Ложь «Родноверов»

Самое нелепое в том, что языческие идолы, как сегодняшние, так и ранние, действительно очень уж напоминают мужской половой орган. И так это раньше и воспринималось. Даже красили специально в красный цвет. Почему так? Неразвитость древних славян, под которых приспосабливаются «родноверы»? Она послужила идеей о том, что это плохообструганное бревно что-то им напомнило? Или изначально они в своем художественном творчестве стремились именно к такой форме? Как до этого почитали землю и роженицу? А потом нечто мужское и брутальное? Но факт остается фактом, кланялись древние славяне, увы, именно фаллосу.

«В збручском предположительном перечне, отстоящем от киевского на одно-полтора столетия, есть все основные боги Владимира и отсутствуют два второстепенных: Хорс (солнце-светило) и Семаргл, крылатый пес – покровитель растений. Оба они связаны с иранской средой, слабо отраженной в скифской древности на этой окраине. Более странно отсутствие Стрибога, в котором видят верховное божество неба, но это получит свое объяснение ниже. Превышение збручского перечня над киевским выразилось в двух персонажах: Лада и Волос. Оба эти божества связаны с хозяйством древнего славянина, с весенним началом полевых работ (Лада) и с жатвой урожая (последний сноп – «Волосу на бородку»).

Общий облик его – фаллический. Его отношение к культу «срамных уд», которые «в образ створены» и которым приносят жертвы и поклоняются, подчеркнуто окраской всего истукана в красный цвет. Следы былой покраски до сих пор сохранились в разных местах изваяния и могут быть обследованы в том специальном зале, который отведен збручскому идолу в Краковском Археологическом музее».

Не удивляйтесь тому, что идол в Польше. Эта страна захватила сегодняшнюю западную, и не только, Украину. Затем ее ученые нашли идола. И перевезли, разумеется, в свой музей. Но общая тенденция хорошо прослеживается во всем этом.

ДРЕВЛЯНЕ

Переходим к главе «Древлянская Морена» того же Рыбакова. Вот мы и добираемся, как я обещал до этого интереснейшего, но возмутительного племени.

«В шумском ритуальном сооружении все соответствует «огромному чучелу», созданному для «общественного жертвоприношения»: чучело изготовлено из кольев и легкого материала; прочной кровли над сооружением не было. Чучело огромно: длина его в 3,5 – 4 раза превышала размеры жилищ в соседних синхронных поселках древлян IX – X вв.

Внутри чучела сожжены: бык, птица и многое неопознаваемое другое. Были ли сожжены люди, мы утверждать не можем, но вещи людей в кострище были (посуда, ножи, пряслица). Человеческие кости в могильнике рядом с чучелом, охраняемые погребальной урной, сохранились в ничтожных остатках («мелкие пережженные косточки»); здесь, в мощном кострище площадью в 15 м, где отложилось около 10 кубометров золы и углей, такие косточки могли и вовсе не сохраниться.

Известно оно было и древним русам: сын Ольги Святослав во время войны с Византией был осажден в Доростоле на Дунае. После вылазок, ночью, русы, по свидетельству Льва Дьякона, выходили из крепости и сжигали трупы своих воинов. «Когда ночь опустилась на землю и засиял полный круг луны, скифы (русские) вышли на равнину и подобрали своих мертвецов. Они нагромоздили их перед стеной, разложили частые костры и сожгли, заколов при этом, по обычаю предков, множество пленных мужчин и женщин…».

Этот мрачный эпизод запечатлен на картине Г. И. Семирадского в Историческом музее в Москве. Если принять допущение о военном происхождении шумского комплекса, то ход событий может быть предположительно восстановлен так:

а. Осуществив свой суд над князем-волком и узнав о судьбе своих посольств, древляне должны были готовиться к войне с Киевом. Одним из элементов этой подготовки могло быть грандиозное жертвоприношение, совершенное втайне от киевлян на глухой окраине Деревской земли.

б. У последнего древлянского села (Тетеревка) был создан комплекс для погребения своих воинов (крада и могильник с трупосожжением) и для торжественного сожжения жертв. Обширный дом с печью («истобка») и пристройками мог быть предназначен для временного пребывания участников церемонии. Четырнадцать деревянных сарайчиков могли предназначаться для временного помещения трупов своих покойников. Глина в «истобке» могла служить для оформления деталей чучела («Баба-Яга, морда глиняная»).

