На шестом этаже мужчин нет

– Ну и шуточки у вас!

– А что, только тебе можно? Атос, Портос и Арамис отбыли на воды, – передразнил мужик.

– Про тупой предмет я понял, – Снегин невольно посмотрел на бородавку. – Так ее столкнули или нет? Потерпевшую?

– Открою тебе большую тайну, – криминалист придвинулся вплотную. – Это можешь узнать только ты. Если судебно-медицинское исследование трупа подтвердит мои выводы. И потерпевшая умерла не от экзотического яда там, или дури. Внешних признаков нет, но всякое бывает. Здесь ведь богачи живут, миллионщики, а у них и фантазия богатая. Придание ускорения в задачке с нашими условиями практически недоказуемо. Высота солидная, кто знает, сколько раз ее развернуло, потерпевшую? Разве что манекен оттуда скинуть, с тридцать пятого, – задумчиво нахмурился криминалист. – С приданием ускорения и без. Следственный эксперимент. Но для него, сам знаешь, нужно уголовное дело. И то: а если она и впрямь, барахталась? Движения какие-то совершала. Манекен ведь не человек. Примет ли суд такой эксперимент как доказательство?

– Нейросети все посчитают.

– Посмотрим. Все равно: их ведь там трое было, в квартире. Точнее четверо, включая саму потерпевшую. Суицид – тоже вариант. Ты иди, работай. Хватит лясы точить. Анатолий, ну как там?

Второй криминалист давно уже закончил возню с пробирками и внимательно прислушивался к разговору. Мотал на ус. Инфа в самом деле ценная. Как вычислить, был толчок или нет?

– Вот всегда так, – тяжело вздохнул Снегин. – Наука стремительно шагает вперед, а принятие решения все равно вешают на опера. Точнее на дознавателя. Возбуждать или нет.

– Не повезло тебе. Мы здесь все что могли, сделали. Идем на тридцать пятый.

– Личность-то хоть удалось установить?

– Так ее парень видел, как она падала. Рванул вниз, и был здесь намного раньше участкового и даже чоповцев, которые охраняют территорию. Варей ее звали.

– Что значит видел?!

– Откуда мне-то знать? Он здесь долго кричал, и со вкусом: «Варя, Варенька, как же так?» Истерик, короче. Так ты идешь на тридцать пятый?

– Ага. Только в салон вот зайду, – он кивнул на открытую дверь. – Мне администраторшу допросить надо. Говорят, она здесь временная. Хотя бы данные записать. Вдруг понадобится?

– Ну, иди. – Криминалист с глубокомысленным видом посмотрел наверх. Потом перевел глаза на брезент. – И все-таки вероятность, что это было именно убийство и даже преднамеренное, есть. Тело упало довольно близко к фасаду. А это означает, что предположительно был толчок гораздо выше центра тяжести.

– А где у нас центр тяжести?

– Пупок, Снегин. Пу-пок, – и криминалист бесцеремонно ткнул собеседника в оный центр. – Анатолий, возьми инструментарий. Пошли работать.

Снегин потрогал свой центр тяжести, словно проверяя, на месте ли остался после проверки на наличие, тоскливым взглядом проводил криминалистов и пошел знакомиться с администраторшей. Но в холле его встретил средних лет мужчина в дорогом костюме, по виду армянин. Который одарил Снегина широкой улыбкой и словами:

– Добро пожаловать. Вы не сомневайтесь: салон работает в обычном режиме. Вы ведь на маникюр?

Снегин посмотрел на свои ногти: а что с ними не так? Многие профессиональные бильярдисты маникюр и впрямь делали. Для эстетики. Но то профи! А Снегин любитель. И возможно, что ему сегодня еще окурки собирать или прочие не слишком чистые предметы. Взаимовыручка: криминалистам надо помочь, они-то помогли. Указали участковому правильный путь. Поэтому для Снегина маникюр – деньги на ветер. Пришлось вежливо сказать армянину:

– Нет, я не на маникюр.

– На массаж? – еще больше оживился хозяин салона, а по своему виду и поведению это был именно он. – Зарина, выйди к клиенту!

– Я не клиент. Я оперуполномоченный. И дознаватель. Хочу побеседовать со свидетельницей, – Снегин полез в карман за удостоверением.

Армянин сразу стал агрессивным. От улыбки и доброжелательности не осталось и следа:

– Этот салон – частная собственность. Мы дорожим своими клиентами. А полиция их распугает.

