Райский уголок для смерти

(Запись телефонного разговора)

– Алло, это ты?

– Ты чей номер набрал? Мой? Значит, я.

– Да кто тебя знает. Любовников еще никто не отменял. – Смешок. – Что делаешь?

– Да так. Вещи собираю. Пока только мысленно. Думаю, что взять с собой в это увлекательное путешествие.

– Отпускное настроение?

– Угадал!

– Я вот что звоню… – Пауза. – В общем так: тебя заказали.

– Шутишь?

– Нет. – Жестко. – Не шучу. Я тебе друг, поэтому звоню, чтобы предупредить. Откажись от этой поездки.

– Нет… Я так не могу… Страховки от невыезда нет, деньги пропадут. Это очень дорогой отель.

– Жизнь дороже.

– Слушай, а может, ты ошибаешься? Кто заказал-то?

– Сашка.

– Нет… – Пауза. – Я тебе не верю… – Пауза. – Не может быть…

– Это так.

– А ты откуда знаешь?

– Я же его правая рука. Как думаешь, кому поручили найти исполнителя?

– А мне ты почему звонишь? – Настороженно.

– Я же сказал, – раздражаясь, – предупредить.

– Правильно: а вдруг не получится? Тогда и я пригожусь. Со мной тебе не резон ссориться. У меня на всех есть компромат и на тебя в том числе. Иначе говоря, я слишком много знаю. Не получится меня убрать – я всех вас в тюрьму засажу.

– Получится. – Уверенно. – Это лучший специалист по несчастным случаям.

– Мужчина, женщина?

– Не знаю.

– Как же ты его нанимал?

– Через объявление в газете. – Смешок.

– Что ж, удачи тебе… Пока…

– Стой! Погоди, не злись. В таком деле не один посредник, а несколько. Для страховки. Ты же знаешь, как это работает. Я – звено номер два. Передаю желание заказчика. Сейчас в моде экзотика. Пристрелить клиента в центре Москвы уже считается пошлостью. Заказчик, то есть твой ненаглядный обожаемый Сашенька, захотел что-нибудь этакое. Видимо, в память о вашей огромной любви. – Смешок. – Так что твоя поездка за границу, на отдых, пришлась как нельзя кстати. Третье лицо доводит волю заказчика до исполнителя. Оно же передает деньги. Кстати, аванс уже у киллера в кармане.

– Ну ты и сволочь…

– Что?!! Ладно, удачи тебе…

– Стой… Погоди… Что мне делать-то?

– Я же русским языком сказал: откажись от этой поездки. Я знаю, что он, то есть киллер, будет в группе туристов, направляющихся в твой отель. Убийство будет замаскировано под несчастный случай. Никакой крови. Никакого риска. Его работа – высший пилотаж. Сашка денег не пожалел, и на экзотику в том числе, поэтому наняли лучшего. Так что сдавай билет.

– Аванс-то все равно уже передали. Он теперь от меня не отстанет.

– Это правда. Машина запущена.

– Попробую с ним справиться.

– Каким образом?

– Найду в эту поездку хорошую компанию. Чтобы нигде не ходить в одиночку. В детективное агентство обращусь, подыщу телохранителя, а лучше двух. Как посоветуют.

– Рискованно. Ты будешь иметь дело с профи.

– Лучше так, чем… Я еще за себя поборюсь!

– Что ж, я тебя предупредил.

– Спасибо. Что касается киллера… Есть какие-нибудь особые приметы?

– Шутишь?

– Как-то же его можно узнать?

– Есть кое-что… – Легкая заминка.

– Ну! Говори!

– Он слегка не в себе.

– То есть?

– Пунктик у него. Вроде как фобия.

– Людей убивать?

– Зря иронизируешь. Это человек крайне не общительный, замкнутый, людей ненавидит, причем всех. – Смешок. – Разжалобить его невозможно, уговорить тоже, а ко всему прочему, он мастер маскировки, гениальный актер. Машина, в общем, но вид вполне человеческий. Один изъян – эта фобия. И еще он мастер спорта. Вроде по плаванию. Или по нырянию? А может, по дайвингу? Что-то связанное с водой.

– Все понятно: он псих, но гениально маскируется под нормального человека. И в воде как рыба. Я его вычислю или найду людей, которые помогут мне его вычислить.

– Если с тобой что-нибудь случится… – Пауза. – Мне будет жаль, честное слово. Возвращайся, слышишь?

– Я вернусь.