Организация «восточного выступа» чучела (левая половина груди великанши), где нет ни кострища, ни следов кольев, ни камней, наталкивает на мысль, что ритуал умилостивления Морены-Яги мог подразделяться на два этапа. Первоначально, очевидно, на дерне площадки был обозначен общий контур женской фигуры. В области её сердца (начало «восточного выступа» близ входов) был поставлен массивный идол в яме диаметром в 1 м; рядом с ним был устроен круглый, плоский глиняный жертвенник, а между ними – еще одна яма неизвестного назначения.

Срединные столбы конструкции чучела, которые одновременно могли быть тоже идолами, позволили И. П. Русановой напомнить описание русского культового места на волжской пристани, сделанное Ибн-Фадланом: длинный столб с лицом человека, а вокруг него маленькие изображения, позади которых еще какие-то «длинные бревна». Все это здесь есть. Очевидно, в этом месте, где подразумевалось сердце богини, производился самый обряд принесения жертв, которые затем размещались в середине чучела, в утробе богини».

Здесь идет речь о богине древлян Марве, она же Мурена, Лихо Одноглазое, прототип Бабы Яги. Что она значила для древлян? А то, что в самых сложных ситуациях ей приносили уже не просто в жертву животных, методом сжигания. Но людей. Находка Рыбакова на территории современной Украины, в местах обитания древлян, как он утверждает, говорит о том, что, когда древляне убили князя Олега и поняли, что на них пойдет Ольга, они, в тайне (чтобы никто не понял, что готовятся к войне) соорудили огромный идол Марвы из веток и бревен, превышающий по размеру человеческое жилище той поры, засунули туда животных и людей и подожгли. Ведь правы современные «родноверы», нам есть чему поучиться у предков. И неважно, что все эти манипуляции их не спасли. Главное – горело красиво!

Ну и по поводу того, что греки нас иногда называли скифами. Которых к тому времени уже и след простыл. Дело в том, что еще со времен их существования, эллинские купцы и путешественники называли всю землю, где пасли свой скот скифы – Скифией. Естественно, никакого государства у скифов не было. Но ту стороны, где они обитали или куда часто заходили, так было принято называть еще с незапамятных времен.

Когда уже на ней жили исключительно славянские племена, по привычке греки продолжали именовать ее Скифией. А всех обитателей – скифами. Пусть это вас не смущает. В приведенной выше летописи имеются в виду именно наши предки. Греки и не думали разбираться в славянских племенах, кто есть кто. Зачем? Ведь так и привычнее, и проще.

РОД

Возвращаемся к Рыбакову:

«Когда у русских и славянских историков в XVII – XVIII вв. проявился интерес к язычеству, то было обращено внимание и на изображения древних богов. Приурочение тех или иных скульптур к славянству языческой поры делалось без достаточных оснований, но это и в настоящее время осталось делом нелегким. Романтика, которой всегда овеяно углубление в языческую старину, способствовала появлению подделок, выдаваемых за славянских идолов. Исходным материалом для этих фантазий служили исторические источники о храмах и идолах балтийских славян XI – XII вв. (Сефрид, Гельмольд, Саксон Грамматик и др.). Таковы, например, грубые подделки, «найденные» в 1687 – 1697 г. в замке Прильвице в земле древних бодричей, породившие целую литературу, или так называемые микоржинские идолы»

Подделки или не подделки не важно. Сегодняшние язычники их бы расхватали только так и к себе бы в комнаты установили. Еще бы и гордились этим. Хотя они сами для себя не плохо из сухих палок выстругивают.

О роде. Знал я одного парня. Жил он с матерью. Отца не было. И вот мама ему, которая отца ненавидела настолько сильно, что и представить нельзя, сыну постоянно говорила, что его отец татарин и алкоголик. Вообще такое бывает крайне редко, но сын верил. Почему татарин? А она их почему-то очень не любила. Оставим это на ее совести.

