Звезды под нами

Его преследовали, стараясь обойти с нескольких сторон! Вот так бывает: служишь уже год в разведке, вроде бывалый воин, много повидал, и даже награду успел заслужить на этой странной и непонятной войне. А тут ситуация самая что ни на есть нестандартная и аховая! Антоха с позывным «Шахтёр» бежал по лесу, а его преследовали свалившиеся ему прямо на голову боевики. Когда они были близко, он даже смог услышать их разговоры. Боевики не особо-то и скрывались, вели себя почему-то очень нагло, хотя их вообще здесь быть совсем не должно, потому что они были далеко от линии фронта, это была ничья земля. Но по большому счёту всё здесь контролировали российские войска.

Антон бежал по лесу где-то уже полчаса. Отсчёт времени пошёл ровно с того момента, как голова сержанта Подколзина неожиданно превратилась в кровавое месиво. Его товарищ, который шёл рядом с ним, опережая его на пару шагов впереди, даже не успел понять, что он умер. Пуля из дальнобойной винтовки большого калибра разворотила его голову, от попадания такой пули в голову каска на голове сержанты просто треснула пополам.

За долгие месяцы, проведённые на войне, Антон научился реагировать на опасность молниеносно, он сразу упал на землю, начал перекатываться в сторону, стараясь как можно быстрее покинуть возвышенность, на которую они с сержантом опрометчиво поднялись, не опасаясь снайперов противника, а всё потому, что никакого противника здесь быть не должно на десятки километров вокруг. Антон подполз поближе к окровавленному телу своего товарища, чтобы убедиться, что он точно мертв. Разведчики своих не бросают! Стараются вынести с собой даже тела погибших товарищей, если, конечно, есть такая возможность.

Сержант был мертв, и его тело придется бросить здесь, посреди леса, так как теперь придется спасаться самому. Антон быстро обшарил мертвое тело сержанта. Снял с него медальон с личным номером и засунул в карман разгрузки. Антон вспомнил, как перед выходом из части полковник что-то передал сержанту, и тот положил это в свой нагрудный карман. Открыв карман, он достал из него небольшой серебряный портсигар раритетного вида и тоже засунул его себе в разгрузку. Что там находится внутри этого старинного портсигара, проверять не было времени. Этот новый сержант был из штабных, и кто знает, чего ему полковник передал, вдруг секретное что-то. Лучше это забрать с собой. Больше медлить нельзя, его и так уже обнаружили.

Боевые действия здесь уже два года не ведутся, и всех фашистов и другую иностранную шушару отсюда давно выгнали, вот разведчики и расслабились, за что в итоге и жестоко поплатились.

Антон нырнул под густую крону большой ёлки, чтобы отдышаться и прислушаться к окружающим вокруг звукам. Немного отдышавшись, он начал осматриваться по сторонам. Вдруг послышался слабый жужжащий звук, который ни с чем было невозможно перепутать, разведчик поднял голову вверх. Так и есть! Над ним зависал дрон. Летел он очень медленно, иногда останавливался в воздухе неподвижно. Словно издеваясь, он опустился до высоты метров двадцать, и разведчик мог хорошо разглядеть его. Он был достаточно большим, а под брюхом у него висела портативная бомба, специально изготовленная для таких дронов. Дрон, видимо, его пока не заметил, потому что кроны деревьев были очень густыми, иначе бы уже передал ему свой смертоносный привет.

В голове разведчика стремительно проносились мысли. Если оставаться на месте, то его скоро обнаружат, а если бежать, то дрон сбросит на него бомбу. Выходит, «куда ни кинься, всюду клин» и исход один. «Думай, Антоха, думай, безвременная кончина в неполные тридцать лет не входит в мои планы». Дрон опустился еще немного вниз и барражировал невысоко прямо над макушками деревьев.

Эх! Была не была! Других вариантов нет! Парень достал пистолет беспламенной бесшумной стрельбы, коротко — «ПБС». Дрон находился на расстоянии максимального эффективного выстрела из этого оружия, то есть чуть больше полусотни метров.