– Тогда до встречи.

– До встречи.

Отбой.

(Из программы «События дня»)

– Этим знойным летом число утопленников бьет все рекорды. Погода стоит жаркая, поэтому люди, теряя остатки разума, лезут в воду, не обращая внимания на предостерегающие таблички «Купание запрещено». И тонут. В большинстве случаев потерпевшие находились в состоянии алкогольного опьянения. Хотя медики и предупреждают, что в такую жару употреблять спиртные напитки крайне опасно! Тем более лезть после этого в воду! Но мало кто внемлет голосу разума. От несчастного случая на воде не застрахованы ни бедные, ни богатые. К примеру, сегодня днем во время купания, как сообщили нам в пресс-службе холдинга, трагически погиб заместитель генерального директора фирмы «ПротОн» Владимир Галкин. Нелепая смерть тридцатидевятилетнего бизнесмена! Между прочим, одного из самых завидных женихов Москвы! По непроверенным данным, Галкин находился в состоянии алкогольного опьянения, несчастье случилось на территории его огромной усадьбы, где бизнесмен отдыхал в компании друзей. Кроме шикарного особняка, домика для прислуги, хозяйственных построек и, разумеется, бани, там находится еще и причал для небольшого речного судна, которым владел бизнесмен. После пикника, сопровождавшегося концертом популярных поп-звезд, Галкин пригласил своих друзей подняться на яхту и во время речной прогулки упал за борт. Спасти его так и не смогли…

– Какая нелепая смерть! Максим, ты слышишь?

– Угу… Странно, что ты уловила только одну нелепость. «На территории усадьбы» и «во время прогулки по реке», а это разные места. Если только Галкин не приватизировал несколько километров и реки тоже. Между выражениями «утонул во время купания» и «свалился за борт» тоже имеется разница, это я тебе как юрист говорю. Нелепица на нелепице. Странно, что сюжет попал в новостную программу.

– Они так и сказали: по непроверенным данным. Не будет же пресс-служба концерна «ПротОн» на всю страну заявлять, что один из топ-менеджеров, напившись, упал за борт собственной яхты! Погоди, последует опровержение.

– Угу…

– Я вижу, ты не в духе.

Было от чего впасть в уныние. Детективное агентство супруги Соколовы открыли недавно, после того, как все остальные их проекты лопнули. Марина, талантливая журналистка, долгое время металась между малодоходной, но интересной работой и работой скучной, но зато приносящей стабильный заработок. Получила второе высшее образование, экономическое, пыталась стать хорошим бухгалтером, но не смогла. Скучно стало. Вернулась в журналистику. Но за время ее отсутствия появилось много талантливой молодежи. Эти мальчишки и девчонки (с высоты ее собственного возраста и опыта) были отчаянно смелыми, дерзкими, не боялись рисковать, привирать и просто сочинять небылицы, рискуя нарваться на судебный процесс, в то время как ей было что терять. Марина почувствовала, как молодежь подпирает, и ушла. И тут с удивлением выяснила, что предложения от работодателей в лучшем случае заканчиваются словами «возраст до 35 лет», а в худшем даже начинаются ими. Оказалось, возраст – это главное, на что обращают внимание наниматели, и убедить их в том, что и после тридцати пяти человек в состоянии принести фирме немалую пользу, не представляется возможным. Выход один: организовать собственное дело. Заняться малым бизнесом.

В ту же стену уперся и Максим. Он был юристом и тоже, возможно, талантливым. Но ему так и не удалось себя проявить. С некоторых пор высших учебных заведений, выпускающих дипломированных юристов, в стране появилось столько, что на всех законников просто-напросто не хватало работы. Максиму приходилось сочинять нелепейшие иски. Например, к соседке сверху, наносящей оскорбление жильцам нижнего этажа хождением по дому в туфлях на каблуках, несмотря на неоднократно выносимые предупреждения. К телекомпании, выпустившей сериал, из-за которого муж, приходя с работы, не может полноценно общаться со своей женой. Об оскорблении чести и достоинства… собаки. Тема животных в последнее время вообще стала очень популярна, Максим опасался, что скоро придется защищать в суде волнистых попугайчиков или, того хуже, рептилию. Или какого-нибудь экзотического таракана, которого соседи, приняв за обычного, прихлопнули тапкой на подступах к кастрюле с борщом. Убийство! Пятнадцать лет тапке! С конфискацией имущества его хозяина!

