Демон, что живет в мече

Арчибальд промолчал, прижимая руку к груди. Ему чудилось, что внутри ползает и шевелится мерзкая одноглазая тварь, разрастающаяся с каждым мигом все больше и больше, что она поглощает его кровь, его тело, его сознание…

– Ты напуган?

Он вздрогнул. Напуган? Конечно, черт возьми, он напуган! Триумф этой дряни означает смерть для него, а умирать он не хочет. Не сейчас, не тогда, когда начал новую жизнь.

– Нет. То есть, ты полагаешь, что его кровь – каждая ее капля! – тоже обладает разумом, волей?

Из трубки донесся тихий вздох.

– Мокой – это лярва, Хищник, – негромко напомнил Карл, – Лярва, состоящая из множества поглощенных душ. Где гарантии, что, слизнув ту каплю крови со своих губ, ты не слизнул заодно и одну из этих мятежных душ?

***

Со времени памятного разговора с отцом Доминика прошло уже одиннадцать дней. Со времени беседы с Карлом – ровно неделя. Арчибальд, вынужденный уже дважды пополнять запасы «лекарства», чем в первую очередь не был доволен сам (не может же он постоянно пить кровь Доминика Конте!), сидел в своем рабочем кабинете, в ресторане и бездумно смотрел в документы. Цифры прыгали перед глазами, разбегались и путались; буквы скакали со строчки на строчку, а мысли были слишком далеко, чтобы сосредоточиться.

Он думал о будущем. Пытался понять, что хочет обнаружить Марко в библиотеках Нью-Йорка, пытался сообразить, может ли здесь быть что-то на интересующую их всех тему.

Нью-Йорк в понимании Хищника всегда был исключительно современным, модернизированным городом, и надеяться обнаружить в его библиотеках что-то о событиях прошлых лет представлялось наивным. С другой стороны, не исключено, что просто надо знать, что искать и где. Хочется верить, что Галлани это знает.

И для чего им здесь Барракуда? Даже оба – старший и младший! Если с отцом Доминика все более или менее объяснимо, то вот Джон Кэмпбел…

Арчи вздохнул. С молодым Кэмпбелом он, помнится, заключил перемирие, но прочность его оценить бы не взялся. В конце концов, претензии Джона к нему были более, чем справедливы – он ведь и в самом деле убил его отца. К тому же убил не по трагической случайности, а вполне осознанно, расчетливо…

Молле не жалел об этом. Он вообще никогда не жалел о своих жертвах, никогда не раскаивался в совершенном, чем одно время внушал нескрываемое отвращение своим нынешним союзникам. Друзьям?.. Во время прошлого путешествия он признал их друзьями. А теперь?

В дверь кабинета робко постучали, и мужчина заморгал, пытаясь вынырнуть из омута мыслей. Кто может заявиться к нему, да еще и с такой неуверенностью, он не представлял.

– Войдите.

Дверь приотворилась. В нее проскользнул долговязый юноша, бледный и взволнованный, комкающий в руке какую-то бумагу. Он вошел и, глянув на владельца ресторана, вдруг замер, будто громом пораженный. На лице его читалось недоуменное потрясение; в глазах застыл ужас.

Арчибальд, не говоря ни слова, приподнял левую бровь. Парня он не знал, и причин такой реакции понять не мог.

– П-простите, сэр… – молодчик, запинаясь, опустил взгляд, – М-мне в отделе кадров… велели поговорить с в-вами, вот я и…

Арчи потребовалось какое-то время, чтобы припомнить, что и в самом деле некоторое время назад он дал своим сотрудникам распоряжение подыскать нового официанта. Ресторан процветал, посетителей становилось все больше, и два сотрудника на весь зал уже не справлялись.

– Вы по поводу работы?

Юноша кивнул, быстро глянул на него и снова испуганно опустил глаза. Молле сдержал вздох. На работе он никогда не давал волю той части своей личности, что пугала даже самых закоренелых бандитов, всегда сдерживал раздражение и вообще выглядел очень респектабельным и законопослушным человеком. Но парень, так трясущийся при взгляде на него, мужчине уже досаждал.

– Хорошо, присаживайтесь, – он кивнул на стул перед своим столом, – Но, прежде, чем мы начнем нашу беседу, я бы хотел узнать причину вашего страха передо мной.

Парень содрогнулся всем телом и, не сев, а почти упав на предложенный стул, опустил голову еще ниже.

