- -
- 100%
- +
Одним из ученых, который внес наибольший вклад в окончательное оформление концепции вертикального развития, является выдающийся американский психолог Клер Уильям Грейвз. Он назвал свою концепцию «Теорией эмерджентных циклических уровней существования». [143, c. 131—154] В качестве основной характеристики развития К. У. Грейвз выбрал ценностные ориентиры личности. Эта теория, развитая и популяризированная последователями К. У. Грейвза – Крисом Кованом и Доном Беком [46], больше известна сейчас под названием «Спиральная динамика». Модель Грейвза не только описывает поступательную смену уровней развития личности, которые характеризуются качественным изменением ценностных ориентиров людей по мере роста сложности их мышления, но и формулирует закономерности смены этапов этого развития.
Прежде всего К. У. Грейвз вводит качественные различные понятия – состояние и уровень. Состояние – это проявление тех или иных характеристик поведения. В то время как уровень – это способность воспроизводить эти состояния по собственной воле. При этом, переход личности на определённый уровень развития, характеризуется способностью воспроизводить определенные состояния по собственному желанию, то есть формированием навыков, позволяющих воспроизводить данные состояния. Например, молодой начинающий менеджер может провести удачные переговоры с заказчиком, но это не значит, что любые переговоры будут приводить к успеху. Для этого он должен овладеть навыком ведения переговоров в совершенстве и перейти на соответствующий уровень. Другой пример можно привести на основании модели пирамиды Маслоу. Можно добиться успеха и признания в конкретной жизненной ситуации, например, победив в спортивном состязании. Но это не означает, что человек достиг уровня «признания достижений и уважения» в иерархии потребностей модели Маслоу. Для этого достижение значимых жизненных успехов и их признания окружающими должны стать для него главной потребностью и устремлением и приобрести регулярный и устойчивый характер.
Вот еще несколько постулатов, на которых базируется модель вертикального развития К. У. Грейвза:
– «Человек – это открытая развивающаяся система, его возможности к развитию и адаптации к различным обстоятельствам безграничны;
– В процессе развития человек (так же как общество в целом) последовательно проходят через уровни развития, каждый из которых качественно отличается от других;
– Состояния на одном уровне развития становятся навыками на следующем уровне. То, что на более низком уровне является разовым достижением, требующим от человека специальных усилий, на следующем уровне развития становятся привычным легко воспроизводимым навыком;
– Каждый последующий уровень не отвергает, а включает в себя предыдущий. Стереотипы поведения на более низком уровне, могут свободно воспроизводиться на следующем уровне. То есть, по мере развития, человек становится более свободным в выборе наиболее подходящих стратегий поведения и применения тех или иных навыков сообразно ситуации;
– Человек (или общество в целом), адекватно и позитивно воспринимает только те способы мотивации, методы управления и образования, правила поведения и этические принципы, которые соответствуют их уровню развития;
– На каждом уровне можно пребывать долго и бесконечно долго. Качественное развитие и переход с одного уровня развития на другой не гарантировано, оно требует определенных усилий в освоении новых навыков, необходимых для перехода на следующий уровень»
При этом развитие происходит не плавно и постепенно. По мере своего развития человек преодолевает последовательность так называемых кризисов развития. Кризис развития – это состояние, при котором дальнейшее развитие в рамках сложившихся стереотипов поведения и набора сформированных навыков невозможно.
Для преодоления кризиса развития и перехода на следующий уровень, необходимо переходить на качественно иные стратегии поведения, требующие новых ранее неосвоенных навыков, возможно проявлявшихся в виде состояний. Таким образом, на любом уровне человек может воспроизводить состояния не только характерные для его текущего уровня развития, но и состояния смежных уровней. Однако частота их проявления будет тем ниже, чем дальше уровень, для которого это состояние является типичным, от актуального уровня развития человека. А состояния типичные для его актуального уровня развития будут проявляться чаще всего.
То есть на любом, даже на самом низком уровне мы имеем определенный опыт пребывания на более высоких уровнях развития. Это опыт состояний, характерных для более высоких уровней, которые воспроизводятся в нас случайно под воздействием обстоятельств.
После появления концепции Грейвза было сформулировано несколько десятков различных вертикальных моделей развития, которые брали в качестве основания различные параметры личности – уровень развития когнитивных способностей (О. Харви [144], Р. Киган [155]), развитие морали (Лоренц Колберг [156]), развития степени эго-сознания (Джейн Левинджер [145], Сюзанна Кук-Гройтер [47]), уровень развития веры (Джейм Уильям Фаулер [140]) и пр.
