- -
- 100%
- +
– Да будет тебе, Чес!
Он понял, что не ошибся.
– Я знаю, что ты уже пять лет, как обучаешь Адриана, да что я – все знают об этом! Я не собираюсь ставить это тебе в вину, – Анхель на секунду закусил губу, сверля названного брата взглядом.
Тот на мгновение растерялся. Не собирается ставить в вину? Тогда зачем же он пожаловал, зачем привел Адриана?.. Брат в последнее время стал очень скрытным, начал держать тайны даже от него и угадать ход его мыслей так же просто, как раньше, оборотень не мог.
– Послушай… – Мактиере быстро глянул на молчаливого Адриана, и глубоко вздохнул, – Скажи… Ты знал, что мир мастера не исчез вместе с ним, что он продолжает существовать?
Чеслав не повел и бровью. Сдерживать себя, скрывая изумление, он всегда умел мастерски.
– Я не задумывался об этом. Но, честно говоря, это было бы вполне логично… Хотя и трудно представить, что происходит там теперь. Почему ты заговорил об этом, Ан?
Анхель промолчал, лишь слегка толкнул в плечо Адриана. Ученик оборотня обреченно вздохнул, без особой охоты поднимая голову.
– Помните… я рассказывал вам о вурдалаках, учитель?
Чес смежил ресницы, не удостаивая парня даже кивком. Впрочем, тот давно привык к подобному обращению.
– Ну, и… В общем… Дедушка… то есть, великий мастер сказал, что в том, его мире, вурдалаков было много и все они подчинялись ему. И сейчас… он думает, они могут прорываться оттуда в этот мир, но не знает, с какими целями.
Чеслав заинтересованно склонил голову набок. Потом щелкнул пальцем по воздуху, будто отгоняя муху и, проследив, как падает король на шахматной доске, вновь устремил взгляд к альбиносу.
– Тебя тоже интересует ответ на этот вопрос, брат мой?
– Ты ведь не думаешь, что я буду рад, если в этом мире станет больше нечисти, – Анхель слегка вздохнул. Потом открыл рот, собираясь сказать что-то, но осекся на полуслове и, хмурясь, опустил взгляд. Чес прищурился. Названный брат что-то скрывал от него, о чем-то умалчивал и ему это закономерно не нравилось. Казалось бы, сколько лет прошло с их последней ссоры! Они ведь помирились, восстановили братские отношения… а вот доверия, похоже, не вернули. Ну, что ж, раз молчит Анхель, смолчит и Чеслав, не скажет ему о своих проблемах. С каким приветом, брат…
– Что ж, – он сложил пальцы домиком. На нос слегка сползли возникшие секунду назад очки.
– Если мир мастера по-прежнему существует, меня не удивляет, что твари из него пробираются сюда. Ткань между реальностями тонка… Но вот вам еще тема для размышления, друзья мои. Вурдалаков кто-то посылает. Сами эти твари не настолько умны и хитры, да и желаний особых не испытывают, им незачем искать новые зоны обитания. Но, если кто-то подчинил их себе, если кто-то отдал приказ – они исполнят его. Вурдалаки, как и упыри, на редкость исполнительные твари. Итак, я повторюсь: вурдалаков в этот мир из того кто-то подсылает. А это значит, что после ухода мастера кто-то там решил занять его место. Не исключено, что этот «кто-то» полагает теперь, что одного мира ему мало и хочет добраться до другого. Что думают твои новые друзья о моих делах, Ан?
Анхель, явно не ждавший подобных вопросов, отступил, растерянно моргая. Потом быстро глянул на растерявшегося Адриана и вздохнул.
– Сложно сказать, Чес. По большому счету, они не говорили об этом… Куда больший интерес вызвал вопрос существования другого мира и возможности проникновения тварей из него в нашу реальность.
– Не удивительно… – Чеслав сцепил пальцы в замок и, закинув ногу на ногу, легко качнул ей, – А ты, мой ученик? Что ты думаешь?
