Боги и не боги

– Ты что тут делал-то? – спросила я.

– Ну как же! Как же! Барон же новый объявился, говорят! Посмотреть бы надо!

– А зачем тебе барон?

– Так эта… интересно же! Что он за человек вообще? А вдруг, колдун? А, правда, что он первым делом храм снес? А если…

– Что делать с ним будет? – спросил Вэль, с любопытством разглядывая парня.

– А чего со мной делать? – вскинулся тот. – Не надо со мной ничего не делать! В лягушку, там, превращать. Или крысу. Или улитку какую-нибудь. А вы, правда, эльфы?

– Помолчи! – велела я. – Отвечай только на вопросы, которые мы задаем. Что это за амулет?

– Амулет-то? Да это так, ничего особенного. Деревяшечка. А то мало ли чего в лесу случиться может? Лучше хоть какая-то защита. Вон Афранья пошла за ягодами и все! Наткнулась на медведя, пришлось на дерево лезть. А на дереве гнездо пчелиное. Вот она его и задела. Так они потом наперегонки с этим медведем из леса бёгли. Так-то. У нее-то амулетика никакого не было. А в прошлом месяце…

Альфар нечеловечески коротким жестом приставил хищный изогнутый кинжал к горлу парня.

– Отвечаешь – максимум тремя словами. Понял?

Тот судорожно кивнул, вытаращив глаза еще больше.

– Имя?

– Октоп я… – и замолчал.

– Где живешь?

– Деревенские мы… то есть… Деревня Большой Луг!

– Какого бога символ?

Он замялся, забегав глазками по сторонам.

– Не сдам, – буркнул он, наконец, – хоть режьте.

Альфар чуть надавил на кожу клинком, толстяк Октоп зажмурился изо всех сил, но стоически молчал.

– Этот бог, – медленно и внятно спросила я, – Да Ки Нэ? Бог Воздаяния?

Поросячьи глазки распахнулись снова. Он кивнул в изумлении, кажется, даже забыв про угрозу расправы.

– Я служу Да Ки Нэ, понимаешь? – он не понимал, пришлось показать ему ритуальный кинжал. – Далеко храм?

– Да нет… Минут пятнадцать, если тропу знать. Я и шел-то оттуда, да решил завернуть вот. А то барон же новый, интересно. А еще и эльфы…

– Показывай, – оборвала его я.

– Но…

– Показывай!

Мы двинулись вслед за парнем по какой-то извилистой лесной тропке, пока не вышли к старому полуразрушенному храму очень знакомых очертаний. А строили-то имперцы, похоже, или те, кто был до них. Здесь? Любопытно-то как. Ага, вон энерговоды по стенам, алтарь внутри, значит, на крыше должен быть накопитель. Залезли на крышу посмотреть: точно, тут он, родной, только весь листьями и мусором завален. Поскидывали лишнее, потом прошлась волной чистоты. Энерговоды оказались целыми наполовину, но алтарь все равно слегка засветился.

– Привет! – позвала громко я.– Надеюсь, ты меня слышишь! Хотя связь тут не очень!

Октоп охнул и прижался к дальней стене, а альфар смотрел на меня заинтересованно.

– ЧТО ТЫ КРИЧИШЬ? – вопросила призрачная фигура, возникая над алтарем.

– А, извини. В общем, нашли мы твой храм. Почистили накопитель, хоть как-то, но работать будет.

– ХОРОШО. А ЭТО С ВАМИ КТО?

– Это Октоп. Он, я так понимаю, за этим местом приглядывает.

– ОКТОП. ЗНАЧИТ, БЫТЬ ТЕБЕ ЖРЕЦОМ ДОМА МОЕГО.

Пухлый парень, напрочь испортив торжественность момента, закатил глаза, тихо пискнул и упал в обморок.

– ЧТО ЭТО С НИМ?

– А, – махнула я рукой, – перенервничал. Мы тут его того… слегка по лесу погоняли. Не желал выдавать твой Храм, даже под страхом смерти. Боялся, дрожал, а все равно – молчал.