Стрелять с «калашникова», который висел у него за спиной, конечно, было бы вернее, но у него не было глушителя. А без глушака стрельбой из автомата он бы точно себя обнаружил. Бесшумный пистолет внешне чем-то напоминает обычный «Макаров» с длинным толстым стволом. Этот ствол как раз и является глушителем. Антон находился под прикрытием кроны деревьев, он взял пистолет, придерживая его левой рукой за ствол, чтобы было легче целиться. Прицелился и нажал на курок, послышался щелчок затвора. Это был единственный звук, который издавал этот пистолет при стрельбе. Так что, по сути, полностью бесшумным пистолет назвать было нельзя.

Второй, третий, четвёртый щелчок! Конечно, попасть из пистолета даже в медленно летящий дрон — это на грани фантастики! Но с пятого раза у Антона получилось! Дрон откинуло в сторону, бок, и он полетел дальше, заваливаясь на бок и вниз, и буквально через пару секунд он врезался в дерево и раздался взрыв.

— Твою мать! - выругался Антон. — Бомба сдетонировала!

Всё-таки он себя обнаружил, и ждать, прячась под деревом, теперь не было смысла. Антон сорвался с места и побежал, он понимал, что шансы его спастись от преследования равны нулю, но он не собирался так просто сдаваться.

Судя по обрывкам речи, его преследовали иностранные наёмники из Европы, немцы или скандинавы, потому что ни английской, ни славянской речи слышно не было. Что само по себе уже было странно! Казалось, что боевики взялись ниоткуда, скорее всего, они спрыгнули с парашютом, и почему-то целенаправленно преследовали теперь именно его одного. При этом они совершенно не скрывались, а перекрикивались между собой, как будто бы были на охоте и загоняли дичь.

Антоха быстро передвигался, глядя под ноги, и внимательно смотрел на ветки деревьев, чтобы не напороться на оставленную неизвестно кем растяжку или противопехотную мину. Бои здесь длились недолго в начале 2022 года. В тот короткий промежуток времени по Чернобылю шарахались не только фашисты современного разлива из разных европейских стран, но и боевики всех мастей. «Солдаты удачи» со всего мира, а по сути просто маньяки и преступники, которым не место среди нормальных людей, те, кто воевал, рассказывали, что попадались и негры всех мастей и расцветок, куда же без них в любом конфликте на нашей несчастной планете.

Даже на бегу Антон не переставал думать и сохранял холодную голову. Не понимал он главного: натовские солдаты обложили его, как волка-одиночку, и пытаются загнать в какую-то ловушку. Значит, эта бригада боевиков, вооружённых до зубов, а ещё с тепловизорами и дронами, ловит именно его!
«А какая же во мне ценность для них?» — подумал Антон. — «Я обычный разведчик! Каких сейчас вагон, маленькая тележка! Я даже не кадровый офицер, а мобилизованный доброволец!»

Почему чёртовы натовцы пошли на такой риск? Высадить группу десанта на нейтральной территории, а по сути тут всё контролируется российскими войсками, только ради того, чтобы взять в плен обычного разведчика!? Ерунда какая-то! Хотя сейчас сам чёрт не разберёт, что в голове у современных европейских генералов. Да и откуда им было знать, что мы будем возвращаться с сержантом вдвоем через лес и до ближайшего расположения наших военных надо будет идти километров тридцать. Хотя как раз тут-то вырисовывается очень странное совпадение, которое заставляет серьёзно задуматься.

Несколько дней назад командование приказало Антону в составе группы из шести человек было выдвинуться в глубинную разведку, пойти по нейтральной территории Чернобыля, потом перейти линию фронта и скрытно произвести разведку вражеских позиций. Даже при наличии современных спутников и дронов, обычные разведчики, которые ходят ножками по земле, были нужны командованию как воздух.

Так вот потом, когда группа уже добралась до границы Чернобыльской зоны отчуждения, по меркам разведки произошло невероятное: командиру группы по рации с зашифрованной связью поступил очень странный приказ продолжать выполнять задание, но Антона и сержанта Подколзина за каким-то хреном отправить обратно в расположение части.