– Я? – Адриан ощутимо смутился, – Ну, я… предложил разбудить вас, учитель. Они не согласились.
– Разве это удивительно? – вклинился в разговор Анхель, – Чес, после последней битвы…
Оборотень вскинул руку, останавливая названого брата.
– Последняя битва случилась тринадцать лет назад, – напомнил он, – Тогда… многое случилось, Ан, но все это до́лжно оставить в прошлом. Венсен следит за нами сейчас?
Ворас глубоко вздохнул и покачал, было, головой… но тут же пожал плечами. Судя по всему, ответа он не знал.
– Он не собирался делать этого, – ответ последовал вовсе не от альбиноса, а от Адриана, да и ответ был столь тих, что Чеславу подумалось, будто парень стесняется. Даже более того – будто он в чем-то чувствует свою вину, но в чем? В поведении его родных и друзей учитель никогда не винил юношу.
– Он сказал… – Адриан напряженно облизал губы, – Сказал, что доверяет следить за вами Анх… месье маркизу.
– Что ж, месье маркиз… – Чеслав сузил желтые глаза, зная, что сквозь стекла очков это выглядит особенно впечатляюще, – Коль уж вы приставлены быть моим тюремщиком – пусть будет так. Но я вынужден просить о милости… – он приподнял уголок губ, не скрывая насмешки, – Я бы хотел побеседовать с моим учеником наедине.
Анхель вскинулся. Прозрачно-зеленые глаза его сверкнули, и оборотень не сомневался, что задел его. Собственно, он и хотел задеть названого брата, он буквально стремился сделать это.
– У тебя от меня тайны, брат?
Оборотень криво улыбнулся.
– Как и у тебя… брат. Я не желаю продолжать нашу ссору, как я сказал – она должна остаться в прошлом. Но после того, как ты встал на сторону Анри, Ан, прости мне мое недоверие, но я не хочу говорить тебе всего.
Маркиз скрипнул зубами. Чеслав испытал неожиданное удовлетворение от этого – его лучший друг, названный брат, всегда был дворянином, всегда превосходил его, бродягу, по статусу, но никогда не мог удачно парировать выпады рыжего. Пусть даже только словесные.
Иногда он ловил себя на желании превзойти названного брата. Жил полторы тысячи лет ради его целей, ради его желаний, но теперь хотел жить ради себя и хотел стать выше маркиза, хотя бы в собственных глазах.
Понимал это Анхель или нет – трудно сказать. Порой Чеславу казалось, что брат видит его насквозь, но почти сразу же он удостоверялся в своей ошибке. Невзирая на титул, на дворянскую кровь, Ан оставался обычным человеком, и даже не смог сравняться с названым братом по магической силе.
Потому что ты всегда будешь маркизом, а я – бродягой. Потому что я всегда буду сильным магом, а ты – просто заклинатель.
– Если я сейчас уйду, – Анхель говорил медленно, взвешивая каждое слово, – За тобой вновь начнет следить Венсен, Чес. Быть может, лучше будет довериться мне?
Чеслав прищурился. На языке вертелось колкое «я не верю тебе», но он не позволил себе произнести это. Зачем? Зачем портить отношения с названным братом, фактически сидя в тюрьме?
– Хорошо… – это слово он тоже произнес медленно, продолжая размышлять, – Хорошо, брат. Но я не могу открыться тебе, пока ты не откроешься мне, – он склонил голову набок, выждал несколько секунд и, наконец, улыбнулся. Названый брат не собирался раскрывать свои тайны, что ж… Придется и ему подождать с откровениями.