– ЧТО Ж. ДЛЯ ПУГЛИВОЙ ДУШИ ЭТО – ПОЧТИ ПОДВИГ. И ЗАСЛУЖИВАЕТ НАГРАДЫ. ЧЕГО ТЫ ХОЧ… АХ, ДА.

Мы помолчали, уставившись на валяющегося парня, не очень зная, что делать дальше.

– С сердечком у него не очень, по ходу.

– БОЛЕН?

– Да как сказать… – вот! Вот оно, привычное мне уже безумие происходящего! – вес лишний, вредно это…

– ТОГДА Я ДАРУЮ ЕМУ ЗДОРОВЬЕ. МНЕ НУЖЕН ЗДОРОВЫЙ ЖРЕЦ. ПОЙДЕТ? – неожиданно поинтересовалось моим мнением божество.

– Ты щедр, – коротко поклонилась я, одобряя.

Призрачное сияние окутало Октопа, немного изменяя тут и там, и через минуту на нас глазел пришедший в себя здоровенный детина, в котором не было ни капли лишнего жирка – зато мышцы… Косая сажень в плечах. Он изумленно рассматривал свои переставшие быть пухлыми руки, а потом без слов бухнулся на колени.

– ВСТАНЬ. МНЕ НУЖНЫ НЕ ПОКЛОНЫ, А ДЕЛА И ВЕРНАЯ СЛУЖБА.

Октоп встал, все еще не в силах произнести ни слова.

– ЗАВТРА ПРИХОДИ, ВОЗЬМИ ТЕХ, КОМУ ДОВЕРЯТЬ МОЖНО. НУЖНО ТУТ ВСЕ ВОССТАНОВИТЬ.

– Слушаюсь! – голос тоже изменился. – Да постигнет всех Воздаяние по всем их делам, худым или добрым.

Он развернулся и прямой, будто проглотил палку, вышел наружу.

– ТЫ МНЕ ОПЯТЬ ОКАЗАЛА УСЛУГУ, – проговорил призрачный облик божества.

– И опять – случайно, – улыбнулась я.

– СЛУЧАЙНОСТЕЙ НЕ БЫВАЕТ. ХОЧЕШЬ ЧЕГО-НИБУДЬ ПОЖЕЛАТЬ?

Я пожала плечами.

– Да я ж тебе не за награды служу. Исключительно по личному убеждению, а сегодня и вообще…

– ЛАДНО, ТОГДА ПОМОГУ ТВОЕМУ ДРУГУ.

Вэль, привыкший куда больше к темным божествам, осторожно попятился, этот внезапный приступ щедрости его очень насторожил. Но его тоже окутало облачко и тут же пропало, не оставив следа.

– БОЛЬШЕ ОН НЕ БОИТСЯ ТЕПЛА. НО ВСЕ ТАК ЖЕ ПРИВЫЧЕН К ХОЛОДУ.

Вэль изумленно снял с шеи какой-то амулет, глаза его расширились. Он коротко по-военному поклонился. Я проделала то же самое.

– Благодарю тебя! Это было очень мудро и щедро.

– ЛАДНО. ИДИТЕ УЖЕ. ХОТЯ НЕТ. ПОДОЖДИ. СКАЖИ МНЕ, СМЕРТНАЯ, ПОЧЕМУ ТЫ ВЕЧНО ПРИХОДИШЬ К ШАГГОРАТУ С БУТЫЛКОЙ ВИНА, А КО МНЕ – С КАКИМИ-ТО ДЕЛАМИ?

Я вытаращилась на призрачную фигуру и только рот открывала, не зная, что ответить.

– ШУЧУ. ИДИ! – расхохоталось божество. – КРОКОДИЛ ПРАВ, ТЫ – ЗАБАВНАЯ, ЕСЛИ ТЕБЯ НЕМНОГО УДИВИТЬ.

На том мы и ушли.

Мы сидели на каком-то бревне и молчали. Вэль, все еще не веря, смотрел на собственные руки. Октоп занимался тем же самым. Я охреневала. Древние боги – это всегда полный трандец, никогда не угадаешь, что произойдет в следующий раз. Рядом на дереве сидела большая сова, она таращила на нас свои круглые желтые глаза так, будто тоже была от чего-то в шоке.