– Я, просто… Да нет… Это просто дурацкое с-совпадение, сэр, это не…

– Какое совпадение?

Мужчина спросил и тотчас же сжал губы. Какое ему, черт возьми, дело до дурацких совпадений в жизни этого типа? Если продолжит мямлить – на работу он его не возьмет, вот и все. Мальчишка уйдет, не солоно хлебавши, исчезнет из его жизни, и он забудет о нем в тот же миг, когда захлопнется дверь кабинета.

Он закашлялся, но быстро и умело подавил приступ, делая вид, что готов слушать.

– Я… я… – юноша исторг тяжелый, почти мученический вздох, – Я… скажу вам, но, честное слово, сэр! Это же просто дурацкое совпадение, я сам не поверил бы!.. Но… вы так похожи…

– На кого? – Молле чуть нахмурился. Прежде он не слышал о собственных двойниках, не считая того, что существовал лишь на бумаге и мотал пожизненный срок вместо него.

Парень тяжело сглотнул и понизил голос до шепота. В нем мужчине почудились полуистерические нотки.

– На бандита!..

– Какого бандита?..

Он покосился на фляжку с водной настройкой крови тирваса и в раздумье облизал губы. Конечно, и в его жизни был период, когда он промышлял откровенным бандитизмом, но… парень-то откуда об этом может знать?

– Да я… – юноша принялся нервно ломать пальцы, – Я раньше жил не тут. Не в большом городе, в смысле… И там, в смысле, не тут, я работал в продуктовом магазине. Ну… подрабатывал в свободное время. Однажды, уже очень под вечер, в магазин вошел человек… – парень снова сглотнул, – Он… он был очень неопрятен, и одет кое-как… Он ударил охранника, и велел мне отдать все деньги из кассы. А потом зачем-то выстрелил в телефон, сказал – чтобы я не захотел позвонить кому-то. Тот человек… вы не подумайте, сэр, я ничего такого! – он прижал руки к груди, по-прежнему не решаясь смотреть на собеседника, – Вы очень аккуратны и видно, что за собой следите, а то был бандит!.. Но вы похожи на него. Чуть-чуть.

Арчибальд мимолетно куснул себя за губу. Он вспомнил этот эпизод из своей жизни.

Да, действительно. Бежав из тюрьмы, он был вынужден грабить магазины. Помнится, тот магазинчик указал ему как раз мокой, он же потом злился, что избранный человек не пожелал пристрелить мальчишку-продавца.

Молле окинул соискателя перед собой долгим, задумчивым взглядом. Может, проклятая тварь и была права… Он и подумать не мог, что прошлое вдруг постучится в дверь его кабинета! Теперь следовало как-то выкрутиться из неприятной ситуации.

Он вновь закашлялся, рефлекторно прижал пальцы к губам и, заметив на них кровь, сжал руку в кулак. Показывать слабость мальчику явно не следовало. Как и пить при нем «лекарство».

– Я знаю, о ком ты говоришь, – говорить он старался как можно мягче, как можно спокойнее, чтобы создать у юноши хорошее впечатление, – Тем человеком был опасный преступник, Хищник, как раз бежавший из тюрьмы. По странному совпадению, он мой тезка… Он сидит сейчас, сидит пожизненно. Тебе нечего бояться, мальчик… как твое имя?

Парень, по-видимому, слегка приободрившийся, все-таки взглянул на него. Бледные губы его тронула тень улыбки.

– Айк, сэр. Айк Джонсон. Вы не подумайте, пожалуйста, я… я вовсе не трус! Просто… когда я вас увидел, и вспомнил…

– Понимаю, – Арчибальд растянул губы в приветливой улыбке, стараясь не обнажать зубы. На них сейчас, скорее всего, была кровь, а пугать собеседника не хотелось. Тем более, что тот оказался весьма любопытным экземпляром. Хм. Пожалуй, принять паренька на работу все-таки придется, просто для того, чтобы следить за ним…

– Итак, Айк. Ты хочешь работать официантом в моем ресторане… Но, как я понимаю, подобного опыта у тебя нет?

Айк поник. Опыта у него действительно не было, да и вообще за последние годы он сменил уже столько разнообразных профессий, что сам почти запутался в них.

