- -
- 100%
- +
Глава 1
Судья дал свисток и направил руку влево от себя. На табло загорелись цифры 16:15 в пользу команды «Олимп». Арбитр показал руками букву «Т», после чего команды потянулись к своим скамейкам.
– Девчонки, все хорошо, – сказала тренер «Олимпа» Алина Олеговна.
Спортсменки окружили наставницу, держа друг друга за плечи и наклонившись вперед. Они внимательно слушали, ловя каждое слово тренера.
– Мы ведем. Конечно, одно очко это ничто, но сейчас главное не перенервничать. Спокойнее. Надь, ну что у тебя за проблемы? Ты как два разных человека, ей Богу! То нормально отрабатываешь, то как новичок. Соберись! Арина. Все хорошо, продолжай. На приеме перевод вправо и остановка. При защите прыгай сразу, не жди с моря погоды. Кать, лупи так, словно мяч – твой бывший. Тот гад Костя. Сто процентов ярости, ноль процентов пощады. Так и победим! Давай!
Девушки собрали руки в центре круга и хором прокричали «Давай». Некоторые из них взяли бутылки воды из сумки-переноски и сделали несколько жадных глотков.
Счет 16:15 для волейбола – ничто. Особенно в первом сете. Игра может повернуть в любую сторону, особенно если одна из команд пропустит несколько мячей подряд. Вот Алина Олеговна и нервничала. Ее девочки ведут в счете, но гарантий никаких.
А тут еще и Надя Новоселова, одна из главных звезд команды, играет нестабильно. Конечно, ее можно понять. Шутка ли, встречаться два года с парнем и расстаться. Вернее, пережить отвержение, когда тебя бросили. В 17 лет это целая драма в стиле Шекспира.
В такие моменты сложно думать о чем-то еще. Надо, но не получается. Особенно, когда сука-разлучница – твоя лучшая подруга. Тут вообще земля уходит из-под ног, хочется послать весь мир куда подальше.
Но надо терпеть. Ради себя, ради команды, ради мечты. Вот Надя и терпела. И даже продолжала дружить с Ариной. Настолько, насколько это возможно, конечно.
Пару раз кашлянув, Надя вернулась на площадку, как и все остальные. Во рту стало горько, но девушка не обратила на это внимание. Сейчас их подача, а значит, при хорошем раскладе можно немного передохнуть.
Хороший расклад случился. Марина Кривошеева подала точно в дальний угол половины площадки соперниц. Она это умеет, за что в шутку получила прозвище «калькулятор». Ибо так рассчитать силу и угол падения – задача не из легких.
Снова свисток и рука влево. 17:15. Вот так уже проще, но расслабляться рано. До психологической отметки еще три очка, а до победы – восемь. Надо дожимать.
Надя посмотрела на подающую, а потом на сетку, за которой расставились соперницы. Несмотря на острую единицу у окулиста, «картинка» расплылась. Очертания людей были видны, но не более того.
«Странно», – подумала Надя. Сердце забилось сильнее, что напугало девушку.
Дальше «изображение» не только размылось, но и поплыло из правого угла в левый, потом обратно, а затем еще и еще. Стало тяжело дышать. Словно на легкие повесили цепи с оковами. Каждое последующее действие давалось все с большим трудом.
Затем хрип при дыхании. Надя уже не просто дышала, она кряхтела, чувствуя отдачу во всем теле.
Судья свистнул. Марина снова хорошо подала, соперницы перебросили мяч на чужую половину. Арина отбросила снаряд вправо от себя, другая девушка перевела на фланг.
Мяч летел медленно. Надя его поймала взглядом, прыгнула и ударила раскрытой ладонью.
Мяч попал сопернице в лицо и приземлился на паркет. Очко засчитано. Девушки-хозяйки побежали обниматься.
Надя хотела к ним присоединиться, но ноги подвели. Они двигались еле-еле, то и дело натыкаясь друг на друга.
Силы уходили с каждым вздохом. Глаза залились какой-то жидкостью, отчего изображение становилось хуже и хуже.
Звук удара. Никто сразу и не понял, что произошло.
Надя упала на живот и начала биться в конвульсиях. Партнерши по команде увидели это спустя пять секунд, подбежали, повернули девушку на спину.
– Надя, Надя! Что с тобой?
– Дыши!
– Врача! Срочно.
– Разойдитесь! Дайте воздуха!
– Врача, блять!