– Ты можешь вытащить меня отсюда, Адриан, – заговорил вновь Чеслав, уже обращаясь к ученику, – Ты достаточно силен, чтобы пробудить меня. Не бойся! – заметив протест в карих глазах, рыжий вскинул руку, – Я не намерен вредить твоей семье, твоим родным! Напротив – я действую из чистого альтруизма, не хочу случайно навредить им. Анхель, – взгляд его вновь устремился к названому брату, – Скажи Венсену, что ему следует внимательнее следить за тем, что происходит в моем сознании. Адриан, – он опять глянул на ученика, – Выясни все о вурдалаках, проникающих в этот мир. Если я прав и их кто-то направляет сюда… у тебя не будет иного выхода, кроме как прибегнуть к моей помощи.
Анхель, мрачнеющий с каждым словом друга все больше и больше, наконец, не выдержал.
– Что ты задумал, брат?
– Что бы я не задумал, вреда твоим новым друзьям это не причинит… брат, – оборотень пронизал альбиноса колючим взглядом, – Уходите! Уходите оба, и сделайте то, что я сказал! Что будет дальше… случится после.
Больше говорить он ничего не стал, вновь обращая взгляд на шахматную доску. Он слышал, как переминались с ноги на ногу его посетители, видимо, не зная, что предпринять, слышал, как стало вдруг тихо. Он даже не оборачивался – знал, что посетители исчезли.
Он медленно поднялся и, подойдя к окну, отодвинул занавеску, взирая на картину перед собой. Там, на залитой светом дворовой площадке, среди сочной зелени, лежал, истекая кровью, взрослый мужчина. Два мальчика – рыжий и светловолосый, – взволнованно суетились чуть поодаль, и Чеслав видел, как рыжий рассекает себе острым камнем руку, а потом подносит рану к губам друга.
Он чуть улыбнулся, опуская занавеску. Началось. Его память пробила выстроенные Венсеном заслоны, события стали развиваться дальше. Если к нему опять вернется трагедия из прошлого… Обитателям замка действительно не поздоровится.
***
Вечерело. Они шли по безлюдной улице, держась за руки – прекрасная молодая пара, он и она.
Девушка хмурилась. Молодой человек безмолвствовал. Наконец, она не выдержала.
– Ты не должен этого делать.
Парень тихо вздохнул. Возвращаться к обсуждению навязшей темы не хотелось.
– Я ведь уже все объяснил…
– Ты пытаешься убедить меня, что поступаешь правильно, – девушка остановилась, заглядывая в глаза спутнику, – Но если бы это было так, ты не скрывал бы это от старших! Адриан, одумайся! Он – наш враг, он столько вредил нам, чуть не убил Анри, держал в плену папу, разрушил замок…
Адриан заметно помрачнел. Приятная романтическая прогулка грозила превратиться в, как минимум, отнюдь не романтический спор.
– Ада… Я же объяснял. Он не…
– Я знаю, что он твой учитель, – опять перебила его девушка, – Знаю, что ты веришь ему, что он многому тебя научил. Но, Адриан, подумай! То, что ты затеял – это же предательство!
– Да он больше не…
– Раз он такой хороший, почему Винсент не хочет его будить? Почему дедушка против этого? Да и твой отец, Адриан, вспомни, вспомни наконец, что́ сделал ему Чеслав!
– Ада! – Адриан схватил девушку за обе руки и слегка сжал, – Послушай меня, прошу! Я знаю, все знаю, что делал учитель! Прекрасно знаю – его проклятие чуть не убило меня! Но ведь он меня спас! Он дал мне силу, сделал меня тем, кто я есть и научил еще столькому…
– Но почему ты считаешь, что только он может помочь решить эту проблему с вурдалаками? – Ада нахмурилась, – Анри – сильный маг, ты тоже, я кое на что гожусь, Марк… Про дедушку, Винса и вообще старших я просто молчу! Зачем нам Чеслав?
– Ада… – молодой человек улыбнулся, любуясь гневными зелеными глазами, – Счастье мое… Ты знаешь, я люблю тебя и очень ценю твое мнение, но, милая… Господин Чеслав – мой учитель. И он, если на то пошло, тоже имеет отношение к «старшим»…
– А вот друг Анри – Анхель, не одобряет этого!
