Курс

Это общество используют на временной, не постоянной, основе, что ещё раз подтверждает факт невозможности включения данного общества в категорию традиционных (фундаментальных) определений общества.

Подобные сообщества носят название «внутренними обществами», это те, которые существуют в более значимом, упорядоченном либо являются частью системы обществ, где играют роль составной части общества. Однако:

Во-первых, внутренние общества не могут существовать в индивидуальной и самостоятельной форме. Они каким-либо образом, да зависят от более слаженного и значимого общества, в которое они входят.

Во-вторых, если внутренне общество является составной частью определённой системы обществ, то в такой системе могут быть лишь равные, по своим правам и возможностям, подобные общества.

Так как, если какая-либо часть такого общества отойдёт от норм коллегиальности и конфедеративности – система обществ перестанет быть системой, ибо появится сильнейшее, которое и сможет поглотить оставшихся субъектов. Такое явление называется «общественно-конфедеративным коллапсом» и вскоре ведёт, скорее всего, к классическому конфедеративному коллапсу4.

Отличительным признаком общества является наличие в нём специальных органов для осуществления его саморегуляции и воспроизводства – социальных институтов, важнейшим из которых является социальный институт семьи, обусловливающий возникновение и существование прочих (брака, воспитания, образования, религии и т. д.).

Очевидно, и это убедительно показали Питер Бергер и Томас Лукман в своём трактате, что Робинзон в компании с Пятницей не составляют общества, несмотря на то, что многими признаками социальности их союз обладает, уже хотя бы потому, что он не содержит внутри себя механизма собственного воспроизводства.

Поэтому понятие общества не совпадает с социумом, то есть социальностью вообще, а является особой формой коллективного, надындивидуального бытия людей. Отдельно взятый обособленный индивидуум («социологическая робинзонада») независимо от своих социальных качеств не составляет и не может составлять общество в таком его понимании.

В то же время общество не сводится к социальности, всякое общество социально, но далеко не всё, что обладает свойствами социального, может рассматриваться как общество, представляя собой всего лишь часть, свойство или состояние общества в узком его понимании.

Самодеятельность, автономность, самоорганизация и саморазвитие в той или иной мере присущи не только всему обществу в целом, но и отдельным подсистемам, и элементам. Но самодостаточным может быть только общество в целом. Ни одна из подсистем, в него входящих, самодостаточной не является. Только взятые во взаимосвязи социальные общности, социальные группы, социальные организации и социальные институты (семья, образование, экономика, политика и т. п.) составляют общество в целом как самодостаточную систему.

Общество как социальная система организуется изнутри социальной структурой, а извне – окружающей средой. Одна из возможных типологий – деление общества на открытые и закрытые, введённое К. Поппером для описания культурно-исторических и политических систем, характерных для различных обществ на разных этапах их развития.

Закрытое общество – по К. Попперу – тип общества, характеризующийся статичной социальной структурой, ограниченной мобильностью, неспособностью к инновациям, традиционализмом, догматичной авторитарной идеологией (имеет место система, когда большинство членов общества охотно принимают те ценности, которые им предназначены, обычно это тотально идеологизированное общество).

Такое общество не способно на ведение дел внутренней и внешней (прогрессивной) политики, дел развития институционализма общественности, дел прогрессивности развития способностей каждого члена такого общества. Оно может лишь обособится от всех остальных общественных объединений и воспроизводить себе подобных в условиях тотальной идеологизации. Подобные общества не возможны к существованию на длительный период времени (200 и более лет).

Открытое общество – по К. Попперу – тип общества, характеризующийся динамичной социальной структурой, высокой мобильностью, способностью к инновациям, критицизмом, индивидуализмом и демократической плюралистической идеологией (здесь человеку предоставляется возможность самому выбирать мировоззренческие, нравственные ценности. Отсутствует государственная идеология, а на уровне конституции закрепляются принципы духовной свободы, которые человек реально использует. То есть он сам пытается найти основные ценности).

И социальная технократия подразумевает дальнейшее развитие задатков российского открытого общества с усиленным направлением и укреплением науки, образования и промышленности. Культурное образование есть сопутствующий классическому образованию путь развития личности и всего общества в целом.