– Разошлись!!!
– Наденька, держись!
Клубные врачи, едва увидев падение, сразу сорвались с места, прихватив чемоданчик с принадлежностями. Они беспардонно растолкали собравшихся и стали рядом с девушкой.
– Делаю непрямой массаж сердца, – прокричала медсестра и начала ритмично двигать сложенными на груди спортсменки руками.
Медицинская манипуляция не возымела желаемого эффекта. Надя продолжала биться в конвульсиях, а из ее рта пошла белая пена.
– Скорая! Срочно!
По регламенту соревнований бригада скорой помощи была рядом. Она обязана дежурить на площадке и наблюдать непосредственно за событиями. И, как показала практика, не зря.
Врачи в синих куртках среагировали мгновенно. Подбежали, отогнали собравшихся с криками:
– Дайте воздуха!
И продолжили воздействия. Спустя минуту девушка, едва закончившая медицинский вуз, остановилась. Она отвела взгляд в сторону и сказала:
– Она мертва. Вызывайте полицию.
Глава 2
Сегодня Петр встал рано по своим меркам, в 9 утра. У него не было никаких дел или грандиозных планов, просто решил постепенно вернуть себя в форму.
В последние две недели у детектива Тимофеева совсем не было дел. Словно преступники, ревнивые жены и мужья, а также другие желающие заказать объективное расследование, решили дать сыщику отпуск. Следовательно и не обращались.
Сначала Петр был доволен таким раскладом.
– Организму нужен отдых. Восстановление сил. Пауза, – говорил он, глядя в зеркало на самого себя.
Первые семь дней оправдание работало, но потом стало скучно. Телевизор Тимофеев не смотрел, считая 90 процентов эфира мусором и жвачкой для мозгов.
– Жвачка притупляет аппетит и вредит желудку, – говорила ему мама еще в школьные годы. Вот он и запомнил, используя эту установку даже в метафорических смыслах.
Пробовал читать книги, но это занятие тоже не увлекло. Любовные романы для опытного сыщика слишком предсказуемы. Уже после трех глав понятно, что главные герои будут счастливы вместе. Все остальное – мишура, цель которой – оттянуть хэппи-энд.
За детективы Тимофеев не брался из принципа. Зачем читать чужие фантазии, когда в реальной жизни есть куча своих запутанных историй? Некоторые из них и вовсе дадут фору всему написанному и снятому. По крайней мере, так думает сам Петр.
Дома на полках нашлись пара книг по истории. Их детектив осилил за пару дней, а потом снова заскучал. Начал обзванивать знакомых из правоохранительных органов и спрашивать, нужна ли им помощь. Ответы были практически идентичны.
– Да нет. У нас тут сплошь бытовуха или легкодоказуха. Не твой профиль.
«Вот поэтому люди и заводят себе хобби», – пришла в голову простая, как двери, мысль.
Сам он считал хобби бессмысленным занятием и искренне не понимал тех, кто тратит ценное время на «всякую ерунду». Такое бывает, когда большая часть эмоций для тебя недоступна. Простые люди становятся кем-то вроде инопланетян.
После умывания и завтрака Тимофеев хотел скрасить досуг и пойти пострелять из винтовки. Номер своего знакомого, директора стрелкового клуба, был в записной книжке. Позвони и дело сделано. Тот то точно будет рад услышать и принять старого приятеля.
Но не пришлось. Петр допивал кофе, когда телефон завибрировал, а на экране загорелась надпись: «Матвей Николаев. Плц». Последние три буквы означало «Полиция».
– На проводе, – Петр поздоровался по традиции.
– Привет. Скучаешь? – послышалось с той стороны трубки, – А я звоню утолить твои печали.
– К сути.
– Ну, ты как всегда, – с обидой в голосе сказал Матвей, – Приезжай в ФОК на Космонавтов, это в паре кварталов от тебя.
– Знаю. Что случилось?
– Убийство. Не бытовуха, а, как бы тебе сказать… Хитрое. Вот.
– Еду, – сказал Петр и сбросил звонок.
Тимофеев не любил пустую болтовню, особенно по телефону. В такие моменты он сводил взаимодействие с собеседником к минимуму: узнавал суть и выносил свой вердикт. Все.
«Убийство. Банально, конечно. Сколько таких расследовал. Но раз Матвей говорит, что хитрое, значит… там все не очевидно», – рассудил детектив.
