Как научиться верить…

Я удивлённо взглянула на мужчину, а он продолжил:

– Я ненавидел тебя и твоего отца с тех пор, как Марк Генрихович Гросс, практически, разорил нашу семью! С отцом, тогда, случился сердечный приступ, он чудом выкарабкался, а мать, чуть не наложила на себя руки, умоляя твоего отца, не заводить уголовное дело, против нашей семьи! У нас забрали всё! Конечно, сейчас, я понимаю, что твоя мачеха, ловко всех облапошила, подсунув, хорошо сфабрикованные документы, Марку Генриховичу. В них говорилось, что отец выводил крупные суммы, на оффшорные счета. На самом же деле, деньги переводились на иностранный счет, нашего общего знакомого, Игоря Кирилова. Ну, это я узнал, когда Ткачёв начал проводить расследование. В то время, я должен был уехать в Америку, учиться. Годовое обучение было уже оплачено, и мама заставила меня уехать из страны. Тогда-то, я и сменил фамилию! Снова, отцу помог встать на ноги, давний школьный приятель, Сергей Николаевич Зорин. Он дал ему крупную сумму, для того, чтобы папа открыл своё дело. Он выкупил несколько ювелирных мастерских, заключил договор с золотодобывающей компанией, и стал работать. У Зорина была дочь, Диана, младше меня на пять лет. Закончив первый год обучения в Йеле, я приехал на каникулы домой, где на ужине, в честь моего приезда, я познакомился с Дианой. Ей было тогда шестнадцать лет. Девочка, просто свихнулась на мне!

Я хмыкнула.

– Какое самомнение…

– Именно, свихнулась! Она всё лето таскалась за мной, а когда я уехал в Штаты, забрасывала меня сообщениями, и бесконечными звонками по видеосвязи! На следующее лето я не поехал домой, а устроился работать в рекламную фирму. У Дианы случился нервный срыв. Отец позвонил мне и попросил перезвонить Зориной. Он просил пообещать ей, что когда она закончит университет, мы поженимся. Я категорически не хотел этого делать, но отец сказал: «Глеб, я, да и ты, обязаны Зорину нашим нынешним благосостоянием. Пообещай! Может быть, пока ты учишься в Америке, она найдёт себе парня и успокоится. Я поддался на уговоры и пообещал. Но стало только хуже! Через год, Диана, упросила родителей, и приехала учиться в Йель! Мне оставалось ещё два года. И все это время, мы жили вместе… Я был у неё первым мужчиной. Она ревновала меня к каждой девушке, и ежедневно устраивала мне сцены с истериками. Один раз, она избила мою одногруппницу, так, что та девушка, попала в больницу, а Диана, чуть не угодила в тюрьму! Приезжал Сергей Николаевич, чтобы уладить проблемы, и стоило ему это, кругленькой суммы! Эти два года показались мне вечностью. Я окончил университет, и вернулся в Москву. Диана тоже перевелась в Россию и продолжила обучение в МГУ. Отец предложил мне должность в своей компании, но я решил, что хочу заняться рекламным бизнесом. Здесь, мы продолжали встречаться, но, слава богу, не жили вместе! За месяц до твоего появления, я сказал, что мне надоела её ревность, и, вообще, я не люблю её! Она как будто не слышала меня, и всё твердила, что мы должны объявить о помолвке.

– Видимо, твоя жёнушка, страдает психическим расстройством. Сочувствую тебе!