Особым патриотом тот парень никогда не был. Чувствовал себя ущербным. Особенно, когда в одной компании собирался я и еще кто-нибудь из отслуживших в армии. К слову, парень тот не служил. А мы, служившие, что-то вспоминали, делились впечатлениями, говорили за службу, командиров и товарищей. Почему-то, как правило, диалог всегда заканчивался словами, что тот, кто не служил, не совсем, как бы это сказать, правильный россиянин. Вот.

Если при таких разговорах присутствовал тот парень, то, не дожидаясь окончания беседы, он куда-то пропадал. Я каюсь, но иногда, словесно, в шутку, мы могли задеть и его. Он догадывался об этом уже и сбегал, когда заходили разговоры за службу.

А пять лет назад мать ему призналась, что его отец был русским. Она тоже, кстати. И этот парень стал стремиться (не крещенный) к каким-то славянским корням. Выглядело это странно. Я сторонник того, что сознание диктует бытие. И можно привезти ребенка в России негроидной расы и воспитать здесь, тогда мы получим русского. А когда ты, по большому счету, не знаешь, кто ты, это как-то, в любом случае, отражается на личности.

И вот этот парень мне теперь рассказывает про род. Наш, славянский род. Позвольте, товарищи, я свой род знаю. Я законнорожденный, чем горжусь, и за что благословляю матушку и батюшку. А отца своего этот парень так и не увидел. К моменту, когда он все узнал, тот уже умер. Да рода своего он не знает до сих пор. И не узнает. Но мне про какой-то род рассказывает. Про славянскую кровь, ее силу и прочее.

Я патриот, но такой чуши не понимаю. У каждого в роду, за всю дальнюю дорогу, были разные люди. Или ты прямой потомок Святослава? А прадеда хоть назовешь? Кем он был? Чем занимался? Мой один в ВОВ погиб (Евгений) старшим лейтенантом черноморского флота. Второй вернулся с войны весь израненный (Дмитрий) и не долго прожил после этого, а твои? Не знаешь? А род какой? Чей? А, общий наш? Ну, молодец, примазался.

Я людей не делю по признаку родословной и прочего. Но это они сами так делают, а разобравшись, оказывается, что нет у них ничего, как правило. Безродные, сколько не общался. А они про РОД мне, предков славян… А что предки? Мои прапрадед паломником был. В Киево-Печерскую пешком ходил (Григорий) со Ставропольской губернии.

Так, а что же тогда есть приверженность своему роду? Была ли она у нас, когда-либо? Осмеюсь ответить положительно. И я сейчас как раз имею в виду период христианской Руси, существующей до 1917 года.

В чем эта приверженность выражалась? А вот в чем. В те незапамятные времена русские жилы именно родами. Будь то крестьяне, например, которые были членами определенного рода. Каждый помнил имена своих предков на много поколений назад. Кто кем был, как жил. Какие были установлены отношения с другими родами. Один крестьянин мог не общаться с другим, в виду того, что их прадеды что-то не поделили давным-давно.

Поэтому люди старались жить как можно порядочнее. Все понимали, что за их дела могут ответить потомки. Получить за них беду или награду. И дело многограннее, чем просто человеческие взаимоотношения. Необходимо понимать, согласны вы или нет, что грех, это такой порок, который имеет свойство переходить на потомков. Как мутации. Подданные Российской Империи были в этом полностью уверенны и старались строить свою жизнь в рамках этого формата.

А давайте разберем такой пример. Один боярин возвращается после царской опалы из ссылки в родной город, где своего почти уже ничего не осталось. Он идет к другому боярину и просит помочь. Тот идет на встречу. Опальный постепенно становится на ноги. А спустя много лет, правнук оказавшего милость приходит к правнуку того, ссыльного и говорит:

«Прадед мой Василий помог твоему прадеду Степану. Теперь и я нуждаюсь. Все хозяйство сгорело у меня».

Конечно, тот все помнит. Естественно он с радостью помогает просящему. В те времена люди имели память. Я бы сказал родовую. Даже когда лично дворяне одного города не знали дворян другого, существовал их реестр, кто есть кто, а также память и мнение окружающих любого из них о его роде. На основании этой информации делались свои выводы. Заключались браки.