Тимофеев вышел во двор, сел за руль своего Киа, повернул ключ зажигания и поехал. Минут за 10 можно добраться, если не собирать светофоры.
«Впервые за две недели выхожу из дома, даже все нужно из куртки не вынимал. Люди считают это подозрительным», – подумал Тимофеев в пути.
**************************************************************
На месте уже работала следственно-оперативная группа. Криминалист, завершив традиционное фотографирование тело жертвы, склонился над девушкой и рассматривал ее. Пытался выявить первоначальные признаки, указывающие на причину смерти.
Полицейские, одетые по форме, опрашивали игроков команды-хозяйки и зрителей. Судей с соперниками, видимо, опросили и отпустили. Площадка по периметру была перетянута лентой-киперкой.
Петр пролез под преградой и направился к телу. Перед ним лежала кареглазая девушка, коричневые волосы которой собраны в аккуратный хвост. Сама спортсменка была высокая и стройная.
«Наверняка поклонников и завистников было много», – подметил Петр.
Матвей подошел и встал рядом. Он понимал, что коллеге в такие моменты лучше не мешать, но не мог отказать себе в удовольствии понаблюдать за его действиями.
Детектив еще обратил внимание на стеклянные глаза Нади, смотрящие в потолок. Но никаких выводов не сделал.
– Что расскажешь? – спросил он у криминалиста.
Тот отвлекся от тела, посмотрел на детектива, поднялся и поздоровался. А потом сказал коротко:
– Отравление. Смерть наступила полчаса назад. Больше пока ничем порадовать не могу.
– Личность установили?
– Это Надя Новоселова, – послышался сзади молодой девичий голос. Он точно принадлежал не оперативнице, – Моя подруга.
– А вы кто? – спросил Петр, обернувшись.
Перед ним была еще одна девушка с хвостом, только зеленоглазая блондинка. Другой бы еще обратил внимание на четвертый размер груди, но детектива это не интересовало. А еще незнакомка была одета в такую же форму, что и убитая.
«Одноклубницы».
– Я Арина Абрамова, одноклубница и подруга Нади. Я была рядом, когда все случилось, – сказала девушка и всхлипнула.
Оно и понятно. На твоих глазах умирает близкий человек, а ты ничем не можешь ему помочь. Врагу не пожелаешь.
– Сочувствую, – сказал Петр с холодом в голосе, – Советую успокоиться, ибо мне нужна будет ваша помощь.
– Скажите, – Арина отдышалась и продолжила, – А вы всегда такой…?
– Какой?
– Холодный.
– Всегда, когда на работе. Эмоции мешают делу.
И это была чистейшая правда. Детектив Тимофеев научился подавлять внутреннего эмпата и сохранять холодную голову в любой ситуации. «Если оплакивать каждую жертву, то умрешь от обезвоживания», – говорил он. Спорить с ним никто не решался.
И тут Петр посмотрел на скамейку. Рядом с ней он заметил черную сумку и поспешил спросить:
– А что там? – для верности указав пальцем.
Арина оглянулась, потом снова посмотрела на собеседника и ответила:
– Черная сумка.
– Это понятно. Что в ней?
– Да так, мелочь всякая. Бинты, повязки, бутылки с водой…
«Бутылки с водой. Жертва отравлена. Пазл складывается».
Мужчина подошел к сумке, надел перчатки, которые он всегда носил с собой, и открыл ее. Внутри были бутылки. Самые обычные, которые продаются в каждом мало-мальски работающем продуктовом магазине.
Бутылки объемом 0,5 литра, этикетка с названием бренда и синие крышки. Банально.
«Хотя нет».
Одна крышка была не синей, а красной. И заполнена емкость была примерно наполовину.
Детектив достал и бутылку и показал Арине.
– А сейчас соберитесь и ответьте на вопрос: из этой бутылки пила погибшая Надежда?
Девушка пригляделась, в ее глазах читался активный мыслительный процесс. Для полноты картины не хватало только бегущей строки на белках и радужках.
– Да, из этой, – Арина ответила так, словно ее током ударило, – Красный. Мой любимый цвет.
Детектив осмотрел другие бутылки, стоящие в сумки. Две из них тоже были не полные.
– Матвей, – сказал Петр и обернулся, поглядев на товарища, – Ты вовремя. Передай это криминалисту и попроси отправить на экспертизу.
Детектив отдал бутылки.
– Будет сделано. А как ты понял, что я сейчас стою рядом?