– Нет… Но я способный, сэр, дайте только шанс! Я… я учусь быстро, я моментально все схватываю! Я справлюсь, клянусь, я очень исполнительный…

Молле жестом остановил его, продолжая лучиться фальшивой улыбкой.

– Эта должность предусматривает предварительное обучение, поэтому претензий к отсутствию опыта я не имею. Мне хотелось бы узнать другое… Вы рассказали мне весьма занимательную историю, мистер Джонсон. В связи с этим возникает вопрос – не связаны ли вы сами с криминальным миром?

Айк замотал головой с такой скоростью, что, пожалуй, Арчи бы не удивился, оторвись она вдруг.

– Служили?

Джонсон кивнул, потом мотнул головой и, наконец, пожал плечами. Арчибальд нахмурился. Сам-то он в армии был, именно там когда-то научился убивать, начал свой криминальный путь, и такого поведения откровенно не понимал.

Впрочем, мальчишка не преминул оправдаться.

– У меня конфликт вышел с одним человеком, сэр, – он дернул уголком губ, – Ну… я вышестоящему чину на сапоги грязной водой плеснул. Случайно. Я даже не думал, что может такой скандал быть… В общем, меня почти выгнали. Я толком ничему и научиться не успел… – он вздохнул и неожиданно горько улыбнулся, – Это все мое невезение… Я всегда был неудачником, сколько себя помню. Извините.

– Неудачником?

Слова, которые обычного работодателя, скорее всего, оттолкнули бы, Арчибальда Молле заинтересовали. Сам-то себя он тоже долгое время полагал неудачником, винил в своем невезении не того, кто был виноват в нем на самом деле, учился выживать вопреки всему… Должен ли он теперь помочь юноше, находящемуся в подобном положении? Достаточно ли он благороден для этого?

Айк кивнул с самым, что ни на есть, тоскливым видом, и развивать тему не стал. Мужчина, продолжая размышлять, кашлянул, прикрывая рот ладонью.

– В армии… хоть стрелять научился?

Парень вновь поднял взгляд на работодателя и растерянно заморгал. Какое отношение подобные умения могут иметь к работе официанта, он откровенно не понимал.

– Ну… я… нас учили немного, да, но я… Я больше в тире стрелял, когда вернулся. А зачем…

– Неважно, – Молле остановил его жестом и призадумался. У него внезапно возникла идея – немного странная, не слишком соответствующая его привычкам, но, вместе с тем, довольно разумная.

Ведь не всю же жизнь ему самому бегать с пистолетом наперевес! Не до старости же он сможет сохранять свое амплуа таинственного и пугающего Хищника… А те, кто боится его сейчас, почуяв слабину, мигом попытаются сожрать его. Разве можно это допустить?

Арчи стукнул себя пальцем по губам. А ведь, между тем, у людей, которых он по-своему презирает и сильно недолюбливает, уже есть целый штат преданных клевретов. Они уже давно не одиночки, они поднялись выше и сумели сколотить вокруг себя крепкие группировки… Чем он хуже?

Взгляд вновь скользнул по парню на стуле.

М-да. Этот, конечно, не кажется слишком подходящей кандидатурой на должность первого члена его будущей банды. Хотя, может, он просто еще не рассмотрел его потенциал?..

– Скажите, мистер Джонсон… – говорил он негромким, бархатистым голосом и юноша ощутимо напрягся. Видимо, от елейных интонаций он уже привык не ждать ничего хорошего. Молодец. Умный.

– Вас интересует именно должность официанта… – продолжал Арчибальд, иезуитски щурясь, – Или же вам просто нужна работа, и вы бы согласились и на другой вариант?

Айк явственно растерялся, и растерянность его не удивила мужчину. Скорее всего, мальчику и в самом деле просто нужна работа, однако, в вакансии четко сказано: «официант». И никаких вариантов. К тому же, парень вряд ли много умеет – судя по всему, работал он только на мелких должностях. Что ж, возможно, и этому неудачнику улыбнулась удача…

– Ну… я… мне работа нужна, сэр, но я…

– Мне нужен помощник, – голос Молле внезапно зазвенел металлом, – Послушный, исполнительный и ответственный. Помощник, способный отыскивать нужную информацию и беседовать с нужными людьми. Возможно, этому помощнику даже придется подыскивать кандидатов на другие должности… – он незаметно усмехнулся и прибавил, – Но придется научиться стрелять.

