Ненавижу своего мужа

30 глава

Ян

– Мы нашли машину Миши тут.

– Понял, выезжаю тоже.

Как только мы узнали информацию о новой машине Михаила и бабушкином доме, дела закрутились с немыслимой скоростью. Мы отследили его автомобиль, он, судя по камерам, которые его засекли, действительно мчал в сторону дома своей бабушки, поэтому наши ребята поехали туда.

Дом находился в глухой деревне, в которой из жилых осталось только домов 5. Здесь не было ни магазина, ни каких-то еще дополнительных строений. Меня всегда поражало, как люди живут в подобных поселениях. Но сейчас мне было вообще не до подобных размышлений, все мои мысли были заняты тем, что я очень хотел, чтобы Софа оказалась здесь. Чтобы мы нашли её и вызволили из этого плена.

Я добрался до места чуть больше чем за час. Ситуация на дорогах осложнялась тем, что шел снег, и дорожные службы не справлялись по скорости, расчищая дороги. Всё время, пока я ехал, я ждал звонка о том, что нашли и самого Мишу, и Софу, но никто не звонил и я переживал, что это не очень хороший знак.

Просто вылетев из машины, как только доехал, я увидел тот самый черный автомобиль, на котором, как мы думали, он и вывез мою жену. Ребят нигде вокруг не было, видимо, они были в доме.

Дверь была не заперта, и я без труда зашел внутрь. В доме пахло каким-то старьем и плесенью. Чувствовалось, что здесь живет старый человек. Однако, было достаточно тепло, печка была затоплена и неплохо прогревала помещение.

Мой телефон ожил, и я вздрогнул от неожиданности, когда раздалась мелодия звонка.

– Да Юр, я уже на месте, а вы где?

Оказалось, что когда они приехали, то обнаружили в доме только бабку, которая не могла встать, потому что на днях упала и теперь у нее болела нога. Парни помогли ей растопить печь, пока расспрашивали о внуке.

Миша действительно тут был, как раз в день исчезновения Софы, но пробыл недолго, и быстро ушел из дома своей бабушки. Видимо, тут он пересел на какой-то другой транспорт и поехал дальше. Была ещё надежда, что он в каком-нибудь из заброшенных домов в деревне, сейчас парни этим и занимались: забирались во все дома, и обыскивали их. Если эта версия не подтвердится, то будет очень сложно встать на новый след Миши, не зная, на чем именно он двинулся дальше.

Я прошел вглубь дома и увидел старушку, лежащую на кровати.

– Здравствуйте, бабушка.

– Здравствуйте, внучек. Вот ведь, сегодня у меня гостей море, а я, рухлядь старая, даже встать не могу. Могла бы, дак хоть пирогов бы поставила, чтобы вас чаем напоить всех, хлопцев.

– Ниче-ниче бабушка, лежите. А вы в больнице были с вашей ногой?

– Да ну их, этих шарлатанов! Только деньги с тебя всегда содрать хотят! Я Мише позвонила, внучку своему, он мне привез травок, каких мне надо, спирта, чтобы я настойки на них сделала. Вот, компрессами лечусь. Я знаешь, сколько уже живу на свете, мне никакие врачи не нужны, я сама врач!

– А вдруг сломали что-то себе и вправлять нужно?

– Ну, коли суждено мне что, так тому и быть. Всё равно ведь помирать уже скоро. А что, пожили своё! Муж у меня был, и детки, и внуки. Сейчас вот правнучек скоро будет.

– Какой правнучек? – вот тут я напрягся. Насколько я мог судить, еще вчера Катя вообще не показалась мне беременной. Зато я прекрасно знал одну девушку, которая ходила с уже достаточно приличным животом. И ребенок в этом животе был мой.

– Дак приезжал внучек когда, привозил жену свою, я же до этого ее и не видывала. Пузо у нее уже такое, наверное через месяцок рожать будет. Ну вот как сродит, можно и помирать. Освобождать место новому человеку на земле матушке.

– А как жена его выглядела, говорите?

– Ак я вроде бы не говорила еще. Красивая такая, белобрысая. Только грустная очень, плакала все время. Но ниче, я когда с третьим ходила, меня тоже постоянно на слезы прошибало, гормоны так шалят.