– Почувствовал.
Помощник отошел и, судя по жестикуляции, выполнил просьбу. Криминалист упаковал каждую бутылку в отдельный зип-пакет и кивнул.
– Арина, – Петр снова обернулся к спортсменке. Та все еще стояла на месте и наблюдала за происходящим, – Скажите, а бутылка… Она у каждого своя? Личная?
– Нет, – отрезала девушка, а затем перевела дух и продолжила, – Перед каждой игрой и тренировкой нам привозят спайку бутылок. В них по 24 штуки как правило. Они не закреплены, каждый пьет из той, которую возьмет. Сами посудите, будет ли кто-то во время игры или тренировки в запаре разбираться, где чья?
– Думаю, нет.
– Именно. Плюс они одинаковые, – девушка была довольна собой и улыбнулась, но быстро переменилась в лице, – Подождите. А это важно?
– Вы даже не представляете насколько.
– Что вы имеете в виду?
– Думаю, вам лучше этого не знать. Крепче спать будете. Могу поговорить с тренером?
– Конечно, сейчас позову…
Звать не пришлось. Алина Олеговна, едва услышав слово «тренер», подошла сама.
– Здравствуйте, я Алина Олеговна Гончарова, тренер команды «Олимп». А вы?
– Петр Тимофеев, детектив.
– То есть вы не из полиции?
– Нет. Но я помогаю правоохранительным органам на общественных началах.
Тут Тимофеев соврал. Гонорары от МВД за раскрытие дел он получает, но мотивация вовсе не в деньгах. Да и знать об этом всем остальным не обязательно.
– И вы тут потому что…
– Потому что дело необычное, – Петр не дал женщине договорить, – Я бы даже сказал, дерзкое. Но это лирика.
– У вас есть ко мне какие-то вопросы?
– Вопросов нет, есть просьба.
– Ничего себе, – тренер удивилась, – Слушаю.
– В общем, у меня есть версия, что Надя не была истинной целью убийцы. Скорее всего, она пострадала случайно. Но это догадка, требующая проверки. Но и ваших подопечных подвергать риску не хочется.
– Это точно. Риск нам не нужен.
– Согласен. Вы же еще в СССР играли и тренировали, верно?
– Да.
– Помните, тогда была такая практика, когда команду закрывали на базе и никуда не выпускали по одному? Вот было бы неплохо организовать что-то такое.
– Но это невозможно! – запротестовала Алина Олеговна, – У девчонок еще учеба, да и родители могут быть против.
– Решать, конечно, вам, – спокойно отреагировал Петр, – Но есть риск, что уже скоро мы будем расследовать не одно убийство, а два-три. Хотя дело ваше.
Детектив развернулся и пошел в сторону криминалиста, который уже паковал вещи и собирался уехать в лабораторию. Сзади прозвучали слова тренера в духе «хорошо, сделаю», но Тимофеев уже потерял всякий интерес.
– Напишешь, как будут результаты экспертизы? – спросил он, положив руку на плечо криминалиста.
– Конечно. Есть какие-то идеи?
– Да, возникла версия. Я пока ее проверю. Но уверен, что эти бутылки нам очень сильно помогут.
– Обычная пластиковая бутылка. Такие были в каждом доме и в каждом магазине, – сказал эксперт, подражая манере Каневского из «Следствие вели».
– Но именно эта повседневная вещь сыграла в нашей истории роковую роль, – подхватил Тимофеев. Любил эту передачу, а манера ведущего подавать информацию запомнилась.
– Тимофеев! – детектива окликнули командным голосом.
Это был подполковник Завьялов. Он редко выезжал на место преступления лично, однако тут сделал исключение.
– Так точно, Николай Иванович.
Вот с кем с кем, а с ним детектив всегда общался на «Вы» и формально.
– Закончил свои дела? – уже спокойнее спросил он.
– Так точно.
– Будет к тебе просьба. Поможешь?
– А разве я могу отказаться? – Тимофеев спокойно задал риторический вопрос.
– Вот и хорошо. Тебе надо будет съездить к отцу Новоселовой и сообщить о произошедшем, а также пригласить на опознание. Мы ему звонили, но он не отвечает. Звать Федор Михайлович, работает прорабом в строящемся ЖК «Изумруд». Думаю, слышал.
– Слышал.
– Вот. Езжай туда и сообщи. Может, что интересное узнаешь. Но это вряд ли, конечно.
