- -
- 100%
- +
– Мы все замещаем старост, – хмыкнув, добавил тот парень, что утешал старосту, – меня зовут Фелл Томсор, присматриваю за младшими и новопоступившими. Нашему факультету не позволено иметь «официальные привилегии».
– Рианет Дельсийе, новопоступившая на четвертый курс, – она слегка поклонилась, – пожалуйста, будьте добры ко мне.
– Деорис Брихт, новопоступившая на четвертый курс. Пожалуйста, будьте добры ко мне.
– Воспитанные мальки, – вздохнул Томсор, – трудно вам придется. Идите уже внутрь, не на что тут смотреть.
Следуя за остальными, Рианет кусала губы. Она была прекрасно осведомлена о том, как сильно Империя пострадала от Прорывов. По Дельсийе, правда, все это не особенно ударило. У семьи никогда не было огромных земельных наделов, но…
«Неужели это имеет смысл? Ненавидеть тех, кто к виновникам катастрофы не имеет никакого отношения?» – пронеслось в голове леди Дельсийе.
Она знала, что раньше Боевой Факультет считался элитным. Кадди Леар была императорской крови, и попасть к ней под крыло считалось весьма почетным. Тем более что выпускники Боевого Факультета Элеарской Академии Магии имели огромное преимущество перед всеми остальными магами. Среди императорской гвардии каждый второй был «птенцом Леар» и…
«Страх и зависть, – осознала внезапно Рианет. – Вероятнее всего, именно эта гремучая смесь лежит в основе нынешнего отношения к факультету. Чем выше поднимаешься, тем сильнее разбиваешься».
Вот только леди Дельсийе больше не хотела молчать и улыбаться. Она всю свою жизнь училась молча терпеть, но теперь, когда она рискнула пойти наперекор всему и всем…
«Вопрос только в том, не ударит ли это по другим студентам? Если я пойду и сниму со стен этих хмарровых крыс, то…»
– Пс, мальки, сюда. – Рианет вскинула голову и увидела Томсора, который поманил их к себе и кивнул на большую подушку. – Размножите?
– Да, сколько нужно?
– Ныне нас меньше полусотни, а точнее – сорок три, на все пять курсов, – с горечью проговорила Орта. – А подушек восемь, вот и считайте.
Одним жестом леди Дельсийе создала необходимое количество подушек. И, глядя, как Орта левитацией рассылает их студентам, уточнила, что копии продержатся всего пару дней.
– Всего? – Томсор вскинул бровь. – Это сколько же ты в них сил вливаешь?!
– Я… Я не знаю, – растерялась Рианет, – это средний результат, да, Дея?
Вот только госпожа Брихт смотрела на подругу такими же огромными глазами:
– Пару дней?!
– Вы разве не вместе учились? – удивился Томсор. – Не знаете, сколько держатся копирки?
На это у Рианет ответ был:
– Наставница запирала наши копии в отдельном кабинете, чтобы никто ничего не испортил и не подправил. Она же потом выставляла оценки и проводила индивидуальные беседы, но…
«Средне, леди Дельсийе, очень средне. Вам следует стараться больше», – Рианет передернулась, вспомнив вкрадчивый, чуть гнусавый голос наставницы.
– Она всегда брала с нас слово, что мы не будем ничего обсуждать, – потрясенно проговорила Деорис, – но у нас с тобой всегда были одинаковые оценки!
– Да, – Рианет кивнула, – мы были крепкими середнячками.
– А кто был лучшим? – прищурилась Орта.
Леди Дельсийе посмотрела на Дею, потом снова на Ваример и тихо сказала:
– Не знаю.
– Никого не было, все средние, я как-то пару раз спрашивала, – еще тише сказала Деорис. – Кажется, наша наставница придерживалась правила, что лучше нее никто предмет знать не может. Хорошо, что не все от нее зависело. Остальные профессора выставляли более честные оценки.
– Да, – кивнула Рианет и улыбнулась, – мы разделили место лучшей ученицы пополам. Абсолютно равное количество баллов и оценок!
– Но получается, что ты была…
– Тш-ш-ш, – зашипел Томсор, – садимся!
В небольшой, набитый учениками зал вошел декан. Он был немного мрачен и хмур. В руках его была плотная кожаная папка.
– Ох, я не догадалась посчитать декана, – ахнула Рианет.
И быстро-быстро сотворила еще одну пышную подушку. Орта, кивком похвалив леди Дельсийе, подхватила сотворенную вещицу магией и направила ее к декану.
