Боги пяти Столпов. II Белая тень

– Твой муж, моя дорогая, данный тебе судьбой.

Он поднял на нее длинные синие слегка раскосые глаза. Они смотрели без тени смущения или издевки. Он был абсолютно серьезен и верил в то, что говорил. Урса внимательно присмотрелась к нему, в сомнении, кто стоит перед ней, сумасшедший талантливый маг или, может, божество, о котором она не слышала прежде. Тот факт, что она с трудом оттолкнула его от себя, говорил о том, что силой этот мужчина обладает громадной, но проверять, насколько, Урса пока не осмеливалась. Впервые за три сотни лет она встретила существо, которое было если не равным ей, то сильнее. Мужчина был красив и высок. Он был одет в костюм, будто из чешуи антрацитовой змеи или рыбы. Сильные мышцы и стройная фигура угадывались под ней, и он пользовался этим без стеснения. Не было в нем ни намека на смущение или неуверенность. Он точно знал, что красив, но вот умен ли?

– Это откуда у тебя уверенность, что ты мой муж? – ухмыльнулась Урса. Его самодовольство даже забавляло ее. Она никогда еще не встречала человека, который вел бы себя так вызывающе в ее присутствии. Пусть и наглое, но это поведение было словно глотком свежего воздуха.

– Я знаю гораздо больше, чем ты можешь себе даже представить – змей начал медленно обходить ее по кругу, будто выискивая слабые точки. Урса неустанно следила за ним. – Я знаю, кем были твои родители, и почему тебя выбрал престол, когда предыдущий правитель ушел на покой.

– Может, ты и его знал? Что же не называешь его по имени?

– Потому что совершенно не важно, кто был до тебя, моя прекрасная черная гарпия. История Черного столпа начнется именно с тебя, никто и не вспомнит предыдущих королей и королев.

– Звучит, как дешевая лесть – огрызнулась Урса.

– Пока что для тебя это звучит именно так, да. – Казалось, его совсем не задели ее слова. – Но со временем ты поймешь, что я говорю тебе истину.

– Нельзя поверить тому, кто даже не называет свое имя. Ты просто шарлатан, имеющий талант к магии.

– Мое имя Баал – представился змей. – И я – Бог!

– Да? – саркастично потянула Урса. – И чей же ты Бог?

– Твой – хищно улыбнулся он, уставившись на нее в упор. – Твой личный Бог!

Урса расхохоталась, толкнув его в каменную грудь. Она смеялась так громко, что сама удивилась, насколько развеселила ее эта нелепая фраза. Уже почти складываясь пополам, она ответила, задыхаясь:

– Ну ничего себе! Мой личный Бог! Он же мой муж! Ты уж выбери, кем ты хочешь быть…

– Это не вопрос выбора, любимая моя – улыбался Баал. – Я есть тот, кто я есть. И это не под силу изменить ни мне, ни тебе. И судьбой мы связаны намертво. Твоя жизнь без меня не имеет смысла, как и моя – без тебя.

– Эко тебя занесло! – Урса наконец выпрямилась и взглянула на него с насмешкой. – Тебе бы к моему лекарю, он дал бы тебе средство от скудоумия. Уж не знаю, как давно ты страдаешь этим недугом, но он явно портит тебе жизнь, раз ты выдумываешь такие небылицы.

– Сегодня ночью ты придешь ко мне сама. – Баал не потерял ни грамма уверенности.

– С чего это вдруг мне к тебе приходить?

– С того, что ты знаешь, что ни один мужчина не подходит тебе так, как подхожу я. Ты была рождена для меня. И я, черный змей Баал, дам тебе смысл твоей жизни, которого ты так жаждешь!

– Слушай…

Урса уже собиралась в очередной раз отбросить все его слова, как назойливых мух, когда обнаружила, что говорит с пустотой. Образ его исчез, будто и не существовал вовсе. На секунду Урса усомнилась в своем разуме, не привиделась ли ей эта странная встреча? За три сотни лет она еще не встречала подобной наглости. Тем не менее, его уверенность в себе сильно подкупала, и, кроме всего прочего, этот странный муж был действительно силен. Лишь подобные ей избранные на трон могли тягаться с ней в силе и магии прежде, до появления Баала. Она попыталась выследить его по остаткам магии, крупицы которой чаще всего остаются после нырка в пространственный туннель, но ее не осталось и следа. Помедлив еще какое-то время на гладком каменном языке скалы, она все же поднялась на крыло и продолжила свой путь к южному замку Черного столпа.