Я сжал кулаки так сильно, что мне показалось, было слышно, как натягивается моя кожа. Софа всё-таки с ним. И она плакала. Что он ей сделал? Когда я до него доберусь, а это обязательно произойдет, я просто выверну его наружу. У меня было такое сильное желание сделать ему больно физически и морально, что я почти не мог себя контролировать.

– Бабуля, а твой внук не говорил, куда они дальше поехали?

– Нет, со мной такой информацией уже давно никто не делится. Я уже говорила твоим друзьям, не знаю, где он. Сели на автобус до «Коледино» да поехали, черт знает куда.

– Какой автобус? У вас тут автобусы ходят?

– Редко, но бывает, конечно. Мы ж не скот, люди как никак.

Я подскочил и тут же начал набирать Юре, чтобы передать информацию.

Уже через пару минут мы прыгнули по машинам и поехали в названную бабушкой деревню. Я чувствовал сердцем, что мы на верном пути.

Телефон снова завибрировал. Я напрягся, потому что я был вместе с моими парнями, а остальных я строго попросил меня не беспокоить. Увидев на экране, что звонят мне с работы, разозлился еще больше. Неужели так сложно решить проблемы самим!

– Ян Александрович, не хотели вас беспокоить, но решили, что вам нужно знать. Григорию Семёновичу стало плохо, его увезли в больницу.

Я положил телефон и просто заорал и застучал по рулю.

– Чёрт! Чёрт! Чёрт! Чёрт! – это было просто невыносимо. Мало того, что мою беременную жену украл этот психопат, так теперь ещё и отцу Софы стало плохо. И я совсем не удивлен, что это может быть связано. Зная, как я переживаю за неё, не могу даже представить, что может случиться с её отцом, у которого больное сердце.

Мы въехали в деревню, которая тоже была не сильно большой. Обычно в таких поселениях все друг друга знали, был шанс, что можно узнать что-то у местных.

Несмотря на обеденное время, на лавке у дома при въезде уже сидела парочка мужиков, которые были пьяные в хлам.

– Мужики, друга своего ищем. Он с девушкой беременной, не видели такого?

– А вы чьих будете?

– Мы с деревни соседней, по указанию от бабули приехали, говорит, сюда друг наш укатил. Хотели вот увидеться, издалека ехали.

– А че мы вам, просто так, на сухую что ли рассказывать будем?

– Мужики, по-братски выручите, потом вам ящик привезем водки, если есть инфа у вас.

– Вот это разговор! Видели мы вашего дружка. Снял у Маруси у нашей дом он. Денег ей дал, просил не заходить к ним, не беспокоить. Видать, не наделался еще детей – мужчины захохотали, а я сдержал в себе позыв ударить обоим по щам.

– Где этот дом Марусин?

– Дак на соседней улице. Там еще забор почти упал. Ну щас денег у Маруси полно, дак новый, небось, поставит. Хотя Витька скорее всего всё пропьет у неё. Откуда у него потому что вчера была водка? Точно деньги её украл.

Мы не стали дослушивать хитросплетения судеб местных жителей и просто рванули в указанном направлении.

В доме с покосившимся забором горел свет, а из трубы валил дым, значит внутри кто-то был. Юра дал своим ребятам команду, чтобы они окружили здание, и раздал указания, как кто и через что заходит внутрь. Мне он сказал сидеть в машине, пока мне не позвонят, чтобы я из-за эмоций не натворил там бед.

Здесь я был с ним солидарен, иногда я мог быть излишне импульсивен и не всегда себя контролировал, из-за чего часто попадал в неприятные ситуации.

Я ушел в машину и оттуда наблюдал, как ребята запрыгивают в окна и двери, выбивая их, а потом внутри что-то происходит. Это были самые мучительные пару минут в моей жизни. В какой-то момент, пока я ждал, я думал, что не выдержу и сейчас все-таки пойду внутрь, но звонок Юры меня опередил.

– Ян, заходи. Все тут, Софа в порядке. Ну, по крайней мере, физически.

Я тут же выбежал, даже не помня, закрыл машину или нет, и вбежал внутрь. Повсюду были осколки от выбитых окон, Миша лежал на полу, прижатый к нему одним из ребят, а Софа сидела, подогнув под себя ноги на кровати у стены и обнимала себя руками, потрясываясь. Когда наши взгляды встретились, из её глаз ручьем полились слезы, и я бросился к ней, чтобы наконец-то обнять и заверить, что теперь всё будет хорошо.