– Если не установит причину смерти девушки, упавшей с тридцать пятого этажа, то да. Она ведь наверняка была вашей клиенткой. Учитывая, что это уже не первый случай падения человека на клумбу перед вашим элитным салоном, то выводы делайте сами.

Армянин заметно напрягся, а Снегин еще и надавил:

– А если маньяк? Чикатило какой-нибудь. Охота вам, чтобы он разгуливал в окрестностях вашего бизнеса?

Армянин мгновенно все просек и посторонился:

– Прошу. Маникюр за счет заведения. С полицией надо дружить.

– Да не нужен мне ваш маникюр!

– Такой красивый молодой человек, – льстиво улыбнулся армянин. – И без маникюра!

– Русскому офицеру маникюр по уставу не положен, – выкрутился Снегин, взятку ведь предлагают, и деловито спросил: – Где свидетельница?

Поскольку стойка администратора была пустой.

– Она вон там, – хозяин салон кивнул на дверь с табличкой «Служебное помещение».

И сам уселся за стойку, потому что дорожил своими клиентами. И примчался сюда, как только доложили о происшествии. Тут же зазвонил телефон.

– Работаем в обычном режиме. Отменяете?! Почему?! – Услышав ответ, мужик с мольбой посмотрел на Снегина: – Стрижка и массаж тоже за счет заведения. Только найдите его, если это маньяк. Или скажите, почему наша клиентка покончила с собой. Слухи ведь пойдут. У меня вон, уже два клиента слетели, – армянин кивнул на телефон. – И, похоже, это лишь начало. К нам же ходят все живущие в этом элитном ЖК дамы и их влиятельные мужья! Как вы догадываетесь, молодой человек, бедных здесь нет. Мы очень дорожим своей репутацией. Помогите нам!

«Это лишь начало», – эхом отдалось в голове у Снегина, который как раз открыл дверь в служебное помещение. И увидел там насмерть перепуганную девушку лет двадцати. Которая при виде него сказала «ой», будто в комнату вошел не симпатичный парень, а мясник с топором.

– Я из полиции, – утешил девушку Снегин. – Вы не волнуйтесь.

Вместо того, чтобы не волноваться, она начала рыдать. Повторяя:

– Какой ужас, какой ужас, какой ужас…

– Ужас, – согласился Снегин и сел напротив. Он уже заметил стакан и сосуд с водой, судя по виду сосуда, питьевой. – Но хотелось бы подробности ужаса. Вы водички выпейте. И расскажите о том, что видели. Это очень важно. Вас как зовут?

– Со… – она испуганно икнула, – Соня.

– Давайте начнем с главного, Соня. Что вас особенно поразило в этом ужасе ужасном? Почему вы так перепугались?

– Пеньюар…

– Простите?

– Халатик такой, весь из кружев. Розовый. Я давно его себе присмотрела, он в ТЦ на манекене, на первом этаже, сразу у входа… но дорого. Безумно дорого! А наденешь всего пару раз. Для особого случая. Я ж на съемной квартире живу. С подружками, – она еще раз икнула, и Снегин придвинул к Соне стакан с водой:

– Пейте. Значит, ужас был в том, что дорогая вещь, которая вам не по карману, оказалась на самоубийце. Так? Вы ведь подумали о самоубийстве?

– Я подумала: зачем она так-то оделась? Перед тем как спрыгнуть. Жалко же.

– Девушку или халатик?

– Она так красиво летела… – не удержалась Соня. – Как бабочка.

– И шмякнулась о землю, – Снегин вздохнул. – Не думаю, что это было красиво.

– Да, это был ужас, – охотно подтвердила Соня.

– А потому что особый случай, о котором вы упомянули, это свидание с парнем. Потерпевшая и рассчитывала сегодня на интим. А не на суицид. Иначе не надела бы… как вы сказали? Пеньюар. Не планировала она прыгать с балкона.

– Здесь нет балконов, – Соня снова всхлипнула. – Лоджии. Все – закрытые. Это элитный ЖК, здесь даже кондиционеры в линию, так положено. Я вообще-то не здесь работаю. В этой же сети, но в другом салоне. Район победнее, поэтому я боялась сегодня выходить. Как чувствовала. Меня на подмену вызвали. Администраторша заболела.