***

Теплый вечер сменила прохладная хозяйка-ночь, и на кожу легло ее приятное темное покрывало. Урса уладила все вопросы с южными всадниками и уже готовилась ко сну, когда мысли ее вновь вернулись к странной встрече на утесе. Доселе неизвестный Бог занял все ее мысли, и Черная королева вышла на широкую оконную террасу. Небесное ночное светило в компании трех своих карликовых спутников уже четко обозначило свои позиции, оттеснив дневное светило далеко за горизонт. Урса не заметила, как прошло уже полночи в раздумьях. Одно хорошо, будучи владыкой, сейчас ей некуда было торопиться, и единственной заботой на завтра было возвращение в столицу. Ночное светило этой ночью окрасилось красным. «Недобрый знак», – подумала Урса, мрачно всматриваясь в его круглые очертания. Облокотившись на широкие каменные перила, она глубоко вдохнула ночную прохладу и решив, что ворочаться в постели до самого утра – затея бессмысленная, обернулась пернатой гарпией и бесшумно взмыла вверх.

С высоты ночной южный город казался похожим на непроглядную черную дыру, в зевах которой редкими светлячками вспыхивали городские фонари, оранжевыми реками тянущиеся от одной площади до другой. Город мирно спал под присмотром своего владыки, и уже видел третий сон. Урса любила иногда заглядывать во сны других людей. Ее веселило витиеватое человеческое сознание, ткущее кривые полотна странных, иногда лишенных всякого смысла, снов. Но сегодня ее не интересовали люди. Ее дух стремился выше земли и неба, ей хотелось пробиться сквозь небесный купол и узнать, какими на самом деле были Демиурги, сотворившие и творящие целые миры и вселенные. Но небо отечески ограждало ее от всех попыток подняться слишком высоко, обжигая ледяным разреженным воздухом. Плывя под его прозрачной твердью, Урса ныряла вниз и вверх, крутя мертвые петли и наслаждаясь свободой. Она вспоминала детство, проведенное в стенах корпуса ГБР, своих прежних друзей, многие из которых не дожили до выпускного и тех, кто так сильно изменился, пожертвовав многим ради мантии советников. Как же давно это было…

Поймав теплый поток ветра, она легла на него и, закрыв глаза, расслабленно отдалась воспоминаниям. Крылья сами несли ее в неизвестность, будто лодка по тихой прозрачной воде.

– Не тоскуй по прежней жизни, любовь моя – вдруг послышался уже знакомый ласковый голос справа.

Урса открыла глаза, обнаружив черного змея по правое крыло. Даже в облике громадной чешуйчатой твари он был действительно красив. В свете ночи его жемчужно-черная кожа отливала так, будто тело его было не из плоти и крови, а из жидкого текучего металла, отражающего всякий свет. Могучая широкая голова с широкой пастью могла заглотить самого крупного королевского быка целиком. Глаза, наполненные океаном силы, то разгорались изнутри яркими вспышками, то наполнялись первозданным мраком. Да, он впечатлял и пленял, и действительно можно было поверить в его божественную природу.

Ничего не ответив, Урса нырнула вниз, приземлившись на широкую косу местной тихой речки. Свет ночи проливался здесь особенно ярко и озарял черную воду мириадами рассыпавшихся по ее тихой глади алмазов. Баал, не потревожив ни единой песчинки белого пляжа, тихо опустился рядом, обернувшись в человеческий облик.

– Читаешь мои мысли? – без удивления спросила Урса, поднимая на него зеленые глаза.

– Мне не нужно читать твои мысли, чтобы знать, о чем ты думаешь, любовь моя – все так же ласково ответил Баал. – Я знаю тебя с рождения и слежу за тобой с твоего первого вздоха.

– Правда? Тогда ты знаешь, кем были мои родители?

– Тебе не нужно их помнить. Они совсем нам не важны теперь, да и нет их уже давно. Скажу лишь, что ты была их единственным ребенком, и умерли они от старости много лет назад.

