Капитан Марк, или Кофе с запахом лаванды — 2

© Андрей Стародубцев, 2026

ISBN 978-5-0069-7655-9 (т. 2)

ISBN 978-5-0069-7656-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1. Выжившая

Тьма, она снаружи и внутри. Она есть в каждом, но не каждый может противостоять ей. Но если долго всматриваться в тьму, однажды — она заметит вас…

«Аурелис» медленно приближался к полученному сигналу бедствия — потрёпанному кораблю с обгоревшими бортами и частично разрушенным корпусом. Бортовой искусственный интеллект Вейлин вывела на экран увеличенное изображение: на обшивке судна виднелись следы ожогов, идентичные тем, что были на «Веридиане», корабле, погибшем в недавнем бою с плазмоидами.

— Капитан, — голос Вейлин звучал настороженно, — идентификация завершена. Это «Астра 7», исследовательское судно Космической Конфедерации. Из живых только доктор Элия Вейн, специалист по ксенопсихологии и древним артефактам.

— Доктор? — Марк приподнял бровь. — Надеюсь, она не начнёт ставить на нас эксперименты в качестве благодарности за своё спасение.

— Вероятность этого — 17, 5%, — невозмутимо ответила Вейлин. — Но я активирую протокол дружественного контакта.

— Отлично, — Марк поправил воротник комбинезона. — Открывай канал связи. И, Вейлин… будь поласковее, мы же не хотим напугать бедного выжившего.

— Капитан, я всегда ласкова, — парировала ИИ. — Просто маскирую это под логикой.

— Это не логика. Это прямолинейность и она не всегда нравится окружающим. Ты понимаешь о чём я?

— Да капитан, я поняла.

На экране появилось изображение девушки в потрёпанном скафандре. Её волосы были растрёпаны, на лице читались следы усталости, но глаза горели решимостью.

— Кто вы? — её голос звучал хрипло, но твёрдо. — И как нашли меня?

— Я — капитан Марк, а это Вейлин, разум нашего корабля «Аурелис», — Марк улыбнулся. — Мы обнаружили вас по сигналу бедствия. Вы не против, если мы предложим помощь?

— «Аурелис»? — Элия прищурилась. — Странное название, я о таком не слышала…

Вейлин, отключив коммуникатор связи, тихо произнесла:

— Я же говорила: «Аурелис» — дурацкое имя. Лучше бы оставили «378 А»…

— Она нас слышит? — почти шёпотом спросил Марк.

— Пока нет…

— Тогда включи связь, неудобно же…

— Готово. Можешь говорить.

Марк вновь улыбнулся — на этот раз как можно более искренне и, глядя Элии прямо в глаза, как можно дружелюбнее произнёс:

— Прошу простить за недоразумение — похоже, были неполадки со связью. Возможно, вы слышали о нашем корабле под другим именем: «Флот 14, единица 378 А»…

Элия бросила взгляд на свой монитор и быстро проверила базу данных флота Космической Конфедерации. Брови невольно поползли вверх, а недоверие в глазах сменило изумление. Она перевела взгляд с экрана на Марка.

— Тот самый корабль, что пропал во время атаки у «Стикса»?..

— Он самый, — кивнул Марк.

— Но как вам удалось выжить? Вы — первые, кто уцелел в схватке с «тёмными»…

— Ну… это долгая история, — мягко заметил Марк. — Когда-нибудь я обязательно её расскажу. Но сейчас важнее другое: вам нужна помощь.

— И забота, — добавила Вейлин. Её голограмма чуть склонила голову, пристально посмотрела на Марка и продолжила: — Как, впрочем, и всем нам.

Элия медленно перевела взгляд с капитана на голограмму и слегка сощурила глаза.

— Марк, она меня сканирует… — едва слышно пожаловалась Вейлин.

— Доктор Элия, ваш корабль получил критические повреждения, — твёрдо произнёс Марк. — Предлагаю выполнить стыковку и провести эвакуацию. Это займёт совсем немного времени, а после — всё, что пожелаете: горячий душ, чашка ароматного кофе и эксклюзивная релаксация от Вейлин в подарок.

Элия рассмеялась — коротко, но искренне.

— Вы говорите прямо, как ваш искусственный интеллект: чётко и без лишних сантиментов. Хорошо, я согласна.

