Разбуди свою харизму

– «Пожалуйста», – невольно улыбнулся я.

– Верно, – подтвердил он и вполне серьёзно прокомментировал мою ухмылку: – Ты, между прочим, зря улыбаешься. Да, это прописная истина детсадовского уровня, но я часто видел, как взрослые, образованные люди забывали такие простейшие мелочи, а потом удивлялись, почему их все сторонятся, почему никто не хочет иметь с ними дела.

– Да я совсем по другому поводу, – соврал я.

– Ладно, – сказал он примирительно и продолжил объяснять: – Теперь я обращусь к тебе с просьбой совсем иначе, – и произнёс с расстановкой: – Послушай, пожалуйста, меня внимательно, – и тут же спросил: – Какой отклик первым возник у тебя в сознании?

– «Хорошо».

– Вот видишь! Вот тебе задание – его надо выполнить прямо сейчас: переделай неопределённую негативную формулировку «прошу не опаздывать» в прямое, позитивное обращение. Время пошло.

Я ненадолго задумался, а потом произнёс несмело:

– Пожалуйста, будь вовремя.

– Молодец! – похвалил он меня и тут же заметил: – Только интонация тоже должна быть соответствующей, – и спросил: – Ну, теперь ты понял, как надо формулировать свои просьбы и приказы, чтобы получить на них однозначный и результативный отклик?!

– Понял.

– Кстати, вот за эту вот чёткость приказов я и уважаю военных. Сам я – вояка никакой, но по части коммуницирования беру с них пример. У них все команды лаконичны и обязательно сопровождаются откликами подчинённых, в которых те сообщают командиру, что поняли приказ и готовы выполнить его в точности.

– Это потому что у них за ошибки иногда платят жизнью, – возразил я. – А мы-то с тобой не на войне, так ведь?

– Ты прав, – согласился Аким и тут же парировал: – Но я видел, как успешный бизнес оказывался на грани развала именно из-за информационных сбоев. Поэтому армейские методы коммуницирования (с определёнными оговорками) вполне подходят для бизнеса, да и для жизни вообще. И я не зря упомянул о том, что у военных принято откликаться на приказ командира. Потому что это тоже часть позитивного мышления. Помимо способности побуждать людей к действию тебе необходимо уметь также внятно откликаться на их просьбы и приказы, то есть использовать в своих ответах всё ту же конкретику, а не туманные фразы. Что я имею в виду. Позитивщик не говорит «я попробую», «я попытаюсь» или «я приложу все усилия», он твёрдо отвечает «я сделаю». Понимаешь меня?

– Да.

– Хорошо, тогда идём дальше. Помимо отрицательных и неопределённых формулировок будь аккуратен с сослагательным наклонением. Помнишь, что это такое?

– Да. Оно обозначает не реальные события, а предположения. Есть ещё такое выражение: «История не знает сослагательного наклонения».

– Верно. В нашем с тобой случае деструктивными будут выражения такого типа: «если бы я был на вашем месте…», «я бы попросил вас…», «я бы сказал…», в общем, любые «если бы, да кабы», – он улыбнулся и резюмировал: – Так что, не только история не терпит сослагательного наклонения.

– Но ты ведь сам недавно употреблял сослагательное наклонение, – возразил я и добавил колко, – да и отрицательные глагольные формы у тебя тоже проскальзывали несколько раз.

– Верно, – хитро улыбнулся Аким и похвалил меня: – Молодец, что заметил, я и сам собирался об этом говорить, – и сказал уже серьезно: – И вот от чего я тебя предостерегаю: лингвистические конструкции, которые применяются в рекламе, используй в меру. Используй их только в определённых ситуациях, в основном в прямом обращении к людям, когда ты хочешь добиться от них желаемой реакции, а в обычном общении, когда никто никем не управляет, уместны любые вольности. Ведь реклама и жизнь – это две большие разницы.29 А то я знаю некоторых любителей энэлпи, которые настолько этим энэлпи злоупотребляют, что от их косноязычия уши вянут. Понимаешь, о чём я?