– Благодарю, – бросил тот и так же, не чинясь, уселся, скрестив ноги. – Интересно начался наш год, да.
«О, кажется, настенная роспись не прошла мимо нашего декана», – хмыкнула про себя Рианет.
– В этом году я жду от вас большей сплоченности, – декан обвел взглядом собравшихся студентов, – и я жду, что вы вновь создадите турнирную команду.
– Декан, – вскинулась Орта, – но в прошлом году…
– В этот раз на кону нечто большее, чем привычный уже денежный приз, – отрезал Лин-Торванс. – Мы должны завоевать символ новой Империи. И вернуть факультету честное имя.
Слова декана явно не воодушевили факультет.
– Если я не увижу добровольцев, то назначу их сам, – добавил декан, отчего по рядам студентов пробежала волна смешков. – Я знаю, что вам приходится нелегко. Но в этом году мы можем это изменить.
Он замолчал, а после, хлопнув ладонью по папке, заговорил уже совсем о другом:
– Сначала отмечу, что многие из вас славно потрудились в прошлом учебном году. Орта Ваример, Фелл Томсор, Нейрин Келберд, Адая Ритмер – вы получаете право на отдельные комнаты в общежитии, как и положено старостам.
– Но значки старост мы не получим, – едко бросила одна из девиц.
– А вот и ваши значки, как и прибавка к стипендии, – усмехнулся декан. – Я не только требую от вас, студенты. Я и сам работаю над тем, чтобы изменить отношение к факультету. Хочу напомнить, что я был там. И у меня нет вопросов к студентам: ни к тем, кто учился тогда, ни к тем, кто учится сейчас. Сейчас с факультета сняты все официальные ограничения. И только от нас с вами зависит, уйдут ли в прошлое остальные последствия.
Он открыл папку, взмахнул рукой, и четыре листа бумаги устремились к своим обладателям. Следом полетели четыре нашивки на форму.
– Также хочу сообщить, что студентки Лайра Керсон, Анита Рассел, Нелли Виарр и Флора Корса получают первое взыскание. Встаньте и пройдите мне за спину.
Рианет осторожно огляделась: она не понимала, о ком говорит декан. Но через секунду ей все стало кристально ясно: это те самые девчонки, чья форма была в ужасном состоянии.
– Вы даже не попытались привести свою одежду в порядок. Вы не воспользовались встроенными чарами. – Декан не смотрел на них, он рассеянно скользил взглядом по сидящим студентам.
«Выискивает, кто еще напортачил?» – пронеслось в голове Рианет.
– Если вам настолько противна эта форма, то почему бы вам ее не снять? – хлестко спросил декан. – Я принимаю заявления на отчисления в любой день, даже в выходной. Я не держу никого.
– Мы…
– Вас привела сюда нужда. – Он все так же даже не пытался повернуться в сторону стоящих за его спиной студенток. – У вас достаточно силы, чтобы пройти по нижней планке поступления на Боевой Факультет. Но у вас нет денег, чтобы оплатить свое обучение. Не только у вас, кстати. Есть и другие студенты, которые пользуются этой программой. Но только вы позволили себе так отнестись к своей форме. К своему факультету. Вы ясно показываете, насколько вы не рады быть с нами.
Он сделал еще одну паузу.
– Вы можете сесть на место. Однако же время вам до утра: либо заявление об уходе мне на стол, либо ведите себя достойно.
Девицы были малиновыми от стыда и злости. И Рианет отстраненно подумала, что на самом деле никто не стоял у ворот Академии и не ловил проходящих мимо. Все сюда пришли добровольно, по своим причинам. Ну так и вести себя следует соответственно.
– Вопросы, жалобы?
– Вопросов нет, – отчеканила Орта Ваример, – ну а крыс вы видели.
– Видел, – кивнул декан. – Время, когда мне была нужна тишина, прошло. Сейчас я скажу лишь одно: если случится дуэль, то ваш противник должен остаться жить. Я напомню, что официальные ограничения сняты. Мы вновь считаемся благонадежным факультетом. Соблюдайте разумную осторожность.
«Я точно должна попытаться кое-что провернуть с этими крысами», – пронеслось в голове Рианет.
А после, по взмаху руки декана, в зале появились подносы с угощениями. Сэндвичи с ветчиной и сыром, горячий чай.
Леди Дельсийе старалась есть умеренно, но Орта шепнула:
– Бери столько, сколько хочешь. Здесь все либо голодные, либо оголодавшие. И на ночь пару штук прихвати, никто и слова не скажет.