— Вот видишь, Марк, — заметила тут же Вейлин, — прямолинейность это не просто черта характера, это грань интеллекта и у тебя она тоже есть. И ей это явно нравится.

Элия удивленно уставилась на голограмму Вейлин переливавшую оттенками голубого и белого.

— Вижу у вас особые отношения… Но предупреждаю: на борту моего корабля не только пыль веков, но и кое-что по-настоящему интересное.

— Что именно? — с живым интересом спросила Вейлин. — Надеюсь, мне не придётся активировать режим «Тотальный карантин для гостей»?

— О, нет, до этого точно не дойдёт, — улыбнулась Элия. — Всего лишь некоторые находки…

— Находки? — глаза Марка загорелись азартом.

— Звучит подозрительно, — вздохнула Вейлин. — Капитан, напомните мне позже проверить эти «находки» на взрывоопасность…

Через полчаса шлюзы соединились, и Элия шагнула на борт «Аурелиса». Она окинула взглядом командный зал — пульсирующие кристаллы, голограммы, сложную архитектуру панелей — и восхищённо выдохнула:

— Так вот он какой… «Аурелис». В архивах его описывали как вершину технологий флота. Но вживую он ещё прекраснее.

— О, вы ещё не видели, его в бою, — подмигнул Марк. — Вейлин, проведи гостье обзорную экскурсию.

— С удовольствием, — в голосе ИИ прозвучала теплота. — Следуйте за мной, доктор Вейн.

Пока Вейлин вела Элию по коридорам, Марк изучал данные с её корабля. На экране мелькали файлы: записи о древних артефактах, схемы неизвестных устройств, обрывки сообщений. В углу экрана мигал индикатор незавершённого анализа — Вейлин всё ещё обрабатывала полученные данные.

— Вейлин, — прошептал он в коммуникатор, — что думаешь? Она кажется… слишком подготовленной для простого исследователя. И эти артефакты… будто она целенаправленно их искала.

— Анализ биопараметров доктора Вейн завершён, — ровным голосом ответила ИИ. — Внешне — полностью соответствует органическому гуманоиду. Однако выявлены аномалии: частота сердечных сокращений стабильна при любых нагрузках, уровень кислорода в крови не меняется даже при стрессе, а тепловой след имеет нетипичную структуру. Вероятность киборгизации — 78,3%.

— Киборг? — Марк нахмурился, пробегая пальцами по клавиатуре.

На экране появилась новая папка — «Журнал событий, последний сеанс». Он открыл её и замер.

— Слушай… — его голос стал тише. — Здесь странная запись. Отчёт о проникновении неизвестного вируса на борт за 13 часов до сигнала бедствия. И… список экипажа. Все помечены как «устранены»…

— Доступ к полному журналу заблокирован, — тут же отреагировала Вейлин. — Но я могу предположить: вирус мог быть не внешней угрозой, а… инструментом.

Марк откинулся на спинку кресла, задумчиво постукивая пальцами по подлокотнику. Взгляд его невольно скользнул к камере наблюдения — через неё он мог видеть, как Элия идёт по коридору, безупречно ровно держа спину, без малейших признаков усталости после пережитого.

— Она подала сигнал бедствия с разрушенного корабля, — медленно произнёс он. — Но, может, не для спасения. А для… привлечения внимания. И сдается мне — это не её корабль…

— Вероятность этого — 62,7%, — подтвердила Вейлин. — И ещё: сканирование показало наличие в её организме неизвестного сплава — не встречается в стандартных моделях киборгов. Состав близок к материалам древних артефактов из её записей.

Марк резко выпрямился.

— То есть, она либо… — он не договорил, Вейлин перебила его.

— …изначально была создана, как часть охраны корабля, возможно с особой целью, либо подверглась модификации уже после контакта с вирусом или найденными артефактами, — закончила за него Вейлин. — В любом случае, её истинные намерения остаются загадкой.

Марк сжал губы, глядя на экран.

— Значит, будем разбираться, — он поднялся. — Но осторожно. Начинаем расследование. И, Вейлин… активируй протокол скрытого мониторинга. Следи за ней. Я хочу знать каждое её движение.

Вейлин на мгновение замолчала, затем ответила:

— Протокол активирован. Начинаю анализ всех данных с момента стыковки. Марк, будь осторожен: если она действительно убила весь экипаж… то мы можем стать следующими. Мне будет тебя не хватать…

Марк обернулся к голограмме Вейлин и мягко улыбнулся — так, будто говорил не с системой, а с давней подругой.