Вся та ситуация ставила людей в определенные рамки. Они были вынуждены действовать размеренно и обдуманно. Нельзя было допустить возможности скомпрометировать не только себя, но и всю семью. А большевики попытались превратить всех в безродных псов. И вот сегодня передо мной, образно говоря, стоит человек, не знающий не то чтобы прапрадеда, но даже отца и что-то рассказывает про виртуальный общий наш с ним род. Поклоняется деревянным идолам, имеет лживое представление об истории моей страны, проклинает Святую Церковь, которая не бросала никогда и любила народ свой. Вот он, в моем понимании, и есть самый настоящий безродный пес.

Я продолжу немного тему про взаимоотношение Церкви с народом одним эпизодом. Перед вводом войск в Чеченскую республику, в Грозном практически не оставалось священников. Но никто из них не убежал, хотя мог бы. Ведь как можно было бросить находящихся под прессингом русских людей, живущих в жутких условиях и нуждающихся в пасторском слове, окормлении, утешении и любви.

Священников одного за одним убивали боевики. Они все равно не покидали своих паств. Как боевых постов настоящие солдаты, находящиеся на пороге гибели. «Из-за денег и роскошной жизни, вероятно». Ведь бабушка после вечерней службы могла протянуть иерею не одну сырую картошку в благодарность за труды, а две. Последний священник был убит по прямому приказу Басаева. Кто-то увидел, как он благословил колонну российских войск и донес.

НОВГОРОД

Продолжаем обсуждать эту тему в продолжение разговора о причинах противостояния власти древней Руси с не менее древней оппозицией, которую нам сегодня некоторые пытаются преподнести, как уничтожения христианами своих оппонентов. Рыбаков, книга та же, глава шестая:

«В 980 г., когда осуществлялась языческая реформа в Киеве, то нововводимый культ Перуна начал утверждаться и в Новом городе. Киевский летописец очень лаконично сказал об установлении кумира Перуна в Новгороде, ничего не сообщая, как, впрочем, и относительно Киева, о взаимоотношении нового культа с более ранними. Позднее новгородские летописцы добавили, по преданиям, некоторые детали, говорящие о взаимной враждебности местного населения и Перуна».

Вот оно насаждение одного культа, который должен был заменить другой в древнем Новгороде.

«Идол Перуна был поставлен Добрыней в том месте, которое до сих пор называется Перынью, как об этом свидетельствует Адам Олеарий, побывавший в Новгороде в 1654 г.:

«Новгородцы, когда были еще язычниками, имели идола, называвшегося Перуном. т. е. богом огня, ибо русские огонь называют «перун». И на том месте, где стоял этот их идол, построен монастырь, удержавший имя идола и названный Перунским монастырем. Божество это имело вид человека с кремнем в руке, похожим на громовую стрелу (молнию) или луч. В знак поклонения этому божеству содержали неугасимый ни днем, ни ночью огонь, раскладываемый из дубового леса.

И если служитель при этом огне по нерадению допускал огню потухнуть, то наказывался смертью» (Подробное описание путешествия голштинского посольства в Московию и Персию, составленное секретарем посольства Адамом Олеарием. М., 1870, с. 80-81. Далее следует рассказ о дубине, брошенной Перуном и о ежегодном празднике Перуна. О языческом культе деревьев см. с. 60-61.)».

Я коснулся этого божества, потому как он хорошо известен историкам, чем моментально воспользовались «родноверы». Только это не отец их, как они заверяют, а огонь. Будем поклоняться огню? Конечно, нет. Сегодня, в отличие от древних веков, сам по себе огонь нам не кажется какой-то мистической ипостасью. Да и чем-то уж очень необходимым, без чего не прожить. Мало того, что его теперь стало легко раздобыть, мы можем разогреть или приготовить пищу и другими способами. Как и отопить жилище.

Но через порог огнепоклонение ступили многие народы. А сейчас, насколько это актуально? Говорит о развитии и пути вперед или об обратном? Причем, в действиях наших предков прослеживается явный примитивизм. Даже довести до ума и как-то развить теорию об огне они не сумели. В отличие от тех же персидских огнепоклонниках.

Теперь перейдем к, непосредственно, самому началу Крещения. Некому, как сегодня иногда озвучивается, якобы, военному вмешательству христиан.

