- -
- 100%
- +
От ее пустого, равнодушного тона генерала продрало до костей. Он вдруг подумал, что за все это время не видел от юной Лоу ничего, кроме заботы.
«Давно ли ты воюешь с девицами?», укорил генерал сам себя. «Давно ли на невинных вымещаешь дурное настроение?».
– Рана ноет. В комнате не было ничего, на что можно было опереться,– неохотно проговорил он. – Но, в любом случае, я не должен был срываться на вас, младшая леди Лоу.
Она как-то неловко выпрямилась, повернулась и с искренним изумлением посмотрела на него:
– Вы не… Я… Все в порядке, старший лорд. Вы не обязаны что-либо мне объяснять. О, поверните голову налево, да, вот так. Сейчас вас поприветствует старшая леди Лоу.
– Ваша матушка?
– Мать моего отца,– уклончиво ответила Араминта.
И, одновременно с этим, она как-то странно оттянула левый рукав. Как будто внутрь попала крошка, и теперь девушка не знала, как от нее избавиться.
«Или иглы», осознал вдруг генерал. «Ее высочество Алексия любит дарить «пчелиные платья» разозлившим ее девушкам».
–…искренняя радость от возможности принять у себя прославленного генерала…
Хардвин привычно пропускал мимо ушей бессмысленную лесть. Его гораздо больше интересовало, кто мог подарить младшей леди Лоу «пчелиное платье».
– Где же ваша матушка? – спросил генерал, когда старшая леди закончила говорить.
– Ее место на дальнем конце стола,– тихо проговорила Араминта.
Больше младшая леди не сказала ничего, но Хардвин понял. Особенно в свете того, что рядом со старшим лордом Лоу сидела яркая, молодая женщина, в чьих волосах красовалась драгоценная шпилька с гербом семьи.
«Зато теперь брачные требования малышки Араминты становятся куда более понятными», пронеслось в голове генерала. «Какая же дивная семья».
Араминта Мервин Лоу
В большой зал ей было позволено войти лишь одновременно с прислугой. Таким легким, почти случайным жестом гадюка напомнила, где место младшей Лоу.
«Почему они считают меня настолько бесполезной? Настолько негодной?», она прикусила губу. «Наставник говорит, что я сильная и талантливая, что такой яркий дар еще лет десять нельзя загонять в рамки узкой специализации. Это ведь может пойти на благо рода, так почему они так себя ведут?!».
Нет, Араминта уже давно не хотела быть частью этой семьи. Но… Она видела, как куда более слабых девушек успешно продавали, то есть, сватали замуж! Как брачные требования нелюбимых дочерей составлялись в пользу прежней и будущей семей, а сами девушки оставались без защиты. Младшая леди Лоу прекрасно понимала, что ее саму с легкостью можно было «выгодно сбыть с рук». Но вместо этого она прожила четырнадцать счастливейших лет в Экри.
Сев подле генерала, она тихо спросила, чего именно ему хочется. А он вместо ответа ошеломил ее чудесным:
– Вы не выглядите счастливой, младшая леди Лоу.
«А вы, вообще-то, считаетесь слепцом», хотела сказать она. Но именно в этот момент клятые иглы впились в нежную кожу и наружу вылетело удивительно честное:
– Я себя такой и не чувствую.
Правда, она тут же постаралась взять себя в руки и куда более спокойно продолжила:
– Но, раз уж вы пожелали, чтобы вам прислуживала именно я… Слушаюсь и повинуюсь.
Генерал в ответ признал, что его рука все—таки ноет.
«Вот наверняка же вливал в рану прорву силы, лишь бы подстегнуть регенерацию», рассердилась Араминта. «Теперь все срослось абы как, и организм еще несколько месяцев будет выправлять то, что было натворено в спешке!».
Но кто бы мог отругать целого генерала? Правильно, никто. Так что Араминта просто старательно подсовывала ему разные вкусности, ну и о себе не забывала. Хотя для нее тарелка на стол поставлена не была.
«Хотите заморить меня голодом? Не выйдет», фыркнула она мысленно и тут же утянула в рот крохотный кусок сыра. «Там кусочек, тут кусочек, вот и наемся».
Людской гомон стих и гадюка взяла слово. Араминта подсказала генералу, в какую сторону повернуть голову. И, едва лишь гадюка закончила говорить, он спросил:
– Где же ваша матушка?
– Ее место на дальнем конце стола,– с горечью ответила Араминта.
Она подозревала, что ее мать была одной из тех несчастных, кого брачный контракт оставил без защиты.