– Значит, вы не можете ответить на вопрос, была ли потерпевшая вашей клиенткой?

– Похоже, что была. Саша точно знает.

– Саша это кто?

– Маникюрша.

– Она сейчас свободна?

– Уже нет. У нее было окно, и как раз пришла эта девушка. Подружка… – Соня запнулась, – той, что упала. У нее ноготь отслоился.

– Стоп! У кого отслоился ноготь? У покойницы?

– Нет, что вы! У подружки! Она увидела, что у Саши часовое окно, и пришла.

– А как она это увидела? – удивился Снегин. Который не был знаком с тонкостями работы элитных салонов красоты.

– Так на сайте! Там тоже есть запись.

– А где еще есть?

Соня посмотрела на него с огромным удивлением:

– В месенджере.

– А почему клиентка зашла именно на сайт?

«Ну, какой же вы тупой!» – прочитал Снегин в карих Сониных глазах. Ему терпеливо пояснили:

– В месенжере удобно записываться заранее. А на сайте все наши услуги и мастера, с их графиками. Он-лайн. Бывает, что запись отменяют, и у мастера образуется окно. Отреставрировать ноготь дело десяти минут. Ну, пятнадцати. Это экстренный случай. Вот клиентка и зашла на сайт. Увидела, что ее мастер свободен. А потом спустилась к нам.

– Стоп! – снова сказал Снегин.– Выходит, когда потерпевшая выпала из лоджии, подруга Варвары как там ее была здесь, в салоне?! Это очень важно, потому что это алиби.

– Ну, была. Или не была? – Соня замялась. – Видите ли, она не с улицы зашла. Из этого же корпуса.

– Как такое возможно? Если окно у мастера девушка увидела будучи в корпусе соседнем!

– Я слышала краем уха, что второй и третий корпуса соединены между собой проходами. Вы видели галерею?

На уровне двадцатых этажей корпуса и в самом деле меж собой соединялись. Сколько именно этажей было в этой крытой галерее, Снегин сосчитать еще не успел. Но сразу подумал, что это чьи-то владения. Зимние сады, к примеру. Оказалось, не совсем. Там был проход, возможно, что и не один.

– А почему, интересно, клиентка не захотела пойти по улице? – задумчиво спросил он.

– Вот этого я не знаю, – заметно огорчилась Соня. – Погода вроде хорошая. Хотя недавно дождь накрапывал. Может, у нее зонта с собой не было? У клиентки?

– Может быть, – задумчиво сказал Снегин. – Спасибо, Соня, вы мне очень помогли. Теперь я хотел бы побеседовать с Сашей, но как вы сказали, она сейчас занята. Это надолго?

– О, да! Там не только маникюр, но и педикюр. На сегодня это последняя Сашина клиентка, до закрытия будем работать, – с сожалением сказала администраторша.

И Снегин ее прекрасно понял: пораньше уйти не удастся. А возможно, и задержаться. Все зависит от того, насколько клиентка капризная.

– Что ж, поговорю со свидетельницей в другой раз. Саша, надеюсь, здесь работает постоянно?

– Да. Почти с самого открытия салона.

– Отлично! – восхитился Снегин.

Значит эта маникюрша – кладезь ценной информации.

– Спасибо вам за откровенность, – похвалил он Соню. – А теперь дайте мне ваши координаты. Телефон свой продиктуйте, – сказал он, поскольку девушка посмотрела с недоумением.

– Ах, да!

Он забил в мобильник Сонин телефон, пометив: администратор салона красоты Софья. И тут же набрал ее номер. Девушка снова тупила. Видимо, последствия испытанного ею шока.

– Сбросьте мой звонок и укажите мою фамилию и звание в телефонной книге, – вздохнул Снегин. – Капитан полиции Снегин Евгений Юрьевич. Так я и буду представляться. А то мошенников развелось…

– Это да!

– Надеюсь, мы это дело быстро раскроем, и контактировать нам с вами не придется. Но как знать?

– Я все поняла, – заверила Снегина Соня.

После этого они расстались. Хозяин салона по-прежнему сидел за стойкой с понурым видом. Похоже, что клиенты все еще отваливались. Есть ведь домовой чат, и новость о гибели Варвары как там ее уже его облетела, чат этот. Беда-беда.

– Я передумал насчет маникюра, – сказал Снегин.

И в самом деле, где можно комфортно побеседовать с мастерицей по ногтям, как не за ее работой?