– Я нашел тебя, моя маленькая, больше такого никогда не повторится, я тебе обещаю. – я обнимал её так крепко, как только мог, пытаясь передать все те чувства, что я испытал, пока искал её.

– Ян – он посмотрела на меня, проведя рукой по моей щеке, и я понял, что тоже плачу.

31 глава

Я приготовила ужин и опять почувствовала, как меня клонит в сон. В последнее время у меня были энергетические качели. Я то чувствовала, что могу забраться на Эверест, то мне казалось, что 24 часа в сутках мало для того, чтобы я наконец-то выспалась.

Мне позвонил папа, и после этого я со спокойной душой пошла готовиться ко сну. Ну и что, что 8 вечера! Я, в конце концов, беременная, можно сделать мне поблажку. Ян к этому времени так и не вернулся, скорее всего, опять пробудет в офисе допоздна. Я уже даже привыкла, что мы с ним ложимся спать в разное время.

Заснула я моментально, как только моя голова коснулась подушки, а вот проснулась совсем неожиданно. В первую секунду я даже не поняла, что происходит. Просто открыла глаза, а в спальне всё ещё было темно. Что меня разбудило? Может, малышка пиналась?

В этот момент я почувствовала металлический холод на своих запястьях. Глаза начали улавливать в темноте очертания предметов вокруг, и я увидела мужчину, стоящего у кровати. Это был Миша. Несмотря на то, что я его знала, а может именно из-за этого, моё сердце замерло и к горлу подкатил какой-то неприятный ком от страха.

– Вставай – просто сказал он, и сейчас я очень четко ощутила, что мои руки скованны наручниками.

– Миша? Что ты здесь делаешь? Что ты опять задумал?

– Всё будет так, как мы хотели. Мы будем с тобой вдвоем, будем жить вместе, как семья и ты будешь только моя.

– Миша, ты пьян? Я замужем и у меня через пару месяцев родится ребенок от Яна.

После сказанной мной фразы, я почувствовала тупую боль в голове. Миша ударил меня кулаком по затылку.

– Не произноси при мне его имя – заорал он.

Я застонала от боли. Кажется, он окончательно сошел с ума. Я таким его никогда не видела. Сейчас, когда мои глаза уже привыкли к освещению, я видела, что у него совершенно сумасшедший взгляд. Лучше его в таком состоянии, наверное, не провоцировать. Сейчас он ударил по голове, а дальше что? Инстинктивно мне захотелось прикрыть живот руками, но мои руки были в наручниках.

– Вставай, ты что, не слышала меня?

Я решила не искушать судьбу и попыталась встать с кровати. Без помощи рук на 8 месяце беременности это оказалось совсем непросто.

– Собирай свои вещи.

Что он задумал? В голове лихорадочно проносились идеи о том, как избавиться от него и спастись, но почти все они включали в себя физическую ловкость, которой я сейчас не обладала. Где же Ян? Почему его всё ещё нет дома? А что, если… Мысль о том, что Ян вернулся домой, а Миша просто что-то с ним сделал, пронеслась у меня в голове, но я тут же отмела её, так как беспокоиться сейчас ещё и за мужа было уже выше моих сил.

У меня было так много вопросов, на которые я не находила ответ. Как Миша сюда забрался, почему не сработала сигнализация…

Пока я судорожно что-то пихала в сумку, которую он мне дал, я пыталась понять, где мой телефон, могу ли я каким-то образом кому-нибудь позвонить, или хотя бы как-то намекнуть, что со мной не всё в порядке. Миша ходил за мной по пятам, не разрешив даже самой сходить в туалет. Было очень унизительно справлять нужду при нем, но другого выхода у меня не было, а в туалет я хотела часто.

Он постоянно меня торопил, говоря собираться быстрее, и это давало мне надежду, что всё-таки у него есть страх, что сюда может вернуться Ян, а значит с ним всё в порядке. Я, прямо в ночнушке и накинутой сверху шубе, вышла на улицу. Нормально одеться я не смогла из-за того, что мои руки всё ещё были прикованы друг к другу.

Кое-как забралась в какую-то машину, раньше я такой не видела ни в поселке, ни у Миши. Видимо решив, что так просто оставлять меня не безопасно, он дополнительно приковал мои руки к переднему сиденью. Как будто я стала бы выпрыгивать из машины на ходу! Всё-таки мне ещё дорога моя жизнь и жизнь моей девочки. Господи, ну почему все это происходит именно со мной! Только бы с ребенком всё было в порядке…

Миша поцеловал меня в лоб, закрывая пассажирскую дверь и обходя машину, чтобы сесть за руль, а я дернулась от его прикосновения, поскольку совсем не ожидала этого и моё тело всячески сопротивлялось контакту с ним.