В разведке так никогда не делается: если возвращаются, то все, и никогда никого не оставляют. Это было против всех правил и уставов. Ну приказ командования был именно такой: как можно быстрее вернуться Антону и новенькому сержанту в место дислокации их воинской части, а остальная группа дальше выполняет поставленные задачи.
Делать было нечего, и Антон взял с собой сержанта и пошёл обратно. Естественно, передвигаясь скрытно и по лесу, а не по дорогам. Особо по поводу маршрута он не переживал, потому что эта территория по умолчанию контролировалась российскими войсками, а до линии фронта было очень далеко. А тут на тебе: откуда ни возьмись несколько десятков наёмников, потомков викингов и тевтонов, решили устроить на них охоту.
Всего этого у него пронеслось в голове несколько секунд. Он бежал стелющимся по земле шагом, именно так бегают разведчики и спецназовцы, не поднимай ноги слишком высоко, чтобы не тратить силы понапрасну, потому что, как правило, каждому бойцу приходится нести при этом на спине немалый груз.

Иногда Антон останавливался и прислушивался к звукам со всех сторон, а также с тревогой смотрел в небо, ожидая увидеть там дроны. Если уж его засекут с квадрокоптера, то пиши пропало! Но кроны деревьев были очень густые, и он надеялся, что обнаружить его в камуфлированной форме без тепловизора будет не так-то просто.

Антоха отмахал уже, наверное, километров десять и решил устроить себе небольшую передышку, отдышаться и сориентироваться. Всё-таки бегать по жаре в полной боевой выкладке по лесу занятие довольно утомительное. Он поздно заметил впереди себя овраг и тормозить было уже поздно, и он спрыгнул в глубь оврага. Тот, к счастью, оказался неглубоким, примерно метра два глубиной. Хорошее место, чтобы затаиться и сориентироваться на местности, и прояснить обстановку.
На дне оврага росла высокая трава. Там был тенёк и раздолье для разных кусающей и летающие братии типа комаров или мошки, но Антон не обращал внимания на такие мелочи.

У Антохи был с собой спутниковый телефон. Но выходить на связь и со своей воинской частью просить о помощи было бессмысленно: помощь бы всё равно не подоспела вовремя. А звонком по такому телефону мог бы себя обнаружить. У иностранных солдат по-любому есть с собой средство, чтобы его запеленговать, если он начнёт использовать спутниковый телефон.

— Третий — первому! Третий — первому, ответьте! Приём!
Антон помотал головой, желая отвезти от себя наваждение. Ему показалось, кто-то вызывает кого-то по рации!
У него рации с собой не было, портативные рации в разведгруппе были в дефиците, поэтому свою он отдал тем, кто шёл на боевое задание.
—Третий ответь первому! Третий тебя там, что глушит что ли?
Антон вертел головой и не понимал, что происходит! Он внимательно посмотрел по сторонам. Парень четко слышал, что кто-то говорит по рации на русском языке, совсем рядом, в этом же овраге. Нервы у парня уже начали сдавать, от непонимания происходящего вокруг. Он поднял автомат, и тихо не сдавай лишнего шума двинулся по оврагу в ту сторону откуда доносился шум рации. Антону казалось, что он перестал дышать от напряжения, медленно он прошёл весь овраг думая, что кто-то скрывается в высокой траве и он столкнётся сейчас с ним лоб в лоб.
—Эй браток! Кто здесь? Ты "чьих" будешь? Назовись! - тихо сказал Антон. Однако никто не думал откликаться. Да и вообще Антон уже обошёл весь овраг, а не кого кто говорит по рации так и не увидел.
— Третий ответь первому!
Антон аж подскочил на месте от неожиданности, сердце его бешено заколотилось. Он понял, что звук доносится откуда-то снизу! Он посмотрел себе под ноги. Там в траве он разглядел рацию. Парень наклонился и взял её в руки. На то, что это ловушка, снабженная противопехотной миной или гранатой-растяжкой, было совсем не похоже. Обычная рация, вернее, не совсем обычная: такую рацию невозможно запеленговать и невозможно прослушать, новейшая отечественная разработка, как утверждают российские военные инженеры. «Забывая» упомянуть, что все новейшие российские разработки были созданы ещё во время СССР.
— Третий, ответь первому! – опять послышалось из рации!
Антон держал рацию в руках и всё ещё не мог поверить, что это не галлюцинация. Но тяжесть рации говорила о том, что это ему не чудится, и в его руках действительно находится средство связи. Антон немного убавил громкость на рации, потом поднёс её к губам и сказал.