Максим брался за любую работу, потому что надо было кормить семью. Она была не очень уж большая, но проблемная: жена, у которой возникли перебои с работой, дочь-школьница, сами считайте проблемы, мама, теща и тесть. Три пенсии за минусом коммунальных платежей за две квартиры, после чего у несчастных стариков остаются одни только проблемы, собака, которая, к счастью, не нуждается в защите чести-достоинства, но нуждается в корме. Собака большая, водолаз. Тоже проблема. Дача, которая постоянно нуждается в ремонте, машина, которая нуждается в бензине, причем постоянно, квартира, которая нуждается в замене сантехники и навесных потолках, потому что штукатурка уже сыплется на головы жильцов… Достаточно? Кому покажется мало, добавьте «бесплатную» медицину для трех стариков, один из которых инвалид второй группы, и услуги ветеринара для собаки.

Кормильцу хотелось бы работу постоянную, а зарплату белую, но те же ограничения: «до 35». Максиму Соколову было сорок два года. Жене тридцать шесть. Дочери двенадцать. Мама, теща и тесть – пенсионеры. Собака девочка. Сука. Жизнь тоже сука, потому что далеко не у всех складывается так, как хотелось бы.

Они с женой прикинули: что мы умеем? Если заняться бизнесом, то каким? Сложив талантливого юриста Максима с талантливой журналисткой Мариной, они получили детективное агентство «МакМар». Или «МаМа».

– Как там наша «МаМа» поживает? – спрашивал вечером Максим у своей жены, исполняющей еще и обязанности секретаря, вдобавок к нагрузкам главного бухгалтера.

– «МаМа» дышит на ладан, того и гляди отбросит коньки. Мы едва справляемся с текущими расходами.

Вот отчего тоска во взгляде. Клиентов нет, они с мужем сидят в приемной, смотрят телевизор. И так весь день. С середины лета. Опыт работы у них небольшой, в детективное агентство чаще всего обращаются по двум причинам: слежка за второй половиной, за что правоохранительные органы не берутся, и розыск пропавших людей, за что они берутся крайне неохотно и после долгих мытарств заявителя. Марина и Максим только и занимались тем, что заглядывали в чужие постели, потому что пропавшие люди если и находятся, то большей частью там же, где и неверные супруги: в постелях у своих любовников. В этом «МаМа» поднаторела. Максим уже с первого взгляда отличал геев от натуралов, а Марина обошла все московские клубы, где демонстрировали мужской стриптиз. И даже научилась при этом не краснеть.

Сегодня они с мужем откровенно затосковали. В жару, как известно, сексуальные аппетиты падают. Молодым женам лень изменять своим богатым толстякам мужьям, так их, красоток, разморило, мужей ломает следить за неверными женами, а, пусть делают что хотят! Все равно скоро все окочуримся! Близится апокалипсис, вон уже и дым из адова пекла показался, а в воздухе летает пепел. Черт бы с ним со всем, раз он теперь с нами! Черт. Дьявол то есть. Смертность увеличилась, рождаемость упала. Урожай сгорел на корню, люди тонут ротами. Падают за борт собственных яхт, вот до чего дошло! И даже не сопротивляются набежавшей из-под киля волне!

Пессимизм стал заразной болезнью, люди плавали в дыму и ждали конца света, а лучше дождя. Который все не шел. Или шел, но в другом полушарии, заливая все то, что в России горело. Леса, поля, угодья… Казалось, на планете воцарился хаос. Непонятно, чего ждать дальше, к чему готовиться? Марина, глядя то в окно на задымленную Москву, то на свой пустой офис, чувствовала гнетущее отчаяние.

Но, как это всегда бывает, день, который начался так плохо, закончился на удивление хорошо.

(за девять дней до отлета)

Она неуверенно вошла в приемную, женщина на вид лет тридцати, изящная, с длинными стройными ногами. Босоножки на высоком каблуке делали их еще длиннее. Марина машинально отметила дорогую одежду дамы, а главное, ее украшения. В сапфире, венчающем кольцо на безымянном пальце, было не меньше полутора карат, да и бриллианты вокруг главного драгоценного камня не мелкие. Серьги из того же комплекта, сапфиры с бриллиантами, плюс броский кулон. Все дорого и стильно. «Следит за собой. Очень следит. Красивая, но не вульгарная. Не дешевка. Дорогая женщина». Но сначала Марина отметила ноги. И невольно вздохнула, поджав свои. Не хватало еще, чтобы потенциальная клиентка увидела Маринины потрепанные босоножки!