«В Новеграде людие, уведавше еже Добрыня идет крестити я, учиниша вече и закляшася вси – не пустити во град и не дати идолы опровергнут. И егда приидохом, они, разметавше мост великий, изыдоша со оружием. И аще Добрыня прещением и лагодными словы увещевая их, обаче они ни слышати хотяху. И вывезше 2 порока (метательных орудия) великие со множеством камения, поставиша на мосту, яко на сущие враги своя. Высший же над жрецы славян Богомил, сладкоречия ради наречен СОЛОВЕЙ, велъми претя люду покоритися.

Мы же стояхом на Торговой стороне, ходихом по торжищам и улицам, учахом люди, елико можахом … И тако пребыхом два дни, неколико сот крестя. Тогда тысецкий новгородский Угоняй, ездя всюду, вопил:

«Лучше нам помрети, неже боги наша дати на поругание!»

Добрыня еде в Новгород. К слову, в свой родной город. Где жрецы возмущают народ. Это единственный случай, известие о котором дошло до наших дней, свидетельствующий о «большой драке» христиан и язычников. Этим фактом к месту и без постоянно прибегают «родноверы», плачущие о каком-то истреблении. И раз больше им вспомнить, по сути, нечего, они манипулируют именно этим событием уже довольно-таки долго и останавливаться не собираются.

Отмечаем, первым делом, факт того, что в городе уже точно был как минимум один христианский храм. Много христиан. Принявших веру, разумеется, добровольно. В городе жила жена Добрыни. Жрецам, во что бы то ни стало, необходимо было «столкнуть лбами» язычников и христиан. Чтобы вторым как можно сильнее навредить, и они разозлились, а первым уже было некуда отступать.

Для этого кудесник-оратор Соловей уговаривает новгородцев устроить погромы христиан. Требует крови. В итоге убивают жену Добрыни и многих христиан. Разрушают храм. Затем выводят 5 тысяч людей на встречу Добрыни биться с ним. Добрыня побеждает. Командир язычников сбегает. Добрыня входит в город и уничтожает идолов.

Никаких сведений о погромах и преследованиях. Говориться лишь о том, что люди плачут «за идолов». И это после убийственных погромов, устроенных язычниками? Так кто же устроил эту «заварушку»? Сами поганцы. А о каком геноциде может идти речь, если сошлось два войска, и одно из них отступило?

«Народ же оноя страны (левый берег Волхова, где был Детинец), рассвирепев, дом Добрынин разориша, имение разграбиша, жену и неких сродник его избиша … (военачальник Добрыни Путята переправился через Волхов) выше града (т. е. там, где Перынь) и вошел во град … Людие же страны оные, услышавше сие, собрашася до 5000 оступиша Путяту и бысть междо ими сеча зла.

Неки шедше церковь Преображения господня разметаша и домы христиан грабляху … (Добрыня победил язычников) и а бие идолы сокруши – деревяннии сожгоша, а каменнии изломав, в реку вергоша; и бысть нечестивым печаль велика. Мужи и жены, видивше тое, с воплем великим и слезами просяще за ня, яко за сущие их боги …» (Татищев В. Н. История Российская, т. I, с. 112-113)».

Но на этом язычники не успокаиваются. Они, именно и только они, переходят к настоящему террору. Пытаются развязать настоящую войну. Помазать своих поклонников христианской кровью. Однако это у них не выходит.

«В Киеве в 1068 г. был убит новгородский епископ Стефан («свои его холопи удавиша»). В Новгороде около 1071 г. появился волхв: «творяся акы бог. Здесь тоже собирались убить епископа, и «людие вси идоша за волъхва». Только смелость и решительность князя Глеба Святославича, зарубившего языческого жреца топором, позволила восстановить положение, после чего вполне естественно предположить репрессии против язычников. Церковные писатели в это самое время писали о том, что русские люди «словом наречающеся хрестияне, а поганьскы живуще», дьявол переманивает их от бога «трубами, гуслъми, русальями». (Новгородская I летопись, с. 188. 1068 год)».