И это действительно было так. Правда, брать с собой Рианет все же не стала. Куда, спрашивается, запихнуть? В карман? А потом выводить жирное пятно с формы… Нет уж, спасибо.
После собрания студенты разошлись по комнатам. И Рианет, постучав пальцем по кончику носа, шепнула подруге, что хочет выйти на улицу – кое-что посмотреть.
– Я с тобой.
– Нет, – леди Дельсийе покачала головой, – зачем двоим рисковать?
– Потому что вместе веселее разгребать, – фыркнула Дея. – Если нас поймают, ты правда в одиночку хочешь полы у арифмантов драить?
– Тц, об этом я не подумала…
Но затею свою леди Дельсийе не бросила. Подруги потратили больше двух часов, чтобы воплотить план в жизнь и при этом не попасться.
Уставшие и довольные, они вернулись в комнату и сразу же упали спать – сил не осталось ни на что!
Глава 4
Утром Рианет собиралась особенно тщательно. Заплела волосы в тугую косу, несколько раз проверила, все ли в порядке с формой, а после, уже готовая к выходу, вновь схватилась на расческу.
– Страшно? – поддела подругу Деорис. – И мне страшно.
– Мы не сделали ничего плохого, – негромко ответила Рианет. – Просто воспользовались уязвимостью заклинания, вот и все.
Леди Дельсийе искренне надеялась, что их небольшое вмешательство не будет никем замечено. В конце концов, чисто внешне ничего не изменилось. Крысы в форме боевого факультета все так же прыгают по стенам, а…
Бах!
– Ты слышала? – ахнула Деорис.
– Д-да, – дрогнувшим голосом проговорила Рианет. – Возможно, я немного ошиблась в расчетах… Сама знаешь, по каким учебникам я пыталась изучать арифмантику!
Подруги поспешили на шум. Сначала они хотели затаиться, но… Те, кто ни в чем не виноват, не будут прятаться в комнатах, когда на улице происходит что-то любопытное, верно?
– Как трудно жить с нечистой совестью, – вздохнула Рианет.
– Пф, это у нас просто привычки нет, – хихикнула Деорис.
Перепрыгивая через ступеньки, подруги наконец оказались у выхода из общежития, где уже собралась большая часть студентов.
– Что за шум? – шепотом спросила Рианет, подходя к Феллу Томсору. – Это часть традиции?
Парень покачал головой и тихо сказал:
– Раньше такого не было. Придира…
– Томсор, не учи мальков плохому, – прошипела подошедшая Орта, – профессор Придери – и никак иначе! Это декан арифмантов. И наш тоже здесь, он явно надавил на ректора, иначе бы деканша не явилась так быстро.
Рианет перевела взгляд на полноватую женщину в учительской форме. Из-под мантии виднелось платье в цветах факультета: профессор явно гордилась собой и своей должностью. Иначе почему она была такой ярой приверженкой небесно-голубого и бежевого цветов?
«Есть чем гордиться», – мысленно вздохнула леди Дельсийе. А после подметила, что за правым плечом деканши стоит Леграсс, а вот Риной нигде не видно. Ясно-понятно, кто лучшая ученица Арифмантов. «Неужели с пятого курса никого не было? Или готовятся к Большой Выпускной Работе?»
– Никогда не видел Придиру такой лохматой, – хохотнул Томсор, – заметили, как ее от первой крысы шибануло?
Рианет прикусила губу. Согласно задумке и быстрым расчетам, заклятье должно было просто шумно лопаться и подтягивать к себе настоящих крыс. Чтобы создать впечатление, что неизвестные злоумышленники использовали настоящих животных. Леди Дельсийе рассчитывала, что после такого представления декан все же накажет своих учениц.
Но, кажется, что-то пошло не так…
«Ладно, взрослая колдунья и полноценная арифмантка уж как-нибудь справится с моей кустарной поделкой», – подумала Рианет.
Что характерно, профессор Придери не спешила бросать «в бой» своих учениц. Морщась, покусывая и поджимая узкие губы, арифмантка что-то мысленно высчитывала и готовилась к масштабному заклятью. Рианет с тихим восторгом следила за тем, как вокруг фигуры профессора закручивается сила и как она перетекает к рукам.
– Сейчас что-то будет, – выдохнула леди Дельсийе.
Именно в этот момент декан Лин-Торванс подал голос:
– Лайма, если ты не можешь…
– Для вас – декан Придери, декан Лин-Торванс, – тут же вскинулась дама.