Глеб продолжал:

– Я решил взять тебя на работу, с намерением, отомстить! Те страшные дни, когда я боялся, что потеряю и отца и мать, острыми осколками торчали в моей груди! Я хотел сделать тебе больно, за то, что ты наслаждалась жизнью, когда моя семья страдала! Но увидев тебя впервые, во мне проснулось не чувство мести, а та детская привязанность, которую я испытывал к тебе, когда ты была малышкой! Я не мог тебя ненавидеть, потому что, влюбился! А когда узнал, что и твоё детство было несладким, о мести забыл совсем! Я безумно ревновал тебя к Велесову! Мне казалось, что и ты к нему неравнодушна. Но когда я впервые тебя поцеловал, понял, что это не так! Я купался в твоей любви, и потерял бдительность! Увидев тебя, лежащую в крови, со страшными ожогами, я испугался! То, что сделала тебе Зорина, выбило меня из колеи. Тут подвернулась командировка, в которую должен был ехать мой заместитель, и я сбежал в Германию!

Никольский поднял глаза и внимательно посмотрел на меня.

– Я струсил! И ненавидел себя за это! Ткачёв занялся расследованием, но доказательств, что это сделала Ди, не было! Ещё и Сергей Николаевич подключился, заплатил кому надо, и дело замяли. На меня началось давление со всех сторон. Родители требовали, чтобы я объявил о помолвке с Зориной. Я как мог, сопротивлялся. Тебя выписали из клиники, и ты пропала из моего поля зрения! Ткачёв организовал слежку за Велесовой, и мы, наконец, выяснили, где ты прячешься. Параллельно, он вёл расследование, по делу о твое мачехе и её любовнике. Мы снова стали встречаться с тобой, и я решил, что никогда уже не отпущу тебя! Чем больше мы проводили времени вместе, тем больше я хотел быть рядом с тобой! И тут эта нелепая ссора и, брошенное тобой кольцо, разозлило меня! Я уехал к родителям.

У Никольского зазвонил телефон. Он, посмотрев на экран, сбросил вызов. Я вспомнила про курицу, и побежала на кухню. Румяная ароматная курочка была уже готова. Я выключила духовой шкаф и поставила на подогрев, чтобы она не остыла, ведь до Нового года оставалось ещё полтора часа. Когда вернулась в гостиную. Никольский стоял у окна, и смотрел на сверкающий огнями город.

– Скоро двенадцать часов! Тебе, думаю, пора домой!

Глеб повернулся ко мне.

– Я останусь у тебя!

– Нет! Я тебя не приглашала! У тебя есть жена! Отправляйся к ней!

– Хватит мне говорить про жену! Если бы, ты, тогда не оттолкнула меня, сейчас, мы были бы вместе!

– Ах, это я виновата?

– Ты!

Никольский быстрым шагом приблизился ко мне. Он стоял почти вплотную, и его запах окутывал меня. Положив ладонь на поясницу, Глеб притянул меня к себе. Рука скользнула по щеке, а большой палец прошёлся по губам. Моё тело покрылось мурашками.

– Три с половиной месяца, я сходил с ума без тебя! Три с половиной месяца воздержания! Мне никто не нужен, кроме тебя!

Его горячие губы, накрыли мои уста, и всё закружилось перед глазами. Никольский целовал, нежно поглаживая мою щёку, шею, грудь. Я потеряла контроль над своим телом. Поцелуи спускались всё ниже, и теперь, мужчина стоял передо мной на коленях и покрывал поцелуями мой небольшой животик.

– Я так счастлив, что ты носишь моего ребёнка! Я хочу, чтобы ты родила мне маленькую зеленоглазую девочку!

– Прекрати это, Никольский!

Мужчина замер, уткнувшись носом в мой живот, и обнимая мои бёдра.

– Отпусти! Через полчаса наступит Новый год, а я, ещё стол не накрыла!

Глеб ослабил хватку, и я, высвободившись, ушла на кухню. На столике в гостиной, расставила тарелки и фужеры.

– У меня только сок! – сказала я.

Никольский помог принести из кухни блюдо с овощами, салатик, мясную, рыбную и сырную нарезки. В центр стола, поставили большое блюдо с запеченной курицей.

– У меня в машине, есть шампанское и красное вино! Я принесу сейчас!

Глеб спустился к машине и через пять минут, был уже в квартире. Бутылки заняли своё место на столе, а мы за столом. Я включила телевизор. С поздравительной речью, выступал президент нашей страны. Никольский открыл шампанское.