Дорогая женщина, оглядевшись, спросила:

– Это детективное агентство «МакМар»? Я туда попала?

– Да, а что вы хотели?

– Вы Марина Полянская?

– Соколова. – Она слегка удивилась, услышав свою девичью фамилию. Сколько уж лет прошло!

– Ну да, конечно! Соколова! Ты меня не узнала?

Блондинка поправила прическу. Марина перевела взгляд на ее ноги. Такие ноги забыть невозможно. Она смотрела на них с завистью еще лет пятнадцать назад, когда была студенткой МГУ. Когда эти ноги сводили с ума весь факультет, точнее, всю его мужскую половину…

– Аня? Романова?

– Все еще Романова! – весело сказала блондинка и бросилась Марине на шею: – Как же я рада тебя видеть!

Впрочем, порыв бурного восторга остановился в миллиметре от Марининой щеки, на ней не осталось и следа губной помады. Анька все рассчитала. Она еще с тех студенческих лет тщательно планировала все до деталей, в том числе подбирала высоту каблука так, чтобы и ходить было удобно, и ноги казались как можно длиннее. И все равно Марина рада была ее видеть.

– Сколько же лет прошло? Да ты садись, – поспешно сказала она Анне.

– Быть может, поговорим в кабинете у хозяина? Я по делу.

– Хозяин – это мой муж, – весело сказала Марина и крикнула: – Максим! Или сюда, Максим!

Соколов тут же вышел из кабинета и, разумеется, уставился на Анькины ноги. Все мужчины, да и женщины тоже, начинали осмотр достопримечательностей виллы «Анна Романова» с этого. Там было на что посмотреть. Анькина внешность и в самом деле напоминала сложное архитектурное сооружение, где продумано было все вплоть до мелочей. Но Марина не ревновала. Она прекрасно знала, что эти ноги мужу не по карману. Равно как и большинству живущих на земле мужчин. Романова высчитывала до копейки и интерес к ней противоположного пола тоже. Бедные и с проблемами ее не интересовали. Странно, что Анька все еще была не замужем.

– Познакомься: Анна Романова, моя институтская подруга, – представила она.

– Не преувеличивай, – усмехнулась та. – Друзей у меня не было. И сейчас не обзавелась. Я к вам по делу.

– Пройдемте, – посторонился Максим.

– Чай, кофе? – спросила Марина, как исполняющая обязанности секретарши, когда они вошли в директорский кабинет.

– Чай. Зеленый, если можно, – сказала Романова, присаживаясь в кресло.

Излагать, с чем пришла, она начала, только когда к ним с Максимом присоединилась и Марина. Выдержала паузу.

– С трудом тебя узнала, – сказала Аня, опуская на стол чашку с почти нетронутым зеленым чаем. – Богатой будешь.

Марина это проглотила. Анька выглядела моложе ее лет на пять минимум и была в отличие от своей институтской приятельницы в прекрасной физической форме. Сама Марина за эти пятнадцать лет не то чтобы очень уж растолстела, но стала рыхлой, на животе и груди появились растяжки, на бедрах целлюлит, на коленях складки. И хотя муж говорил, что любит ее и такой, она прекрасно знала, что выглядит на свои тридцать шесть, и ни копейкой меньше. И к ней уже никто не обращается: девушка.

– Женщина, вы здесь крайняя?

– Дамочка, а где тут поблизости Пенсионный фонд?

Вот до чего дошло! Маринин вид наводит на мысль, что она знает, где находится Пенсионный фонд!

Она поскучнела, тем более что напротив сидела великолепная Романова со своими потрясающими ногами. Каждая мышца обкатана на тренажерах и беговой дорожке. Только что сделанный педикюр. Тонкий золотой браслет на щиколотке. Ах, какая изысканная работа!

– Марина!

– А? Что?

– О чем задумалась? Я говорю, дверь закрой, – напомнил Максим.

Она поспешно встала. В агентстве никого нет, но все же. Дверь в кабинет, где Анна Романова сейчас начнет излагать свое дело, надо бы закрыть.

Едва Марина закрыла дверь, случилось нечто странное: великолепная Романова принялась безудержно рыдать. По ее лицу с безупречным макияжем лились самые настоящие слезы, и даже тушь размазалась. От сердца отлегло, хотя Марина тут же этого устыдилась. У человека несчастье, а ты радуешься! Но что поделать, если вид плачущей Аньки был ей так приятен?