— Я «Шахтёр». Кто на связи? -

— На связи Виктория! Какой «Шахтёр»? Где третий? -

Голос оказался женским, хотя и здорово искажённым рацией. Антон это сразу определил. «Почему такой странный позывной — Виктория?» — подумал он.
— Слушай, Виктория, я понятия не имею, где твой третий! Походу, он просто-напросто рацию здесь посеял! А ты вообще кто? Откуда? С какого подразделения? - спросил Антон, стараясь говорить тише.
— Много будешь знать — плохо будешь спать! - послышалось из рации. — Ты сам-то кто и где находишься?
— Походу, мне хана, Виктория! За мной гонятся какие-то странные отморозки! В каком я квадрате — понятия не имею. Ну, если мне сейчас кто-нибудь не поможет, то придётся мне пасть смертью храбрых.
— Подожди паниковать, Шахтёр! - послышалось из рации. - Мы видим эту территорию, где находится рация, со спутника в настоящее время. Да, я вижу неопознанную группу, это, видимо, те, про кого ты говоришь. А им навстречу идёт другая группа, человек двадцать. Видимо, они просто решили тебя окружить.
— Ну ты меня прям «обрадовала», Виктория! А что ты еще видишь? Выскочить я там ни где не смогу? —
— Сейчас я постараюсь тебе помочь! Какие ориентиры ты видишь? Подскажи конкретнее, где ты находишься! Рация, судя по координатам, находится в овраге! Ты ещё там? Информация со спутника может немного запаздывать!

— Сказать, где я нахожусь? А если ты все-таки заодно с теми, кто преследует меня?

— По тебе уже пришел ответ на запрос! Вот мне тут подсказывают твой личный пароль на эту операцию — 4212. Правильно?

— Правильно! Теперь верю! - ответил Антон. - а 12 часов от меня примерно метров триста высокий холм, очень высокий — даже сопкой назвать можно. Сверху там три одиноко растущих дерева, а справа от меня какая-то небольшая речушка.
— Хорошо! Очень хорошо! - сказала Виктория. - Теперь я примерно понимаю, где ты!

— Я вижу, что они тебя ещё не замкнули в кольцо, и если ты аккуратно проскочишь, то ты, наверное, сможешь от них уйти. Двигайся на северо-восток в сторону от этого холма вдоль речки, только очень тихо и скрытно, всё-таки они недалеко от тебя. Тебя от них закрывает цепочка невысоких холмов, поэтому они не видят тебя в тепловизор, но это будет длится недолго! Поэтому беги быстрей! Да смотри рацию не потеряй!

Что ж, делать было нечего. У парня не было выбора, кроме как довериться неизвестной девушке, которая сидела в командном центре и видела обстановку на мониторе через спутник. Хотя и это вполне могло оказаться ловушкой. Но думать было некогда. Антон побежал в том направлении, которое указала ему Виктория.

Он бежал между деревьев, стараясь издавать как можно меньше шума и пригибаясь как можно ниже к земле. Скрытно передвигаться по лесу, где под ноги попадается много сухих веток, довольно непросто, а делать это очень быстро даже физически подготовленному разведчику очень тяжело. Но когда Антон в очередной раз оглянулся, то, судя по ориентирам, он пробежал уже где-то пару километров от оврага.
— «Шахтёр, ты меня слышишь?» — донеслось из рации.
— Да, я на связи! Тебе осталось немного, сейчас иди по берегу реки по направлению течения, когда река будет поворачивать резко на восток, ты свяжешься со мной по рации, я сориентирую тебя, куда бежать дальше!

— Принял!
Антон шёл по берегу небольшой речушки, стараясь не подходить близко к воде, чтобы не оставлять следы на песке и не мутить воду. Как положено в таких местах, пахло гнилым деревом, а от воды веяло прохладой. Речка была небольшой, примерно метров пять шириной, и протекала прямо в лесной глуши, извиваясь среди деревьев. Река сделала резкий поворот на восток и дальше протекала вдоль невысоких скалистых холмов. Видимо, про этот поворот и говорила Виктория.
— Виктория! Шахтёр на связи! Я дошёл до того места, где река поворачивает!
— Молодец, Шахтёр! Посмотри внимательно! Там у берега есть крутой обрыв к речке. Там есть большой камень, который торчит прямо из обрыва!