– Налью тебе, чисто символически?

Я махнула головой. Куранты пробили двенадцать, и мы, выпив за наступивший год, пожелали друг другу удачи!

– С Новым годом, любимая моя девочка!

– С Новым годом! – смутилась я.

Глеб, как заправский повар, разделал курицу на куски, и положил на мою тарелку, большое куриное бедро. Снова телефон Глеба, напомнил о себе, но был беспощадно выключен.

– Спасибо! Извини, но я не рассчитывала на тебя, и много не готовила!

– Не переживай! Этого вполне достаточно!

Мы, молча, съели, почти всю курицу. Глеб открыл бутылку красного вина и налил себе бокал. Я пила сок. Мы долго смотрели друг на друга, а потом я сказала:

– Жду продолжения рассказа.

– На чём я остановился?

– После нашей ссоры, ты уехал к родителям.

– Да! Маман, заметила моё состояние, и пришлось рассказать о том, что я сделал тебе предложение, о нашей ссоре и что ты, вернула мне кольцо. Это воодушевило её, и она стала говорить, что я не могу жениться на тебе. Это будет, как пощёчина для нашей семьи! Отец снова напомнил, что мы обязаны Зориным, своим нынешним положением, что Диана, идеальная для меня пара. Мы снова поругались, и я предупредил, что если они не прекратят на меня давить, я не появлюсь больше в их доме. На следующий день я вернулся к себе. Диана активизировалась. Каждый раз, приходя в офис, я заставал её в своём кабинете. Эта навязчивость, напрягала! Мать, тоже стала частым гостем в моей компании. Убеждая меня в том, что лучшей благодарностью семье Зориных, будет женитьба на их дочери. Последней каплей, стали фотографии, присланные мне на электронную почту, с неизвестного адреса. На них, ты целовалась с Велесовым.

– Что? Я никогда не целовалась с ним!

– Могу показать тебе их!

– Покажи!

Никольский вытащил айфон, и, найдя фотографии, показал мне. С первого взгляда, действительно, можно подумать, что мы целуемся. Выхвачен был тот момент, когда мы выходили из бутика. Тогда Яр поцеловал меня в щёку.

– Я помню этот момент! Велесов поцеловал меня в щёку!

– Но, всё же, поцеловал?

– И, что? Я не считаю это поцелуем! Просто дружеский жест!

– Но я принял это, за полноценный поцелуй! Я разозлился так, что готов был поехать к Яру, и начистить ему морду! В это время, ко мне в кабинет, как раз, вошла Диана. Посмотрев фото, она сказала, что ты не любила меня никогда! Потому как, если бы любила, то не вернула кольцо! Я решил вытравить тебя из своей головы и своего сердца. Пригласил родителей и семью Зориных, на ужин. Никто ничего не знал. И когда я встал на одно колено перед Дианой, и подарил ей кольцо, наши семьи были в восторге! Не предполагал, что ты будешь отмечать свой день рождения, в этом же ресторане.

– Да, тебе не повезло.

Никольский протянул ко мне руки, намереваясь взять мои ладони в свои, но я убрала их. Посмотрев на меня с грустью, Глеб откинулся на спинку кресла, и продолжил:

– Я не знал, что делать дальше! Хотел потянуть время, и при удобном случае, разорвать помолвку. Но тут опять вмешался Велесов! Он решил разорвать контракт, который мы заключили с его компанией. Обвинил меня в подлости и предательстве, по отношению к тебе. Мы сильно поругались, дело дошло даже до драки!

– Я в курсе, что ты предложил уступить ему своё место!

Никольский замолчал и, опустив голову, произнёс:

– Я был очень зол на тебя и Велесова! И был, абсолютно, уверен, что вы встречаетесь! В начале декабря мы поженились…

– Поздравляю! Теперь, объясни, что ты хочешь от меня?

– Я хочу вернуть тебя!