– Угу.

– Так что, в моих словах нет никакого противоречия.

– Да я всё понял. Обычное общение – это одно, а деловой разговор – совсем другое.

Аким одобрительно хмыкнул и продолжил:

– И ещё кое-что о лексике. Некоторые слова, несмотря на их позитивный смысл, следует заменять более экспрессивными синонимами. Возьмём, к примеру, привычное пожелание «спокойной ночи». Да, оно позитивное, и всё же мало подходит энергичному человеку, у которого мозг работает даже ночью. Впрочем, мозг любого человека работает во время сна – это научный факт, – но не будем отклоняться от темы. Так вот, мне, активному человеку, больше нравятся такие выражения: «доброй ночи», «добрых снов», «пусть тебе приснится…» или что-то ещё в этом духе. Они настраивают меня не на покой – «покой нам только снится»30, – а на хорошую работу ума, то есть на приятные сновидения. Улавливаешь разницу?

– Улавливаю.

– Или вот, например, короткое «привет». Оно вроде бы выражает доброжелательность, однако в такой сокращённой форме больше похоже на формальную вежливость. Как по мне, лучше сказать «здравствуй». В этом случае я слышу «будь здоров», то есть прямой призыв заниматься своим здоровьем. Что скажешь?.. – он откинулся на спинку кресла и заложил руки за голову.

– Да, в этом что-то есть, – ответил я.

– Кто-то назовёт это досужим словесным жонглированием, но язык – это самый первый инструмент человеческого взаимодействия, и пользоваться им нужно обдуманно. Ведь, как известно, словом можно ранить, а можно и вылечить. С помощью правильных слов можно вдохновлять людей и руководить ими, продвигать их в нужном направлении, ускоряя это продвижение. Многие, с кем я общаюсь на данную тему, понимают важность позитивных слов, но зачастую почему-то игнорируют их полутона. Подумай об этом. Хорошо?

– Хорошо.

Он перевёл свой взгляд на окно, пару секунд понаблюдал за заходящим Солнцем, а потом повернулся ко мне и сказал:

– Я изложил тебе принципы позитивного мышления довольно поверхностно, а с точки зрения нейролингвистики вообще вульгарно, поэтому, если ты хочешь углубиться в данную тему, то изучай её под руководством соответствующих специалистов – тут я тебе не помощник. Я ведь всего лишь торговец, пусть продвинутый… – улыбнулся самодовольно, а потом сказал уже делово: – А пока вот тебе домашнее задание: возьми свой блокнот и создай там раздел «Лексический позитив». Расчерти несколько страниц на две колонки. В левую колонку запиши распространённые негативные формулировки просьб и призывов к действию, а в правую колонку, напротив каждой такой фразы запиши её позитивный синоним. Помимо просьб запиши в левую колонку все слова, имеющие негативное звучание, а в правую – их позитивные синонимы. Предлагаю начать с твоей профессиональной лексики. Например, такие термины как «расходы» и «затраты», омрачают настроение покупателя, поэтому их лучше заменить обнадёживающими синонимами: «инвестиции», «капиталовложения» и так далее. Понятно?

– Да.

– Хорошо. Точно так же создай раздел «Лексический императив». В один столбец запиши распространённые фразы с глаголами в сослагательном наклонении, а в другую – их варианты с глаголами в повелительном наклонении. Ясно?

– Ясно.

– Также в раздел «Императив», в левую колонку занеси все просьбы, которые имеют неопределённую форму, а в правую – близкие по значению выражения, но содержащие конкретный призыв. Понятно?

– Да.

– Также рекомендую создать раздел «Лексическая экспрессия» и записать в него некоторые привычные позитивные фразы, которые можно заменить более яркими, более побудительными формулировками. Йес?

– Йес.

Аким улыбнулся ободряюще, а потом сказал внушительно:

– Это не просто домашнее задание. Это твоя ежедневная тренировка на ближайшие несколько недель. Каждый раз, обращая внимание на такие негативные фразы, записывай их в левую колонку соответствующего раздела, а потом подбирай им подходящую, позитивную, замену, вноси её в правый столбик и используй в общении с людьми, – и снова шутливо спросил: – Йес?