Антон посмотрел на скалистый берег речушки.
— Ну да, я вижу какой-то большой камень!
— Подойди к этому камню, там за ним дверь! И вход в подземный схрон! — по голосу чувствовалось, что она за него искренне радуется.
Антон подошёл к этому камню. С виду обычный камень как камень!
— Засунь руку вниз камня, и ты там найдёшь рычаг! Поверни его!
Антон опустил руку под камень, действительно нащупал там какой-то рычаг. Парень подергал его в разные стороны, когда он дёрнул его на себя, камень как бы открылся вверх. Антон сообразил, что это просто хорошо замаскированный под местные условия люк от входа в подземный схрон.
Сегодняшний день не переставал Антону преподносить сюрпризы!

— Виктория, Шахтёр на связи! Я открыл люк!

— Молодец, Шахтёр! Красавчик! Тебя НАТОвцы так и не нашли, теперь залезай внутрь и закрой люк! Просто его захлопни, он закроется сам. Кстати, рация ловить внутри не будет. Поэтому слушай инструкции: сиди в этом схроне сколько понадобится, пока мы тебя не найдём. Обнаружить врагам его невозможно, ты сам это видел. Так что залазь и сиди там, пока наши не придут. Вода и да, всё необходимое там есть, всё найдёшь внутри! —
Антон посветил фонариком внутрь схрона, видно, что внутри он был просторным, вниз вела железная лестница из нержавеющей стали. Немного поколебавшись, он залез внутрь и захлопнул за собой люк.

Антон посветил фонариком внутрь схрона. Он увидел, что помещение довольно просторное, а вниз ведёт железная лестница из нержавеющей стали. Антон спустился по лестнице вниз.

Парень осветил пространство вокруг себя. Схрон был оборудован со всеми удобствами: бетонные стены и потолок были примерно на уровне двух метров, вдоль стен стояли стеллажи с ящиками. Открыв один из ящиков, Антон увидел запас воды и сухого пайка. В других ящиках лежали медикаменты.

В дальнем конце комнаты Антон увидел ещё одну дверь, которая вела в другое помещение. Осторожно открыв её, он посветил фонариком и увидел возе стены две двухъярусные кровати. Воздух в схроне, который, скорее всего, можно было называть даже небольшим бункером, был свежим, видимо, благодаря хорошей вентиляции.

Вернувшись к выходу, Антон убедился, что люк хорошо закрыт изнутри, и начал устраиваться. У него был с собой запас сухого пайка и воды. Он поел и решил лечь спать.

Только сейчас он почувствовал, как этот неожиданный марш-бросок его вымотал. Хотя он и находился в безопасности, ему не очень нравилось сидеть в бункере, как крыса в норе, когда рядом бродят боевики. Но в его положении это, видимо, был лучший выход. Ему теперь оставалось только надеяться, что он сможет переждать погоню в этом убежище.

Антон лёг на одну из кроватей, не раздеваясь, и поставил автомат в изголовье кровати. Сначала он пытался прислушаться к звукам, которые могли доноситься снаружи, но стены бункера были толстыми, к тому же он находился глубоко под землёй, поэтому ничего не было слышно.

Несмотря на усталость, парень не мог заснуть. Он долго лежал с закрытыми глазами и думал о том, как война изменила его жизнь. Обычное детство и юность в Хабаровске казались ему теперь какими-то нереальными и очень далёкими событиями его жизни.

Он вспомнил свою первую школьную любовь и подумал, что сейчас, вероятно, уже не сможет точно описать её внешность. Всё это казалось таким далёким, словно происходило с кем-то другим.

После школы он пытался поступить в университет, но не смог сдать экзамены. Его призвали в армию. Будучи спортивным и здоровым парнем, он оказался в десантных войсках. Там для него не было ничего нового — всё те же тренировки и физические нагрузки, к которым он привык на гражданке, поскольку с детства занимался спортом. Правда, вставать в шесть утра было тяжело.

Год срочной службы пролетел быстро. Офицеры и инструкторы не давали скучать своим солдатам, и вся служба проходила в постоянных учениях и тренировках. Пару раз ему даже удалось прыгнуть с парашютом.

После армии он поступил в университет на физико-инженерный факультет. По вечерам он подрабатывал охранником в ночном клубе, и этих денег ему хватало на все нужды.

