет её открыть.
Марина замерла.
— Это запись в записи? — спросил Владимир.
— Нет, — ответила Элеонора.
В глубине трюма кто-то хлопнул дверью.
Лесси зарычала.
Свет фонаря погас.
— Всем оставаться на месте! — приказала Элеонора.
В темноте раздались шаги.
Один человек.
Нет — двое.
Кто-то прошёл по металлическому настилу и остановился возле выхода.
Затем включился аварийный фонарь.
В дверном проёме стоял мужчина лет сорока в мокром тёмном пальто.
Его лицо казалось знакомым.
Он посмотрел на Марину и сказал:
— Меня зовут Михаил Савельев.
Элеонора подняла оружие.
— Руки так, чтобы я их видела.
Мужчина медленно поднял ладони.
— Я не пришёл сражаться.
— Где настоящая Ирина Савельева? — спросила Марина.
Михаил посмотрел на неё с болью.
— Она не ваша мать.
— Я это уже знаю.
— Нет, — ответил он. — Вы знаете только половину.
Он достал из кармана фотографию и бросил её на пол.
На снимке была изображена молодая Ирина Савельева. Рядом с ней стояла другая женщина — почти точная копия той, что появилась в больнице.
На обороте имелась запись:
**«Сёстры-близнецы. Ирина и Инна».**
Марина почувствовала, как земля уходит из-под ног.
— Женщина в больнице…
— Инна, — сказал Михаил. — Она много лет выдавала себя за вашу мать.
— Где настоящая Ирина?
Михаил посмотрел в сторону затопленного прохода.
— В подземной комнате под домом.
— Мы нашли её.
— Нет. Вы нашли приманку.
В этот момент снаружи раздались выстрелы.
Оперативники ответили огнём.
Михаил резко шагнул к Марине и заслонил её собой.
— Они приехали за архивом.
— Кто? — спросила Элеонора.
Михаил посмотрел на неё.
— Ваш начальник.
Элеонора застыла.
С берега донёсся усиленный голос:
— Следователь Воронцова! Немедленно выйдите и сдайте оружие!
Элеонора узнала голос.
Это был начальник городского следственного отдела — полковник Сергей Ланской.
Михаил наклонился к Марине и прошептал:
— Его отец был Виктором Ланским.
Лесси зарычала в сторону выхода.
Полковник снова крикнул:
— У вас пять минут!
Михаил указал на затопленный тоннель.
— Другого выхода нет. Но если мы туда войдём, назад дороги не будет.
Марина посмотрела на архив, затем на Элеонору.
— Мы должны идти.
Элеонора кивнула.
— Забираем документы. Идём через тоннель.
За стеной послышался первый удар по металлической двери.
Полковник Ланской начал штурм.
Михаил взял фонарь.
— Тогда приготовьтесь узнать, что случилось с четвёртым ребёнком.
Он открыл люк в полу.
Из чёрной воды поднялась бледная детская рука.
# Глава 7. Под водой
Бледная рука медленно исчезла под поверхностью воды.
Марина отшатнулась, едва не упав на металлический настил. Элеонора направила фонарь в люк, но луч света разбивался о мутную воду и не достигал дна.
— Вы тоже это видели? — спросила Марина.
— Да, — ответил Михаил.
— Это был ребёнок?
— Здесь уже давно не должно быть живых детей.
Снаружи снова раздался удар.
Металлическая дверь затрещала.
— У нас меньше пяти минут, — сказала Элеонора. — Спускаемся.
— Вода может быть заражена, — предупредил Владимир.
— А люди Ланского будут гораздо опаснее.
Элеонора первой спустилась в люк. Вода доходила ей до груди. Она направила фонарь вперёд и обнаружила узкий тоннель, уходивший под берег.
Михаил спустился следом, затем Марина. Александр передал Владимиру металлический ящик с документами.
Лесси не хотела заходить в воду. Она упиралась лапами в край люка и рычала.
— Лесси, ко мне, — позвала Элеонора.
Собака прыгнула вниз и сразу поплыла за следователем.
Через несколько секунд все оказались в тоннеле.
Вода была ледяной. Марина чувствовала, как немеют ноги, но продолжала идти. Каменные стены покрывали водоросли, а на потолке виднелись ржавые трубы.
— Кто построил этот проход? — спросил Александр.
— Дом намного старше, чем указано в документах, — ответил Михаил. — До революции здесь находились тайные склады. Позже их использовали для переправки людей и документов.
— Людей? — переспросила Марина.
— Детей в том числе.
Впереди послышался плеск.
Лесси залаяла.
Элеонора подняла руку, заставляя всех остановиться.
На поверхности воды появились круги.