Через сорок минут пути я наконец-то достаточно осмелела, чтобы что-то спросить:

– Куда мы едем?

– Домой, Софа. В наш новый дом. – он обернулся назад, чтобы посмотреть на меня, и погладил мою щеку своей рукой, от которой я отшатнулась.

– Тебе лучше принимать мою ласку, если не хочешь вместо ласки испытать боль.

Я решила, что лучше мне помолчать и до момента, пока машина остановилась, больше не произнесла ни слова.

По ощущениям мы ехали совсем недолго. Максимум часа полтора. Значит мы были не очень далеко от города. Увидев за окном снег, грязь и какие-то покошенные дома, я даже испугалась, что Миша совсем спятил и решил меня где-нибудь тут закопать, но он буквально выволок меня из машины и потащил к стоящему неподалеку дому.

На улице было темно, в поселении отсутствовало уличное освещение и почему-то именно здесь мне стало по-настоящему страшно. Я представила, что меня могут не найти, что мне придется рожать в таких условиях, если я вообще доживу до родов. От всех этих мыслей слезы сами полились по моим щекам.

– Не плачь, бабушку испугаешь – Миша явно был не намерен шутить, но я не могла прекратить свою истерику.

– Хватит реветь! Сейчас зайдем, говорить буду я, ты молчишь. Хоть слово скажешь, пожалеешь.

Войдя в старый деревянный дом, я увидела бабушку, лежащую на кровати. Дом был неухоженный, было видно, что пожилой женщине тяжело ухаживать за хозяйством и ей никто не помогает.

Переждав в этом доме ночь, с утра мы сели на автобус и поехали дальше. Я не знала, что мне стоит ожидать. Миша, после того, как вытащил меня из машины, больше меня не трогал, но и его сумасшедший взгляд никуда не исчез. Перед тем, как мы сели на автобус сегодня, он наконец ненадолго снял мои наручники и разрешил переодеться.

На автобусе мы доехали до другой деревни, и Миша от остановки уверенно потащил меня в каком-то направлении. Люди оглядывались на нас, явно понимая, что мы не местные, так как деревня была совсем небольшой, но никто не подошел к нам и ничего не спросил, хотя я на это очень надеялась.

– Вот и наш дом, Софушка. – я посмотрела в направлении, куда указывал Миша. Мы стояли у небольшого одноэтажного дома с покосившимся забором. Миша выглядел так, как будто привез меня не меньше, чем во дворец. Обезумевшими глазами он осматривал участок, а потом потащил внутрь. Я пока придерживалась всё той же тактики молчания.

– Наконец-то мы дома, и мы одни. Я сейчас затоплю печь, а ты пока можешь тут осмотреться и разложить свои вещи. – мои надежды не оправдались, и Миша оставил наручники на моих руках. Однако, когда он вышел из дома за дровами, я начала лихорадочно соображать, как я могу отсюда выбраться.

Быстро оглядевшись в доме, я обнаружила, что выход здесь только один. В окно я явно сейчас не вылезу, а попытаться вырубить Мишу, у меня не хватит физических сил. Скорее он меня прибьет.

Тут я увидела то, отчего мое сердце забилось быстрее. Он оставил свою куртку в доме. Я точно помнила, что Миша засунул свой телефон, когда выходил из машины, в карман куртки. Подбежав к ней, я ощупала ткань и действительно обнаружила там телефон. Я не верила своему счастью.

Телефон оказался запоролен, но пароль я помнила ещё с тех времен, когда мы встречались. Руки как назло не слушались, от волнения и от того, что руки немного затекли из-за наручников, я то и дело нажимала не те цифры, но наконец смогла ввести нужную комбинацию.

Ровно в этот же момент дверь в дом отварилась, и вошел Миша с охапкой дров. Я даже не успела никак среагировать. Все дрова полетели на пол, он бросился ко мне, и выхватил телефон из рук, отбросив в сторону.

– Я же тебе всё сказал! Что непонятного! – я пятилась назад, боясь, что в таком состоянии он может мне навредить.