И одним движением руки отправила в стену общежития около полусотни ярких искр, каждая из которых нашла свою крыску, и Рианет прикрыла глаза.
Она, к сожалению, поздно, нашла ошибку. Не в своих расчетах, нет.
Леди Дельсийе обнаружила ошибку того, кто изначально заклял стены. Еще одну ошибку, которая казалась незаметной.
Сорок две иллюзорные крыски лопнули с жутким шумом, но не успела декан Придери бросить пару победоносных фраз, как откуда-то с земли послышался писк.
– Что за…
Со всех сторон парка к профессору Придери стекались крысы. Пищащий серый ковер за считаные секунды погреб под собой истошно кричавшую женщину!
– Una battaglia di incendio! – донеслось откуда-то со стороны, и в крысиную гору понесся огромный шар огня.
– Идиоты, – выдохнула Рианет, – она же тоже сгорит!
Об этом подумала не только леди Дельсийе, и пылающий шар был сбит огромным, мощным водяным торнадо:
– Tempestas aquae!
Все видимое пространство заволокло горячим паром…
– Я их учу-учу, а они не умнеют, – скорбно проговорил декан Лин-Торванс.
Налетевший шквалистый ветер унес молочно-белые клочья магического пара, что образовался из-за столкновения двух заклинаний. А после и крыс сдуло: сильнейший порывы воздуха срывались прямо с ладоней декана Лин-Торванса.
– Тот, кто это сделал, – на щеках арифмантки кровоточили мелкие царапинки, – будет отчислен!
– Да неужто, – удивился декан Лин-Торванс, – мне всегда казалось, что к студентам своего факультета вы проявляете невиданное чадолюбие.
– Это. Не. Мои. Студенты, – отчеканила профессорша.
– А чьи? Впрочем, перенесем научный диспут в учительскую. Господа, представление окончено, расход…
Ш-шурх-х.
Со стен общежития тихо осыпались облицовочные плиты.
«Спасибо, безымянные боги, теперь нас не вычислят», – пронеслось в голове Рианет.
А после, вздохнув, леди Дельсийе пообещала себе сначала думать, а после делать.
«Хотя вчера я не только подумала, но еще и посчитала…» – хмыкнула она про себя.
И, прихватив с собой Деорис, поспешила за основной массой студентов. Есть хотелось просто зверски, да и представление действительно было закончено.
Спокойствие леди Дельсийе было нарушено лишь медвежьим объятием Томсора:
– Ты молодец, но никому об этом не рассказывай.
А после и Орта показала указательный и большой пальцы, сложенные в сердечко.
– Знаешь, наши старосты не зря получили свои значки, – прошептала Рианет.
– Ага, – кивнула Дея, тоже получившая порцию обнимашек от Томсора, – даже жуть берет!
– Не, самая жуть – это наш Нэйр, он редко когда присутствует, но всегда все знает, – хохотнул Томсор, неожиданно вышедший из-за спин подруг. – Держу пари, что стену он… Того.
– Нейрин Келберд, да? – медленно проговорила Рианет. – Он присматривал за нами на клятвопринесении.
– О да, в его присутствии остальные студенты вспоминают о приличиях. Нам с Ортой никогда не удавалось так же сильно, м-м-м, впечатлить противников.
Фелл пристроился рядом с Деей и бросил, что проводит их до столовой и лично проследит, чтобы место нашлось.
– А после на стульях будут ваши имена. Места закрепляются на учебный год, – Фелл потер подбородок, – и все мы, как правило, хотим обедать в приятной компании.
Благодаря Томсору Рианет и Деорис успели занять маленький столик у стены.
– Он обычно не пользуется спросом, – Фелл хмыкнул, – но вы вдвоем кажетесь не разлей вода, так что… Вряд ли к вам кто-то присоединится.
– Стол всегда можно увеличить, – спокойно проговорила Рианет.
Но в глубине души она была полностью согласна с Томсором. Вряд ли они с Деорис найдут здесь друзей.
«Но не будем загадывать наперед», – сказала сама себе Рианет. И приложила к столу овальный медальон, который им выдали вместе с формой. Дея сделала то же самое, и через несколько минут на столе стояли два подноса.
– Живем, – приободрилась госпожа Брихт, – сахарку потом прикупим, и ничего. Рианет?
– Живем, – бледно улыбнулась леди Дельсийе, которая раньше настолько серой и комковатой каши не видела.
Но на вкус еда оказалась вполне себе неплоха. К каше полагались булочка с маслом и джемом, стакан крепкого сладкого чая и яблоко.