– Это, вряд ли, получится! Ты предал меня! А я не прощаю предательство!

– То есть, ты отказываешь мне в праве, любить тебя, заботиться о тебе и нашем малыше?

– Ты можешь любить кого хочешь! С ребёнком, я разрешу тебе видеться, но не более того! Заботиться о нём, я буду сама!

Никольский нахмурился, и поднялся с кресла.

– Так, значит?..

– Именно! Объясни мне одну вещь! Как ты собирался расстаться с Зориной?

Мужчина подошёл к окну.

– Последнее время, её психическое состояние, обещает желать лучшего! Мы не спали с ней, с того момента, как тогда расстались, но она, вдруг, объявляет всем, что беременна! Я в шоке! Требую объяснений, а она говорит, что забеременела сразу, после свадьбы! Но, мы же, не спали? От кого она залетела? Отвел её в клинику. После осмотра, врач сказал, что беременности нет, но на лицо, психические отклонения. Мне посоветовали проконсультироваться у психиатра. Сообщил её родителям. У Дианы, снова началась истерика! Она уверяла всех, что беременна. Сергей Николаевич уговорил меня, соглашаться с ней во всём. Теперь я понял, что, видимо, психической нестабильностью, Зорина страдает с детства, но это скрывали. Перед праздниками, она снова слетела с катушек. Избила в офисе, сотрудника клининговой компании, которая проводила уборку в моём кабинете. Диане показалось, что девушка флиртует со мной. Сейчас она в клинике, по решению суда! Зорин, не стал, даже пытаться, отмазать дочь. Мои родители в шоке! После праздников, я подам на развод. Зорин сам предложил мне это!

Я посмотрела на часы.

– О-о-о! Уже четыре часа! Тебе пора уходить! Я сейчас уберу со стола и пойду спать!

Я встала с дивана, но Никольский, снова усадил меня.

– Я всё уберу! Отдыхай!

Видимо, сон сморил меня, потому что, проснулась я во втором часу дня, от телефонного звонка, и абсолютно, голая! За моей спиной спал Глеб, обнимая меня двумя руками и, прижимая к себе. На нём тоже не было одежды! Я попыталась убрать руки Никольского, но он не отпускал, а только сильнее прижался ко мне всем телом. Его возбуждённый орган, упёрся в мои ягодицы. Горячие влажные губы, начали путешествие по моей шее, а руки, от груди спустились к промежности, и очутились на лобке.

– Зачем ты меня раздел?

– Со мной ты будешь спать, только голенькая! Ты мокренькая уже, – шептал хриплым голосом Глеб.

Я сопротивлялась, пытаясь оттолкнуть мужчину от себя.

– Не дёргайся, ты же хочешь меня!

– Нет! Это, просто, физиология! Отпусти! – хныкала я.

Но Никольский уже нырнул пальцем в недра моего влагалища. Я непроизвольно, застонала.

– Да, моя сладкая девочка! Соскучилась!

Немного подавшись вперед, Глеб легко вошёл в меня.

– Боже! Да! Как же хорошо в тебе!

Движения стали настойчивыми и быстрыми. От возбуждения, меня, в буквальном смысле, трясло. Конечно, я скучала по его сильным рукам, дарившим моему телу блаженство. Скучала по его горячим губам, по его сексуальному голосу. Но я не должна была хотеть этого мужчину! Не должна!

Возбуждение достигло высшей точки, и я распалась на атомы. Сделав ещё пару движений, Никольский тоже пришёл к финишу. Он стал покрывать шею, плечи, поцелуями, поглаживая мой выпирающий животик. Я замерла, стараясь не реагировать на прикосновения мужчины, но это получалось плохо. Сердце стучало как сумасшедшее, готовое выпрыгнуть и упасть в ладони человека, которого я должна ненавидеть!