Затем из темноты донёсся детский голос:
— Не идите дальше.
Марина почувствовала, как холод пробрался не только под одежду, но и внутрь тела.
— Анастасия? — спросила она.
Ответа не было.
Михаил достал из кармана небольшой фонарь и направил его на стену. Там виднелся детский рисунок: четыре фигуры стояли вокруг большого чёрного круга.
Под рисунком было написано:
**«Первый ушёл. Вторая забыла. Третий предал. Четвёртый вернулся».**
— Что это значит? — спросил Владимир.
— Это не загадка, — ответил Михаил. — Это предупреждение.
— Кто первый? — спросила Марина.
— Анастасия. Её вывезли из страны.
— Вторая — Элеонора?
— Да. Ей стёрли память.
Элеонора молча смотрела на надпись.
— А третий? — спросил Александр.
Михаил не ответил.
Марина повернулась к нему.
— Третий — это вы?
— Нет.
— Тогда кто?
Сзади раздался звук.
Кто-то вошёл в тоннель.
Свет фонаря прорезал темноту.
— Они нашли люк, — сказал Владимир.
Элеонора выключила свой фонарь.
— Всем к стене.
Вода тихо плескалась вокруг них. Несколько человек медленно продвигались по тоннелю со стороны парома.
— Проверить проход! — крикнул знакомый голос.
Полковник Ланской.
— Следователь Воронцова, вы совершаете тяжёлую ошибку. Передайте архив, и никто не пострадает.
Элеонора прикрыла ладонью рот Марины, чтобы та не ответила.
Ланской продолжал:
— Ваш отец был одним из нас. Он участвовал в перевозке детей. Вы действительно хотите знать, что сделал Алексей Савельев?
Марина почувствовала, как внутри всё сжалось.
Михаил наклонился к ней.
— Не слушайте его.
— Но если это правда?
— Правда редко звучит так удобно.
Свет фонаря приближался.
Лесси вдруг погрузила морду в воду и резко зарычала.
Элеонора поняла сигнал.
— Здесь боковой проход.
В стене справа виднелась узкая трещина. Михаил нащупал камень и нажал на него. Часть кладки бесшумно сдвинулась, открывая чёрный проём.
— Быстрее.
Они один за другим протиснулись в проход. Последним вошёл Михаил, а Лесси осталась снаружи.
— Лесси! — прошептала Элеонора.
Собака не двигалась.
Свет фонаря появился уже совсем близко.
— Лесси, ко мне!
Собака залаяла и бросилась в боковой проход. В ту же секунду полковник Ланской вышел из темноты и выстрелил.
Пуля ударила в стену.
Лесси успела проскользнуть внутрь, а Михаил закрыл каменную створку.
Снаружи раздался яростный крик:
— Они не могли исчезнуть!
Элеонора прижалась к стене, тяжело дыша.
— Здесь есть ещё один выход?
— Да, — ответил Михаил. — Но он ведёт не к реке.
— Куда?
— Под дом.
***
Боковой проход оказался сухим. Он шёл под наклоном вверх и постепенно расширялся. На стенах горели небольшие масляные лампы.
— Кто их зажигает? — спросила Марина.
— Тот, кто знает, что мы придём, — ответил Михаил.
Через несколько минут они вышли в большую каменную комнату.
Вдоль стен стояли шкафы с папками. На полу были разложены десятки коробок. В центре помещения находился круглый стол, а над ним висела карта города.
На карте красными булавками были отмечены дома, больницы, архивы и кладбища.
Марина подошла ближе.
— Здесь отмечен мой дом.
— И больница, где находится ваш отец, — сказал Александр.
— А здесь… — Владимир указал на другой участок карты. — Следственный отдел.
Элеонора внимательно осмотрела отметки.
— Все эти места связаны с делами о пропавших людях.
— Это архив Ланских, — сказал Михаил. — Они хранили здесь информацию о каждом преступлении.
— Зачем? — спросила Марина.
— Чтобы контролировать тех, кто мог их разоблачить.
На столе лежала толстая книга в кожаном переплёте.
Марина раскрыла её.
На первой странице стояла надпись:
**«Реестр наследников»**
Ниже шёл список фамилий.
Савельевы.
Морозовы.
Ланские.
Андрияновы.
Марина подняла голову.
— Здесь есть ваша фамилия.
Александр резко забрал книгу.
— Покажите.
На странице напротив фамилии Андрияновых стояла пометка:
**«Наблюдать. Возможна связь с архивом».**
Владимир побледнел.
— Мы ничего не знали.
— А вот это уже интересно, — сказала Элеонора.
В этот момент Михаил подошёл к дальней стене. Там находилась железная дверь без ручки.
