Суп номер 5

Глава

Пальцы задеревенели на холоде и не слушались, отказываясь выводить сложные пассажи этого гребаного этюда. А играть надо. Экзамен в музыкальной школе не за горами. Я обещал матери, что буду учиться, а сейчас все внутри сжималось в один сплошной «не хочу».

«Опять не собран! – ворчала учительница, нервно хлопая крышкой рояля. – Сыграть бы тебе на два, Проконов! Совсем не готов!»

А как быть готовым, когда знаешь, что через неделю родители уедут работать за границу, на несколько лет, и оставят тебя одного? Одного, в тринадцать лет, в этом поволжском городе, где по вечерам улицы оккупируют шумные подростковые банды. В кино вам такого не покажут. А если и покажут – так, полправды. А тут – остаться одному. Я теперь добыча. Папа не защитит, мама не пожалеет. Некому будет даже пожаловаться: обоим дедушкам сделали операции по онкологии, и бабушки теперь только и заняты, что их выхаживанием. Жить придется одному, в пустой, гулкой квартире.

Я играл. Играл, не помня ни нот, ни аппликатуры, сплошными ошибками. Да и пусть! Пусть выгоняют из этой музыкалки!.. Я доиграл. Учительница, вздохнув, сказала: «Техника – ноль. Но исполнил… с душой».

Ага, с душой. А в душе – тоска и мрак. Скажите, вот как мне теперь жить?

Поезд ушел под звуки «Прощания славянки». Мама, плача, обещала писать. Отец, сурово сжав губы, обнял и сказал: «Держись, сынок. Как будет возможность – заберем».

Как же, заберет… В вашем Ираке нет старшей школы, значит, мне тут одному куковать до самого выпуска.

Я спустился в подземный переход под путями. Было уже темно и холодно – на дворе стоял октябрь. Я шел и рыдал, как никогда больше в жизни не плакал. Сил не было ни на что. Прижавшись спиной к холодной кафельной стене тоннеля, я осел на пол и, закрыв лицо руками, продолжал реветь. Люди шли мимо, спеша по своим делам. Всем было не до меня. Наверное, в тот самый момент я и стал взрослым. Я понял: моя жизнь нужна только мне.

Вдруг что-то мохнатое и теплое ткнулось мне в бок. Это был Кена, соседский пес неопределенной породы, бродяга и вольный дух, изредка навещавший хозяев, чтобы, как уголовник после отсидки, «отметиться» у участкового. Я перестал плакать. Мы вместе пошли домой. Он сопровождал меня до самой двери, подбадривая коротким, деловым лаем – словно понимал, что творится у меня на душе.

Я зашел в пустую квартиру. Не было сил даже раздеться. Скинув куртку и ботинки, я повалился на кровать и уставился в стену, где висела карта мира. Я скользил взглядом по океанам и континентам, и самому хотелось куда-то уехать, исчезнуть, смотреть мир… А что еще делать? Так я и уснул, не шелохнувшись. Это была моя первая ночь в одиночестве.

Бабушка сразу обозначила условия содержания: «Пять рублей в неделю. Крупу и картошку будешь забирать у меня. Иногда, что-то приготовлю, но чтоб не раскатывал губу – мне деда поднимать, не до тебя». Вторая бабушка выделила три рубля. Итого – восемь рублей. На обеды в школе, может, и хватит, но дома-то что есть? Как готовить?

Я вспомнил своего любимого литературного героя – Робинзона Крузо – и начал составлять план выживания. Первым делом описал все свои вещи по категориям: одежда, обувь, верхняя одежда. Пока терпимо. Но теплой куртки нет, а пальто уже мало. Нужно что-то покупать, а за вожделенную финскую «Аляску» просили рублей сто двадцать… С обувью еще хуже. Ладно, буду думать. Сложнее всего было с едой и безопасностью. Я не знал, что и как готовить, а есть хотелось зверски. А «песковские»… «Песковские» меня точно будут «пиз…ть». «Пятнашка» при первом удобном случае забьет. Надо попробовать «на отношениях» разойтись…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.