Важнейшая идея, которая заложена в базовую концепцию вертикального развития заключается в том, что по мере становления и развития личности, человек проходит через последовательность качественных изменений (кризисов развития), которые фундаментально изменяют основные качественные характеристики личности, ее основные устремления и мотивы, а также стереотипы поведения, что приводит к тому, что само понятие счастья раскрывается в совершенно различных ракурсах. То есть само понимание и осознание счастья одним и тем же человеком на различных этапах развития будет восприниматься совершенно различным образом.
1.2.5. Интегральная карта развития Кена Уилбера
Попытки интегрировать различные системы вертикального развития в единую структуру предпринимались последователями Клера Уильяма Грейвза. Так например, в 1999 году Вильям Ли предпринял попытку [169] объединить большинство известных на тот момент систем вертикального развития соотнеся их со шкалой вертикального развития принятой в системе Спиральной динамики [9, c.15—16]. В результате была сформирована модель, с помощью которой можно было соотносить уровень развития каждого конкретного индивидуума по различным шкалам с различными критериями оценки, что давало более комплексную картину развития личности в сравнении с использованием только какой-либо одной шкалы. При этом стало очевидно, что различные способы оценки уровня развития личности на различных шкалах могли показать различные реальные показатели уровня развития. Таким образом, возникает гипотеза о том, что используя комплексную оценку уровня развития на всех шкалах можно определить те факторы, которые тормозят развитие личности в данный момент времени. Так, например, уровень когнитивных способностей может соответствовать шестому – зеленому уровню в модели спиральной динамики, а уровень развития морали 4-му – синему уровню. Таким образом, очевидно, что тормозящим развитие личности на данной стадии является развитие моральных характеристик личности. Эту гипотезу мы положили в качестве одного из оснований, описываемых в данной работе модели счастья.
Развитием попыток объединить все подходы к построению различных моделей вертикального развития в рамках единой интегрированной модели предпринял американский философ и психолог Кен Уилбер, в своей комплексной модели или как он ее называет «операционной системе» AQAL (All Quadrants, All Levels) [167], что является сокращением от «все квадранты, все уровни, все линии, все состояния, все типы» (англ. all quadrants, all levels, all lines, all states, all types) он интегрирует все известные на тот момент системы описания развития личности и объединяет их в единой модели. Данная модель, помимо Уровней развития на различных линиях (all level и all lines) включает еще понятие квадранта (all quadrants). Каждый из четырех квадрантов позволяет рассматривать характеристики личности в различных перспективах в проекции внутреннее-внешнее, индивидуальное-коллективное. А именно, в контексте внутреннего индивидуального (или интенциональном контексте) – квадрант Я; в контексте внешнего индивидуального (или поведенческом контексте) – квадрант ОНО; в контексте внутреннего коллективного (или культурном контексте) – квадрант МЫ; и в контексте внешнего коллективного (или социальном контексте) – квадрант ОНИ. Важным аспектом в работах Кена Уилбера является детальная проработка высших уровней развития (его система включает 13 уровней развития в отличии от 8 в системе спиральной динамики) мало доступных среднему человеку и скорее описывающих перспективы развития человечества [166]. Несмотря на всю мощность модели и богатство описания различных факторов развития личности, а также огромные визионерские способности ее автора, операционная система AQAL оказалась достаточно трудно применимой в реальной коучинговой и самокоучинговой практике. Система Кена Уилбера является не столько практическим инструментом, содержащие диагностические инструменты, позволяющие определить проблемы в развитии и подобрать необходимые практические инструменты устранения этих проблем, сколько попыткой описать как социум в целом, так и отдельные его элементы – коллективы и отдельную личность в перспективе ее развития. А также показать структуру элементов этого развития, и что самое главное сформулировать перспективы дальнейшего, еще не ведомого среднему человеку потенциального развития. Однако идея объединить в единой модели все основные линии развития личности и соотнести уровни развития на каждой линии с некоторым интегральным показателем развития представляется крайне перспективным для разработки практичных и рабочих моделей для практики коучинга и самокоучинга.