– Это правильно, – одобрительно кивнул армянин. – Вам это просто необходимо.

– Не уверен, но допустим. Сколько времени это обычно занимает?

– Вам без покрытия? Снятия, как я вижу, не потребуется, – кивнул мужик на руки Снегина.

– Нет, снимать мы ничего не будем. Только пилочкой поводить.

– У нас аппаратный маникюр, – обиделся хозяин салона. – Это все равно займет не меньше часа.

– Отлично, – без особого энтузиазма сказал Снегин, опасаясь за свои руки. Что значит аппаратный?!

– На какое число вас записать?

– Да хоть на завтра. Хотя… Саша завтра работает?

– Работает. Утро у нее свободно. С десяти часов до полудня.

– Вот на десять и запишите.

Снегин прикинул, что одним днем здесь явно не обойдется. И завтрашний на законных основаниях можно начать со сбора местных сплетен. Заодно узнать, есть ли у подружки потерпевшей железобетонное алиби?

На улице он понял, что уже темнеет. И ощутимо. А на тридцать пятом еще конь не валялся. И там сидят три человека, которых надо допросить с пристрастием. Как на детекторе лжи.

– Полиция, – сказал он на входе во второй корпус. – Вас уже предупредили насчет записей с видеокамер? Они нужны нам все.

– Вы точно из полиции? – подозрительно спросил чоповец, дядечка лет пятидесяти.

Снегин со вздохом полез в карман. Достали уже! Да, он выглядит гораздо моложе своих лет! Но это ни о чем не говорит!

– Вот, – он положил удостоверение на стойку. – Изучите.

Но вместо того, чтобы изучать удостоверение Снегина, дядечка полез в толстенную тетрадь. И ручкой! В ней записал!

А что записал-то?

– Что это у вас?! – уставился Снегин сначала на дядечку, а потом на тетрадь.

– Журнал.

– Журнал чего?!

– Посещений, – важно ответил чопопец.

– Офигеть! Похоже, что машину времени все-таки изобрели. Я вот прямо в прошлое перенесся, надо будет папе с мамой рассказать. Эскимо по двадцать восемь копеек часом, не продаете? Шутка. А могу я его временно изъять, ваш бесценный вахтенный журнал?

– Но как же так? – растерялся дядечка. – А куда писать-то? И потом отчет… Документация ведь.

– Ну, хорошо. Не изъять. Ксерокопию сделать. У вас есть ксерокс?

– В соседнем подъезде. Там наша управляющая компания.

– Слушайте, а сходите туда? Сделайте мне копию всех записей за сегодняшний день. Камеры камерами, но вдруг?

– А здесь кто останется?

Блин! Да что ж такое-то? Какой ответственный работник, чтоб его!

– Я участкового сейчас пришлю. Мне он на тридцать пятом пока не понадобится. Вас подменят.

– Хорошо.

– Надо говорить «есть, товарищ капитан!» – мрачно пошутил Снегин, забирая со стойки свое удостоверение.

– Есть, товарищ капитан! – гаркнул чоповец.

Снегин аж вздрогнул.

– Вольно. Я с вами потом поговорю. Вы, небось, знаете всех, кто постоянно приходил на тридцать пятый. В гости к потерпевшей.

– Конечно!

«Надеюсь, я это дело быстро раскрою, И диплом защищу. Профайлинг по полной! В квартире на момент предполагаемого убийства кроме потерпевшей находились трое…»

два месяца назад…

– Извини, но я пойду, – Арина привстала.

– Куда это? В сортир? – парень нагло сцапал со стола ее сумочку. В которой кроме чисто женских мелочей типа пачки гигиенических прокладок и губной помады был еще кошелек и так, на всякий случай, документы. А именно паспорт. И сказал: – Теперь иди.

– Ты что себе позволяешь?!

– Не люблю, когда меня кидают.

Она вдруг с ужасом заметила, что Никита, если его и в самом деле так зовут, почти не пил. Это она увлеклась и выпила полбутылки вина. Нет, больше. Официант незаметно подливал, а Никита также незаметно останавливал, когда пытались наполнить его бокал.

Арина снова села, заметно нервничая. И виновато сказала:

– Понимаешь, вышла ошибка.

– А именно? – он нагло развалился на диванчике.

– У меня здесь было назначено свидание. И я подумала, что ты – это он.