Социально-технократическое общество выступает с твёрдостью преобразования организации ведения дел в самом обществе и государстве за одно. Каждый в таком обществе будет иметь индивидуальный социальный стандарт и программу потребительских нужд. Взамен он в обязательном порядке должен будет получать образование, а после возмещать всё это государству по средствам специализированного труда.

В условиях капиталистического строя будет принята система классификационного распределения, целью которой будет предоставлять рекомендации выпускникам, и переадресация предпринимателей предприятий на определённого выпускника с целью принятия его на работу. Будут исключены оппортунистические стремления предпринимателей и включена система государственных взаимоотношений с предпринимателем. Развитие его заключается в стабильном функционировании социальной технократии в сферах жизни России.

Функционирование и развитие социальной системы обязательно предполагает сменяемость поколений людей и, следовательно, социальное наследование – члены общества передают от поколения к поколению знания и культуру.

Согласно одной из точек зрения, ключевой вопрос любого цивилизованного общества – вопрос его организации. Современное общество организовано на основе множества экономических, политических, идеологических, социокультурных детерминант. Его можно назвать «переходным» (транзитивным) от индустриального к постиндустриальному (информационному) обществу.

В романе Р. Бредбери «451 градус по Фаренгейту» описано общество массового потребления, которое опирается на массовую культуру и потребительское мышление, в котором все книги, заставляющие задумываться о жизни, подлежат сожжению.

Похожее общество описано в романе Олдоса Хаксли «О дивный новый мир». Члены данного общества изъясняются лозунгами, призывающими выбрасывать старое и покупать новое: «Прорехи зашивать – беднеть и горевать», «Лучше новое купить, чем старое чинить». А в случае проблем принимается наркотик под названием сома: «Сомы грамм – и нету драм!» Отличительные признаки данного общества – кастовая система и искусственное рождение людей.

Такие общества не должны и не могут существовать, ибо они аморальны и несут в себе загнивание общественной мысли. Они лишь с виду являются открытыми, однако на деле действуют методами принуждения на всех своих субъектов, полностью подчиняя их себе.

В романе Джорджа Оруэлла «1984» рассматривается общество тотальной несвободы, основой которого является держание людей в страхе. Даже если у человека возникает плохая мысль про власть, он попадает в застенки «минилюба», где его посредством пыток превращают в зомби, который верит всему, что ему говорят. Если же тот или иной человек был казнён, его объявляют никогда не существовавшим. Тем самым превращая всё общество просто «подсобное владение» одного или нескольких человек, что делает их просто богами среди обычного населения.

Подобные методы воздействия на массы и народ носят крайне временный характер, ибо в итоге неминуема революция, целью которой будет уничтожение подобного тоталитарно-феодального принципа управления государством и обществом.

Позиции общества, его принципы и классификации разобраны и внесена ясность в понимание общества и его отношений. Теперь стоит вопрос – как же общество относится к государству?

Прежде, чем давать вопрос на поставленный вопрос необходимо понять каким образом появилось государство. По какому принципу оно строится?

В данном разделе мы разберём две основополагающие позиции создания государства и его функционирование в сфере общества и общественных (социальных) отношений, теорий возникновения государства, его существование и развития.

Договорная теория трактует возникновение государства как соглашение, заключённое для попытки преодоления социального неравенства, с целью создания государственной власти и законов, которым будут подчиняться все.

Однако неравенство частной собственности, дополненное политическим неравенством, привело, в конечном счёте к абсолютному неравенству при деспотизме, когда по отношению к деспоту все равны в своем рабстве и бесправии.

Руссо выдвигает свой проект общественно-договорного «исправления» истории – происхождение политического организма (общины) как подлинного договора между народами и правителями. Цель этого подлинного общественного договора Руссо видит в создании «такой формы ассоциации, которая защищает и ограждает всею общею силою личность и имущество каждого из членов ассоциации и благодаря которой каждый, соединяясь со всеми, подчиняется, однако, только самому себе и остаётся столь же свободным, как и прежде».

Общественный договор даёт политическому организму (государству) неограниченную власть над всеми его членами (участниками соглашения); эта власть, направляемая общей волей, и есть единый, неделимый и неотчуждаемый суверенитет народа. При этом Руссо отвергает принцип разделения властей и иные гарантии соблюдения прав и свобод человека в государственном состоянии.