1.2.6. Модель «Пирамида развития» П. Пискарева как развитие модели вертикального развития
Модель «Пирамида развития» [77] основателя Института Психологии Творчества Павла Пискарёва вписывается в традицию вертикальных моделей развития. Однако она существенно отличается от большинства имеющихся моделей комплексностью рассмотрения личности в различных аспектах ее существования и, так же, как и модель Кена Уилбера, описывает интегральную карту развития личности, но более компактна и отличается большей практичностью, так как изначально создавалась как инструмент для практического коучинга. В модели «Пирамида развития» уровень развития личности рассматривается одновременно на 7 линиях (гранях) развития: физического тела или актуализации чакр (грань «точка сборки»); уровня развития сознания; творческих способностей; способов реализации деятельностного аспекта жизни; уровня коммуникационной активности; степени влияния личности; и основном способе реализации или базовому способу достижения жизненных результатов (грань герой) [78]. Таким образом, в модели сформулированы иерархически упорядоченные навыки на 7 линиях (гранях) развития. Каждая линия развития включает 7 уровней развития знания, умения и навыков, при этом каждый последующий уровень включает в себя знания, умения и навыки предыдущих уровней и базируется на них. Этот принцип хорошо отображается самой структурой модели, которая представлена в виде семигранной пирамиды. Соответственно, данная модель включает 49 базовых навыков, которые являются основными характеристиками личности и необходимы для устойчивого и постоянного развития. Очевидно, что эти базовые навыки, которые собственно и образуют структуру и последовательность развития личности необходимо отличать от множества других, так называемых частных навыков и умений, которые требуются человеку в профессиональной, бытовой деятельности или хобби. Примерами таких навыков являются кулинарные умения, умение играть на музыкальных инструментах, конкретные профессиональные навыки и пр. В отличие от них навыки, составляющие элементы пирамиды развития, являются формирующими структуру развития личности базовыми навыками – теми, на которых базируются те или иные конкретные частные навыки, то есть по сути являются мета-компетенциями. Мета-компетенции, в нашем понимании, «являются центральным звеном и вспомогательным элементом среди остальных профессиональных компетенций и представляют собой как бы над-структурный вход, который обеспечивает облегченный процесс приобретения компетенций» [58].
Развитие этих мета-компетенций требует определенной последовательности, которое тоже задается в структуре модели. Эта последовательность необходима для обеспечения устойчивости пирамиды. При этом сама геометрия модели в виде пирамиды задает так же основную идею необходимости постоянного развития каждого конкретного из 49 мета-компетенций по мере роста уровня развития (увеличения объема пирамиды).
На наш взгляд данная модель имеет большие перспективы для использования в ежедневной практике коучинга и самокоучинга.
Описанная структура модели позволяет соотносить текущий уровень развития личности и уровни развития мета-компетенций на различных базовых линиях развития (гранях пирамиды) и определить критический для дальнейшего эффективного равномерного развития сегмент пирамиды – тот сегмент где имеется дефицит тех или иных навыков и способностей для уверенного развития в будущем. Таким образом, модель содержит потенциальную возможность построения системы диагностики дефицита развития тех или иных мета-компетенций для обеспечения устойчивого и непрерывного развития.
Помимо этого, данная модель вносит и новую компоненту в сравнении с традиционными моделями вертикального развития – модель целевого состояния процесса развития личности. Данная компонента модели – «Драйв» – восьмой уровень или вершина пирамиды дает не только определенное феноменологическое описание этого целевого состояния, но и дает подход к пониманию его структуры. Целевое состояние в рамках данной модели видится как достижение наивысшего развития всех мета-компетенций на всех базовых линиях развития личности (на всех гранях пирамиды).
Описанная структура модели не только позволяет рефлексировать те или иные жизненные ситуации в контексте ассоциации отдельных ее аспектов, но и, на наш взгляд, может служить целям, заявленным в начале нашей работы – оценки уровня развития личности и определения необходимых шагов дальнейшего развития.
Выводы по разделу
Анализ истории подходов к построению моделей счастья на протяжении истории развития гуманитарной мысли позволяет сделать следующие заключения:
– На протяжении всей истории развития исследования феномена счастья прослеживается двухфактороность данного феномена – аффективное (эмоциональное, субъективное) восприятие счастья как ситуативное переживание и когнитивное (рациональное, более объективное, базирующееся на наборе формальных критериев), основанное на определенных характеристиках и достоинствах личности, как результата личностного развития. Два данных фактора счастья находятся в непрерывном взаимодействии. При этом ни один, ни другой фактор не могут охарактеризовать счастье исчерпывающе.
– Традиционные духовные системы рассматривали счастье не как самостоятельный феномен, а как некоторый сопутствующий результат следования определенным правилам поведения и формируемых в результате этого духовных достижений.
3. Наиболее детально процессы развития личности описаны в так называемых моделях «вертикального развития», которые достаточно детально структурируют процесс личностных изменений и выработки соответствующих характеристик. Но данные модели, к сожалению, недостаточно проработаны для практического использования в психологической помощи, коучинге и самокоучинге.