– Ешь все, – шепнула Деорис, – сегодня раздадут расписание, и кто его знает, может, уже есть занятия.
– Как? – оторопела Рианет. – И почему ты знаешь, а я – нет?
– Я несколько дней тут все вынюхивала, – напомнила Дея. – С началом учебного года все время какие-то проблемы. Занятия ставят то раньше на пару дней, то позже. Поэтому студенты последние недели лета проводят здесь, в Академии. Собственно, и столовая поэтому же работает!
– Интересно.
Оставив после себя пустую посуду и два огрызка, подруги забрали медальоны, и стол тут же очистился.
Рианет поднялась на ноги, аккуратно задвинула стул и убедилась, что на спинке начертано ее имя. Крепко подумав, она бросила на стул и стол пару едва заметных сигнальных паутинок. Дея, заметив действия подруги, сделала то же самое.
– Почему ты выбрала именно такой вариант? – шепотом спросила госпожа Брихт.
– Мы же не собаки, чтобы место и миску с едой охранять, – улыбнулась Рианет. – Паутинка даст понять, трогал кто-то стулья и стол или нет. Вся столовая пронизана бытовыми чарами, так что вряд ли там кто-то убирает при помощи тряпки и веника.
– А значит, если паутинки не будет, то нас ждет малоприятный сюрприз.
– Мальки, – Томсор поднялся из-за своего стола, – сегодня гуляем. Можете в город выйти, но к ночи чтобы вернулись!
– Отлично. – Дея потерла руки.
А Рианет коснулась своих сережек. И правда хорошо. Может, получится продать их подороже?
Но, едва лишь подруги покинули столовую, их перехватил Нэйр:
– Леди Дельсийе, вас ожидает декан.
– Декан? – переспросила Рианет.
Ей подурнело. Неужели ее уже вычислили?! Но стена осыпалась, там не могло сохраниться ни малейшей зацепки!
На дне темно-зеленых глаз Келберда скользнула неясная тень, и он, чуть усмехнувшись, обмолвился:
– Он не один, с ним мужчина и женщина.
Сердце леди Дельсийе пропустило удар, а после… После забилось столь ровно, что любой целитель счел бы такой ритм идеальным и единственно верным.
– Что ж, это должно было произойти, – Рианет скользнула взглядом по лицу Нэйра, – хотелось, чтобы поздно, но случилось рано.
Парень сощурился, что-то про себя прикинул и спокойно предложил:
– Я мог и не найти тебя.
– Тц, – Рианет огладила ладонями свою форму, – я не буду бегать.
По губам Нэйра скользнула улыбка, и леди Дельсийе на мгновение забыла о своих бедах – настолько сильно преобразилось лицо парня. Правда, длилось это всего секунду.
– Отличное решение, студентка Дельсийе.
– Благодарю, студент Келберд. – Рианет склонила голову вправо, показывая, что такое обращение ей приятно.
Правда, уже в следующую секунду она спохватилась и поняла, что Нэйр вряд ли разбирается во всех этих глупостях, но…
Он ответил коротким мужским поклоном, в меру легким. Этот жест говорил о произведенном на него приятном впечатлении.
– Вы сейчас как будто молча пообщались, – нахмурилась Деорис.
– Да, – протянула Рианет. – Пообщались.
– Пойти с тобой?
Вздрогнув, леди Дельсийе сбросила с себя легкое оцепенение и покачала головой:
– Ни в коем случае. Не привлекай внимание к своей семье. Я уже почти жалею, что мы поселились вместе!
– Все будет в порядке, – уверенно произнесла Деорис.
А Рианет лишь вздохнула. В отличие от подруги, она свою семью знала дольше и лучше…
Потому и не стала медлить и оттягивать неизбежное.
Вот только на центральной лестнице она вновь столкнулась с Нэйром.
– Решил проводить тебя, – спокойно бросил он.
– Третий этаж, налево от лестницы четвертая дверь, – сощурилась Рианет, – не заблужусь.
– Услышал твой диалог с подругой, – скупо пояснил Келберд. – Ты должна знать, что Большой Имперский Законный Свод не позволит чете Дельсийе разорвать клятву без твоего согласия. Но вот согласием может послужить что угодно… «Ах, я бы хотела, чтобы все сложилось иначе, но…»
– Спасибо, – леди Дельсийе нервно улыбнулась, – я не думала об этом.