«Она же до сих пор не замужем», – вспомнила Марина и участливо спросила:

– Водички?

– Нет, спасибо. – Анна достала из сумочки носовой платок и зеркальце. – Я выпью чаю. Тушь размазалась. Извините, не удержалась.

– Что у вас случилось? – участливо спросил Максим.

– Все плохо, – всхлипнула Анна. – Но я думаю, надо рассказать с самого начала?

– Да, – сказали они хором.

– Дело вот в чем. – Романова уголком носового платка стала вытирать потеки туши. – Как я уже сказала, моя личная жизнь не сложилась. То есть она не складывалась до определенного момента. Не скрою: я искала богатого мужа. – Она отложила в сторону зеркальце и взяла чашку остывшего чая. – А последние годы хотя бы любовника. – Глоток. – Богатого. – Еще один жадный глоток. – Извините, в горле пересохло. Нервничаю. Я все зарабатываемые деньги вкладывала в себя. В свою внешность, в наряды, в образование. Ведь у женщины, даже если ей немного за тридцать, есть надежда выйти замуж за принца?

Они с Максимом невольно улыбнулись. Теоретически шанс есть у всех. А практически…

– Мне повезло, – вздохнула Анна. – То есть я так думала. Я его наконец встретила. Мужчину моей мечты. Мне удалось попасть на закрытую вечеринку к одному очень богатому человеку, хотя они и не жалуют журналистов.

Максим с Мариной переглянулись. Ах да! Анна ведь тоже окончила факультет журналистики! Но им никогда не попадались статьи, подписанные фамилией Романова. Впрочем, кто обращает внимание на подпись под статьей в газете или глянцевом журнале? Романова, скорее всего, трудится в поте лица для глянца. И под псевдонимом.

– Там я и познакомилась с Александром Иванниковым, – продолжила Анна после очередного глотка чая.

– Генеральный директор холдинга «ПротОн»?! – вскинулся Максим.

– Именно.

– Постойте… – Он заволновался. – Сегодня в новостях сказали, что утонул один из его заместителей. Это как-то связано?

Анна опять принялась рыдать. И они поняли: связано.

– Володя меня предупредил… Он звонил мне вчера…

– Предупредил о чем?

– Я хотела за Александра замуж. А он… Он женат…

– Обычная история. Дети есть?

Анна кивнула:

– Сын.

– Понятно: наследник. Мама, папа, я, – счастливая семья.

– Они давно уже не счастливая семья! – сверкнула глазами Анна. – Почитайте Инет! Сын учится в элитном колледже за границей, жена Иванникова почти спилась. Живет закрыто, в поместье мужа, в глуши, ее давно уже никто не видит. Она ужасная! Толстая, страшная… Вот со мной он был бы счастлив! Это моя мечта: быть хозяйкой в его доме! В особняке миллиардера! Устраивать шикарные приемы! Помогать ему вести бизнес! – разгорячилась Анна. – У меня все для этого есть! Я великолепно образована, знаю иностранные языки! В то время как его… жена… О! Вы бы ее видели! Чудовище! Я должна была стать следующей госпожой Иванниковой! Но Саша вдруг решил, что я для него старовата. Хотя я готова родить ему ребенка. Даже двух. У нас много общего.

Марина поморщилась: Анна всегда была «слишком уж». Слишком уж правильная. Слишком уж предсказуемая. Слишком уж прямолинейная. И сейчас она говорила банальности. Слишком уж банальности.

– Я сделала на Сашу свою последнюю ставку. Мне ведь уже тридцать шесть. Признаю, это была игра ва-банк. В общем, я стала его шантажировать.

Марина опять переглянулась с мужем, и оба они посмотрели на Анну с удивлением.

– Да, шантажировать. Ведь я журналистка. У меня много знакомых среди богатых и влиятельных людей. Один из моих бывших любовников теперь большой чин в МВД. Я собрала на «ПротОн» солидный компромат. Я всего-навсего хотела показать Саше, что могу быть его верной помощницей. А он понял это по-своему.

– Решил вас убрать? – напрягся Максим.