«Они сломили ее волю», с болью подумала младшая леди Лоу. «Матушка все мое детство выставляла меня глупой, непочтительной и слабой. Как будто ей нравилось, когда гадюка срывала на мне свой дурной нрав».
– Я понимаю,– тихо проговорил старший лорд Церау-Эттри.
– Вряд ли,– вздохнула Араминта.
– Полагаете, я не способен увидеть очевидное? – он повернулся к ней.
И Араминта, посмотрев на синий плат, все так же закрывавший глаза генерала, укоризненно проговорила:
– Полагаю, что вы ведете себя как зрячий.
«Возьмите себя в руки, старший лорд», мысленно потребовала она. «Иначе опозоритесь, если кто-то заподозрит вас во лжи».
– Это только так кажется,– тонко улыбнулся генерал. – Нет ли на столе копченого мяса? Положите мне кусочек побольше, пожалуйста.
Немало удивленная, Араминта выполнила его просьбу. А после немного отвлеклась. Она не сразу узнала троих молодых мужчин, сидевших неподалеку от старшего лорда Лоу.
«Это Вердир, Эттор и Грарен», осознала она внезапно. Ее старшие братья, родившиеся от фаворитки лорда. Родившиеся уже после свадьбы Мервин Витты Айли и Гедвира Лоу. Это была пощечина роду Айли, но… Увы, никому не было дела.
Ужин плавно перетек в винный вечер, и генерал громко пожелал здоровья всему роду Лоу. Коснувшись повязки, скрывавшей глаза, он как бы невзначай бросил:
– У меня есть еще несколько незавершенных дел, и потому я… Госпожа?
Гадюка, сладко улыбнувшись, извинилась, что прервала прощальную речь:
– Все лишь ради того, чтобы уточнить один крохотный вопрос. Правда ли вы пострадали из-за дочери рода Лоу?
– Неправда,– коротко ответил генерал. – Более того…
– Мы не можем задерживать раненого,– прошелестела вдруг средняя леди Лоу, матушка Араминты.
Все пришло в движение, а на лице гадюки отразилась смесь недоумения с подозрением.
– Более того,– генерал чуть повысил голос,– младшая леди Лоу спасла мне жизнь.
Фаворитка старшего лорда тут же вскинула на него свои густо подведённые глаза:
– Неужели? Так вот почему вы подарили ей такие ленты. Мы-то, признаться…
– Камелия,– резко произнес старший лорд Лоу. – Мы были счастливы принимать вас у себя, генерал Церау-Эттри.
– Ваше гостеприимство достойно высочайшей небесной оценки,– тут же отозвался генерал.
После чего положил руку на плечо младшей леди Лоу:
– Надеюсь, вы проводите меня до двора. Лорд Лоу, леди.
Такого странного, скомканного прощания Араминта не видела никогда. Ей, признаться, было стыдно за свою семью. Наставник Актур учил совершенно другому и потому…
– Это вам,– неловко произнес генерал, протягивая Араминте еще один сверток.
– Что? – она нахмурилась,– спасибо.
Приняв подарок, она вдруг поняла, что от шелка отчетливо пахнет хлебом и копченым мясом!
«Нет ли на столе копченого мяса? Положите мне кусочек побольше, пожалуйста», вспомнила она просьбу генерала.
– Я слышал, что вас собираются воспитывать, м—м—м, весьма странными методами,– уклончиво проговорил он. – Поэтому совершил несколько бесчестный поступок. Надеюсь, он останется исключительно между нами.
В этот момент Клаус подвел к генералу химеру и Араминта лишь бледно улыбнулась:
– Это не самое страшное, старший лорд.
– До встречи на Празднике Цветов,– серьезно ответил генерал.
Пока во дворе суетились слуги, Араминта поспешила уйти в свой флигель. Во-первых, надо было убрать неожиданный подарок, а во-вторых, она не хотела встречаться с матушкой.
«Генерал хотел похвалить меня, а она как будто пыталась сбить его с мысли, увести разговор в сторону!», от обиды у младшей леди Лоу перехватило горло. «Пусть меня не любит ни отец, ни его гадюка. Но почему моя мама меня не любит?!».
Закрыв за собой дверь спальни, Араминта убрала хлеб и мясо, а после взялась снимать с себя кусачее платье. И, уже аккуратно разложив его на столе, она не отказала себе в маленькой хитрости – переместила несколько иголок так, чтобы их нельзя было обнаружить.
«Откушай собственного лакомства, госпожа гадюка», хмыкнула младшая леди Лоу.
