Солана: в поисках Маны

– Я пер—р—рредумала, – заявила Бекки, её голос сейчас был тверд, как сталь. – Я пот—пот—потрачу с—сссвои деньги, как х—х—ххочу с—сссама. Мне вот с—сстолько х—х—ххватило жизни рядом с—ссо с—ссвиньей. Я с—с—ссыта по горло.

Она провела ладонью по шее, словно отряхивая с себя что-то мерзкое.

Ирвин недовольно хрюкнул и шумно выдохнул.

– Это ты меня имеешь в виду? – прорычал он, глаза его сверкали гневом.

– А к—к—ккого же еще?! – парировала Бекки. – И п—п—ппомни, бе—ззз меня у т—ттебя ни—ни—ничего не п—п—ппполучилось бы. Так что деньги – по—по—пополам. А к—к—кккак ты х—х—ххочешь потратить с—сссвою п—п—пполовину, мне до одного места.

Ирвин закипал, словно котел на открытом огне. Лицо его было залито багровым румянцем.

– Грязная потаскушка! – выкрикнул он.

– Жирный с—с—сссвин, – парировала Бекки, дразня Ирвина, изображая его хрюканье.

Ирвин бросился к ней, словно разъяренный бык на красную тряпку. Бекки, ловкая, как лиса, увернулась и выскочила из гостиной. За её спиной раздавался гневный рев Ирвина, слова, полные ярости и обиды.

Солана застыла у двери, словно изваяние, не дыша. Слова, прозвучавшие из-за двери, ударили по ней с силой обрушивающегося потока. Сердце бешено колотилось в груди.

Она понимала – это лишь начало, и от её решения зависело многое.

Солана подошла к окну и потянула за ручку – окно было наглухо заперто. Снова попыталась открыть – тщетно. Сбросив башмак, она зажмурила глаза и ударила по стеклу. Звон разбитого стекла эхом пронесся по пустой комнате.

Осколки, крупные и острые, преграждали путь. Солана, не унимаясь, принялась бить башмаком по осколкам. В этот самый момент на её плечо легла рука Бекки.

– Ос-с-сторожней, так ведь можно и пор-р-ррезаться, – проговорила Бекки, её голос был сладким, но в нём сквозила зловещая усмешка. – А т-т-тты нам нуж-ж-жжна в целости и с-с-ссохранности.

Солана замерла, всё ещё сжимая башмак в руке.

– На-н-ннадень башмак, С-с-ссолана, – повторила Бекки. – Тут ведь ос-с-ссколки. Ты-ты-ты-ты можешь по-по-пораниться.

В дверях появился Ирвин, его грузная фигура заполнила собой весь проём. Солана с обречённым видом надела башмак на ногу.

– Осторожней, Бекки, – предупредил Ирвин. – Старуха Брентон говорила, что она кусается.

– В ка-ка-какком с-сссмысле кус-с-с-ссается? – переспросила Бекки.

И в тот же миг Солана вцепилась зубами в руку Бекки, державшую её за плечо.

– А—а—а! – взвыла Бекки, отдергивая руку.

– Видимо, в буквальном смысле, – злорадно ухмыльнулся Ирвин.

Солана метнулась к двери, но Ирвин, расставив руки и ноги, словно непреодолимая стена, преградил ей путь.

– Со мной такое не пройдет. Попробуй-ка меня укуси! – рявкнул он, обнажая кривые зубы.

Солана приблизилась к Ирвину, её глаза блестели гневом. Внезапно она взмахнула ногой, и с глухим ударом носок её башмака угодил Ирвину прямо между ног.

Крик боли, похожий на визг свиньи, разорвал воздух. Ирвин сжался, схватившись за то место, куда пришелся удар, и медленно завалился на бок.

Солана, не оглядываясь, помчалась к лестнице.

Бекки пришла в себя и ринулась в погоню.

Но прежде чем покинуть комнату, она остановилась возле Ирвина и прошипела:

– Ду-ду-ду-дуй к ч-ч-чччёрному ходу ч-ч-чччерез окно. И пе-пе-пер-ррестань уже хрю-хрю-хрюкать, болван. Иначе ос-с-ссстанешься без денег и с-с-сссвоих с-с-сссвиней!

– Да иди ты! – прорычал Ирвин, корчась от боли и пытаясь встать.

Бекки, не отвечая, зарядила ему хлесткий подзатыльник по лысине и выскочила из комнаты.

Ирвин, ковыляя от боли, медленно поплелся к окну. Осторожно, стараясь не пораниться об осколки стекла, он пролез в окно и, потеряв равновесие, кубарем покатился вниз по крыше веранды.