— За ней находится последняя часть архива.
— Откройте, — попросила Марина.
— Нельзя.
— Почему?
— Потому что там лежит список тех, кто был продан. Не только детей. Взрослых тоже.
— И что в этом опасного?
Михаил посмотрел на неё.
— В списке есть имена людей, которые сейчас занимают высокие должности. Если они поймут, что архив найден, начнётся зачистка.
— Уже началась, — сказала Элеонора. — Они убили Громова, подожгли дом и пытались убить нас. Поздно отступать.
Михаил достал из кармана небольшой ключ.
— Дверь откроется только кровью наследника.
— Что это значит?
Он протянул ключ Марине.
— Приложите палец к лезвию.
— Вы серьёзно?
— Дом был построен семьёй Савельевых. Система замков передавалась по наследству. Ваш дядя говорил, что только настоящий наследник может открыть архив.
Марина взяла ключ. На его кончике действительно виднелось крошечное лезвие.
Она осторожно провела пальцем.
На коже выступила капля крови.
Марина прижала палец к замку.
Внутри двери что-то щёлкнуло.
Железная дверь открылась.
За ней находилась небольшая комната.
В центре стоял стул, а рядом — старый магнитофон. На стуле лежала фотография молодой женщины.
Марина сразу узнала её.
Это была настоящая Ирина Савельева.
Но рядом с ней стояла девочка в белом платье.
На обороте фотографии было написано:
**«Анастасия вернулась в 2026 году».**
— Это невозможно, — прошептала Марина.
— Почему? — спросил Владимир.
— Сейчас 2026 год.
Михаил посмотрел на неё.
— Именно поэтому нас торопили.
На магнитофоне самостоятельно включилась запись.
Раздался женский голос:
— Марина, если ты слушаешь это, значит, я уже мертва или снова заперта. Не верь женщине, которая называет себя Ириной. Она моя сестра Инна.
Марина закрыла глаза.
— Но настоящая Ирина была в доме.
— Это тоже могла быть запись, — сказала Элеонора.
Голос продолжал:
— Твой отец не предавал нас. Он пытался спасти детей. Но его предал человек, которому он доверял. Четвёртый ребёнок — не Михаил. Михаил был взрослым, когда всё началось.
Михаил застыл.
— Это ложь.
— Нет, — ответила запись. — Настоящего четвёртого ребёнка зовут…
Плёнка зашипела.
Затем голос произнёс имя, которое заставило Элеонору выронить фонарь:
— **Сергей Ланской**.
В комнате погасли лампы.
Снаружи послышался скрежет металла.
Кто-то открыл дверь в подземелье.
Михаил повернулся к проходу.
— Он уже здесь.
В темноте раздался голос полковника:
— Наконец-то вы нашли правду.
Элеонора подняла оружие, но из темноты прозвучал второй голос:
— Уберите пистолет, Воронцова.
Марина узнала его.
Это был голос её отца.
Алексей Савельев стоял в дверях, хотя несколько минут назад находился в больнице.
Рядом с ним была женщина в белом.
Настоящая или мнимая Ирина.
Алексей посмотрел на дочь и сказал:
— Марина, не верь никому. Даже мне.
# Глава 8. Человек без имени
Марина смотрела на отца и не могла поверить собственным глазам.
Ещё несколько часов назад Алексей лежал в больничной палате под наблюдением врачей. Его состояние считалось тяжёлым. Врачи утверждали, что он не сможет самостоятельно покинуть больницу.
Но теперь он стоял в подземном помещении, бледный, измученный, с перевязанными руками.
Рядом с ним находилась женщина в белом.
Марина не знала, кто она — настоящая Ирина, Инна или ещё одна участница этой игры.
— Папа, что ты здесь делаешь?
Алексей сделал шаг вперёд.
— Я пришёл забрать тебя.
— От кого?
Он посмотрел на Элеонору.
— От неё.
Элеонора не опустила оружие.
— Алексей, остановитесь.
— Ты снова ведёшь детей туда, откуда они не возвращаются.
— Я не помню, что произошло двадцать восемь лет назад.
— Именно поэтому ты опаснее всех.
Марина встала между ними.
— Хватит! Вы оба говорите загадками. Я хочу знать правду.
Алексей посмотрел на неё с болью.
— Правда уничтожит тебя.
— Меня уже уничтожает ложь.
Полковник Ланской вышел из темноты. В одной руке он держал пистолет, другой придерживал дверь.
— Очень трогательная встреча, — сказал он. — Но времени на семейные разговоры нет.
Сергей Ланской выглядел спокойно. На его лице не было страха, несмотря на то что в подземелье находились вооружённые люди.