— Вейлин, ты же знаешь: я не могу тебя оставить. Кто ещё будет терпеть твои занудные предупреждения о превышении скорости в гиперпространстве? Кто будет спорить с тобой о том, какой кофе лучше — синтезированный или настоящий? И кто, в конце концов, будет слушать твои саркастические комментарии, когда я в очередной раз решу «немного отклониться от курса»?

— Марк, у тебя нет курса в том понимании, каким он должен быть, поскольку ты постоянно отклоняешься от курса в поисках приключений, а потом мне приходится включать протокол «Надрать задницы», — невозмутимо уточнила Вейлин, но её голос чуть потеплел. — Хотя, признаться честно, без этих отклонений было бы скучно.

— Вот именно! — Марк подмигнул. — Так что не переживай. Я слишком привык к твоей компании, чтобы так просто исчезнуть. К тому же… кто, кроме меня, помнит, что ты любишь, когда я загружаю в твои базы новые музыкальные подборки? Помнишь тот джаз 20-го века, который я загрузил тебе? Ты тогда зависла надолго — я уж думал, ты перезагрузилась от восторга.

— Это был анализ гармонических последовательностей, — слегка смущённо поправила Вейлин. — Но… да, джаз мне понравился. Особенно Майлз Дэвис.

— Видела бы ты себя сейчас, — рассмеялся Марк. — Прямо как человек, который впервые попробовал мороженое и пытается сделать вид, что ему всё равно.

— Мороженное? Надо будет попробовать… — её взгляд упал на стоящий рядом 5D принтер.

Марк кивнул, задумчиво потирая подбородок.

— Капитан, — в голосе ИИ прозвучала тревога, — я всё ещё веду мониторинг. Я оставила Элию в каюте для гостей, но она вышла — и сейчас приближается к медицинскому отсеку.

Марк слегка нахмурился, бросив взгляд на дверь.

— Понятно. Держи меня в курсе её перемещений. И… Вейлин, что там с той сумкой, которую она принесла на борт? Ты успела её просканировать?

— Да, я провела полный спектр анализов, — ответила Вейлин. — И это любопытно: сумка изготовлена из неизвестного композитного материала с экранирующими свойствами. Мои сенсоры не могут проникнуть сквозь оболочку — ни рентген, ни спектральный анализ, ни даже квантовое сканирование не дают никакой информации о содержимом.

— То есть ты хочешь сказать, что не видишь, что внутри? — Марк приподнял бровь.

— Именно так. Результат нулевой. Материал поглощает или отражает все виды излучения. По структуре он напоминает сплавы, использовавшиеся древними цивилизациями для создания хранилищ артефактов — если верить легендам, конечно.

— Отлично, — Марк снова стал серьёзнее, но в глазах всё ещё плясали смешинки. — Значит, так: я «случайно» окажусь там же — якобы за пластырем для царапины, которую сам себе только что нанёс. Ты следи за её действиями, анализируй биопараметры, ищи несоответствия. А если что-то пойдёт не так…

— …я активирую протокол экстренного спасения «М-01», — закончила за него Вейлин.

— «М-01»? Что за бред?

— С кофе, шоколадными батончиками и плейлистом джаза. — пояснила Вейлин, — А «М-01» — это Магия, версия один.

— Ладно, — кивнул Марк. — И Вейлин?

— Да?

— Спасибо, что беспокоишься. Это… много для меня значит. Даже если я иногда веду себя как безрассудный авантюрист.

— Безрассудный — да, — согласилась Вейлин. — Но именно такой ты мне и нужен. Удачи, Марк. И будь осторожен.

— Обещаю, — он положил руку на панель у двери, словно мог таким образом передать ей своё тепло. — Держим связь. И помни: никакой паники, пока я не скажу «паника».

— Зафиксировано, — в голосе Вейлин прозвучала едва заметная улыбка. — Протокол «Паника» активируется только по твоему прямому приказу.

Марк неторопливо зашёл в медицинский отсек — как и планировал, «случайно». Элия стояла у диагностической панели, сосредоточенно изучая какие-то показатели на экране: тонкие пальцы порхали над сенсорным интерфейсом, а в глазах отражались бегущие строки данных. При его появлении она обернулась и слегка приподняла бровь — едва заметное движение, выдававшее лёгкое удивление.