– Может, он – пьяный был? – спросила я вслух, сама не знаю у кого.

– Угу! – согласилась сова.

– А с чего ему еще с Шаггоратом соглашаться?

Собревенники посмотрели на меня с какой-то долей суеверного ужаса. Сова тоже. Потом сочла нашу компанию совсем неподобающей, взмахнула крыльями и улетела.

– Ладно, – пришел в себя альфар, – как бы нас не потеряли.

– А вы, правда – эльфы? – как-то вяло спросил опять Октоп.

– Правда, – вздохнула я, – хотя, лично я – не по своей воле.

– А так бывает?

– Видел, что щас произошло? – также вяло махнула я рукой. – Вот у меня – вся жизнь такая.

– О…

– Так чего ты хотел от нового барона?

– А… – кажется, это совершенно перестало его волновать. – Хотел посмотреть, что ему вдова устроит.

Я резко обернулась к нему.

– Какая еще вдова?!

– Да жена бывшего барона, Вепря.

На полной скорости мы с Вэлем кинулись назад.

Замок помаленьку начинал успокаиваться. Пьяные тела расползались по своим кроватям и дворовым лужам. Зал был почти пуст, только двое каких-то неизменно бородатых мужиков тискали какую-то хихикающую полную девицу. Все они были совершенно пьяны. Какой бардак… Даже на мой вкус. Все-таки в разврате просто обязана присутствовать некая роскошь и утонченность.

– Я к Эрику, – проговорила я, – Вэль, найди Дэвлина и Десятого. Расскажи им все, что сейчас было, ладно?

– Хорошо.

Какая-то женщина показала мне дорогу до хозяйских комнат. Всю дорогу я в глубине души опасалась, что неучтенная дамочка вполне могла пырнуть рыжего какой-нибудь вязальной спицей, только поэтому и влетела к нему, не постучавшись.

– Эрик! Ты не представляешь, что сейчас было… – и подавилась остатком фразы.

Собственно, меня просто прервали. Обнаженная женщина, судя по валяющемуся на полу платью – никак не служанка, лежащая поперек его постели громко застонала, вцепившись в его покрытую старыми шрамами и новыми царапинами спину ногтями. Я машинально отметила спутанную копну каштановых волос, обвивающий тонкое запястье золотой браслет, молочно-белую кожу, так контрастирующую с южным загаром Эрика…

«Ага. А вот и бывшая баронесса, – ухмыльнулся Шепот, – нашлась».

«Стыдобища, – пробурчал Лусус, – пошли уже отсюда».

«А как она его ногами обхватила, ты посмотри. Ух!»

«Шепот, твою мать!»

Иногда во мне могут сочетаться два странных по совместительству качества: жуткая стеснительность и откровенная наглость. Только этим можно объяснить тот факт, что я была малинового цвета, но совершенно не могла оторвать взгляда от ритмично перекатывающихся под его бронзовой кожей мускулов.

Эрик обернулся на меня чрез плечо, ловя взгляд и, кажется, даже не замедляя движений. Наглые зеленые глаза смеялись из-под растрепанной челки, а зажившие губы разъехались в кривой, насмешливой ухмылочке. Ему нравилось, что я стою здесь и ловлю ртом воздух, как выброшенная на берег рыба, нравилось дразнить меня близостью с другой женщиной и то, что я не могу отлепить от него взгляд. Но это был уже абсолютный перебор. Я пожала плечами и без слов выскользнула наружу, прижавшись спиной к холодной каменной стене. Щеки пылали.

Вэль стоял в коридоре такой же пунцовый, как и я.

– Десятый… отдыхает.

– Ага, – кивнула я, усмехнувшись, – Эрик тоже. Боги с ними, все живы, баронесса нашлась, а новости подождут.

– А Дэвлин вроде как пошел в подвал, договорить с Уллисией.

– Ясно. Ладно, расскажем им все завтра.

– Крис… – альфар замялся. – А с тремя женщинами сразу – это у вас нормально?

– Бывает, – рассмеялась я, подивившись Десятому, – иди тоже, ложись спать. И Вэль, тебя там наверняка тоже ждут.