Адриан слегка посуровел. Для него не были тайной взгляды, бросаемые иногда маркизом Мактиере на его возлюбленную и, хотя он и знал, что Ада не подозревает о симпатии Анхеля, говорить об этом не хотел. От вораса молодой человек вообще предпочитал держаться подальше, доверяя ему значительно меньше, чем своему учителю. Тем более, что учитель Анхелю тоже не слишком-то доверял.
– И давно ты прислушиваешься к словам Анхеля Мактиере?
Ответить Аделайн не успела. Где-то рядом, очень близко раздался утробный вой, сменившийся рычанием и темная тень бросилась наперерез молодым людям.
Адриан мгновенно сместился, заслоняя девушку собой. Ада обвела в воздухе указательным пальцем сияющий круг и принялась покрывать его замысловатыми узорами.
Защита… Да, защита – это неплохо, но сейчас нужно атаковать!
Адриан быстро глянул в жадные глаза, горящие неестественным светом, оценил количество и длину клыков… и, вскинув руку, щелкнул пальцем, будто отгоняя муху.
Один из клыков чудовища с громким треском сломался. Оно завыло, завертелось вокруг своей оси и тотчас же вновь бросилось в атаку, размахивая руками с длинными когтями.
Парень быстро облизал губы. Вурдалаки не ядовиты, но раны, оставляемые ими, глубоки и болезненны… Нельзя его подпускать. Он мельком оглянулся на Аду, на сияющий круг перед нею. Закончила или нет?.. Магия линий – это, конечно, очень здорово, но в бою она почти бесполезна. Слишком много времени отнимает.
Вурдалак бросился вперед с такой скоростью, что Адриану почудилось, будто это порыв ветра вдруг налетел на него. Вот только ветер оставлял глубокие раны на руках.
Дьявол, он же маг, он сильный маг! Или… сейчас этого мало?
Он оттолкнул тварь сильным порывом ветра с язычками пламени в нем и, видя, что на вурдалака это особенного впечатления не произвело (разве что расстояние между ними увеличилось), подался вперед, падая на четвереньки.
Это делать он умел лучше всего. Не прошло и мгновения, как напротив монстра яростно ощерился молодой волк – рыжий, с коричневыми подпалинами, с перекатывающимися под шкурой мускулами.
Аделайн, завершившая чертить свой узор, толкнула нарисованный круг ладонью вперед и повела чуть вниз, заставляя рисованную защиту почти одеться на волка сверху. Адриан, ощутив прикосновение зачарованных световых линий, поняв, что теперь защищен, слегка вильнул хвостом.
И тут же рванулся вперед, подобный рыжей молнии, куда более быстрый, чем человек и почти такой же быстрый, как монстр перед ним. Вурдалак извернулся, припадая к земле, пропустил волка над собой, и попытался достать его когтями за брюхо, но хищник успел увернуться.
В этом облике молодой оборотень был ловок, как никогда. Даже учитель, внимательно следящий за его успехами, порою говорил, что Адриан больше похож на кота, чем на волка и поражался его изворотливости. Ученик знал, что в этом превосходит наставника.
Вообще говоря, в человеческом облике юноша не мог похвастаться крепкой мускулатурой. Вырос он худощавым, стройным, во многом напоминал телосложением отца, чем последний очень гордился, но сильным себя никогда не считал. Зато в волчьем виде он мог бы соперничать даже с дядей Ричардом, что тот вполне сознавал и чему был рад. Дядя Ричард вообще любил племянника, на что тот отвечал ему горячей взаимностью и даже почти всегда прислушивался к его обучающим лекциям на тему: «Как стать хорошим оборотнем».
Адриан, правда, и так считал себя достаточно хорошим и способным. Ему учитель это говорил.