– Сделаю. Могу идти?
– Можешь.
Петр жестом позвал Матвея и потянулся на выход. Напарник пошел следом практически сразу. Привык уже понимать детектива с полунамека.
Глава 3
– Кстати, я успел узнать, кто поставляет воду, – отметил Матвей в тот момент, когда автомобиль встал на дороге из-за красного сигнала светофора.
– И кто же? – спросил Петр.
– ООО «Доставка воды».
– Банальное название.
– Что есть, то есть. Так что надо будет ими заняться.
– Однозначно, – согласился Тимофеев, – Тем более я знаю, что искать.
– Поделись.
На светофоре загорелся зеленый сигнал. Детектив нажал на педаль газа. Авто тронулось.
– Все просто. Узнаем цепочку поставки, потом восстанавливаем хронологию. Мы знаем, что интересующие нас бутылки поступили перед игрой. Соответственно, выясняем время отправления и приемки.
– А дальше?
– Дальше надо узнать, кто имел к ним доступ на каждый из стадий. Убийца отравил воду в одной из бутылок заранее. Это факт. Осталось выяснить, кто и когда.
– Логично.
Тем временем машина снова остановилась. Вновь красный свет.
– Мда, – цокнул языком Николаев, – Похоже, все светофоры соберем.
– Сейчас у нас не особо срочное поручение, – отметил Тимофеев, – Тем более что выполняем чужую работу.
– А я, кстати, знаю, почему именно тебе поручили сообщить отцу Нади о смерти дочери.
– Потому что я безэмоциональный?
– Отчасти. Это, знаешь ли, бывает очень тяжело. А тебя едва ли будут терзать душевные угрызения.
– Не будут, – отрезал детектив, – Но это пустая трата времени. Можно, конечно, задать набор стандартных вопросов, но едва ли они помогут делу.
– Почему не помогут? Вдруг у нее были враги, ей кто-то угрожал…
– Бред. Вот, давай разберемся.
Напарник кивнул.
– Угрозы вообще ничего не значат, – начал Петр, – Убийца обычно не анонсирует свои планы, а угрожающий редко переходит от слов к делу. Если ты что-то задумал, то зачем тебе сразу наводить на себя подозрение? Если человек не совсем идиот, то не зачем.
Тимофеев сделал паузу. Он снова нажал на педаль газа и, проехав несколько десятков метров, продолжил.
– А враги это вообще странная тема. Как понять, кто враг, а кто нет? Можно ли из-за одной ссоры делать такие выводы? Мы не в художественной литературе, отношения между людьми намного сложнее.
Матвей прыснул:
– Смешно слышать про отношения людей от тебя.
– Ну, смейся, раз смешно, – холодно ответил Петр и молча продолжил управление.
В голове всплыли слова Арины, сказанные во время опроса на месте преступления. «Подруга умерла на моих глазах… А я ничего не смогла сделать».
И ее вопрос: «А вы всегда такой…холодный?»
«Нет, не всегда. Раньше я был другим», – подумал Петр и погрузился в воспоминания.
Глава 4
Шесть лет назад
Пятничным вечером из отделения полиции вышли двое: Петр Тимофеев и Иван Дмитров. Молодым сотрудникам, лишь полгода назад окончившим академию, не доверяли сложных и опасных дел. Поэтому в последний рабочий день они освободились раньше всех.
– Пошли по бургеру шлепнем. Есть что обсудить, – предложил Иван.
Петр охотно согласился. Не только потому, что проголодался. Все же поход в фастфуд – это не столько про еду, сколько про отдых и возможность приятно провести время.
Иван и Петр подружились на первом курсе, практически сразу найдя общий язык друг с другом. За время учебы, как им казалось с высоты своего опыта, они прошли огонь, воду и медные трубы.
А тут еще и фраза «есть, что обсудить». Ваня такими словами не разбрасывается. Значит, повод максимально серьезный.
Парни отправились в путь. До нужного места пешком было примерно минут 15.
****************************************************************
Одним бургером дело, естественно, не ограничилось. Парни взяли их по три штуки, а еще две картошки фри и два больших стакана колы. За разговорами время шло незаметно.
– Кстати, – сказал Ваня, не прекращая жевать, – Посмотри. Тут несколько фото. Полистай и скажи: какое лучше.
С этими словами он протянул Пете телефон. На экране был открыт скриншот сайта ювелирного магазина.