После чего она взялась за постель. Со всеми этими неожиданностями она ничего не успела доделать!
«Зато Иккари уже успела распустить язык», вздохнула младшая леди Лоу. «Как же хорошо, что наставник не настоял на том, чтобы я взяла ее в услужение!».
Закончив с постелью, она потеребила поясок простого домашнего платья. Рискнуть и попробовать пойти в общие купальни или…
Тихий перезвон сбил с мысли и подсказал, что кто-то вошел во флигель. А через несколько минут дверь в спальню распахнулась и внутрь вошли три молчаливые тени. Служанки старшей леди, обучавшиеся вместе с ней.
Следом вошла сама гадюка. Одна из служанок, повинуясь ее едва заметному жесту, забрала платье. А вторая положила на освободившийся стол футляр.
– Вот это нужно заверить силой. Можешь почитать, если хочешь. Старший лорд Лоу потратил немало времени, чтобы составить твои брачные требования,– оправив темно-каштановый локон, гадюка прошлась по комнате. – Это могло бы подождать до утра, но я решила, что ты не слишком утомилась.
– Моя вина безгранична,– Араминта склонила голову,– мне следовало отписать отцу, что нет надобности в составлении документов. У меня все готово.
На щеках старшей леди Лоу выступили некрасивые алые пятна:
– Нет надобности?! Передай мне документы!
За сохранность своих бумаг Араминта не боялась. Даже если их смогут уничтожить, новые выправить все равно не выйдет. Лишь через год и месяц младшая леди Лоу сможет создать новый личный оттиск.
– Прошу, старшая леди.
– Передай моей служанке, девочка,– надменно бросила та. – Оставайся в своих комнатах, отдыхай. Я позову тебя завтра днем.
«Иными словами, я наказана и буду сидеть без завтрака и без обеда», мысленно посетовала Араминта.
– Благослови вас Добрый Старец, старшая леди Лоу. Пусть каждое ваше дело не останется без внимания посланника Небес,– с мягкой улыбкой проговорила Араминта.
И мысленно порадовалась, когда гадюка вздрогнула и опасливо покосилась на окно.
«Бойся гнева Небес, раз уж твое сердце настолько очерствело».
– Пожалуй, встретимся завтра, после ужина,– старшая леди Лоу взяла себя в руки и, едко усмехнувшись, выплыла из комнаты.
После нее остался приторно-сладкий запах духов и мерзкое ощущение безнадежности.
– А в Экри, по сути, было не так и плохо,– задумчиво проговорила Араминта и решила закончить с уборкой.
Собирая с пола вещи, младшая леди Лоу тихим не злым словом поминала Иккари. Часть вещей придется перестирать – на них налипла пыль и жучки. Ведь в этой комнате служанка еще не успела подмести. Магию для чистки применять нельзя – дар Араминты слишком мощный и вещи просто сгорают дотла.
«Завтра отправлюсь на рынок и посмотрю, кто готов наняться с полной клятвой», наметила себе младшая леди Лоу.
– Ты так выросла.
Тихий, почти забытый голос заставил младшую леди Лоу выронить многострадальные вещи.
– Матушка?
Обернувшись, Араминта увидела среднюю леди Лоу. Бледная, с ранней сединой, она улыбалась самыми кончиками губ.
– Что они с тобой сделали?! – вскрикнула Араминта,– ты… Ты держала на себе иллюзию на ужине?
– Ничего, моя Ами, ничего такого, чего я не смогла бы выдержать,– средняя леди Лоу протянула руки,– ты не обнимешь меня?
Позабыв о своих обидах, Араминта резко шагнула вперед и крепко обняла маму.
– Ты такая худая,– выдохнули они в голос.
– Матушка, что произошло? Я же вижу…
– На рассвете я отправлюсь замаливать грехи в крепость Семи Башен,– грустно улыбнулась Мервин Лоу,– ну—ну, не плачь, оно того стоило.
– Ты плюнула гадюке в суп? – заинтересовалась Араминта, смаргивая выступившие слезы. – Почему ты не уехала с нами в Экри?!
– У меня было самое важно дело,– она, наконец, широко улыбнулась,– я смогла убедить всех, что ты на год младше. Ты, наверное, сердишься, что я никогда не пыталась отпраздновать твой день рождения?
«Да, матушка, мне всегда было обидно», хотела сказать Араминта, но вслух выдавила совсем другое:
– Я никогда об этом не задумывалась.