Ада вскрикнула, отступая назад. Волк, увлеченный схваткой, мельком отметил для себя страх в это возгласе, но не позволил себя отвлечь. Лишь когда секундой позже к нему пришло осознание жгущей боли на морде, когда он сообразил, что тварь ухитрилась ранить его, он понял, чем был продиктован испуг любимой.
Его ранили! Какой-то трижды проклятый вурдалак сумел ранить его! Ну, ты у меня сейчас получишь…
Волк рванулся вперед со скоростью выпущенной стрелы и, увернувшись от новой атаки когтей, попытался вцепиться в глотку противнику… Зубы щелкнули вхолостую.
Вурдалак ускользнул и, обогнув опасного врага, бросился на беззащитную девушку. Та должна была стать легкой добычей – не способная толком защититься, обладающая силой замедленного действия, хрупкая и беззащитная, какую можно переломить, как тростинку.
Адриан почти взревел, бросаясь наперерез твари. За Аду, свою Аду он готов был порвать любого и теперь промахиваться не собирался.
Молодые волчьи клыки сомкнулись на горле вурдалака. Послышался хруст, и пасть затопила горячая, соленая кровь. Оборотень мотнул головой, раздирая горло твари еще больше, практически отделяя голову от тела и, чувствуя, как боится Аделайн, отшвырнул врага от себя.
Потом с омерзением высунул язык, пытаясь отплеваться от крови и, уже обращаясь человеком, с отвращением проворчал что-то.
У человека вкуса крови во рту практически не ощущалось. Адриан сплюнул для очистки совести и, утирая губы тыльной стороной ладони, повернулся к Аде.
Рука зацепила что-то липкое, размазала по щеке. Парень непонимающе глянул на запястье и удивленно вскинул брови. Рука покраснела.
– Адриан! – Ада обеспокоенно бросилась к нему, коснулась ладонью щеки, заставила слегка повернуть голову. Лицо ее приняло взволнованное, почти испуганное выражение.
– Я думала… почему-то думала, что раны, которые ты получаешь, как волк…
– Я тоже так думал, – Адриан вздохнул, сжимая ее руку и ободряюще улыбнулся, – Ерунда, Ада. Царапина. Пройдет.
Девушка серьезно кивнула, нежно водя пальчиками по скуле молодого человека. В первую секунду он подумал, что это просто ласка, но почти сразу понял, что это не так. Ада чертила свои узоры, она колдовала, наверняка пытаясь исцелить его! Это неправильно. Неправильно, что его любимая девушка должна тратить время и силы на то, чтобы вылечить его, неправильно, что она должна волноваться! Он ведь мужчина, он должен оградить ее от всего этого. Он…
– Идем домой, – Аделайн аккуратно взяла его за руку и потянула за собой, – В поместье. Там я сумею помочь тебе, мой милый, там я смогу не только остановить кровь, но и полностью залечить рану!
– Ты умеешь?.. – оборотень, уже шагнувший за ней, замер от удивления. Ада ведь всегда умела только чертить свои линии, когда она научилась исцелять?..
Девушка беспечно пожала плечами.
– Анри научил. Идем же, идем, Адриан!
…
В поместье их не ждали, но встретить не преминули. Завидев кучерявую черноволосую голову одного из братьев любимой девушки, Адриан с трудом сдержал вздох. Ну, сейчас начнется…
– Та-ак, – Марк упер руку в бок, гневно хмурясь на вошедшую парочку, – Вы опять?
– Что – опять? – лениво огрызнулся молодой человек, – Разве тебе не надо лежать в постели, а, раненный?
Раненный Марк недовольно тряхнул шевелюрой. Лицо его являло собою одну сплошную претензию.
– Належался уже. Черт возьми, Адри, ну как тебе не стыдно? Я понимаю – Аде голову гормоны кружат, и вообще она женщина, но ты-то должен соображать! Что может быть между вами – вы родственники!