На четвёртом курсе института он познакомился с девушкой по имени Оксана. У них быстро закрутился роман, хотя они и были, как сейчас принято говорить, людьми из разных социальных слоёв. Родители Оксаны были богатыми людьми, и им не понравилось, что их дочь хочет связать свою жизнь с парнем, у которого «ни кола ни двора».

Когда Антон закончил университет и начал работать, он был очень удивлён. Оказалось, что специалисты инженеры получают довольно скромную зарплату. Перспектив на работе не было, а Оксана, на которой он собирался жениться, открыто заявила, что Антон не умеет зарабатывать деньги и не сможет обеспечить семью. Она решила уйти от него, просто собрала вещи и ушла.

Сначала Антону было тяжело, он даже начал выпивать. Но потом он подумал, что хорошо, что так случилось — они ещё не успели пожениться и завести детей. Он понимал, что на такую зарплату, которую предлагают инженеру-физику в нашей стране, жить невозможно.

Он осознал, что нужно что-то менять. И тут началась война. Война, которая была не для всех, многие остались в стороне, и почти для всех эта война была непонятной. Многие не могли понять, как два братских народа могут воевать друг с другом. Но было ясно, что русские люди гибнут и им нужно помочь. Нужно было остановить безумцев, которые развязали эту войну любой ценой.

Кроме того, обещали хорошо платить, и он решил пойти воевать добровольцем. Таким, как он, в войсках были очень рады: двадцать шесть лет, высшее образование, здоровый парень, который служил в десанте. Поэтому неудивительно, что он попал в войсковую разведку.

За несколько лет войны ему довелось увидеть многое. К счастью, Антон избежал ранений, хотя порой рядом с ним гибли его товарищи. Через полгода он получил отпуск и отправился в Хабаровск, где его ждала мирная жизнь.
Антон проводил время с друзьями, наслаждаясь спокойствием родного города. Однако, Оксана каким-то образом узнала о его приезде и решила навестить его. Она поздравила Антона с тем, что он нашёл способ хорошо зарабатывать, и намекнула, что не прочь вернуться к нему. Антон не любил нецензурно выражаться, но в этот момент он, вероятно, превзошёл все свои рекорды по использованию ненормативной лексики. Он высказал всё, что думал об Оксане, и они расстались.

Теперь Антон окончательно убедился, что их расставание было к лучшему. Вернувшись из отпуска, он продолжил воевать. Наши войска уже значительно продвинулись в вытеснении фашистов и иностранных наёмников. Военная часть, где служил Антон, передислоцировалась на окраину Чернобыльской зоны. Интересно было осознавать, что когда-то ты играл в «Сталкера» в компьютерной игре, а сейчас ты по-настоящему патрулируешь Зону отчуждения с оружием в руках.
В самом начале войны из Чернобыля были изгнаны все банды фашистских наемников. Однако, поскольку эта территория была малонаселённой, существовала угроза проникновения сюда диверсантов. Поэтому разведчики регулярно совершали вылазки вдоль границы зоны отчуждения, чтобы предотвратить появление таких групп.

За несколько месяцев службы в Чернобыле Антон не видел никаких боевых действий. Враг не пытался проникнуть в Зону отчуждения, ведь это было бы для них самоубийством. Со всех сторон зона была под контролем российских войск, и Антон не мог понять, зачем здесь появились иностранные наёмники и почему они охотились именно за ними. Эти мысли не давали ему покоя, и он наконец все таки не уснул крепким сном.

Проснувшись, он подскочил на кровати. Парень так и не вспомнил, что ему приснилось, но проснулся он, как говорится, «в холодном поту». Антон долго озирался по сторонам и сначала не мог понять, где он находится. Потом он освятил фонариком пространство вокруг себя, и постепенно события вчерашнего дня начали проясняться в его памяти. Он посмотрел на часы, они показывали, что сейчас три часа ночи. Самое подходящее время, чтобы попытаться вылезти наружу и сориентироваться по обстановке. Антон взял автомат, снял его с предохранителя и приготовил гранату на всякий случай. Он подошёл к люку, который открывал выход наружу из этого бункера, и приоткрыл люк совсем немного, чтобы прислушаться к ночным звукам, ведь его преследователи скорее всего до сих пор прочесывают местность чтобы найти его. Судя по часам, на поверхности должна была быть глубокая ночь, но неожиданно в глаза Антона ударил солнечный свет.