– Прикольно! И кстати, я это уже слышал. От другой тянки, которая пыталась соскочить. Хоть бы что-то новенькое придумали, – лениво улыбнулся парень. Но глаза его опасно прищурились. Абьюзер не собирался расставаться со своей добычей.

– Я не вру! Вот! – Алина сунула ему под нос телефон, но быстро спохватилась. А вдруг он и телефон отберет?!

Она беспомощно обернулась, ища глазами секьюрити. Но тот мгновенно отвел взгляд, из чего Арина сделала вывод, что ее ред-флаг здесь завсегдатай!

– И…? – он протянул руку, чтобы взять телефон.

– Подруга мне сделала подарок ко дню рождения, – Арина торопливо убрала телефон аж в карман пиджака. Сегодня было прохладно, это лето погодой вообще не радовало. – Заказала свидание с плохим парнем. И я ждала актера, который должен был исполнить эту роль. Но по дороге сюда он сломал ногу. И я подумала, что ты – это он.

– Исправилась! – рассмеялся Никита. – Вот такого я еще не слышал. А ты прикольная, тянка.

– Перестань меня так называть! Я Арина!

– А я Ники. Заново познакомились. А то Никита это как-то непривычно. Меня никто так не зовет. Что тебе еще заказать м-м-м… Арина?

– Ничего мне не надо!

– Еще бы, – Никита окинул взглядом разоренный стол. – Ты столько всего съела!

Да, она была голодная, когда сюда пришла, и омарами баловала себя нечасто. Да что там! Она бы никогда не позволила такую роскошь на свои кровные. Но за Варькин счет…

«Почему я не подумала о том, что для свидания с наемным актером это безумно дорого?!» – мелькнула запоздалая мысль. А потому что вино ударило в голову. Не вовремя расслабилась!

– Хорошо, – жалобно сказала Арина. – Я понимаю, что счет огромный. И я тебе половину верну. Но сейчас у меня нет денег…

– А вот это я уже слышал, – невозмутимо сказал Никита. – «Верну потом», – передразнил он. – А потом кидают в ЧС и исчезают с горизонта. Могу тебя утешить: я беру натурой.

– Что?!

– А вот кредит не выдаю, я не банк. Расплатишься сегодня.

– Но, но, но… Я вовсе не такая!

– Но ты же меня сама позвала! – Никита, похоже, начал терять терпение.

– Я же объяснила, что это была ошибка!

– Слушай, я никак не догоню: ты проститутка, которая набивает себе цену или тарелочница?

– Я не тарелочница!

Это было так унизительно! Тарелочницами презрительно называют девушек, которые пьют-едят в ресторанах за счет мужчин, которых потом динамят. Халявщиц, короче.

– Так докажи это! Счет, – Никита поднял руку. – Я сегодня щедрый. Ты не заказала десерт. Взбитые сливки можем прихватить с собой. Чтобы тебе было вкуснее.

– Ты, ты, ты… на что намекаешь?!

– Я на машине, – небрежно сказал Никита.

Так вот почему он почти не пил! Принесли счет и, оплатив его платиновой банковской картой, Никита скомкал бумажку, щелчком перекинув ее Арине. Мол, ознакомься.

Она взяла лишь потому, что хотела узнать: сколько я ему должна? Цифра шокировала. Арина уже поняла, что перед ней мажор. У которого по-прежнему ее сумочка!

– Пошли, – Никита встал.

– Боже, куда?!

– Я тебя подвезу.

Она все-таки улизнула в дамскую комнату. Малодушно подумав: а что если остаться здесь? Паспорт она как-нибудь выручит. Потом. Но там, в кошельке, зарплатная карта! И пока Арина «пудрит носик» этот гад Ники наверняка изучает содержимое сумочки!

Ну почему она чувствует себя такой беспомощной?! Арина Селезнева, девушка-мечта! Такое чувство, что попала под каток!

Где ты, Антон?! За дверью вместо тебя ждет эта умопомрачительная сволочь! У которой на беду Арины сегодня стояк! И он пришел сюда девочку снять! Еще и рукой ему махнула, дура! Сюда!

– Что так долго? – прищурился Никита, когда она, наконец, решилась и вышла. – Черного хода из сортира на улицу нет. Селезнева Арина Вадимовна, – насмешливо сказал он.