ЧЕРПАЯ МУДРОСТЬ ИЗ БЫЛИН

И они нам также ясно свидетельствуют именно о человеческих жертвоприношениях, проводимых древними славянами, что сразу заметил Рыбаков:

«Принесение Садка в жертву царю Водянику обставлено по всем правилам языческого жертвоприношения: как только подводный владыка остановил невидимой силой корабль или поднял грозную бурю, Садко начинает одаривать море бочками серебра и золота, откупаясь от царя, но это не помогает:

Ай же, вы дружки-братья корабельщики,

Верно не пошлины Поддоный царь требует,

А требует он голову человеческу!

(Новгородские былины, с. 188.)

Далее происходит жеребьевка, выбор жертвы по воле судьбы. Такая жеребьевка описана в летописи, когда за неделю до Перунова дня в 983 г. определяли жертву. Художник Радзивиловской летописи показал технику обряда: князь бросал игральные кости, и тот, кому выпадало счастливое число (шестерка), считался пригодным. Здесь бросали в море деревянные жребии, и тот, чей жребий тонул, должен быть утоплен. Обреченного не просто бросали в воду, а спускали на воду «дощечку», «дощечку дубовую» (часто), на «колоду белодубову» или в поздних вариантах – «шлюпоцку».

По поводу разорения христианских храмов язычниками в тех же былинах:

«В некоторых вариантах былины о Садке наряду с церковью Николы упоминается на втором месте церковь Спаса-Преображения (Новгородские былины, с. 212), что соблазнительно сопоставить с тем, что новгородцы-язычники в 989 г. «церковь Преображения господня разметаша». В восстановлении этой церкви вскоре после утверждения христианства был особый символический смысл».

Теперь предлагаю поговорить о тех людях древности, которые и осуществляли все те бесчинства, убийства и прочие непотребства. О людях, чьим именем сегодня себя называют многие неязыческие учителя. О жрецах.

Неужели, как сказала мне одна малодушная женщина, ты веришь, что наши предки могли быть столь кровожадны, как ты мне рассказываешь? Нет, ответил я ей. Это были сущие ангелочки, которых «оклеветали» злые историки. А кто, спрашивается, был идеологом всех тех мерзостей, творимых нашими предками в первое тысячелетие?

Рыбаков. Глава 7. Жреческое сословие древней Руси. Волхвы:

«В 1024 г. волхвы, обосновавшись в Суздале, подняли «мятежь велик» во всем Верхнем Поволжье; в 1071 г. два «кудесника» распоряжались на огромном пространстве от Волги на 300 км к северу до Белоозера. В обоих случаях языческие жрецы (возможно, местного мерянско-вепского происхождения) приносили человеческие жертвы:

«и убивашета (двое волхвов) многы жены и имения их имашета собе». (Шахматов А. А. Повесть временных лет, с. 222).

«Белозерские кудесники мотивировали свою жестокость тем, что принесенные в жертву женщины будто бы содействовали неурожаю:

«ти дьржать обилие; да аще истребиве и избиеве сих – будеть гобино (урожай)».

«И это местным населением считалось в порядке вещей; народ не выдавал своих жрецов боярину Яну Вышатичу, а сами волхвы заявляли, что их судить вправе только лишь великий князь киевский».

«Каково было значение волхвов в языческой среде, мы уже видели на примере Новгорода, где в момент введения христианства волхвы возглавили народ и в открытую вели бои с правительственными войсками. Спустя столетие в том же Новгороде «вълхв въстал при Глебе (Святославиче, внуке Ярослава Мудрого) … Глаголашеть бо людьм, творяся акы бог и мъногы прельсти – мало не вьсего града … И бысть мятежь в граде и вьси яша ему веру и хотяху побити епископа …И разделишася надъвое: кънязь бо Глеб и дружина его сташа у епископа, а людие вьси идоша за вълхва…» (Шахматов А. А. Повесть временных лет, с. 229).

Как? А где геноцид, устроенный христианами? Или и древних летописцев кто-то подкупил? А, ну да. Тексты же подменили. А когда? Думаете, что советская наука не разоблачила бы подделку? Методы, в отличие от применяемых царскими учеными, были весьма уже прогрессивны.

Царский обман бы раскрылся вмиг! Неужели подкупили советских научных мужей? Вот узнали бы об этом в КГБ и несдобровать им. Но, видимо, пронесло. Только мне интересно, когда сговорились священники с комиссарами? Это же были противоречащие друг-другу системы. И органы старались уничтожить оппонентов.