Второй раздел нашей работы посвящен творческому развитию описанных выше моделей и направлен на придание им более практической направленности
II. Модель количественной оценки уровня счастья
Данный раздел содержит описание нескольких взаимосвязанных моделей, предлагаемых автором, которые позволяют количественно оценивать уровень счастья человека, для использования в процессе коучинга и самокоучинга.
2.1. Многомерность и голографичность топоса Счастья
По мнению автора, сегодня актуальный запрос к специалистам, занимающимся изучением проблематики счастья, заключается в переходе от исследования феномена счастья – материальных, социальных и психологических условий, в которых оно актуализируется, – к формированию «картографии счастья» – описанию комплекса моделей, которые позволяли бы не только оценивать уровень счастья конкретного индивидуума и диагностировать факторы, ограничивающие возможность его испытывать, но и определять необходимые для повышения уровня счастья направления развития практикующего и давали бы ему конкретные инструменты для реализации этого развития. Но для формирования такого рода картографии необходимо перейти от линейного рассмотрения счастья как комплекса психологических состояний, формулируемых с помощью аппарата категорий и определений, к топологическому рассмотрению счастья в категориях топологической психологии, предложенной Куртом Левиным [51], согласно которой необходимо рассматривать счастье с точки зрения «понятия поля, которое охватывает факторы как внешней (окружение), так и внутренней (субъект) ситуации» [86, с. 111]. То есть, насущно необходимым в настоящий момент является формулирование «топоса счастья», то есть того смыслового и актуального пространства, в котором только и возможно построение требуемой картографии. Чтобы было можно «вывести поведение из внутреннего мира человека, требуется, по К. Левину, формальная модель, такой вид геометрии, метрики, внутри которой могли бы быть изображены повседневные структурные взаимоотношения. Он полагает, что такую возможность может дать топология, с точки зрения направления и удаленности, как минимума предпосылок для формального порядка жизненного пространства» [57, c.163].
При рассмотрении топоса счастья необходимо учитывать, как традиционное видение топоса в классической риторике, т.е. «набора имеющихся аксиом и правил рассмотрения, параметров анализа, углов зрения» [67, с. 98], так и более широкое понимание топоса, как пространства, в котором разворачивается и развивается феноменология счастья. Уже на этом этапе становится очевидным, что топос счастья является многомерным, ведь феномен счастья можно рассматривать в совершенно различных проекциях – временной, физической и физиологической, психологической, социальной, смысловой, духовной и пр., и каждая проекция имеет собственной набор характерологических особенностей рассмотрения.
Начать анализ топоса счастья имеет смысл с тех «углов зрения», с которых рассматривался феномен счастья в разные исторические эпохи. В своей фундаментальной работе, посвященной, в частности, истории понимания и рассмотрения феномена счастья, польский философ и писатель Владислав Татаркевич констатирует: «имеются по крайней мере четыре основных значения счастья: счастливым, во-первых, является тот, кому сопутствует счастливая судьба; во-вторых, тот, кто познал самые сильные радости; в-третьих, тот, кто обладал наивысшими благами или, во всяком случае, положительным балансом жизни; и, в-четвертых, тот, кто доволен жизнью» [100, с. 37]. При этом в различные исторические эпохи на первый план выдвигался тот или иной аспект рассмотрения. Уже этот анализ показывает структурную сложность топоса счастья. С одной стороны, это чисто субъективные характеристики – ощущение сильной радости или довольство жизнью, с другой – объективные жизненные обстоятельства (судьба) или характеристики личности (блага). Это подтверждает верность опоры на полевую модель К. Левина в анализе топоса счастья. С другой стороны, выделяются сиюминутные характеристики – переживание сильной радости или сложившиеся благоприятные обстоятельства, и в противовес им некоторые интегральные показатели, которые показывают результат определенного жизненного пути – накопленные положительные характеристики личности или общее удовлетворение прожитой жизнью.
Возможно, рассматривая счастье, мы сталкиваемся не с единым феноменом, а со сложной динамикой нескольких феноменов, которые исторически принято обозначать одним понятием счастья. Рассмотренная нами выше двухфакторность подхода к анализу феномена счастья, задает нам первые 2 измерения пространства счастья – ситуативного, как сиюминутного переживания, раскрывающегося в области физиологических ощущений и чувственных переживаний, и интегрального (суммарного) счастья, как некоторой истории (нарратива), который может включать самые различные аспекты «накопленной» истории личности – материальные достижения, характеристики личностного окружения, черты характера, навыки и умения. Но определения двух факторов (измерений), формирующих феномен счастья, очевидно недостаточно. Нам необходимо не только дать более формальные определения составляющих данные факторы, но и найти подходы к количественному определению каждого из факторов, и, самое главное, определить характер их взаимодействия и взаимного влияния.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.