– Мой супруг, да сократят Небеса его годы, ненавидит всё, что отличается от тренировок с мечом и магией. Даже свой кабинет не способен сам обустроить. Ты знаешь, что свитками о рождении принято гордиться? Я подарила ему витрину на львиной лапе и там, за стеклом, выложила и твой свиток, и свитки всех твоих братьев. Места было немного, и потому я слегка прикрыла твой, чтобы документы братьев были на виду. А затем, когда тебе должно было исполниться восемь лет, я спросила твоего отца, что он подарит тебе на семилетие.
– Первые ленты ребенку дарят именно в семь лет,– тихо-тихо проговорила Араминта.
– Я целый год рисковала твоим здоровьем,– сквозь слезы улыбнулась средняя леди Лоу,– но я так хотела дать тебе шанс на самостоятельность! Пусть самый призрачный, но все—таки шанс.
– Матушка, ты…
– Не уделяла тебе внимания,– она горько улыбнулась,– прятала тебя. Убеждала всех, что твой дар слаб. Сослала тебя в Экри и… И сходила с ума от ужаса, получая оттуда известия.
– Я почти справилась,– серьезно сказала Араминта. – Ты дала мне шанс, и я им воспользуюсь. Я выкуплю тебя из крепости Семи Башен. Верь мне. Я не дам тебе там сгинуть!
– Позаботься о себе,– покачала головой Мервин Лоу. – Мне недолго осталось.
– Мама! Не говори так,– вскрикнула Араминта.
– Прости, Ами. Но это правда. Этот брак иссушил меня. Ты же не думаешь, что найдется мужчина, который захочет разделить со мной свою силу?
– Отец не…
– Нет, он только забирал,– средняя леди Лоу грустно улыбнулась,– как и вся эта паршивая семейка. Возьми.
– Это…
– Сладости,– Мервин рассмеялась,– знаешь, чему я научилась в этой семье? Лихо воровать со стола. Прости, я не могу остаться. Не повтори моей судьбы, Ами. Пожалуйста.
За средней леди Лоу захлопнулась дверь и Араминта, тихо заскулив, опустилась на пол. Она так многого не знала о своей матери и теперь уже не узнает никогда – женщины не возвращались живыми из крепости Семи Башен…
– Не допущу,– выдохнула она. – Не позволю!
Глава 4
Половину прошедшей ночи младшая леди Лоу провела на ногах. Она закончила уборку, разложила и пересмотрела свои вещи. А после, сев перед зеркалом, тщательно себя осмотрела. Араминта давно овладела искусством накладывания макияжа, но никогда не стремилась его использовать. Сейчас же она понимала, что предстоящий Праздник Цветов – это ее способ спасти матушку.
«Да, она хотела, чтобы у меня был шанс на другую, более легкую жизнь», думала Араминта, едва—едва касаясь кисточкой век. «Но я не смогу просто вернуться в Экри или уйти в отшельники, зная, что она страдает в крепости Семи Башен. Значит, я должна найти себе богатого мужа, который выкупит у монахов мою матушку».
Жизни одаренных женщин стоили дорого. Крепость Семи Башен была центром оружейного искусства! В шести башнях жили монахи—кузнецы со своими учениками, а в седьмой – проданные женщины—послушницы, которые от рассвета до заката напитывали слитки металла своей магической силой. Никто не жалел послушниц, не позволял им отдохнуть и набраться сил. Они гасли одна за другой, но на их место приходили другие. Крепость щедро платила семьям послушниц. Оттого и выкупить женщину мог лишь очень обеспеченный род.
«Я покажу себя во всей красе», Араминта провела кисточкой по губам. «Я сильна магически, наставник прав. А если грамотно наложить макияж, то становлюсь еще и красивой».
Если бы младшая леди Лоу спросила наставника, то он бы заверил ее, что она и без краски свежа и хороша собой. Чистая белая кожа, нежный фарфоровый румянец, темные ресницы и брови, яркие синие глаза, вьющиеся каштановые локоны – Араминта была прекрасна. Но, увы, она воспринимала себя такой, какой была в детстве – худой, загорелой до черноты коротко стриженной девчонкой. Мервин Лоу делала все, чтобы на ее дочери не остановился ни один заинтересованный взгляд. В ход шли и платья с невыгодным цветом или фасоном, и зелья, от которых у малышки появлялась сыпь на щеках или даже легкие проклятья, покрывавшие кожу Араминты неровными темными пятнами. Тогда младшая леди Лоу винила братьев и наложницу отца, но теперь…
Теперь, вспоминая все это, младшая леди Лоу отчетливо осознавала, что ее матушка никогда не верила в свой брак и свое возможное счастье. Мервин Лоу точно знала, насколько плох ее супруг. К сожалению, выбора матушке явно никто не предоставил. Ведь вряд ли она пошла за Гедвира Лоу по доброй воле.