Петр начал листать. Там были четыре помолвочных кольца разного ценового диапазона: от 20 до 100 тысяч.
– Что, – спросил он с нескрываемой улыбкой, – Таки созрел Наташе предложение сделать?
– Да. Мы все же с восьмого класса вместе.
– А чего тянул так долго то?
– Нуууу, – приятель отвел взгляд, – Надо было поступить в академию, закончить ее, встать на ноги. Все же создание семьи – ответственный шаг, – Он сделал паузу и посмотрел на Петра ехидным взглядом, – А ты когда с Машей распишешься?
Тимофеев закатил глаза и мысленно выругался. Эта черта друга его откровенно раздражала. Но отвечать все же надо было:
– Ванек, ну я ж говорил. У нас с Машей все намного сложнее. Она ж еще в меде учится, а там… Должен помнить мои рассказы.
– Ой, да ладно тебе! Если любит, то учеба не помеха. Может, она вообще прикрывается своей нагрузкой?
– Вряд ли. Какой в этом смысл?
– Смыслов много, дружище. Например, не знает, как тебя осторожно отшить. Или не хочет серьезных отношений, вот и держит тебя на расстоянии. Или еще что. Чужая душа потемки.
– Возможно. Да, я о другом сейчас думаю.
– О чем же?
– У нас началась новая жизнь. В ней столько всего предстоит. Интересные дела, расследования, новый опыт. Вот о чем я думаю. Плюс с Машей я не так давно. Рано решаться.
– Может, ты и прав, – согласился Иван, допивая колу.
Петя тоже взялся за напиток, а оставшийся бургер уложил в сумку. На часах уже было 21:30, а потому настало время расходиться. Все же желание отдохнуть тоже было.
Парни вышли и отправились по улице. Жили они недалеко друг от друга, буквально через пару домов.
– Может, срежем? – предложил Ваня.
– Да ну! Давай лучше по освещенной пройдем, – возразил Петя.
– Боишься? – приятель не скрывал ехидства.
– Проявляю здоровую осторожность. Пятница, вечер. Много кто напился уже или сделает это в ближайшее время. А нам в принципе лучше не вляпываться в неприятности. Даже если они так и просятся.
– Ай, зануда, – Дмитров поморщился, – Там 100 метров срезать. Что ты как маленький?
– Ладно, – неохотно согласился Тимофеев.
Они свернули. Путь был прост: достаточно пройти через небольшой темный двор, а там уже снова фонари и дорога.
На улице почти никого не было. Только два каких-то странных парня терлись возле подъездной двери. Отдаленно они напоминали гопников, но не выглядели угрожающе.
Внешность оказалась обманчива. Стоило Петру и Ивану пройти полпути, как неизвестные сдвинулись с места. Они быстро встали на пути у полицейских, держа расстояние в несколько метров.
– Что надо? – спросил Ваня.
Неизвестные вместо ответа достали что-то из-под кожаных курток (разглядеть этот элемент одежды удалось только сейчас). Потом прозвучали выстрелы.
Все произошло слишком быстро. Ваня упал, Петя застыл, а неизвестные скрылись. Осознание пришло не сразу.
Тимофеев бросился к приятелю. Тот был жив и в сознании, но выглядел неважно.
– Ваня! Держись! Я сейчас….
Петр достал телефон, набрал номер «112» и судорожно проговорил:
– Але, скорая? Огнестрельное ранение. Адрес, адрес…
Он посмотрел по сторонам и увидел табличку с названием улицы. Продиктовал адрес, попросил приехать быстрее.
– Ваня, держись. Скорая едет. Смотри мне в глаза. Дыши.
Иван начал слабеть. Он уже не мог смотреть на друга, глаза закрывались, а дыхание становилось все более редким.
– Держись!!! Дыши!!!
Петя уже орал. Больше от бессилия.
Вдалеке послышался звуковой сигнал. Спустя некоторое время во двор заехала скорая. Из машины быстро выскочили врачи, схватили каталку и довезли ее до места происшествия.
Ваня закрыл глаза окончательно. Петя быстро проверил пульс. Есть! Слабый, но есть.
Далее все как в тумане. Друга увезли, Тимофееву назвали адрес больницы и попросили добраться своим ходом.
И вот, стоя во дворе в одиночестве, он впервые понял, что не все в жизни можно контролировать. Друг находится между жизнью и смертью, а ты ничего не можешь сделать.