– Раз так, пусть так и остается – вздохнула Урса. – Все мы, будучи владыками и обладая самой могучей силой, не перестаем возвращаться к мыслям о них. Почему-то человеческая природа не хочет отступать, и мы хотим помнить своих отцов и матерей. Все. Без исключения.

– Да, это так. Но эта плата ничтожна в сравнении с тем, что вы получаете взамен. К тому же, короли и королевы обязаны заботиться о своем народе, как о семье, так что, если ты выполняла свои обязанности как положено, жалеть тебе не о чем.

– Зачем ты здесь? – резко перевела тему Урса.

– Я уже говорил – улыбнулся Баал. – Чтобы дать тебе то, чего ты так жаждешь.

– И чего же? – она ухмыльнулась, уверенная, что он ответит неверно.

– Дитя – спокойно произнес Баал.

Саркастическая ухмылка сползла с ее лица, как воск, расплавившийся от жара свечи. Глаза расширились, и в уголках наполнились забытыми слезами. Губы сами произнесли:

– Откуда ты знаешь?.. Я ни разу не произнесла это вслух…

– Просто знаю – он подошел ближе и, осторожно положив теплую ладонь на ее затылок, мягко прижал к себе, как маленького обиженного ребенка. На этот раз она не стала отталкивать его. За всю ее жизнь он оказался единственным, кто увидел ее настоящую. – Да, тебе приходилось натягивать суровую маску великого правителя и делать вид, что у тебя нет своих собственных надежд и чаяний. Все эти годы ты давила в себе желание приласкать чужого ребенка, посадить на колени и поцеловать в маленький лоб. Я знаю все, что творилось у тебя на душе. Об этом знали только я и Викар, но он давно уже спит и не говорит с тобой. Уже больше ста лет тебе не с кем перемолвиться словом. Ты была окружена людьми, но была одинока, любовь моя. Теперь уже нет…

Слезы водопадами обрушивались с щек и подбородка, когда Урса подняла голову и посмотрела на него. Лицо его, благородное, мужественное и в то же время красивое, как и положено богу, в одно мгновение вдруг стало родным. Ей показалось, что она уже давно его знает, что все то, что он говорит – это святая истина, и нет никакой другой.

– Я не могу иметь детей – тихо произнесла она. – Никто из нас не может. Так задумано изначально, чтобы был справедливый выбор, и королевский род не вырождался. Магии всегда требуется новая кровь, старая, она как вино, со временем превращается в уксус.

– В чем-то здесь есть свой резон, да. Но ты, моя драгоценная, совершенно особенная! – он коснулся ее подбородка и заставил посмотреть себе в глаза. – Ты родилась именно тогда, когда было нужно новой магии. Ты – то самое зернышко, из которого может родиться самое могучее дерево. Я жду уже очень давно, и я видел десятки королей и королев, и никто из них не подходил, но ты, моя любовь! О, ты само совершенство! И ты подаришь мне сына! Ты сможешь родить только лишь от меня, потому что я – и есть жизнь и смерть! И только я дарую рождение.

С этими словами Баал накрыл ее губы своими, крепко прижав ее к себе. Урса почувствовала, будто падает в необъятную пропасть, и единственное, за что можно зацепиться – это руки, крепко удерживающие ее в воздухе. Свет вокруг померк, его проглотила кромешная тьма. Бог, мгновение назад казавшийся прекрасным мужем, во тьме переродился. Его облик изменился, и теперь перед ней парил черный змей, но и она не осталась прежней. Облачение черной птицы укрыло ее, будто теплой периной в морозную ночь, спасая от холода. Было странно и хорошо одновременно. Теперь не человеческие руки держали ее, а крепкий тугой змеиный хвост, стянувшийся вокруг тела тремя прочными витками. Даже если бы она и захотела освободиться, уже не смогла бы. Это не было похоже на соитие двух физических тел. Урса чувствовала, что происходит нечто большее, будто его дух стремится сплестись с ее духом. Экстаз и удовольствие от этой любви не шел ни в какое сравнение с теми ощущениями, когда она испытывала, когда делила ложе с другими мужчинами. После такого все они показались бы ей безвкусными и пустыми. Баал был наполнен самой жизнью, и вкус его губ казался слаще медового нектара. Да, и правда, человек не может сравниться с Богом! Они плыли в невесомости между мирами, и ей казалось, что теперь это место так же безопасно, как материнская утроба. Казалось, мимо проносились целые галактики, время летело мимо и одновременно стояло на месте. Это место было лишено всех свойств привычного мира, здесь было возможно все…