– Ну ничего, я тебе сейчас напомню, кто мы с тобой друг другу, ты просто забыла… – он перестал орать, и начал говорить тихо. От этого мне становилось ещё страшнее. Мой живот ходил просто ходуном. Видимо, дочь что-то чувствовала и тоже не могла успокоиться.

Миша повалил меня на кровать, и начал стаскивать с меня одежду.

– Нет, не надо! – я пыталась отбиваться от него, размахивая и отталкивая его ногами, но он как будто только больше от этого раззадоривался и дичал.

Он стянул с меня штаны, колготки вместе с трусами, и я осталась лежать на кровати в одной кофте, полностью голая снизу.

– Скучала по мне? – с улыбающимся лицом Миша начал стягивать свои штаны и трусы, оголив член, и начал водить по нему рукой, приводя в рабочее состояние.

Я с ужасом скрестила ноги, и просто молча плакала, понимая, что случится, если никто прямо сейчас не спасет меня.

32 глава

Миша подошел ко мне ближе.

– Не реви, видишь, из-за того, что ты ноешь, у меня не встает!

Я не могла ничего с собой поделать и просто продолжала плакать. Он еще раз выругался, кинул в меня одеждой, которую стянул, и вышел во двор. Я дрожащими руками подняла её с пола и кое-как натянула на себя. Господи, я так долго не выдержу, если подобное продолжится.

Когда он вернулся обратно в дом, я уже успокоилась и сидела в углу кровати, смотря на него как затравленный зверек.

– Мне что, это одному всё нужно? Ты же сама этого хотела! Говорила мне, что хочешь быть со мной! – он в каком-то нервозном состоянии начал разбрасывать всё, что было в доме.

Переубеждать его было бесполезно. Я быстро поняла принцип, что чем меньше я говорю, тем меньше шансов у меня отхватить ещё больше, поэтому просто сидела смирно.

До следующего дня он больше ко мне не приставал. Один раз кто-то принес нам еду, и мы, впервые со вчерашнего вечера, наконец-то поели. На ночь он приковал меня к кровати, предусмотрительно поставив недалеко ведро, чтобы я могла сходить в туалет, а сам напился какой-то водки, или самогона, который принесли вместе с едой, и в отключке пробыл всю ночь, лежа рядом со мной на кровати.

Я то впадала в дрему, то просыпалась. Было страшно, что он снова начнет приставать, во сне будет меня обнимать или трогать, но к счастью, всё обошлось.

– Доброе утро, моя любовь. – открыв глаза я обнаружила Мишу, стоящего прямо рядом со мной, и с лаской смотрящего в моё лицо.

Он потянулся вперед и прижался своими губами к моим. От него пахло вчерашним перегаром и не чищенными зубами. Я старалась не брыкаться, чтобы не злить его, но и никак не реагировала на поцелуй. В конце концов он отпрянул от меня, и с недовольным лицом вышел куда-то во двор.

Всё ещё сцепленными руками, которые уже очень болели от того, что долгое время находились в одном и том же положении, я попыталась протереть свой рот от этого мерзкого поцелуя, но получилось не очень. Миша вернулся, и наконец-то отцепил меня хотя бы от кровати.

Я не понимала, откуда взялась в его голове эта картинка. Я знала, что Миша родом из деревни, но не думала, что его больное сознание может решить, что для нас с ним идеальной судьбой будет жизнь вдвоем в подобных условиях.

– Кажется, мы вчера с тобой не закончили одно дельце – от его слов я замерла на кровати, боясь пошевелиться. Только не это, пожалуйста.

– Миша, пожалуйста, не надо. – я встала и попыталась отойти от него подальше, но он меня быстро настиг, встав вплотную.

– Не бойся малышка, я тебе не наврежу – он взял мое лицо за подбородок и приподнял его к своему лицу. Я смотрела в его глаза, но видела в них лишь безумие.

– Правда меня, оказывается, совсем не заводит твое положение. Ведь твой живот, это как напоминание, что ОН сделал с тобой. Этот долбанный ребенок нам все портит. – Он говорил то тихо, то срывался на крик.

– Нет, нет, пожалуйста. – своими руками он уже залез в мои брюки и ощупывал ягодицы.

– Нам надо сделать так, чтобы твоего живота побыстрее не стало, чтобы мы не вспоминали о том недоразумении. Что скажешь? – я, как в прошлый раз, просто пятилась в сторону кровати. Только не моя малышка, я лучше сама умру, чем дам ему что-то сделать с ребенком.