Под заметным влиянием учения Руссо идеи договорного происхождения государства отстаивал А. Н. Радищев. С позиций защиты суверенитета народа, естественных прав человека и республиканской формы правления он подчеркивал, что цель договорно формируемого государства – это «блаженство граждан».

Формирование договорной теории подводит нас к тому, что государство обязано иметь неограниченную власть и полную возможность к принуждению органами власти каждого члена этого механизма. Создаётся впечатление о всемогущественных полномочиях такого государства и одновременно возникает вопрос о том, кто же подразумевается под именованием государства? Наиболее скорейший результат может нам дать анализ работ Руссо, и ответ констатирует факт единоличного управления государством по договорённой теории. То есть нам предлагают, и яростно отстаивают теорию, по которой, если не исторически, то в процессе социализации общество пришло к позиции создания своего объединения и оно, по природе своей, должно быть единоличным. Конечно, нет!

Отмена разделения властей и сосредоточение всей власти в одних руках крайне чревато и чрезмерно неразумно, по меньшей мере, из-за принципа престолонаследия. Пример: один монарх подразумевает абсолютную, но пронародную власть, а его сын придерживается абсолютистских взглядов на право ведения дел.

Разбирая общественные (социальные) отношения в подобном государстве можно определить высшую степень классовости во взаимоотношениях между субъектами общества и членами такого государства. Общественные отношения будут происходить по принципам необходимости и личной потребности с учётом положения определённого человека в данном обществе при соответствующем государственном управлении. Ход дел в данных отношениях не будет взаимовыгодным, отнюдь в редких случаях.

Подобное понимание и отстаивание концепции создания государства, как механизм объединения и движения общественных масс, является нетерпимым и нецелесообразным в современный период времени. Подобные тезисы и положения возможны были к применению в далёком прошлом.

Материалистическая теория государства гласит, что государство есть результат изменения социально-экономических отношений, способа производства, итог возникновения классов и обострения борьбы между ними.

Оно выступает средством угнетения людей, поддержания господства одного класса над другими. Однако, с уничтожением классов отмирает и государство. Плюсы данной концепции заключаются в том, что она основывается на социально-экономическом факторе общества, минусы в недооценке национальных, религиозных, психологических, военно-политических, и иных причин, влияющих на процесс происхождения государственности.

Лучшее данной концепции заключается в проведении антиклассовой политики и уничтожение правящих и угнетающих классов, что даёт свободу угнетённым классам и слоям общества. Однако такое уничтожение происходит лишь по средствам революционного метода свержения угнетающих, что не может одобрять социальная технократия. Революционные методы борьбы не являются главенствующими в сфере современной политики государственного управления, но и не могут быть исключен вовсе.

Марксистка теория гласит, что государство возникает в результате естественно-исторического процесса развития первобытнообщинного строя (постепенное развитие производительных сил, разделение труда, появление частной собственности, имущественная и социальная дифференциация общества, его раскол на эксплуататоров и эксплуатируемых и т. д.) как аппарат принудительной власти экономически господствующего, эксплуататорского класса над неимущим, эксплуатируемым классом.

Исторически государство возникает как рабовладельческое государство, на смену которому – в результате общественного развития – идёт феодальное, а затем буржуазное государство. Уничтожение путём пролетарской революции частной собственности как основы классов, государства и права откроет путь к бесклассовому, безгосударственному и неправовому коммунистическому обществу. Коммунистическое общество и общественное самоуправление (без государства и права) – это, согласно марксистским представлениям, определённое повторение первобытного коммунизма и догосударственного общественного самоуправления первобытного строя.

Существует достаточное количество минусов у данной концепции общества и государства, но основной из них это – человеческий фактор. Так как общество и государство не подразумевает систему правоотношений и государственного регулирования, то остаётся возможность появления исключительность, результатом которой будет развитие и внедрение в обществе собственной власти и однополярного мнения. За этим весом последует противовес – усиленная исключительность, целью которой будет установление чёткого разграничения деятельности общества и общественных отношений во избежание повторений и развития негативных последствий принципов самовластия.

Наиболее полное изложение основ данной теории содержится в работах Ф. Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства» и В. И. Ленина «Государство и революция».