– И даже если они смогут тебя убедить, – Нэйр остановился и придержал Рианет за талию, – помни, что за разрыв клятвы ты отдашь больше половины своего магического потенциала. Никакие ритуалы, обряды, родовые артефакты и прочие глупости этого исправить не смогут.
– У меня нет пути назад, – криво улыбнулась Рианет. – Я совершила страшнейшую глупость и теперь изо всех сил стараюсь исправить хоть что-то.
Нэйр кивнул и как ни в чем не бывало продолжил путь. Леди Дельсийе пришлось чуть ускорить шаг, чтобы оставаться вровень со слишком быстрым колдуном. Келберд, заметив это, сбавил темп и чуть слышно извинился. Это «прости» прозвучало настолько тихо, что Рианет сочла его слуховой галлюцинацией.
– На факультете так мало дел, что ты девиц по Академии выгуливаешь? – Со второго этажа на лестницу вышел высокий худощавый парень.
– Тебе не стоило мнить себя заместителем декана, Вальгер, – ровно проговорил Нэйр, – и тогда значок старосты стал бы твоим. Лин-Торванс не любит, когда студенты пытаются решать за него.
«Точно, именно о нем говорила Дея, – вспомнила Рианет. – Кто-то вроде старосты».
– Будь осторожна, – Вальгер бросил на леди Дельсийе неприятный взгляд, – тот, кто скрывает собственное родовое имя… Кто знает, что еще он скрывает?
Рианет склонила голову к левому плечу, окинула взглядом Вальгера и, задержав внимание на грязных пятнах, украшавших его форму, учтиво произнесла:
– Благодарю за информацию.
Нэйр, оценивший и наклон головы, и красноречивый взгляд, лишь хмыкнул и поторопил леди Дельсийе:
– Поспешим. Если твои родители доведут декана, то потом он доведет тебя. И, Вальгер, приведи форму в порядок. Лин-Торванс только вчера говорил об этом.
На щеках парня расцвели уродливые красные пятна, но сказать он ничего не успел: Нэйр уже прошел мимо.
Посочувствовав сокурснику, Рианет щелкнула пальцами, и пятна исчезли. Это простое действие заставило Вальгера оцепенеть.
Зато леди Дельсийе успела нагнать Нэйра.
– Я подожду тебя здесь, – он привалился к стене, – декан может злословить, но он на твоей стороне. Даже в этой ситуации он выбирает студентов. Поверь, желающих было больше. Не критично больше, но все же человек шесть он отсеял.
– Спасибо. – Рианет несмело улыбнулась Келберду.
Он кивнул и, вытащив из кармана узкую книжицу, раскрыл ее на середине.
Рианет медленно выдохнула и постучала. Не успела она убрать руку от двери, как та распахнулась и ледяная магия декана втянула леди Дельсийе внутрь.
– Как вы можете видеть, моя студентка вполне себе довольна жизнью, – едко бросил колдун.
– Добрый день, декан Лин-Торванс. – Рианет склонила голову к правому плечу.
А после повернулась и посмотрела на свою семью:
– Добрый день, лорд Дельсийе, леди Дельсийе.
Приподняв подбородок и расправив плечи, она посмотрела отцу в глаза. Неслыханная дерзость, вызов и вопиющая невоспитанность – благородные леди так не поступают.
Но… Возможно, дело не в благородстве? И не в леди?
– Где мы можем поговорить с дочерью наедине? – Балдред Дельсийе сверлил непокорную дочь тяжелым взглядом, но обращался к декану.
– Правила Академии это запрещают, – уведомил его декан Лин-Торванс.
На несколько томительных минут в кабинете повисла тишина. Но Рианет, скользнув взглядом по лицу декана, четко поняла: ему весело. Колдун забавлялся, и от этого почему-то становилось легче.
– Мы не осмелимся нарушать вековые традиции. – На губах старшей леди Дельсийе играла легкая улыбка.
– Я не изменю своего решения, – четко проговорила Рианет. – Моей мечтой было поступление на факультет Арифмантов, но в итоге я нашла свое счастье на Боевом Факультете.
– Счастье? – голос Динои Дельсийе дрогнул.
Рианет поняла, что ее поняли восхитительно неправильно. И это, как ни странно, немало ее позабавило.
– Сейчас ты наденешь наш семейный артефакт, тот самый, что мой великий предок создал своими руками, – пророкотал лорд Дельсийе, – затем я своей волей разорву твою связь с Академией и после этого…
– Нет, – Рианет впервые в жизни перебила отца. – Вы не слышите? Я, Рианет Дельсийе, не изменю своего решения.