***

Урса открыла глаза, обнаружив, что спит на мягком ложе. Прежде она не могла себе позволить впасть в забвение и расслабиться настолько, что даже не слышать звуков, раздававшихся вокруг. Ее сознание всегда было наготове, и сердце резко и быстро заколотилось в груди, заставляя очнуться и вернуть прежнюю осторожность. Она быстро осмотрелась по сторонам. Комната оказалась высеченной из камня пещерой с атриумным окном в центре купольного потолка. Искусный мастер провел тяжелую работу, когда смог создать настолько идеальный объем. Впрочем, для Бога эта задача не показалась бы такой уж сложной. Голый круглый колодец в потолке впускал много струящегося света, значит, ночь прошла, уступив правление уже позднему утру. Урса поднялась с постели. Нагая, она проследовала через комнату к большому комоду, надеясь найти свои одежды в одном из ящиков.

– Утро идет тебе – раздался бархатный голос из арочного прохода в комнату. Баал стоял, уперевшись о каменную стену и не без удовольствия наблюдал за ней. – Твои одежды не смогли перенести переход в тень, моя дорогая. Это под силу только нам с тобой.

– Так это место было тенью? – Урсу совсем не смущала ее нагота, она знала, что в ней нет ни единого изъяна. – Никогда бы не подумала…

– Да, тени скрывают многое – улыбнулся он, подойдя ближе. – Я принес тебе новый наряд, он в нижнем ящике. Но, если пожелаешь, можешь ходить и так. Я не против повторить то, что длилось больше недели…

– Больше недели!? – Урса округлила глаза. – Нет, одна ночь! Это длилось только ночь…

– Чего ты так испугалась? Это всего лишь время. Или ты вернулась к заботам о государстве? Понимаю. Но теперь у тебя появится новая ответственность.

Он подошел вплотную, так что она почувствовала на шее его дыхание, слишком горячее для человека. Его ладонь осторожно легла на ее живот.

– Теперь ты носишь наследника, Черная королева – прошептал он ей на ухо, будто опасаясь, что кто-то услышит. – Моего наследника…

Урса развернулась, уставившись на него, словно видела впервые. Она не могла поверить, что единственное ее желание, которое проговаривала про себя тысячи и даже миллионы раз, теперь сбылось. Она стояла посреди комнаты, немая и нагая. И Баал напротив ласково улыбался ей в ответ.

– Теперь ты – моя самая большая драгоценность – прервал тишину Бог. – И теперь я буду хранить тебя, как зеницу ока.

– Но зачем тебе сын? – внезапно спросила она. – Зачем бессмертному дети?

– Просто прими, что я так хочу, и все. У богов тоже бывают желания. Просто, так случилось, что наши желания совпали.

– Что ж, хорошо. – Урса не поверила ни единому слову, но десятилетия в политике научили ее, что иногда стоит притвориться наивной дурочкой. Она прекрасно понимала, что Бог всегда преследует только одну цель – свою. В конце концов, она не могла отказаться от своего счастья из-за сомнений. Это был ее единственный шанс, и она не собиралась его упускать. – Но ты ведь знаешь, что по закону, даже если бы мы могли иметь детей, правители не имеют права отдавать трон по своей родовой ветке. Значит, ты не хочешь, чтобы он сел на трон?

– Законы пишутся вами, моя королева, а это значит, что ты можешь изменить эту маленькую деталь. Но скоро не будет иметь значения, знают люди о его родстве с тобой или нет. Скажу лишь, что лучшего правителя для Черного столпа еще не существовало. Так что здесь решение за тобой.

***

Урса вернулась в Черный замок тем же днем. В ее отсутствие советники уже перевернули все королевство верх дном, пытаясь ее разыскать. Когда же она вернулась невредимой и отдохнувшей, в прекрасном расположении духа, они заподозрили неладное, ведь прежде она не позволяла себе опоздания. Еще какое-то время ей пришлось убеждать их в том, что ничего не случилось, и все в полном порядке. Лишь первый и второй советник оставались начеку больше полугода. Ен и Ива не были такими легковерными, как остальные, потому и заняли такие должности. Впрочем, окончательно удостоверившись, что королева именно та, за кого себя выдает, на одном из очередных приемов, они, наконец, успокоились. Помог им в этом посол с Белого столпа, позволивший себе слишком жесткие высказывания в адрес их родины, после чего тут же отправился удобрять своим пеплом королевские сады. Надо сказать, что и сама Урса была рада такой возможности окончательно освободиться от пристальных взглядов обоих советников, слишком уж надоевших ей за эти полгода. Развеяв тело посла, она вновь утвердилась в звании непримиримого и сурового правителя, главным врагом которого всегда была белая тень.