Он покраснел еще сильнее, если такое вообще возможно для обладателя фарфорово-белой кожи.

– Можешь, конечно, отказаться, но… короче, делай то, что тебе захочется. Не заморачивайся. Человеческие женщины совсем другие.

– Чем? – полюбопытствовал альфар.

– Попробуешь – узнаешь, – улыбнулась я, – спокойной ночи.

Я зашла к себе, упала на кровать и принялась хохотать, закрыв лицо руками. Крайние сутки оказались полнейшим безумием. Вепрь, Септим, баронство Тверр, драка Эрика, две пирушки, вселенный, новые загадки, Октоп, Да Ки Нэ и баронесса. Боги, баронесса! Но как я к ним влетела, а? А Эрик, блин. Зар-раза рыжая.

У меня в комнатах, к счастью, никого не было, и я быстро поняла, почему: из нее вела небольшая дверь из светлого дерева в соседнюю, еще пустую, а значит – принадлежащую Дэвлину. Похоже, слуги решили, что мы – любовники. Вот и ладушки, всем проблем меньше.

Я встала, скинула верхнюю одежду и обувь и обшарила комнату. Ага, а вот и мои вещи. Как на счет скатерти? А-а-атлична! Мы сейчас себе соорудим бутылочку «Кастельвании» и еще немного похихикаем над мужиками. И подождем…

Я оказалась права, Эрик явился побеседовать по душам через полчаса. Был он хмур, сильно нетрезв и в одной простыне на бедрах. Он с размаху плюхнулся на мою кровать, закинув руки за голову, и молча уставился мне в лицо.

– Ну, извини, – развела я руками, закрывая за ним дверь, – в следующий раз буду стучаться. Просто у нас тут кое-что произошло, мы нашли Храм Да Ки Нэ, поймали шпиона, выяснили, что он не шпион, отпустили его и узнали про незадокументированную вдову. Я боялась, что она тебя чем-нибудь острым пырнет. За Вепря.

– Ага, – отозвался он, продолжая сверлить меня взглядом.

– Я ничего не скажу Елене, – немного неуверенно предложила я, инстинктивно не желая подходить ближе.

Что-то в его взгляде настораживало, некстати вспомнилось, что он умеет быть отнюдь не тем очаровашкой, к которому я так привыкла.

– Иди-ка сюда, – не предвещающим ничего хорошего голосом проговорил рыжий, похлопав ладонью по кровати.

Я подошла с большой опаской и села на самый краешек, побаивалась я его временами.

– Что?

– Ты можешь что-то сделать, чтобы вернуть все как было? – медленно спросил он, прижимая палец к своему виску. – До того леса? Ты же шаришь в магии разума.

– Э-э-э…– глубокомысленно протянула я. – Я не знаю. Это тебе скорее к мистикам…

– К мистикам? – тихо переспросил авантюрист. – К каким, нахрен, мистикам?!

Он сел на кровати, схватил меня за плечи и слегка потряс.

– Я извинилась же!

Авантюрист демонстративно разжал руки.

– Эрик, скажи мне, что такого случилось? Ну, влетела по глупости, но что я тебя – без одежды не видела?

Он вздохнул глубоко, успокаиваясь, и чуть отодвинулся, поправляя узел простыни.

– Забавная вещь, принцесска. Эта Клеменсия – вполне. А как старается, чтобы ее не вышибли пинком из замка! Но крышу мне сорвало напрочь, когда я понял, что ты меня видишь, представляешь?

Я осторожно протянула руку и погладила его по растрепанной макушке.

– Тебе просто остро нравится все новое. На тебя же никто никогда так не пялился?

– Вот уж точно нет!

Он обнял меня, притянув к себе, и уткнулся лицом в шею, щекоча кожу дыханием.

– А самое забавное, что я закрыл глаза и увидел твое лицо, прикинь.

«Приятно осознавать, что ты тоже – чьи-то грабли».

– Кусок памяти, в принципе, можно вытащить, – пожала я плечами.

– Да ладно. Я пошутил. Это уж так… че-то накатило…

– Иди спать, – усмехнулась я, похлопав его по плечу и желая, чтобы это вышло как можно более дружески, – захочешь поговорить на трезвую голову – прошу.