Джонсон содрогнулся с головы до ног. Глаза его расширились, в них вновь заплескался ужас. Судя по всему, парень и в самом деле был способен думать, сопоставлять и делать выводы, и сейчас догадался, куда его хотят пригласить. Угадал он, несомненно, и причину, провел параллель с «бандитом» и, видимо, сообразил…

– Вы… вы…

Арчи тяжело поднялся из-за стола. Движение, планировавшееся нарочитым, оказалось естественным – нога болела нещадно, и легко двигаться было затруднительно.

– Да, – бросил он, сверля собеседника тяжелым взглядом, – Я вижу, ты начинаешь понимать, Айк. Повторюсь – мне просто нужен помощник. На этой работе тебе ничто не угрожает, все сложные вопросы я смогу решить самостоятельно. Плачу хорошо, и…

Что он собирался сказать, осталось неизвестным. Приступ кашля вновь скрутил мужчину, он согнулся, зажимая рот рукой и, видя, как кровь капает сквозь пальцы на бумаги, попытался выпрямиться. Или хотя бы упасть обратно в кресло, сделать хоть что-то, чтобы не выказывать слабости, чтобы не опростоволоситься так глупо перед будущим помощником.

Парень вскочил со стула. Молле подумал, что он удерет сейчас и, силясь подавить еще один приступ кашля, зажмурился.

Ощутив, как худые и, чего греха таить, слабые руки осторожно обхватывают его и усаживают в кресло, он изумленно поднял ресницы.

Айк, взволнованный, испуганный, замер рядом, не зная, что предпринять и беспомощно озираясь. Заметив, что наниматель открыл глаза, юноша прижал руки к груди.

– Вы… вы больны! Я… вызову…

– Нет, – говорил он с трудом, очень хрипло и понимал, что теперь выбора лишен, – Дай… дай фляжку…

Сил на то, чтобы открыть флягу, у него не было, и он знал это. Надеялся, что новый помощник (мысленно Арчи уже принял Айка Джонсона на работу) сообразит открыть ее, но особых иллюзий не питал. В конце концов, Айк еще только мальчишка, до полноценного члена банды ему расти и расти… Сейчас он слишком напуган, чтобы соображать здраво. Но держать фляжку в руке все равно будет немного спокойнее – вдруг удастся добыть хоть каплю настойки?

Ощутив прижавшееся к губам металлическое горлышко, а затем – привычный привкус крови тирваса на языке, Арчибальд удивленно моргнул. А у мальчика и в самом деле есть потенциал… Умом его природа не обидела, сообразительностью тоже.

Он перехватил флягу и принялся жадно пить. С каждым глотком дурнота отступала, тварь внутри съеживалась и удирала куда-то на задворки организма. Дышать стало легче.

Молле опустошил фляжку почти на половину и, тяжело дыша, вытер губы свободной рукой. Потом устремил взгляд на серьезного парня рядом, и изобразил слабую улыбку.

– Благодарю. Айк…

– Я согласен, – Джонсон сдвинул брови, сжимая заодно и кулаки, – Я согласен быть вашим помощником, сэр! Согласен, только… ради Бога, скажите, что с вами? Мне кажется, было бы все-таки лучше…

– Мне решать, что лучше, – оборвал его новоявленный начальник, – Ты не дал мне закончить. Где ты учился? Факультет?

Айк, уже в который раз впадая в ступор от заявлений нового патрона, растерянно заморгал.

– Н-на историко-архивном… Сэр, я не…

– Что ты знаешь о трагедии в Помпеях?

***

Так ожидаемые Арчибальдом люди – экзорцист Марко Галлани и капитан Рик Барракуда в компании еще нескольких знакомых моряков, – прибыли лишь по прошествии еще пяти дней. За это время Молле успел дважды опустошить запасы «лекарства» и столько же пополнить их из вены Доминика Конте. Происходило это не без помощи подруги, девушки, уже почти невесты Тедерика Янга – Лины, медсестры по образованию. Девушка, прибывшая в Нью-Йорк исключительно ради личной жизни, была весьма недовольна попыткой втянуть ее вновь в какие-то мистические загадки, но помощь оказала.

За это же время Арчи, отчаянно пытающийся вести обычную жизнь, успел получше узнать своего нового помощника, и убедился, что стрелять этот парень не научится никогда.