Солана метнулась по коридору, её сердце колотилось в груди в бешеном ритме. Достигнув входной двери, она отчаянно задергала ручку. Заперто. Отчаяние охватило её.

– Нет, нет, нет! Помогите! – забарабанила она в дверь.

Бекки появилась на лестнице, её фигура казалась огромной и угрожающей.

– Ни-ни-никто тебе здесь не-не-не поможет, мерзкая девчонка!

Солана резко обернулась, и сердце её сжалось.

Бекки торопливо спускалась вниз.

Солана, словно ошпаренная, бросилась бежать по коридору к черному входу.

За спиной слышались торопливые шаги Бекки.

– Сс-сс-стой! – прошипела она, приближаясь.

Солана добежала до двери, с отчаянием рванула её, и перед ней открылся мир, залитый солнечным светом и свободой.

Но радость была кратковременной. Словно ниоткуда возник Ирвин и его грубые руки сжали Солану в железной хватке.

Солана отчаянно сопротивлялась, когда Ирвин и Бекки тащили её к кладовке.

– Остановитесь! Нет! Не трогайте меня!

– Не тронем, если не будешь лягаться, – Ирвин, вспомнил недавнее и его лицо вновь скривилось от боли.

– И ку-ку-ку-ку-ку-кусаться, – заклинило Бекки.

– Мы всего лишь желаем тебе добра, – прохрипел Ирвин.

– Вы хотите продать меня в рабство, я все слышала! – крикнула Солана.

– За-за-заткнись, мерзкая девчонка! – рявкнула Бекки.

– Я проклинаю вас, слышите! Проклинаю вас!! Будьте вы прокляты!!!

Внезапно мошенники отпустили ее и отшатнувшись замерли, словно пораженные невидимой силой.

Солана рухнула на пол.

Ирвин и Бекки смотрели друг на друга, ужас отражался в их глазах. Их тела покрывала серая короста, которая стремительно поднималась от ног кверху.

– Я не могу пошевелиться, – промямлил с трудом Ирвин, глаза его расширились от страха.

– Что ты с-с-с-с нами с-с-ссделала… – прохрипела Бекки, слова замерли в её горле.

В мгновение ока оба мошенника превратились в каменные статуи, их лица навечно застыли в гримасе ужаса.

Солана, потрясённая увиденным, медленно поднялась на ноги. Она приблизилась к Ирвину, её сердце колотилось в груди. Она осторожно провела пальцем по его носу, и холод камня, идеально гладкого, заставил её вздрогнуть. Что это? Сон?!

В этот миг дверь распахнулась с таким грохотом, что Солана вздрогнула, словно от внезапного удара грома.

На пороге стояла женщина, словно сошедшая со страниц древней сказки. Ее тёмно-синее платье, расшитое серебряными нитями, переливалось, подобно ночному небу, усыпанному звёздами. Рыжие волосы, заплетённые в сложную косу, украшали чёрные перья. Её глаза, цвета ночного неба, сверкали проницательным, мудрым светом, будто видели сквозь века.

За женщиной, показался мальчишка с острыми ушами и лукавым взглядом. На его спине висел колчан с четырьмя стрелами, а в руках он держал маленький лук, отполированный до блеска.

– Это она, – провозгласила женщина, её голос был мелодичен, но в нём слышалась твёрдость. – У нас мало времени.

Страх сковал Солану, но она нашла в себе силы спросить:

– Кто вы? Что вам нужно?

– Меня зовут Серафима, – улыбнулась женщина, делая шаг вперёд. – Я ведьма, добрая ведьма. А это – Эрик, эльф, – кивнула она на коротышку рядом с собой.

– Ведьма? Эльф? Я вам не верю – Солана нервно хихикнула, но тут же испуганно осеклась.

Эрик подскочил к окаменевшему Ирвину и стукнул его по спине. Звонкий, почти музыкальный «динннььь» разнёсся по комнате.

– А в это ты тоже не веришь? – спросил он Солану, хитро прищурив глаза.

Солана растерянно смотрела на него, её глаза были полны недоверия.

– Разве в это возможно поверить? – прошептала она. – Это сон, наверное…

Серафима покачала головой:

– Это не сон. Можешь не верить своим глазам, но это правда – они превратились в статуи.

Солана ущипнула себя за руку:

– Стоп, стоп, стоп. Это всего лишь сон. Приснится же такое – ведьма и коротышка!

– Я не коротышка! – возмутился Эрик, его уши покраснели.

– Прости… те, – пробормотала Солана, чувствуя себя виноватой.

Эрик гордо выпрямился:

– Просто я немного… компактный, – заявил эльф с достоинством.

Он достал из кармана маленькое зеркальце и, с явным удовольствием, начал разглядывать своё отражение. Затем довольный собой, подмигнул самому себе.