Наконец, мне удалось вырваться из объятий Никольского. Схватив халатик, который лежал на спинке кресла, я прикрыла своё нагое тело. Глеб следил за каждым моим движением, вальяжно развалившись на кровати. Скрывшись в ванной комнате, я предусмотрительно, закрыла дверь на защёлку. Когда я вышла, Никольский, по-прежнему, валялся в постели.

– Тебе пора уходить! – решительно сказала я.

– Иди ко мне, злая моя девочка!

Никольский откинул одеяло, демонстрируя своё возбуждение и, приглашая меня лечь в кровать.

– Прекрати! Я и так, позволила тебе, больше чем нужно!

Но мужчина, похоже, вообще, не собирался вставать. Он улыбнулся и, поглаживая свой член, сказал:

– Я не сомневаюсь, что ты позволишь мне, ещё очень многое! Иди ко мне! Видишь, как он хочет оказаться в тебе, снова!

Горячая волна пробила меня с ног до головы. Глаза мужчины стали, почти черными. Его скульптурное тело, манило и притягивало. И я, как безвольная, озабоченная самка, снова угодила в эту ловушку. Халатик улетел куда-то в угол, и я очутилась в объятьях этого красивого, самоуверенного жеребца! Сознание, гордость и решительность, стайкой, улетели в тёплые края! Я снова растаяла от его прикосновений и ласк, и, да, я позволила ему, всё!

– Никольский, не смей, больше, прикасаться ко мне! – выползая из кровати, стонала я.

Глеб, лениво потянувшись, довольно улыбнулся, показывая ровные белоснежные зубы.

– Обещаю, что сегодня, не буду! А завтра…

– А завтра, тебя уже здесь не будет! Собирайся и уходи! Я обещала родителям, что приеду сегодня к ним!

Я схватила одежду Никольского, и швырнула её в мужчину. Глеб поймал, и аккуратно положил, на рядом стоящую тумбу.

– Каким родителям? – недоумевал мужчина.

– Своим!

– Я не понял…

– Что ты не понял? Я обещала отцу и Катюше с Киром, что приеду сегодня к ним!

– А кто такие, Катюша и Кир?

– Катюша, жена моего папы, а Кирилл, мой брат!

– Хочешь сказать, что твой отец женился?

– Да!

– И когда он успел, братика тебе родить?

– Двенадцать лет назад!

– То есть, твой папаша, на два фронта трудился?

Я зло посмотрела на Никольского.

– Одевайся и уходи!

Никольский встал и, демонстрируя нагое, по-мужски красивое, тело, отправился в душ. Жутко хотелось кушать, и я ушла на кухню. Заварила себе травяной чай, сделала бутерброд и села за стол. Глеб, в набедренной повязке из махрового полотенца, появился на кухне.

– Я голоден!

Он открыл холодильник и достал нарезку и хлеб. Сварил себе кофе в кофе машине и устроился за столом, напротив меня.

– Одеться, не судьба?

– Любуйся!

– Ты наглеешь, Никольский!

Мужчина улыбнулся и приступил к поеданию бутербродов. На улице смеркалось. И тут, в дверь позвонили. Никольский взглянул на меня.

– Кто это?

– Не знаю! Я никого не жду!

Глеб встал и направился к двери.

– Ты с ума сошёл? Иди, оденься!

Но мужчина и не подумал послушать меня. Через некоторое время, я услышала голос отца.

– Ты кто такой?

Я выскочила в прихожую и увидела улыбающуюся Катерину, серьёзное лицо отца и ошалевшего от полуголого мужика, Кирилла. Глеб, как ни в чём не бывало, протянул отцу руку и представился:

– Я, ваш будущий зять, Никольский Глеб Владимирович! Здравствуйте, Марк Генрихович! Разве, вы не помните меня? Я, сын Ильясова!

Папа округлившимися глазами смотрел то на меня, то на Никольского.

– Как это понимать? Ты собрался жениться на Даниэлле? Но ты же, вроде, женат?

– Пока, женат!

Отец строго посмотрел на меня.