По Энгельсу, государство существует не извечно. Были общества, которые обходились без государства и государственной власти. На определённой ступени экономического развития, которая с необходимостью была связана с расколом общества на классы, государство стало в силу этого раскола необходимостью.

Когда в обществе появляются классы с противоречивыми экономическими интересами, начинается противостояние между ними. Для того, чтобы это противостояние не привело к коллапсу общества, необходима стоящая над обществом сила, которая бы умеряла столкновение, держала его в границах «порядка». Эта сила, произошедшая из общества, но ставящая себя над ним и всё более и более отчуждающая себя от него, и есть государство.

Само образование различных классов создаёт определённые общества, в том числе и внутренние общества, которые начинают спорить и «воевать» друг с другом лишь ради того, чтобы отстоять правоту какого-либо вопроса. И каждый класс считает, что лишь его решение является наиболее рациональным и самым верным, а все остальные «просто ничего не могут понять, и в целом не разбираются». Такие заявление постоянно можно услышать у наиболее «развитого» слоя населения нашей страны, которое интересуется политикой.

Государство отличается от родоплеменной организации разделением подданных по территориальным делениям. Поскольку основой существования родовых объединений была связь членов рода с определённой территорией, то с увеличением мобильности населения, вызванной экономическими причинами, родовое общество перестало выполнять свою функцию. Гражданам предоставили возможность осуществлять свои общественные права и обязанности там, где они поселялись, безотносительно к роду и племени.

И тут начинают выступать националисты, которые утверждают, что создание национального государства – выход из всех проблем современности, что после этого население данного государства будет счастливо. Но нет. При национальном государстве основные права, возможности, социальные обязательства предоставляются доминирующей категории населения, что является ущемлением меньшинства.

Это неподобающая политики, учитывая исторический опыт, привод к неизбежному действию со стороны меньшинств, ибо постоянное теснение их, и отрицательное отношение последующих поколений, сказывается на отношении к тому доминирующему количеству «национальных жителей». Неизбежный ход – революция или восстание.

Так как любое действие порождает противодействие, то сомневаться в том, что через 30—40 лет, после смены поколения, к этим меньшинствам не поменяется отношение или их станут воспринимать как полноценных граждан крайне сомнительно. Люди увидят и почувствуют, что государство создано лишь для них, для подобных именно им и начнут вести себя соответствующе по отношению к меньшинствам и всем народностям. Это приведёт к печальным последствиям. Национальное государства и сама концепция подобного не жизнеспособна в XXI веке.

Второй отличительной чертой государства является учреждение публичной власти, которая не совпадает непосредственно с населением и призвана держать в повиновении всех граждан. Эта публичная власть существует в каждом государстве и состоит не только из вооружённых людей, но и из принудительных учреждений разного рода, которые не были известны родовому обществу.

Публичная власть усиливается по мере того, как обостряются классовые противоречия внутри государства, и по мере того, как соприкасающиеся между собой государства становятся больше и населённее. Для содержания этой публичной власти необходимы взносы граждан – налоги. С развитием цивилизации становится недостаточно и налогов: государство делает займы, государственные долги.

Но как всегда и бывает, государственная машина забывается и увлекается публичной властью, что приводит население в негодование и дискредитацию власти в его глазах. Меры, когда обязана быть применена публичная власть, и способы давления этой власти, не могут переступать принципы законности, морали и нравственности. Однако, к моему большому сожалению, сегодняшнее публичная власть просто потеряла всякую разумную мысль и вообще способность рационально, рассудительно вести какой-либо диалог с населением.

Есть и причина такого поведения – не квалифицированные кадры, которых ставят во главе органов публичной власти государства. Они способны на бездумные и крайне несуразные поступки, которые, как я уже говорил, дискредитируют её в глазах общества.

Обладая публичной властью и правом взыскания налогов, чиновники становятся, как органы общества, над обществом, что обеспечивается авторитетом законов, дающих им неприкосновенность.

Поскольку государство возникло из потребности держать в узде противоположность классов, то оно, по общему правилу, является государством самого могущественного, экономически господствующего класса, который при помощи государства становится также политически господствующим классом и приобретает, таким образом, новые средства для подавления и эксплуатации угнетённого класса.