Слуги шептались, что в прошлом была какая-то темная история, но Араминте никогда не удавалось дослушать до конца.
Что ж, если все получится, то ее будущий супруг выкупит матушку и тогда-то она все и расскажет. Если захочет! А если нет, то и ничего страшного.
Посмотрев в зеркало, младшая леди Лоу удовлетворенно кивнула – кожа стала еще светлей, глаза кажутся глубже и ярче. Губы подкрашены совсем чуть-чуть, ведь пурпур позволен лишь замужним дамам.
Вытащив гребень, Араминта прочесала свои густые волосы, сдобрила их несколькими каплями ароматного масла и закрутила в тонкие жгуты. Теперь можно и спать – за ночь краска на лице впитается в кожу и в следующий раз макияж будет нужно нанести лишь через месяц. Точно так же и волосы за ночь станут куда кудрявее!
Проспала она совсем немного. Поднялась с рассветными лучами, убедилась, что макияж стал неотъемлемой частью ее кожи, и смыла остатки. Тщательно уложила волосы, разделив их на две части – небольшой свободный узел, чтобы соблюсти приличия, и ниже свободная копна волос, спускающаяся до самой талии. Никто не скажет, что она вышла с неприбранными волосами. Но все смогут полюбоваться ее локонами.
Из Экри Араминта привезла украшения для волос – изогнутые деревянные шпильки с искусной резьбой. Так зарабатывали себе на жизнь те, кто потерял ноги при нашествии плотоядных пауков. Здесь, в столице, эти шпильки стоили невероятных денег. Но там, у подножия Ткатан, их продавали на вес.
Выбрав легкое, многослойное платье, Араминта спрятала за пазуху свои документы и покинула флигель. Сейчас ворота открыты, и никто не посмеет ее остановить. Слуги гадюки слишком привыкли полагаться на страх, так что никто не будет караулить младшую девочку семьи Лоу!
Так оно и вышло. Когда Араминта проходила сквозь распахнутые ворота, ее взгляд был направлен строго вперед. Слуги видели, что за недобрым прищуром скрывается гнев, а со сжатых в тонкую ниточку губ вот—вот сорвутся бранные слова. И каким бы ни был статус младшей леди Лоу в семье, а отхлестать по щекам она могла любого.
Слуги решили, что лишнюю дочь приставили к работе и постарались не попасться ей на глаза. Что совпадало с желанием самой Араминты поскорее уйти.
Правда, младшая леди Лоу не стала идти по главной дороге – не стоит испытывать судьбу. Вдруг гадюка прервет свою медитацию раньше полудня?
Свернув на маленькую улицу, Араминта сбавила шаг. Растерла руками щеки, помассировала шею. Лицо «чванливой жабы» давалось ей с большим трудом.
Немного постояв, младшая леди Лоу определилась с направлением и поспешила к банку. Наставник Актур старательно вбивал в голову своей ученицы хитросплетения столичных улиц. Старик не верил, что девочка сможет прожить всю свою жизнь у подножия великой Ткатан. И, в итоге, оказался прав.
«Или накаркал, как тысячелетний ворон», хмыкнула про себя Араминта.
В банке ей не потребовалось много времени, чтобы получить кольцо-печать. Она написала письмо, еще выезжая из Экри, и потому к сегодняшнему дню уже все было готово. Теперь она одним касанием она сможет оплатить любой товар в любой лавке – печатки давно пришли на смену связкам монет, и все торговцы обзавелись особыми банковскими книгами.
Выйдя на улицу, Араминта подняла руку и полюбовалась изящным колечком. Она сама его выбрала и выслала вместе с письмом. За это ей пришлось немало заплатить, но младшая леди Лоу не желала использовать тяжеловесные банковские кольца.
Желая выйти к башне магистрата, младшая леди Лоу перепутала улицу и оказалась в вотчине травников. Очарованная, она не смогла заставить себя пройти мимо!
Чутко принюхиваясь и присматриваясь к колдовскому флеру, она выбрала лавку, что стояла немного в стороне. Старая вывеска все еще была хороша, но не имела на себе ни ярких иллюзий, ни сусального золота.
Когда Араминта вошла в затененное помещение, дверь за ее спиной бесшумно закрылась, а по лавке разнесся тихий звон.