Огнестрельного оружия Айк боялся панически, в руке пистолет удержать не мог, а наводя на цель, трясся так, что оставалось только радоваться, если пуля вообще попадала в стену, а не в стоящего рядом патрона. После третьей попытки обучить юношу стрельбе, Арчибальд категорически отобрал у него пистолет. Трудно сказать, кто обрадовался этому больше – сам ли Молле, упредивший возможное и даже вполне вероятное ранение, или же Айк, избавленный от близости оружия.

– Ты хоть что-то умеешь? – мужчина сдержал вздох, – Может, не стрелять, но хотя бы… не знаю, ножи метать? Вообще нож держать способен?

– Нож… – парень опустил глаза. Нож держать он, конечно, умел – когда надо было отрезать кусок колбасы, – но в качестве оружия его никогда не рассматривал. Метание же ножей и вовсе полагал скорее цирковым трюком.

Заметив разочарование, мелькнувшее в глазах нового босса, Джонсон заторопился. Терять место, обещающее быть не только денежным, но и, в определенной степени, могущее служить ему защитой от преступного мира (ведь если он гордо объявит, на кого работает, плохие ребята испугаются и пройдут мимо, да?..) не хотелось, поэтому он спешил вспомнить или хотя бы придумать себе талант.

– Ну, я… я неплохо играю в дартс! – озаренный идеей, он заулыбался, – Почти всегда попадаю в яблочко! Это, правда, только игра… – окрыленный, было, юноша тут же сник.

Арчибальда, однако, его слова и в самом деле заинтересовали.

– В дартс? Дротиками с острым концом?

Айк поднял на него недоуменный взгляд и осторожно кивнул. На лице Хищника отразилось очень странное, и очень пугающее выражение.

– Убить ты, конечно, дротиком не убьешь… – медленно выговорил он, переводя взгляд на мишень на противоположной стене. Они находились в большом спортивном зале, который Молле приспособил для тренировок по стрельбе, завершившихся полным фиаско нового помощника. Расстояние от одной стены до другой было порядочным, и прикинув его на глаз, мужчина вновь глянул на помощника.

– С какого расстояния ты попадаешь в цель? Будь у тебя дротик и кидай ты отсюда, куда бы попал?

Айк, для которого эта тема была значительно ближе, нежели тренировки по стрельбе, прищурился, прикидывая на глаз расстояние.

– Ну… погрешность миллиметров десять-пятнадцать, – помолчав, без особой уверенности сообщил он. Арчи заинтересованно изогнул бровь.

– Десять-пятнадцать миллиметров от центра? – и, дождавшись кивка, ухмыльнулся, – Неплохо. Похоже, ты нашел свое оружие, парень… Довольно безобидное на первый взгляд, но вполне кусачее, если знать, куда бить, – он прищурился, – Пожалуй, тебе не помешает изучить другую науку, Айк. Что-то вроде акупунктуры…

Юноша слегка побледнел. Мысль о том, что дротиком можно не только попасть в цель, но и ранить человека, доселе не приходила ему в голову и сейчас показалась ужасной. Что же за человек его новый начальник, с кем он связался?? Да и… стоило ли?..

Арчибальд, легко читающий по лицам людей испытываемые ими эмоции, досадливо вздохнул.

– Айк, ты понимаешь, на кого работаешь?

Ответом ему был очень робкий, испуганный кивок.

– Тогда в чем дело?

Айк замялся. Он понимал, да, отлично понимал, что на работу устроился к тому самому жуткому преступнику, бежавшему из тюрьмы Хищнику, однажды чуть не прикончившему его. Он даже испытывал некоторое удовлетворение этой ситуацией, ибо в этом случае самый жуткий кошмар его прошлых дней превращался в, фактически, его защитника. Но…

Но убивать самому?.. Становиться преступником, идти против закона…

– Я… я не уверен, что хочу быть… как вы…

Молле исторг тяжелый вздох и закатил глаза. Он полагал нового помощника более умным.

– С самого начала я сказал тебе, что со сложными ситуациями смогу разобраться сам. Твоя задача – выполнять мои приказы, доставать нужную информацию, договариваться с людьми… Оружие тебе может потребоваться только в очень исключительных случаях, это скорее перестраховка. Вряд ли кто-то вдруг решит напасть конкретно на тебя, но, если мне вдруг потребуется помощь… – мужчина вздохнул еще раз, и неожиданно махнул рукой, – А впрочем, как знаешь. Если тебя пришьют – найду другого помощника, невелика печаль. Ты нашел то, о чем я просил тебя?