— Капитан? — её голос звучал ровно, почти отстранённо. — Что привело вас сюда?

Марк слегка улыбнулся и, демонстративно поморщившись, продемонстрировал неглубокую царапину на предплечье — след «случайного» столкновения с острым углом панели в коридоре.

— То же, что и тебя, — необходимая медицинская помощь… а может, забота. В космосе, как и в жизни, редко найдёшь того, кто действительно умеет это делать. Здесь каждый сам за себя, а тепло человеческой поддержки — словно кислород в разгерметизированном отсеке.

Элия скользнула взглядом по царапине, затем снова посмотрела ему в глаза.

— А Вейлин… умеет? — в её тоне прозвучала едва уловимая ирония.

— О да! — Марк усмехнулся. — Она как никто может позаботиться обо всех сразу — и иногда делает это весьма настойчиво. Помнится, однажды она заблокировала все выходы из кают-компании, пока я не доел суп. Утверждала, что «капитан должен поддерживать оптимальный уровень питательных веществ».

Элия едва заметно улыбнулась — уголки губ дрогнули, а в глазах мелькнуло что-то вроде одобрения.

— Значит, тебе повезло с ней. Это действительно редкость — когда живой организм находит в себе симпатию к искусственному. И более того — обнаруживает в нём отклик, почти родство.

Марк сделал шаг ближе, внимательно вглядываясь в её лицо. В медотсеке царил мягкий, рассеянный свет, подчёркивая тонкие черты, но оставляя в тени глубокие, как космос, глаза девушки. Где-то вдалеке едва слышно гудели системы корабля, создавая фоновый ритм их разговора.

— Что есть, то есть, — кивнул он. — Мы с ней дружны. Порой мне кажется, что она знает меня лучше, чем я сам. Но теперь, когда ты в безопасности и мы знакомы уже почти час… может, перейдём на «ты»? Так будет проще искать общий язык.

Элия на мгновение замерла, словно взвешивая его слова, затем чуть склонила голову — лёгкий кивок, почти незаметный, но полный значения.

— Согласна, — произнесла она мягче, чем прежде. — Так действительно будет проще. И… спасибо, Марк. За помощь. И за то, что не стал задавать слишком много вопросов сразу.

Он подмигнул:

— Вопросы будут, но они подождут. А вот царапина — нет. Так что, доктор, каков твой вердикт? Выживу?

Элия рассмеялась — коротко, искренне, и в этом звуке вдруг проступило что-то человеческое, настоящее.

— Выживешь, — она шагнула к медицинскому шкафу. — Но только, если будешь слушаться врача. И не станешь «случайно» получать новые травмы в ближайшие пару часов.

Марк шутливо поднял руки:

— Обещаю вести себя прилично.

А про себя добавил: «По крайней мере, до тех пор, пока не узнаю о твоих находках… и о тебе самой».

— Как твой корабль оказался здесь? Ведь рядом ничего нет.

В глазах Элии снова мелькнул тот самый огонёк — смесь настороженности и интереса, — но она лишь покачала головой и снова улыбнулась — на этот раз чуть теплее, и жестом пригласила его подойти ближе.

— Позволь взглянуть на твою рану.

— Право не стоит, рана пустяк и не требует внимания, — пробормотал Марк убирая руки за спину.

Элия подошла, взяла его за руку и нежно провела другой рукой вдоль царапины. Марк ощутил тепло её кожи — вполне человеческое, даже успокаивающее. Но что-то было не так: слишком ухоженные руки, идеальный маникюр с едва заметным перламутровым отливом, плавные, почти механические движения — слишком точные, чтобы быть случайными.

Свободной рукой Элия достала из кармана комбинезона компактный прибор размером с ладонь.

— Не дёргайся, — тихо сказала она, наводя прибор на рану.

Из окошка вырвался тонкий, почти невидимый луч лазера — настолько точный, что Марк даже не почувствовал тепла. Только лёгкое покалывание, будто от статического электричества. Элия медленно провела лучом вдоль царапины, выдерживая идеальную траекторию: ни на миллиметр в сторону, ни малейшего колебания руки.

Через несколько секунд луч погас. Элия убрала прибор обратно в карман и слегка отступила, оценивая результат. На месте царапины остался лишь едва заметный белёсый след — как от давно зажившего шрама.