Адриан недовольно потер переносицу. Подживающая рана на щеке отвратительно тянула и иногда дергала болью, и ссориться сейчас не хотелось.
– Какие родственники, Марк? – парень резко выдохнул, – Я даже не ее предок! Я просто был рожден в роду де Нормонд полторы тысячи лет назад, у нас нет общей крови!
– Ты же де Нормонд, – Марк продолжал хмуриться. Аделайн, тихонько позволяющая «мужчинам» разобраться самим, переступила с ноги на ногу и сжала кулачки. Она, судя по всему, уже тоже начинала закипать.
– Ну и что? – Адриан продолжал отстаивать свою позицию, – Марк, я был рожден полторы тысячи лет назад! Меня забрали в это время, когда мне было пять, я просто физически не успел стать близким родственником Ады! Вы все – далекие потомки кого-то из моих братьев или сестер, но это не значит… Или что, тебе было бы предпочтительнее, выбери она кого-то вроде Анхеля Мактиере?
Ада, как раз открывшая рот, чтобы что-то сказать, поперхнулась и в немом изумлении уставилась на возлюбленного. Адриан, заметив это, с досадой подумал, что девушка его и в самом деле не сознает, что ворас ей интересуется. Лучше бы сознавала. Тогда бы могла его отшить.
Марк раздраженно дернул плечом и отвечать не стал. Это Адриану тоже было досадно – хотелось бы знать, понимает ли хотя бы брат его девушки, что она нравится другому мужчине.
Анхеля в семействе де Нормонд особенно не жаловали, даже не взирая на его крепкую дружбу с Анри. Если бы Марк понял, что альбинос поглядывает на его сестру, скорее всего, возмутился бы этим.
– Что у тебя со щекой? – все еще недовольно осведомился юноша, – Первая ссора любовников? Моя сестрица тебя поцарапала?
Адриан закатил глаза.
– Мы не любовники! – на этот раз Аделайн все-таки опередила его, гневно топнув ножкой, – Уймись, Марк! На нас, между прочим, напали, Адриану надо помочь…
– Кто напал? – Марк прищурился, взъерошивая кучерявую шевелюру, – Перехватываешь у меня противников, а, Адри?
– Не называй меня так, – поморщился парень, – Никого я у тебя не перехватываю! Своего вурдалака ты тогда убил. А этот мой. Был.
– Был? – Марк заинтересованно подался вперед, – Ого-го, история становится все интереснее! Ребят, а вам не кажется, что вокруг нас стало как-то очень много этих зубастых?
Адриан помрачнел. Полушутливые разборки кончились, пришло время для серьезного разговора. Хуже всего было то, что парень знал: его обучение у рыжего оборотня Марк, скорее всего, не одобрит. А упомянуть об этом придется…
– Так кажется не только нам, – буркнул он, – Так и старшие считают, и… мой учитель тоже так думает.
– Учитель? – Марк удивленно вскинул брови, – Ты про Ричарда, что ли?
Ада тяжело вздохнула и, не давая своему молодому человеку ответить, сумрачно покачала головой.
– Нет, Марк. Адриан говорит не о Ричарде. Он уже пять лет как учится магии у рыжего оборотня, у Чеслава! И совершенно не раскаивается в этом.
Адриан хотел спросить, с какой стати он должен раскаиваться, но к собственному удивлению оказался опережен.
– А почему он должен раскаиваться? – Марк недоуменно моргнул и почесал бок, где, должно быть, остался шрам от раны, нанесенной вурдалаком, – Чеслав – сильный маг, у него многому можно научиться. Он и меня когда-то… не то, что научил, скажем так – направил. Значит, ему тоже не нравится обилие вурдалаков?
– Да… – Адриан нахмурился, – Что значит – он тебя направил? Когда? Куда??
Аделайн помрачнела. По лицу ее парень видел, что сейчас девушка на его стороне и прояснить для себя прозвучавшие вопросы тоже хочет.