– А ты?

– Что – я?

– Будешь ждать Дэвлина?

Я уставилась на него в изумлении.

– В каком смысле?

– Он пошел с Уллисией разбираться. Ты хочешь узнать что-то про то, кто в него вселился?

– Да, – кивнула я с облегчением, идея была вообще-то здравая.

Он встал, чуть покачнувшись. Ух-ты! Да, это он, оказывается, здорово набрался-то. Я пошла закрывать за ним дверь.

– А где эта твоя… как ее?

– Клеменсия. Ушла к себе. Обещал, что ее никто не тронет, выделю содержание. Она в полном восторге. Живи в свое удовольствие – и никакой платы, а потом замуж выдам, как надоест.

– Циник, – фыркнула я.

– Мы это уже выясняли же. Кстати! Цинизм, пофигизм и сарказм раздражают только ущербных людей. У нормальных они вызывают солидарность.

Эрик остановился, обернулся, и его губы снова разъехались в ухмылке.

– Если бы ты только видела себя в тот момент. Глазища, как блюдца, щеки пунцовые. Стоишь на пороге и не представляешь, что делать дальше. И взгляд отвести не можешь.

– Прости…

– Принцесска, а тебе понравилось?

– Что? – я уставилась на него, изумленная таким предположением.

– Смотреть, как я трахаю другую, а? И понимать, что думаю я в этот момент о тебе?

– С ума сошел?!

Он чуть качнулся в мою сторону, и прижал меня спиной к стене, глядя совершенно шальными глазами, безумное веселье плескалось на дне расширенных зрачков, а пальцы сжали плечи до боли, как железные тиски.

– Да чтоб тебя, Эрик!

– Скажи мне, – выдохнул мне в лицо авантюрист, когда между нашими губами остался какой-то сантиметр, – а, как ты думаешь, что это за ерунда вообще творится? Я же не люблю тебя, так?

«Скажешь, что любит, – проговорил Шепот, – и через минуту вы будете в одной постели».

«Не-е-ет, – не согласился Лусус, – скажешь, что любит, и он прямо тут свернет нам шею. Он же сейчас совершенно невменяемый! Ну, просто чтобы гарантированно больше не терять над собой контроль. Не выносит он этого».

«Или и то, и другое по очереди», – согласилась я.

– Нет, конечно, просто ты слишком много сегодня выпил. А до этого дорога, две драки, а Вепрь тебе по голове попал латной перчаткой несколько раз. Вот и все.

– А тогда на лестнице?

Что ж, стоило все это проговорить, лучше, конечно, когда бы мы оба были трезвы, но что имеем, то имеем.

– Эрик, ты никогда не отказывал себе вообще ни в чем, так? Так. А после того раза в лесу, ты сам решил, что не хочешь продолжать отношения, которые заставляют тебя терять голову. Ты же эгоист до предела! Одна твоя часть такая: «Чего? Что-то пытается лишить нас разума? А не пошло бы оно такое на хрен!», а другая: «Блин, мне хочется острых ощущений, а я этого не получаю, какого хрена?». Мертвяки, какой же ты все-таки долбанутый. Еще и пьян в стельку. Забей, одним словом. Тебе нужна не я, тебе нужно, чтобы тебе сорвало башню, как в тот раз.

– Те разы.

– Да, у эмпатии есть свои преимущества, но это пока ты не попробуешь какой-то новой экзотики.

Он отодвинулся, снова слегка покачнувшись.

– А, демоны с тобой, – решила я, – пойдем, дойду до твоей комнаты, и хоть прослежу, что ты заперся изнутри.

Наверное, ответы его удовлетворили, потому что он не протестовал. Я дошла с ним до его дверей, и постояла, подождав, пока с той стороны упадет засов.

Когда я вернулась обратно, на деревянном стуле около окна сидел Дэвлин, он казался уставшим. Я села напротив и налила нам обоим вина, не спросив, хочет ли он. Но маг только с благодарностью кивнул, беря кружку.

– Извини, тебя не было, и я остался подождать. Ты меня искала?