– Вы все правильно поняли, – усмехнулась Анна. – Самое ужасное в том, что я знаю время и место. Володя успел меня предупредить. Он сказал… Сказал, что нынче не модно просто убивать. Тем более я. Беззащитная женщина. Надо мной можно изгаляться как хочешь. – В голосе Анны теперь была горечь. – Иванников, видимо, решил позабавиться. Недавно я купила путевку в дорогой отель. Остров в Средиземном море, принадлежащий Италии. Уединение, романтика… Хотела две недели отдохнуть на море. Здесь слишком уж жарко и душно, этот ужасный смог… Все бегут из Москвы, вот и я решила… Меня, видимо, решили утопить, – она нервно рассмеялась. – Володя сказал, что в тот же отель летит и киллер.

– Откажитесь от этой поездки, – пожал плечами Максим.

– И Володя мне это посоветовал. А сегодня он утонул. Несчастный случай на воде. Вы верите в это?

– Если честно, нет.

– Как вы думаете, у меня есть шанс? Учитывая, что киллер уже получил аванс?

– А пойти в участок? Или к этому вашему важному чину?

– Звонила. Они не хотят возбуждать уголовное дело. Иванников очень богатый и влиятельный человек. У меня нет доказательств. Вот если я их получу… – Анна взяла долгую паузу.

– К нам-то ты с чем пришла? – не выдержала Марина.

– Когда я узнала, что у тебя детективное агентство, у меня мелькнул луч надежды.

Марина опять невольно поморщилась. Очередное клише. Отпечаток профессии, что ли? Анна поняла это по-своему:

– Нет-нет, ты меня выслушай! Я щедро заплачу! Вы должны поехать со мной.

– Куда?

– В этот отель. Вы поможете мне вычислить киллера. Вы будете меня защищать. Как только у меня будут доказательства… О! Тогда Иванникову не отвертеться!

– Так ты замуж за него хочешь или в тюрьму засадить? – не выдержала Марина.

– Я хочу обеспечить свою безбедную старость. Любым способом, – с нажимом сказала Анна. – И готова поделиться с вами. Вы едите в качестве моей личной охраны, все-таки три пары глаз – это гораздо лучше, чем одна.

– Но ведь против нас – киллер! Как я поняла, он профи!

– Он не будет стрелять, – усмехнулась Анна. – Оружие исключается. Ведь надо пройти таможенный досмотр. А во всем остальном… Ведь нас будет трое. Против него одного. Хотя возможен помощник. Прикрытие.

– Господи, еще и прикрытие! – вздрогнула Марина.

– Вы боитесь? – прищурилась Анна.

– Нет, но нам надо это обсудить, – сказал Максим, и Марина посмотрела на мужа с благодарностью.

– Решайтесь. Если все получится, я создам вам отличную репутацию. От клиентов отбоя не будет. А это… – Анна написала на листке несколько цифр и пододвинула его к Максиму, – ваш гонорар. Исключая расходы на путевки, которые я тоже беру на себя. Мы будем жить в семейном номере, две комнаты, разделенные дверью, которую я не собираюсь запирать. Никогда. От этого зависит моя жизнь. Сама я рассчитываю получить очень большие деньги, думаю, что «ПротОн» в рекламе не нуждается. Иванников миллиардер. – Она встала. – У вас ровно один день, иначе будет поздно. Надо еще сделать вам визы. Я жду ответ завтра до полудня, в противном случае мне придется обратиться в какое-нибудь охранное агентство. Но я знаю, что против меня будет действовать интеллектуал, не дуболом, поэтому мне нужны мозги, а не кулаки. Я и обратилась к вам. Решайтесь. Мне нужно только ваше согласие и загранпаспорта. Все. До завтра.

Романова направилась к двери.

– Я тебя провожу, – вскочила Марина.

– Не стоит. Лучше обсуди с мужем мое предложение.

Дверь закрылась. Анна все рассчитывала до миллиметра, не было хлопка, даже еле слышного, но и щели не осталось, даже щелочки. Марина увидела, что муж сидит, уставившись на написанные Анной цифры.

– Что там?

– Смотри сама, – Максим пододвинул листок к ней.

Какое-то время Марина молчала, потом беспомощно посмотрела на мужа:

– И что нам делать?

– Ехать с ней, что ж еще?

– Но мы ведь не телохранители! Мы частные детективы!

– Ты что, не понимаешь: это наш шанс! – Максим вскочил. – Такой шанс выпадает раз в жизни! Во-первых, дело настоящее. Это тебе не неверных супругов фоткать. Во-вторых, деньги. Это же огромная сумма!

– Откуда они у Анны?

– Тебе ведь сказали: Иванников миллиардер. Наверняка делал ей подарки. Видела, какие на ней украшения?