Она почувствовала себя голой. Он вел себя нагло, по-хозяйски. Арина внезапно вспомнила, что квартирная хозяйка так и не прописала. И официально Арина Вадимовна по-прежнему живет в дыре-дырянской.

Что этот мажор должен был подумать об Арине, изучив ее паспорт?! Тянка – это еще мягко сказано.

На стоянке у ресторана красовалась крутая тачка. Которая сразу бросалась в глаза. Машин было много, но эта, спортивная, породистая, могла принадлежать только хаму-мажору.

– Нравится? – спросил Никита, поигрывая брелоком с ключами. Тоже, похоже, платиновым.

– Нет.

– Значит, не оценила еще удобства. Садись, – он распахнул дверцу.

У него на все был ответ. Это был абьюз по максимуму. И у кого искать защиты? Арина как под гипнозом полезла в машину.

– Сумочку отдай, – взмолилась она, почти утонув в сиденье.

– Где ты живешь? – спросил он грубо.

Она из понтов назвала Варькин адрес. Небось, подруга дорогая дома! Из-за которой Арина влипла в это дерьмо!

– Врешь, конечно, но я прекрасно знаю этот дом. Он рядом с парком. Местечко уединенное, меня это устраивает.

Пока ехали, Арина в ужасе молчала. Никита привез ее к входу в парк. Арина даже не сразу поняла, куда именно. Это был тупик. Дорога не сквозная, на шоссе проезда не было, и по ней почти никто не ездил поздно вечером. А вход не главный, о нем мало кто знал. Но Ники знал.

Он зарулил на крохотную безлюдную стоянку. Арина была настолько оглушена случившимся, но даже не рискнула попробовать сбежать. Заглушив мотор, Ники стал расстегивать джинсы. Спросил:

– Ты как предпочитаешь? Со сливками или мне презик надеть?

– Ты, ты, ты…

– Таких как ты, учить надо. Впервые нарвалась, да? – он прошелся пальцами по пуговицам ее блузки. Даже с артистизмом. Чувствовался опыт.

Плавно поехала вниз спинка сиденья. Теперь Арина почти лежала, а сверху на нее навалилось внезапно оказавшееся невероятно тяжелым мужское тело. Ники был силен, хоть и не качок, но при мускулатуре.

Она инстинктивно поняла, что лучше не сопротивляться. К ее удивлению, Никита довольно аккуратно снял трусики. И вообще он действовал хоть и агрессивно, но в тоже время, стараясь возбудить и ее. Просто это был совсем не тот секс, к которому привыкла Арина.

Она всегда доминировала. Решала как, когда и где. А тут ее использовали! Причем, без согласия! Нагло! В этом было даже что-то возбуждающее. И больно только поначалу. И то, возмутило скорее насилие моральное. Никита не спешил, вообще он правила этой любовной игры знал прекрасно. Сиденье было мягким и удобным, приятно пахло хвойным ароматизатором.

Она попыталась отвлечься…

– Вот и все, мы в расчете, – он открыл окно и швырнул использованный презерватив через забор, в кусты. – Ты точно здесь живешь?

– Да.

– Ну, смотри.

Спинка сиденья так же плавно поехала вверх. Случайный любовник завел мотор, а Арина торопливо одернула юбку. Оделась она даже на свидание по своей привычке в офисном стиле. Юбка, а не брюки. У Арины были очень красивые ноги.

– Здесь остановлю? – машина замерла у шлагбаума.

– Хорошо.

– Что-то ты неразговорчивая. Я тебя не удовлетворил?

– Ты… – она хотела сказать скотина, но вспомнила о сумочке. Он, видимо, тоже о ней вспомнил. Потому что с ухмылкой сказал:

– Возвращаю залог. Вообще-то я не привык действовать так грубо, но ты меня вынудила. Выходи! И проваливай, сучка!

Это ее добило. Потом Арина не раз гадала: а что же послужило спусковым крючком? Ну, нахамил. Заставил заниматься сексом. Но ведь защищенным. Ни незапланированных детей, ни венерических болезней в перспективе не было. Особой боли не причинил. В принципе, можно было все это вытерпеть. А под конец так и вовсе. Ники явно хотел и ей доставить удовольствие.

Но эти «тянка», «сучка», пренебрежение, в общем, Арину и сдернуло. Она была гордой девушкой и всегда считала, что знает себе цену. А тут обнулили! Приняли за дешевку! И повели себя с ней, как с дешевкой!