– Да.

Я пересказала все события этого вечера до нашего с Вэлем возвращения в Тверр. Мэтр Купер только головой качал.

– Выглядишь замученной.

– Так и есть. Очень долгий день. Что с Уллисией?

Он очень спокойно посмотрел мне в глаза с таким видом, будто я задала какой-то совершенно идиотский вопрос.

– Мертв.

– Ты его съел?

Дэвлин устало потер двумя пальцами переносицу и оперся локтями о стол, что позволял себе вообще крайне редко.

– Тебе что, правда хочется, чтобы я ответил? И это я даже ничего не говорю о выбранной тобой терминологии…

Н-да, он прав. Хватит с меня на сегодня.

– Нет, пожалуй.

– Он сказал много любопытного про местную обстановку.

– Да? При мне он только ругался.

– Ты не умеешь спрашивать, – мне что, послышалось, или это – ирония? Серьезно?

– О!

– Дальше на юг влияния Эмпиреев почти нет. Зато осталось что-то от культов древних богов.

Мне было ужасно уютно. Я тоже облокотилась на деревянный стол и положила подбородок на скрещенные руки, все так же не сводя глаз с собеседника.

– А Красный замок?

– То же самое. Говорит, проклятое место. Ты точно хочешь туда идти?

Я пожала плечами.

– Хотя бы посмотрим издалека. Но выходим, видимо, послезавтра уже. Все отдыхают.

– Да, – чуть обозначил уголками губ улыбку Дэвлин, – я уже понял, пока шел к себе.

– Не одобряешь?

Он покачал головой.

– С чего бы? Все очень устали. Расслабляться тоже необходимо.

– Да уж! Хорошо еще сюда никто не явился. Весело было бы выкидывать в окно какого-нибудь пьяного незнакомого мужика.

Воображение легко нарисовало эту картину. Вламывается бородатое тело, дыша перегаром, и предлагает хорошо отдохнуть вместе. А потом получает заклинанием сна, и сползает по дверям. Или натыкается тут на изрядно пьяного Эрика, а после вчерашнего я не сомневалась, что дело кончилось бы убийством. Вот чего только не хватало!

– Боюсь, это я лишил тебя этого развлечения, – проговорил Дэвлин, машинально поигрывая с огнем свечи – меняя цвет огня с оранжевого на красный и обратно.

– Спасибо. Слуги решили, что я – твоя любовница?

– Отчасти. Я просто объяснил, когда вы ушли, что убью того, кто сюда явится. Мне поверили. В конце концов, если ты захочешь развлечься – сама найдешь способ и компанию, верно?

Это не было каким-то завуалированным оскорблением. Просто констатация факта.

– Нет уж. Еще чего не хватало!

– Тогда ложись спать.

– А спать-то и не хочется, – пожаловалась я.

– Партию в шахматы? – предложил неожиданно Дэвлин, выпрямляясь на стуле.

– А у тебя есть с собой доска? – обрадовалась я, безумно любившая эти редкие в последнее время посиделки.

– У меня все есть. Сейчас принесу. Разбери пока этот стол.

Так что в каком-то смысле ночь эту мы провели вместе.

Утро напоминало первый день после конца света. Солнце посмотрело с небес с ужасом на место вчерашней пьянки, и, не вынеся этого душераздирающего зрелища, закрыло лицо тучами. Восстающие из мертвых почти ползком стягивались к обновленному столу. Некоторые выглядели так, будто ночь провели в канаве. Церемония начала завтрака была медленной и печальной. Не хватало только какого-нибудь жреца, скорбно причитающего на тему: как много хороших друзей не досчитались мы сегодня! Присутствующие скорбели. Но первые же кубки с вином принялись совершать свои маленькие бытовые чудеса, постепенно воскрешая соратников.

Десятый выглядел каким-то потрепанным даже под личиной, белая рубаха была небрежно расстегнута с завернутыми до локтя рукавами, чего он никогда раньше себе не позволял, а еще у него постоянно выползала на лицо невольно какая-то мечтательная улыбка. Вэль впервые с момента нашего знакомства, желая доброго утра, коротко глянул в вырез моей рубахи. Оценивающе так глянул. Я б сказала, со знанием дела. М-да. Испортим мы парня. Он выглядел лучше остальных, был аккуратен и даже причесан по всем правилам их кастовых косичек, но вот взгляд. Взгляд за эту ночь изменился, что бы там у него не произошло.