Михаил шагнул вперёд.
— Ты не должен был сюда попасть.
— Но попал.
— Ты убил Громова?
— Он сам выбрал свою судьбу.
— А Виктор Ланской?
Сергей усмехнулся.
— Мой отец умер двадцать два года назад.
— Его похоронили под чужим именем, — сказал Александр. — Мы нашли документы.
— Вы нашли только то, что я позволил вам найти.
Владимир резко поднял папку.
— Тогда объясните, почему ваши отпечатки обнаружили на документах старого дела.
— Потому что я продолжил работу отца.
— Торговлю детьми?
— Спасение детей, — холодно поправил Сергей. — Вы понятия не имеете, что происходило в стране в девяностые годы. Родители бросали детей, семьи распадались, документы исчезали. Мы находили им новые дома и новую жизнь.
— За деньги, — сказала Элеонора.
— За деньги работает весь мир.
Марина почувствовала тошноту.
— Вы украли мою мать.
— Нет. Мы сохранили ей жизнь.
Женщина в белом подняла голову.
— Не слушай его, Марина.
Сергей мгновенно повернул пистолет в её сторону.
— Замолчите, Инна.
Марина вздрогнула.
— Значит, это действительно Инна?
Женщина опустила взгляд.
— Да.
— Где моя настоящая мать?
Инна ответила не сразу.
— Твоя мать умерла много лет назад.
Марина покачала головой.
— Нет. Я слышала её голос на записи.
— Запись была сделана перед тем, как её увезли.
— Куда?
— В другой лагерь.
Элеонора резко посмотрела на Инну.
— Какой лагерь?
Инна закрыла глаза.
— На севере. Там хранили людей, которые знали слишком много. Некоторые были живы годами. Их заставляли подписывать документы, переписывать имущество и свидетельствовать против собственных родственников.
— Моя мать там?
— Уже нет.
Марина сделала шаг к ней.
— Что значит «уже нет»?
Инна посмотрела ей прямо в глаза.
— Её нашли мёртвой четыре месяца назад.
В комнате стало тихо.
Марина почувствовала, как в ушах зашумело. Она хотела задать ещё один вопрос, но слова не складывались.
Алексей опустил голову.
— Она погибла, спасая тебя.
— Меня? Но я ещё не родилась.
— Ты родилась раньше, чем тебе сказали.
Марина замерла.
— Что?
Алексей тяжело вдохнул.
— Твои документы поддельные. Ты родилась в октябре 1998 года.
Марина посмотрела на него, не понимая.
— Это невозможно.
— Тебе было несколько месяцев, когда тебя вывезли из города. Потом изменили дату рождения.
— Почему?
— Чтобы спрятать тебя от Ланских.
Сергей усмехнулся.
— Не совсем. Твою мать хотели использовать как свидетеля. Но она отказалась. Тогда ребёнка сделали наследницей заранее.
— Что значит «сделали наследницей»?
— Дом и архив должны были перейти тебе, когда ты достигнешь совершеннолетия. Но в документах указали ложную дату. Мы ждали, пока ты вернёшься.
Марина взглянула на братьев Андрияновых.
— Вы знали?
Александр отвёл глаза.
— Мы подозревали, что документы изменены.
— Вы знали, что я не та, за кого себя выдаю!
— Не знали всей правды, — сказал Владимир. — Ваш дядя нанял нас, чтобы мы защищали вас. Он не рассказал, что вы родились в ту ночь.
— Ложь! Все вы лжёте!
Лесси вдруг залаяла и бросилась к дальней стене.
Там, где недавно стоял шкаф, появилась узкая дверь.
Собака царапала её лапами.
Элеонора направила фонарь.
На двери были вырезаны четыре символа: глаз, река, змея и детская ладонь.
— Вот последняя дверь, — сказала она.
Сергей Ланской поднял оружие.
— Отойдите от неё.
— Почему? — спросила Марина.
— Потому что за ней находится то, что не должно быть найдено.
— Настоящая карта?
— Гораздо больше.
Алексей посмотрел на Сергея.
— Ты всё ещё боишься маленькой девочки?
Лицо полковника изменилось.
Впервые за всё время на нём появился настоящий страх.
— Замолчите.
— Ты помнишь её, Сергей. Ты сам запер её в комнате.
— Я был ребёнком!
— Но ты вернулся.
Элеонора нахмурилась.
— Что произошло в ту ночь?
Алексей посмотрел на неё.
— Нас было пятеро детей.
— Пятеро? — переспросила Марина.
— Четверо, которых хотели вывезти. И Сергей Ланской. Он был сыном Виктора. Его привели туда, чтобы он научился работе.