– Йес, – так же шутливо ответил я. Он выпрямился в кресле и произнёс уже серьёзно:

– Вот тебе ещё одно задание на сегодня, более приоритетное, чем позитивная лингвистика. Оно касается репассажа твоего сознания, то есть очищения его от накопившихся обид. Вспомни все нанесённые тебе обиды, которые застряли в памяти и которые каждый раз, когда ты берёшься за какое-нибудь дело, рождают в твоей голове сомнения и отговорки, то есть мешают твоему продвижению к успеху. Обычно такие обидные воспоминания являются эпизодами из детства, но иногда мы получаем раны и в более взрослом возрасте. Сейчас я говорю только о детских обидах. Для кого-то такими обидчиками оказались родители, для кого-то – учителя, для кого-то – спортивный тренер и так далее. Подобных воспоминаний может быть несколько, а может быть всего лишь одно. И совсем не обязательно, чтобы такая обида напрямую повлияла на твои лидерские качества, вернее, на их отсутствие. Это могут быть действия или слова, которые касались каких-то других твоих черт характера, но, повлияв на них, в конечном итоге усыпили твою харизму, спрятав её под толстым-толстым слоем предубеждений, и превратили тебя, потенциального вожака, в рядового исполнителя. Такая обида (или обиды) грызёт тебя до сих пор и вспоминается чаще всех остальных. Например, мои родители заставляли меня донашивать чужие вещи. Они даже не догадывались, что лишали меня чувства индивидуальности, что своим поведением внушали мне мысли о моей вторичности. До сих пор помню, как мать принесла мне чьи-то тёмно-синие брюки из кримплена с треугольным следом от утюга. А ещё мне запомнилась белая нейлоновая рубашка с чужого плеча, которая липла к телу и издавала треск, когда её снимаешь с себя… – Аким болезненно усмехнулся своим воспоминаниям. – И хотя я был лучшим учеником в классе, чужие штаны, вздутые на коленках, говорили мне о том, что я вовсе не исключительный. Ведь многие мои сверстники носили новые вещи, купленные специально для них. Меня это очень сильно задевало. Я видел, как мать одевает отца с иголочки, я знал, что мы не испытываем нужды, и не понимал, почему на мне экономят. Это сейчас, после глубокого переосмысления я объясняю себе родительскую прижимистость традиционным крестьянским воспитанием, а тогда для меня такое отношение было унизительным. И меня не устраивало их объяснение: мол, всё равно я расту, и покупать одежду на один сезон неразумно. Я не ощущал себя любимым сыном. Даже будучи взрослым, я ещё очень долго обижался на родителей за все эти секонд-хендовские штаны и рубашки. Я знал, что они меня очень любили, и всё равно обижался. Мне было стыдно за мою глупую обиду, но я ничего не мог с собой поделать. И злился я на своих стариков не из-за их расчётливости, а из-за того, что им не хватило мудрости утешить меня и показать перспективу. Ведь им достаточно было сказать мне: «Ты сейчас донашиваешь чужую одежду, потому что нам трудно наряжать тебя во всё новое, зато, когда вырастешь, станешь самым успешным и сможешь одеваться во всё самое лучшее. Ты же у нас самый умный, самый пробивной». Будучи взрослым, я обижался на родителей из-за того, что они якобы заглушили мою веру в собственную уникальность и усыпили мою харизму. И лишь с годами я понял, как это глупо – обижаться на кого-то из-за отсутствия у него мудрости и педагогических задатков. По большому счёту, мои личностные проблемы заключались не в мальчишеской заниженной самооценке, а в моём взрослом непонимании того что именно детская надуманная обида, стала преградой для моего саморазвития. Только после такого открытия я смог по-настоящему простить своих родителей, обрести душевное равновесие и, наконец-то, пойти в рост… – Аким умолк, возникла неловкая пауза, и, чтобы разрядить обстановку, я пошутил:

Примечания