Серафима указала на статуи Ирвина и Бекки:

– Это сделали не мы, – сказала она. – Это, сделала ты.

Эрик усмехнулся, наблюдая за реакцией девочки:

– Похоже, милая девочка не совсем понимает, кто она есть на самом деле.

– И кто же я? – произнесла Солана, её голос дрожал от страха и любопытства.

Серафима посмотрела ей в глаза. Взгляд ведьмы был серьёзен и полон сочувствия:

– Ты дитя ангела и человека, Солана. В тебе течёт кровь обоих миров. Твоя сила огромна, но и опасна.

Солана виновато улыбнулась:

– Вы ошиблись. Я обычная девочка, – развела она руками. – И мне пора идти.

Она резко повернулась к выходу, решимость в её движениях была ясна:

– Приятно было познакомиться. Я пошла.

Солана стремительно рванулась к двери, но Серафима молниеносно преградила ей путь:

– Мы не обидим тебя, поверь нам, – сказала ведьма тихим, но твёрдым голосом.

Солана развернулась в обратную сторону, но перед ней уже стоял Эрик:

– Ты избранная, на тебя надеется все человечество, и не только, – провозгласил он.

– Мне очень жаль, – Солана вновь развела руками, – но в таком случае человечество обречено. Ибо я никакая не избранная, а обычная трусиха, – виновато улыбнулась она.

– Стыдно быть трусихой! – воскликнул Эрик, наставительно подняв указательный палец вверх.

– Нисколечко, – хором ответили Солана с Серафимой и переглянулись.

Эрик молча развел руками.

Вдруг Серафима напряглась, резко повернула голову в сторону, словно услышала что-то незримое.

В следующее мгновение её глаза расширились от ужаса.

За окном внезапно сгустилась тьма, ветер завыл с невероятной силой, а раскаты грома заставили воздух содрогаться. С оглушительным треском стекло в ближайшем окне разлетелось на мелкие осколки.

– Это демоны, – Серафима с Эриком переглянулись.

– Следовало ожидать, что проявление силы не останется незамеченным.

Эрик бросил взгляд на Солану, которая испуганно смотрела на них:

– Надо уходить, – тихо сказал он.

Серафима кивнула и передала Эрику небольшой хрустальный шарик, который легко помещался в ладони.

– Разбей его, и откроется портал. Он приведет вас к провидцу. Гляди в оба, чтобы демоны не увязались за вами. И не медли, портал откроется ненадолго. Второго шанса не будет.

Эрик крепко сжал руку Соланы и потащил её к черному входу. Они выскочили из дома, оставив Серафиму одну наедине с надвигающейся опасностью.

Дверь задрожала, словно охваченная невидимой силой, и с грохотом сорвалась с петель, осыпаясь обломками и пылью. Дверь пронеслась мимо Серафимы и с шумом врезалась в стену.

В руках Серафимы засияли два светящихся шара, небольшие копии того, что она передала Эрику.

На пороге дома появились четверо мужчин, их глаза пылали алым огнём. Это были демоны, и во главе шел могущественный и грозный Эбигор. Адские твари скользнули в дом бесшумно, словно тени.

– Будь умницей, и я оставлю тебя в живых, – оскалился Эбигор, его голос пронзил воздух, как ледяной ветер. – Где избранная?

Серафима гордо подняла голову, не дрогнув перед угрозой.

– Прочь отсюда, адские демоны! – её голос был полон решимости и силы.

– Ты умрешь, ведьма! – прорычал Эбигор, его голос сотряс стены дома, словно землетрясение.

Демоны ринулись на Серафиму. Волшебные шары в её ладонях засверкали ярче, готовые взорваться ярким сиянием.

Хмурый ветер, словно сам дьявол, яростно рвал черепицу с крыши загородного домика. Густая, липкая тьма окутала всё вокруг.

Солана шла за Эриком, стараясь не отставать. Её мысли были полны тревоги.

– А что будет с Серафимой? – спросила она с беспокойством.

Эрик не обернулся:

– Она либо одолеет их, либо погибнет, – ответил он без эмоций.

– Мы не можем её бросить! – воскликнула Солана, её лицо исказилось от гнева.

Эрик резко остановился и обернулся к ней. В его глазах читалось твёрдое решение.

– Не это сейчас важно, – Эрик с силой швырнул хрустальный шар оземь.

В тот же миг воздух заискрился, и перед ним возник круглый портал, сияющий холодным синим светом. Вихрь чистой синей энергии пульсировал, словно живое существо, излучая магическое сияние.

– Идем, нельзя медлить! – Эрик решительно шагнул в портал. Но Солана исчезла.

Эрик огляделся, его глаза вспыхнули гневом.