– Не ожидал от тебя, дочь! Путаешься с женатым мужиком!

– А, ты, – отец, с пренебрежением, обратился к Глебу.

– Совсем совесть потерял? Стоишь, перед нами полуголый!

Я растерялась, не зная, что ответить. Ситуацию спасла Катерина.

– Марк! Думаю, нам лучше уйти! Она большая девочка, разберётся сама! – няня потянула отца к выходу, подмигнув мне на прощание.

Я так и стояла, не проронив ни слова. Глеб повернулся ко мне и сказал:

– Ты, видно, хорошо ладишь со своей новой мачехой!

– Не называй её этим страшным словом! Катерина, самый близкий мне, после отца, человек! Она моя няня!

– Ого! А, брат твой, просто, портрет Марка Генриховича! Это удивительно!

– Никольский! Ну, кто тебя просил выходить сюда в полотенце? Господи! Как мне теперь, отцу в глаза смотреть?

Глеб обнял меня сзади и поцеловал в макушку.

– А что, страшного-то, произошло?

– Все поняли, чем мы тут, с тобой занимались!

Никольский рассмеялся.

– Глупенькая, моя девочка! Пойдём в кроватку!

– Нет! Я не буду с тобой спать! – вырвавшись из захвата сильных рук мужчины, запротестовала я.

– А куда ты денешься?

Глеб подхватил меня на руки, и понёс в спальню.

Глава 16

Выходные пролетели быстро! Ни о какой работе, не было и речи. Никольский, просто, не давал ничего делать. Этот наглый тип, все праздничные дни, провёл у меня, рассекая по моей квартире, в набедренной повязке, а, иногда, и без неё! К родителям, я так и не съездила. Катерина позвонила мне на следующий день, после внезапного появления моей семьи, у меня дома. Рассказала, что отец уже успокоился и смирился, с тем, что его зятем, станет сын Ильясова.

– В конце концов, у твоего ребёнка, должен быть отец! – выдала Катерина.

– Вы, там, всё уже решили за меня? Никольский прёт напролом! Не могу выгнать его из своего дома!

– Мужик, просто, знает, чего хочет! А хочет он тебя!

– Катя! Он женился не на мне!

– Но ты беременна от него! И не должна лишать своего малыша, полноценной семьи!

Никольский уехал от меня за день до окончания праздников, пообещав, что переедет ко мне. И этим же вечером, в моей квартире появилась Ленка.

– Привет, Даля! Как встретила Новый год?

– Нормально!

– Мы тоже, очень хорошо!

– Когда вы вернулись?

– Вчера!

Ленка пристально смотрела на меня.

– Что?

– Похоже, Яр, расстаётся с Олей!

– Почему? Оля, очень хорошая девушка! Что случилось?

– Наверно, мы с ним однолюбы! А Ярослав, любит тебя! Он признался, что согласен воспитывать чужого ребёнка, лишь бы, ты была рядом! Может, вам стоит попробовать жить вместе?

– Сомневаюсь, что это получится!

– А, что, так?

– Я тоже, однолюбка!

– Всё ещё любишь Никольского? – с недовольством в голосе, спросила подруга.

Я молчала.

– Он же, женился? Или, ты надеешься, что он вернётся к тебе? Я, очень, сомневаюсь! Если Диана беременна, неужели, ты думаешь, что он её бросит? – Ленку, просто, распирало от злости.

– Дамир, ведь, тоже женился, однако, ты продолжаешь его любить! Почему же мне нельзя?

– Ты собралась одна ребёнка воспитывать? Или, думаешь, что Никольский, на две семьи жить будет? – напирала она.

Я пожала плечами.

– Не надейся! Он сказал Ярославу, что всегда любил, Диану! А с тобой, только, чтобы отомстить твоему отцу!

Меня как кипятком окатили. «Откуда она знает, что Никольский хотел мне отомстить?»

– Так ты знала? Знала, с самого начала?