Время шло незаметно. Ребенок, изменивший фигуру Урсы, рос прекрасно и не доставлял никаких проблем, кроме той, что приходилось скрывать округлившиеся формы магией. Но, проделывая теперь этот незатейливый фокус каждое утро, Урса навострилась делать его одним мановением руки. Баал не появился ни разу. Нельзя было сказать, что королева была огорчена этим обстоятельством, скорее наоборот. Она не грела себя надеждой, что Бог исчезнет и больше не появится в ее жизни, но то, что он решил дать ей время для спокойной беременности, ее вполне устраивало. Сейчас он был не нужен, возможно, позже, она изменит свое мнение, но пока пусть все остается так, как есть.

Лето тянулось уже несколько лет, и вот, когда подошел срок, осенняя прохлада потянулась с севера приятным освежающим ветерком. Черный столп сменил направление, и люди активно начали готовиться к холодам. Заранее осведомив советников о своем отбытии на несколько месяцев в священные пещеры на западе страны, Урса собрала все необходимые вещи и неспешно покинула дворец.

– Тебе не кажется странным, что королева решила посетить пещеры именно сейчас? – озвучил свои мысли Ен. Ива, скрестив руки на груди, задумчиво наблюдал, как ее черный силуэт плавно превращается в точку и исчезает из виду.

– Ну и что? – лишь пожал тот плечами. – Это не первая осень. Мы прекрасно справимся и сами. Перестань, она не обязана нам ничего объяснять или доказывать, Ен. Уж кто- кто, а мы то с тобой ее знаем с самого детства, и она ни разу не подвела нас.

С этими словами Ива решительно направился вон с террасы, стремительно раздавая приказы слугам, подготавливающим давно не используемые камины для первой растопки. Ен глубоко вздохнул и, решив не трепать себе нервы необоснованными сомнениями, тоже быстро включился в работу.

Урса приземлилась на большом лысом валуне, где впервые повстречала бога. Проверив, что вокруг нет ни души, она уверенно направилась в расщелину скалы, где скрывалось его уютное жилище. Она явственно чувствовала, что роды вот-вот начнутся. Живот уже опустился, и первая схватка неминуемо должна была начать процесс. Бросив сумку с вещами на ровный каменный пол, она проследовала к постели, уже кем-то заботливо подготовленной для нее. Баал знал, что она придет сегодня, и лишний раз не хотел появляться, чтобы не беспокоить.

Схватки длились долго, и роды начались уже когда ночное светило заглянуло белым глазом в атриумное окно на потолке круглой пещеры. Урса справлялась прекрасно. Она не нервничала, полностью доверившись инстинктам. Детский плач наполнил комнату, будто колокольный звон. Только когда она поднялась, чтобы взять на руки своего первенца и обрезать пуповину, из тени появился Баал. Нельзя было сказать, что Урса была рада его видеть, но она была благодарна ему за сына, и легко позволила отцу взять его на руки. Урса без колебаний обрезала пуповину и откинулась на кровати, облегченно вздохнув. Баал вонзился взглядом в крошечное сморщенное лицо младенца, будто голодающий хищный зверь, чьему взору наконец предстал облик долгожданной добычи. Но руки его были нежны и трепетны, он заботливо обернул младенца в одеяло и напевал какую-то незнакомую мелодию. Хотя, и мелодией это нельзя было назвать, скорее, монотонное гудение. Впрочем, ребенку нравилось, и мальчик быстро замолчал. Урса еще никогда не чувствовала себя такой вымотанной. Она не так уставала при подавлении многотысячных мятежей, но сейчас едва могла поднять руку. Проверив одним глазом усевшегося в меховом кресле Баала с младенцем на руках, и полностью убедившись, что ребенок в безопасности, она провалилась в глубокий сон.