Марк исторг протяжный вздох, после чего зевнул и пренебрежительно махнул рукой. Он, видимо, этому событию большого значения не придавал.
– Да я мелкий тогда был, что-то около пяти лет, что ли… Это когда Чеслав замок разрушил, помнишь? – взгляд его устремился к сестре. Та осторожно кивнула, но спокойнее от этого не стала, даже наоборот – лицо ее залило нескрываемое волнение.
– Ну, и вот… – Марк потер нос, – Он после этого приходил ко мне. Узнал, что я провидец, просил сделать ему предсказание. Я тогда не умел прямо вот провидеть, знал только, что прямо сейчас происходит… Слушай, Адри, а зачем ты гонял в поместье Мактиере? Да еще и на мотоцикле… у нас же этого не одобряют!
Адриан нахмурился. Вообще-то, ему очень не нравилось, когда его имя сокращали, да еще и таким идиотским образом, о чем Марк прекрасно знал и постоянно дразнил его, но сейчас было не до воспитания. Друг, родственник, родной брат любимой девушки нагло утаивал какую-то важную информацию, и это уже настораживало.
– Не отвлекайся, – оборотень куснул себя за губу, – Ты что-то предсказал ему тогда?
Марк еще раз потер нос. Адриан знал, что так парень ведет себя, когда чего-то смущается.
– Ну… понимаешь, брат, он меня тогда за руку взял. И его сила… в общем, она как бы перелилась в меня. Я смог увидеть будущее, сказал ему, что он проиграет, но будет этому рад…
– Сейчас он радостным не кажется, – Адриан напряженно облизал губы. То, что Марк обратился к нему, как к брату, молодого человека не удивило – с ним, как и с Анри, они и в самом деле были довольно близки. Разве что Анри, в силу возраста, внушал уважение и расценивался Адрианом скорее как посредник между их неразлучной троицей и старшими.
Собственно, поэтому Марк и возражал против отношений Ады и Адриана – полагая последнего братом, он не мог понять, почему парень не относится к его сестре, как к собственной. Адриан и Ада постоянно отстаивали свою позицию, пытались донести до парня, что родство их настолько дальнее, что даже не стоит быть упомянутым, но Марк упорствовал.
– Так, – оборотень потер руки, – То, что учитель поделился с тобой силой – это, конечно, новость, Марк и большая новость. Но у нас сейчас вопрос посерьезнее – вурдалаки…
– А также то, что ты хочешь разбудить Чеслава, – Ада скрестила руки на груди, недовольно созерцая своего молодого человека. Адриан, глянув на нее, почему-то вспомнил свою мать и впервые задумался над удивительным совпадением.
Говорят, дети иногда повторяют судьбу родителей… Он выбрал в спутницы жизни девушку по имени Аделайн, прямо, как его отец когда-то. Остается надеяться, что в остальном судьбу Виктора де Нормонда он не повторит – все-таки его Чеслав проклинать не собирается. Более того – ему он помог справиться с древним проклятием, спас, наделил силой!..
– Ты хочешь разбудить Чеслава? – голос Марка прозвучал как будто приглушенно, и Адриан насторожился. Кажется, на этот раз кузен решил выступить на стороне сестры, против него. Нехорошо.
– Я считаю это самым разумным выходом в…
– Ты с мотоцикла не падал?
Адриан поморщился. На мотоцикле он ездил не слишком часто и когда был на нем последний раз, оказывал помощь Марку. С его точки зрения, вспоминать об этом сейчас было подло.
– Да что вы заладили! – молодой человек гневно сдвинул брови, всплескивая руками, – Причем здесь вообще мотоцикл, Марк? Учителя стоит разбудить – он способен помочь нам, он сильный!
– Дед тоже не слабый, – парировал собеседник, – И Винс, и Луи тоже. Да и Анри у нас не промах, даром, что с пауком дружит. Мы и без Чеслава справимся.