Мне показалось, я увидела за окном какое-то движение, и я повернула в ту сторону голову. Отзеркалив мой жест, Миша посмотрел туда же, и для меня это стало шансом на маневр. Я обогнула его тело и побежала к выходу, дернула дверь на себя, и ровно в этот же момент со всех сторон раздался звон бьющегося стекла. Что происходит? Дверь, которую я хотела открыть, практически выбили из моих рук, и в помещение ввалилось несколько мужчин.

Меня ударило дверью и я, сделав несколько шагов назад, не удержала равновесие и упала на пол.

– Он здесь! София Григорьевна, с вами всё в порядке? – мужчина, ворвавшийся в дверь, подбежал ко мне, помогая встать и повел в сторону кровати, чтобы я присела. Сначала я почти начала брыкаться, чтобы вырваться и все-таки выйти из этого здания, но потом увидела Мишу, которого к полу прижимал Юра, человек Яна.

Облегчение разлилось по всему моему телу. Он здесь, он меня нашел, все будет хорошо. Малышка начала пихаться внутри меня, будто подтверждая мои мысли, что сейчас всё точно наладится.

Я забралась обратно на кровать с ногами, смотря, как Миша, словно дикое животное извивается на полу. Всё закончилось, всё закончилось…Меня начало трясти, видимо, сказывалось нервное напряжение этих дней. Я и не подозревала, насколько держала себя в руках всё это время.

Когда я увидела Яна, моей первой реакцией было желание броситься к нему в объятья. Но из глаз хлынули слёзы, и я так и осталась сидеть, ощущая лишь, как огромное тело с таким родным запахом отгораживает меня от всего этого опасного мира собой.

– Я нашел тебя, моя маленькая, больше такого никогда не повторится, я тебе обещаю.

– Ян – я посмотрела на него, и увидела, что он тоже плачет. Мой сильный мужчина, который никогда не показывает своих эмоций, сейчас плакал. Что же творилось внутри него! Я стерла слезу с его щеки, и прижала к себе еще сильнее. Нам вдвоем нужно было время, чтобы поверить, что всё хорошо.

Мы с Яном почти сразу сели в машину и поехали обратно в город. Он настоял на том, чтобы мы поехали в больницу, и проверили меня и малыша. Ребята, которые совершили штурм дома, остались с Мишей там, дожидаясь полиции. Если честно, я была удивлена, что Ян его не убил, но ему, кажется, важнее было сейчас чтобы со мной и ребенком всё было в порядке.

– Он с тобой… что-нибудь сделал? – я видела, что каждое слово дается ему с трудом.

– Нет, нет…не успел. Вы приехали вовремя.

– Прости меня, Софа. Я должен был это предвидеть.

– Да я сама хороша, надо было ещё в прошлый раз написать на него заявление. Что ему сейчас будет?

– Если выживет, то отправится в тюрьму.

– В смысле, если выживет?

Ян не ответил на мой вопрос, молча продолжив вести машину. А я поняла, что меньше всего сейчас меня интересует судьба и благополучие Миши.

Затормозив у клиники, муж помог мне выбраться из машины и вместе со мной прошел внутрь.

Мне обработали ссадины на руках, которые остались от наручников, взяли анализы и осмотрели у гинеколога.

– Ну что, в целом, все в порядке. Однако, рекомендуем для Софии Григорьевны снова полный постельный режим, потому что сейчас, если говорить простым языком, организм слаб, есть риск преждевременных родов, а для нас крайне важно перейти порог в 34 недели, в идеале доносить минимум до 36.

– Понял, всё организуем.

Мы с Яном отправились домой, а через пару часов к нам нагрянула полиция, чтобы взять с нас показания. Не знаю, как Ян это устроил, но мне не пришлось ездить ни по каким участкам, или дожидаться на месте происшествия. Я, после душа, лежала в кровати, а ко мне потоком сами заходили люди.

–Ян, можешь дать мне телефон? Я хочу позвонить папе, сказать, что у меня всё в порядке, он, наверное, потерял меня за эти дни. Не хочу, чтобы он переживал. Не рассказывай ему, пожалуйста.

– Он уехал в командировку и потерял там телефон – Ян делал мне чай, пока отвечал, и решительно не смотрел на меня, как я ни пыталась разглядеть хоть что-то в его выражении.

– Что? Он не говорил ни про какую командировку. С ним всё в порядке?