Так, античное государство было, прежде всего, государством рабовладельцев для подавления рабов, феодальное государство – органом дворянства для подавления крепостных и зависимых крестьян, а представительное государство эпохи Нового времени есть орудие эксплуатации наемного труда капиталом.

В виде исключения встречаются также периоды, когда борющиеся классы достигают такого равновесия сил, что государственная власть на время получает известную самостоятельность по отношению к обоим классам. Такова, например, абсолютная монархия XVII и XVIII веков, которая держит в равновесии дворянство и буржуазию друг против друга.

Все те, кто владеют большим капиталом несут большую ответственность, не только перед государственной властью, но и перед обществом. Они – рычаги движения частного предпринимательства, частной собственности. Но упоминая их, не стоит путать порядочных, крупных предпринимателей, с невежественными бандитами и ворами, которые заполучили свою капитал насильственным путём и жесточайшим угнетением любого, кто вставал на их пути. Это два разных вида владельцев крупного капитала. Мы всеми силами будем стараться воспитывать людей, соответствующих первому типу.

Кроме того, в большинстве известных в истории государств, предоставляемые гражданам права соразмеряются с их имущественным положением, и этим прямо заявляется, в таком мерзком контексте и данной теории, что государство – это организация имущего класса для защиты его от неимущего. В Афинах и Риме это определялось делением граждан на имущественные категории, в средневековом феодальном государстве степень политического влияния определялась размерами землевладения. В эпоху Нового времени это находило выражение в избирательном цензе при выборах в высшие государственные органы.

Всякое положение и определения государства как механизма, созданного для защиты интересов узкого круга лиц есть мерзость и пренебрежение всеми нормами политологии. Государство никогда не создавалось для «охраны» частных мнений. Оно всегда создавалось для решения социальных и культурных вопросов. Государство есть ни как механизм для единения и разрешение каких-либо вопрос, касающихся мнения и позиции народов мира. Каждое государство отстаивает не интересы частных лиц, а интересы доминирующего класса или общества.

Высшая форма государства, демократическая республика, официально ничего не знает о различиях по богатству. При ней богатство пользуется своей властью косвенно, с одной стороны, в форме прямого подкупа чиновников, с другой стороны, в форме союза между правительством и крупным акционерным капиталом.

По мнению сторонников данной теории, в середине – конце XIX века общество стало приближаться к такой ступени развития производства, на которой существование противоборствующих классов перестало быть необходимостью и становится помехой развитию производительных сил (производительные силы вступают в противоречие с производственными отношениями). Результатом этого является неизбежное исчезновение классов посредством социальной революции, а вместе с ним и неизбежное исчезновение государства.

Государство же, по своей природе, является некой политической формой организации общества на определённой территории, которая политико-территориальная суверенна и организована публичной властью, обладающая аппаратом управления и принуждения, которому подчиняется всё население страны.

Ни в науке, ни в международном праве не существует единого и общепризнанного определения понятия «государство». «Страна» является близким, но не тождественным государству термином, как правило понимаемым более широко, чем «государство». На 2020 год не существует единого юридического определения термина «государство», всецело признанного наукой и всеми странами мира.

На что социальная технократия даёт собственное определение, однако исключительно субъективного характера, в компетенциях общественно-политической идеологии. Государство, по принципам социальной технократии, есть объединение обществ в единый (центральный) механизм воздействия на таковые общества с целью их объединения и созданию неделимого механизма взаимодействия всех субъектов обществ, которые вошли в государство.

Понятие общества в данной концепции может применятся в разных категориях: как полноценное объединение людей различных народностей или религиозных верований, так и профессиональное объединение людей, или как группу семей, которые объединяются в фамилию.

Стоит ли говорить, что каждое государство имеет собственные формы правления, административно-территориально деление и законодательство? Думаю, что не требуется. Все мы прекрасно понимаем, что это – совсем иная сторона государствообразования.

Например, крупнейшая международная организация, Организация Объединённых Наций, не имеет полномочий определять, является ли то или иное образование государством или нет, это вопрос международно-правового признания другими государствами и правительствами. Один из немногих документов, дающих определение «государства» в международном праве, – Конвенция Монтевидео, подписанная в 1933 году только несколькими американскими государствами.