Смена темы оказалась для молодого человека неожиданной. Он еще только начал размышлять над словами патрона, только начал переваривать тот факт, что возможная его смерть, оказывается, того не затронет, как вдруг с него потребовали сообщить о результатах данного три дня назад задания. Задания, честно признать, плевого и самому Айку кажущегося почти глупым. Хотя, конечно, шефу лучше знать…

– Да, – кивнул парень, зачем-то расправляя плечи, – Нашел. Узнал. В Помпеях, как раз в то время, когда произошла катастрофа, проживал один человек. Он возглавлял один из главных храмов города, был кем-то типа верховного жреца… Его боялись и не любили. Он был жестоким, любил человеческие жертвоприношения… Его звали Мокос. Это все, что я узнал, сэр, но я не совсем…

– Понимать я тебя не просил, – отстраненно отозвался мужчина и, достав фляжку, постучал по ней пальцами, размышляя о чем-то. Потом открутил крышку, сделал долгий, глубокий глоток и задумался вновь.

Мокос… мокой. Это не может быть совпадением, все слишком очевидно! Только вопрос – что это дает? Что дает лично ему и что дает его друзьям, спасителям и спутникам. Чем может помочь им знание того, что мокой, эта мерзкая тень морской твари, был когда-то живым человеком?..

Здесь есть над чем подумать и, увы, думать лучше не в одиночку. Нужно рассказать обо всем Доминику, Дереку – он парень башковитый, вдруг, да найдет выход? К тому же, хотелось бы уже, наконец, обсудить этот вопрос с Марко! А в перспективе с Барракудой.

Проклятье. Когда они уже доберутся сюда?

Телефон зазвонил через секунду после того, как мужчина мысленно послал проклятие несознательным помощникам. Вызов он принял сразу, не обращая внимание на присутствие здесь Айка – он, в конце концов, был начальником и имел на это полное право.

– Да, Ник.

Айк, который уже успел узнать о необычной дружбе своего патрона с «самим» Домиником Конте, уважительно покосился на него. Мало, наверное, на этом свете людей, которые могли бы вот так вот запросто обращаться к всесильному бизнесмену… Хотя, с другой стороны, кто его знает. Ходят слухи, что Доминик Конте по натуре человек скромный.

– Конечно, – продолжал, тем временем, Арчибальд разговор, – О, неужели? Что ж, не прошло и… Что? – лицо мужчины помрачнело, – Всегда знал, что у твоего папаши винтиков не хватает… Значит, вот почему они столько добирались. Угу. Когда? Хорошо.

Разговор завершился. Хищник, опустив руку с зажатым в ней телефоном, кашлянул и перевел взгляд на помощника.

– Тебе есть, что еще сообщить мне?

Юноша замялся.

– Ну… я… в общем…

– Отвечай коротко и по делу, – в голосе Молле зазвенела сталь. Айк, угадав шестым чувством изменившееся настроение патрона, спешно вытянулся по струнке.

– Я вспомнил, что у меня дома есть большой трактат о китайской медицине! – отрапортовал он, едва ли не козырнув от избытка чувств, – Там много об акупунктуре, я читал еще в детстве! Думаю… если я немного освежу память…

– Хорошо.

Сейчас Альфе было уже, в принципе, все равно, будет ли его новый помощник способен постоять за себя, оправдает ли он возложенные на него надежды, или так и останется ни на что не годным слюнтяем, но ответить он все же соблаговолил.

– Отправляйся домой, освежай память. Полагаю, в ближайшие один-два дня я буду занят. Позвоню… если понадобишься.

Он специально выделил голосом это «если», давая понять, что такой необходимости может и не возникнуть. Что помощник уже успел разочаровать его, и ничего особенного от него больше не ожидается. Если Айк и в самом деле так умен, как ему казалось, он поймет.

Айк понял.

Понурив голову, он с видимым трудом сдержал вздох, и виновато кивнул.

– Хорошо. Хорошо, босс, я… буду ждать вашего звонка. До свидания, и удачи вам в ваших делах. И… будьте осторожны, – парень внезапно вскинул голову и взгляд его исполнился беспокойства, – Мокос был жестоким жрецом при жизни. Не думаю, чтобы после смерти он стал добрее.

Арчибальд промолчал. Показывать мальчишке, как высоко он в этот миг оценил его умственные способности, не хотелось.