Эрик был ленив и вальяжен и, как он выражается, наслаждался похмельем. Он коротко не без сарказма извинился за неподобающее поведение, предложил вламываться к нему почаще, потому как это, оказывается, забавно, и оставаться подольше, потом получил заработанный подзатыльник, и на этом инцидент был исчерпан. Дэвлин аристократично-холодный, безупречно одетый, выглядел на общем фоне чужеродным элементом, люди из замка его явно побаивались. Я гадала, что же он мог такого сказать вчера, учитывая, что сегодня все присутствующие старались даже не смотреть долго в мою сторону?

Мэтр Купер поинтересовался у управляющего, что тут еще делают люди, если не пьют и не охотятся? Управляющий предложил рыбалку. В итоге, мы с высшим демоном сидели на старых деревянных мостках у берега неширокой речки с двумя тростниковыми удочками. Небо распогодилось, солнышко скользило золотыми лучами по сочным зарослям камыша и осоки, справа и слева над водой склонились сребролистые ивы, трепеща на ветру тонкими гибкими ветвями. Над проточной холодной водой сновали какие-то местные стрекозы – мелкие, с яркими изумрудными тельцами и сверкающими на солнце слюдяными крылышками.

Я невольно хихикала, каждый раз, когда смотрела на Дэвлина, а маг с убийственной серьезностью доставал выданного нам мужичка, выпытывая у него подробности: а на что ловить? А кто водится? А что такое прикорм? Я получила массу удовольствия, хотя лично сама поймала только одну рыбину, зато мой спутник как-то очень быстро наловчился. В итоге, правда, почти весь улов отпустил, оставив только трех самых крупных. Дальше в плане развлечений стояло запекание добычи в глине на углях, что мэтр Купер и проделал, видимо не впервые. Получилось потрясающе вкусно, нужно было только разбить глину и доставать прямо пальцами нежное белое мясо. Броня защищала от холода, так что удобнее всего лакомиться было, лежа на боку около догорающего костра. Мы говорили обо всем подряд. Демон пытался определить род и вид пролетающих мимо насекомых, названия растений и их ближайших родственников в Ойкумене. Я пыталась запоминать, пока голова не загудела. Тогда я стала любопытствовать, как выглядит Инферно. Есть ли там что-то похожее на реки или деревья? А потом вспомнила мимолетное видение какого-то странного места, когда меня при знакомстве чуть не придушил Тузат: котел плавящегося ало-фиолетового неба, текущая реальность, нечто совершенно невыносимое для восприятия. Мэтр Купер выслушал, подтвердил, что с точки зрения человека это как-то так и должно выглядеть и пояснил, что обычно это зрелище гарантированно сводит людей с ума, и возможно, проблемы со мной проистекают именно от этого момента. Я так и не поняла, строит он догадки, или у него внезапно прорезалось чувство юмора. Зато потом, пока мы валялись на траве глядя на плывущие облака, он рассказал, как отец когда-то учил его летать и как подарил первый клинок. Уходить не хотелось, первый раз за долгое время мы не выясняли отношения, а он казался совсем человеком. Остаться бы тут навсегда. Далеко-далеко от всех проблем на берегу безымянной небольшой речушки. Демон внезапно согласился, что идея – не плоха. Будем питаться рыбой, да ставить силки на животных. А что? Вполне! Я посмеялась, в красках расписывая, какой тут на берегу можно построить шалаш. Мэтр Купер был за нору. Ему было интересно смоделировать ситуацию, а мне – невероятно смешно представлять описываемое.

Дэвлин, в итоге, признал рыбалку времяпрепровождением достойным, позволяющим отлично собраться с мыслями, и предложил повторить как-нибудь.

Заодно поделилась своими мыслями на счет Вэля.

– С чего ты взяла про «испортим»? – поинтересовался маг, когда мы шли обратно.