– Нет! Глеб сказал это, когда они с Яром подрались!

– Ты стала очень злой, Лена! Что плохого я тебе сделала? Какие цели ты преследуешь?

Ленка опустила глаза и подошла к окну.

– Я люблю своего брата, и вижу, как он страдает, – тихо произнесла Велесова.

– Тебе, лучше уйти!

Я повернулась и вышла на кухню, и через некоторое время, услышала, как захлопнулась дверь. Я налила кофе и села за стол.

– Кто из них говорит неправду? Цель Велесовой, понятна! А Никольского? Если он, действительно, всегда любил Зорину, а мне, хотел отомстить, то у него это здорово получилось! И, то, что случилось с Дианой, спутало ему все карты! А, может быть, он врёт, и Диана, вполне здорова? Кому верить?

Я решила открыть страничку Зориной, в инстаграмм. Последняя фотка, выложена… Что??? Вчера??? На ней Диана, вполне счастливая и адекватная! А надпись под фотографией гласила: «Я на Мальдивах!» Вот почему он провёл у меня все праздники! У меня перехватило дыхание. Дышать стало трудно. Значит, Ленка права!

Я ушла в спальню, и, стянув всё постельное бельё, бросила в стирку. Постелила чистый комплект и легла спать. Я уже почти уснула, как вдруг, услышала телефонный звонок. Я ответила.

– Что тебе, Никольский?

В трубке молчали. Я сбросила вызов. Телефон зазвонил снова.

– Почему ты бросаешь трубку?

– Я не собираюсь слушать твоё молчание!

– Даля, что-то случилось?

– Случилась! Просто, ты лжец, каких мало!

– Да? И в чём же я солгал?

– Знаешь, Никольский, ты отличный актёр! Если твоей целью была месть, то выдохни! Ты её достиг! И оставь уже меня! Я хочу спокойно жить! Только не появляйся больше, в моей жизни! – последние слова я выкрикнула, почти с надрывом.

Я сбросила вызов, а затем, скачала фотки со странички Зориной и отправила Никольскому. Он больше не звонил. Я уткнулась в подушку лицом и заревела. Как уснула, даже не помню.

Рабочая неделя началась с планёрного совещания, на котором я собрала свой немногочисленный коллектив. Обсудили первоочередные планы и задачи, которые нужно было решить в этом году. Каждый высказал своё мнение по-поводу развития и привлечения новых клиентов в нашу небольшую компанию. Только Оля сидела в уголке и отрешённо смотрела в одну точку. Когда все разошлись по кабинетам, я попросила девушку остаться.

– Оля, ты себя плохо чувствуешь?

Она посмотрела на меня и глаза её заблестели. По щеке скатилась одинокая слеза.

– Ярослав бросил меня! – девушка зарыдала.

Я не знала, что ей сказать.

– Он вас любит!

Я встала из-за стола и подошла к девушке.

– Но всё дело в том, что я его не люблю, – тихо ответила я.

– Что мне делать?

– Жить дальше! Знаешь, я тоже не нужна человеку, которого люблю! А ещё, он женился!

Оля перестала рыдать, и, утерев слёзы, сказала:

– Как же он мог, поступить так, с вами?

– Смог…

Я снова вернулась к столу.

– Иди и не расстраивайся! Значит, Ярослав, не тот, кто предназначен тебе!

Девушка согласно махнула головой и ушла.

Возвратившись вечером домой, увидела джип Никольского, он ждал меня.

– Я не понял, что вчера было? Что за фотографии ты мне прислала?

– А ты, не узнал свою жену?

– Для чего ты их прислала?

Я повернулась к мужчине лицом и равнодушно сказала:

– Я устала от тебя, Никольский! Устала от твоего вранья! Я хочу, чтобы ты исчез из моей жизни, и больше никогда не появлялся!

– Я хочу знать, где я соврал?

– А ты не понял? Ты сказал, что твоя жена, по решению суда, находится в психиатрической клинике!