– Добро пожаловать, молодая госпожа. Подсказать ли вам что-то или вы хотите осмотреться?
В голосе старого лавочника звучало искреннее радушие.
– Благодарю, господин,– Араминта склонила голову. – В моем родном городе играют в «тайные букеты», распространено ли это в столице?
Лишь сказав все это, младшая леди Лоу прикусила губу. Экри не был ее родиной, а значит, она соврала.
– Вернее,– она виновато улыбнулась,– в городе моего сердца играют в «букеты».
Травник рассмеялся:
– В них везде играют. Взнос – три монеты!
– Вы принимаете оплату печатью? – уточнила она и уверенно приложила руку к банковской книге.
Суть игры была довольно проста – хозяин лавки выставлял на стол несколько букетов из «бесполезного сена», а пришедший гость должен был выбрать один. И если повезет, то в центре найдется полезная травка. А если нет, то хозяин лавки станет богаче на три монеты.
Тихий перезвон подсказал Араминте, что кто-то еще вошел в лавку.
– Господин Тирн, вы снова собираете букеты?
Младшая леди Лоу обернулась и увиделась высокого молодого человека. Его светлые волосы были чуть длиннее, чем это принято, но это его совершенно не портило. В светлых глазах горела яркая магическая искра, а значит, парень был колдуном. И, судя по тонким кистям, его специальностью было отнюдь не военное дело.
– Ах, младший лорд, вы немного опоздали,– травник всплеснул руками,– молодая госпожа расплатилась со мной первой!
Тут Араминта поняла, что, очевидно, в столице правила усложнены.
– Поразительно,– парень покачал головой,– что ж, я не буду спорить. Видимо, сами Небеса направили вас сюда, молодая госпожа.
Младшей леди Лоу стало не по себе. Она просто хотела вспомнить Экри и немного побаловаться, а в итоге… В итоге оказалась втянута в какую-то совершенно непонятную ситуацию!
– Прошу,– травник выложил на стол три пучка соломы.
По губам Араминты пробежала улыбка. Кто бы мог подумать, что в столице еще применяют этот старый способ сокрытия?
«Или это трюк и на самом деле никто не разрезал стебли соломы и не вкладывал в них редкие травы?», задумалась младшая леди Лоу.
Как и всегда, ее охватил азарт. Она чутко принюхивалась, держала руки при себе и не позволяла магии слишком уж сильно преобразить цвет ее глаз.
– Вот этот,– в итоге произнесла она, и указала на крайний левый букет.
– Отчего же именно он?
– Оттого что выглядит совершенно пустым и неинтересным,– улыбнулась Араминта. – Вот тут стебельки соломы явно были разделены, и внутрь что-то вложено. Если верить запаху, то это кислица. А вокруг вот этого пучка слишком яркая колдовская аура. И только выбранный мной букетик выглядит абсолютно простым, неинтересным и непривлекательным.
Травник рассмеялся, и сам развязал тесьму на букете. Внутри оказался один колосок хэльсицы, травки, что напоминала лисий хвостик.
– Большая редкость,– заливался хозяин лавки,– и великая удача! Молодой госпоже теперь повсюду будет сопутствовать удача!
– Благодарю за добрые слова,– Араминта склонила голову.
Она не считала хэльсицу редкой травкой. И в притягивание удачи тоже не верила – до нашествия плотоядных пауков весь Экри был усыпан «лисьими хвостиками». Но город это не спасло!
«Или спасло, мы продержались до появления помощи», промелькнуло в голове Араминты. «Вот только те странные воины не задержались в Экри. Они перебили основную массу пауков и исчезли, как будто их и не было. Остатки все равно нам пришлось добивать!».
– Соберите мне, пожалуйста, сонный чайный сбор,– спохватилась младшая леди Лоу,– и два флакона болеутоляющей настойки. Благодарю.
Попрощавшись, она направилась к выходу, но смущенный молодой человек преградил ей путь.
– Молодая госпожа, прошу вас… Позвольте мне выкупить ее!
– Кого?! – обомлела Араминта, пытаясь понять, о чем говорит парень.
– Лисий хвостик,– маг прижал ладонь к груди,– я состоятелен, вы же понимаете это?
«Ох, неужели передо мной какая-то известная в столице личность?», удивилась Араминта.
– Младший лорд несколько недель пытался выиграть хэльсицу,– рассмеялся травник. – Ничего, на следующей неделе еще привезут, и я подготовлю новые букеты!