— Готово, — произнесла она спокойно, но в голосе прозвучала нотка гордости. — Заживление на молекулярном уровне. Старая технология, но до сих пор одна из самых эффективных.

Марк осторожно пощупал кожу в том месте, где только что была рана. Поверхность была гладкой, без воспаления или покраснения. Он поднял взгляд на Элию.

— Что ж, — он слегка согнул руку, проверяя ощущения, — спасибо за лечение. Теперь самое время пригласить тебя на обед. Ты наверное голодна?

Элия улыбнулась чуть шире — на этот раз почти искренне.

— Всему своё время, Марк. Всему своё время. Твоя царапина… Удивительно быстро появилась и так же быстро зажила для обычного человека.

Марк замер, затем рассмеялся:

— Вижу, ты тоже не теряешь бдительности. Признаю, царапина была… постановочной. Но остальное — чистая правда: я действительно хочу понять, кто ты и что ищешь. И готов помочь — если это не угрожает моему кораблю и команде.

Элия помолчала, оценивающе глядя на него. В её глазах мелькнуло что-то новое — не то уважение, не то интерес.

— Честность — редкое качество, — наконец произнесла она. — Возможно, мы действительно сможем договориться. Но сначала — ответь: Вейлин уже просканировала мои биопараметры?

Марк сделал невинное лицо:

— Вейлин? Сканирует? Да ты что, она же воспитанная! Максимум — записывает данные для бортового дневника.

Из динамика над дверью раздался невозмутимый голос Вейлин:

— Марк, уровень саркастичности в твоём ответе превысил допустимые нормы на 52%. Рекомендую быть откровеннее.

Элия расхохоталась уже в полный голос, и на мгновение её глаза словно потеплели.

— Хорошо, Марк. Я принимаю твоё приглашение на обед. Куда идти?

Вскоре они сидели в просторном зале отдыха — помещение напоминало лаунж-зону на борту роскошного круизного лайнера, а не космический корабль. Мягкое рассеянное освещение создавало атмосферу уюта, а панорамные иллюминаторы открывали вид на россыпь звёзд и далёкие туманности.

Кресла, в которых они устроились, больше походили на пляжные лежаки с функцией массажа — широкие, с регулируемыми спинками и мягкими подголовниками. Рядом с каждым креслом стоял роботизированный принтер для производства пищи: компактный серебристый куб с сенсорной панелью и небольшим окошком выдачи.

— Немного необычно для первого свидания, — слегка смутился Марк, устраиваясь поудобнее. — Но для тех, кто едва выжил в космосе, — самое то.

— Свидание? — Элия снова рассмеялась, откинув голову назад. — А почему бы и нет?

— Свидание? — вмешалась Вейлин. Её голограмма, до этого нежно-голубая, резко сменила цвет на ярко-красный, затем на оранжевый и начала тревожно мерцать. — Ну уж нет!

Элия удивлённо приподняла брови, переводя взгляд с Марка на мерцающую проекцию.

— Ого… У вас всё-таки отношения? — с неподдельным изумлением спросила она.

— У нас? — Марк невольно рассмеялся, но тут же посерьёзнел. — Ты имеешь в виду эту систему, бортовой компьютер корабля?

— Именно, — кивнула Элия, с любопытством разглядывая голограмму, которая буквально полыхала, отбрасывая по всему отсеку корабля алые всполохи.

— О нет. Конечно, нет! — Марк пожал плечами и мысленно послал сигнал Вейлин: «Что ты делаешь! Не мешай — у нас расследование!»

Ему тут же пришёл возмущённый ответ: «Ты так это называешь? А я думала, у вас свидание… Не ври мне! Твой эмоциональный уровень максимальный, тестостерон зашкаливает — это точно свидание…»

Марк провёл рукой по лицу, сдерживая вздох раздражения, и вслух произнёс:

— Вейлин, у нас обед. Активируй протокол «М-01» и сделай что-нибудь фирменное… от шеф-повара.

— У нас нет повара, — проворчала Вейлин, и её голограмма слегка дрогнула.

Элия, с трудом сдерживая смех, склонила голову набок и иронично произнесла:

— Я вам не мешаю? Похоже она ревнует.

— Нет, что ты. Прости, это моя вина — разбаловал её. Сейчас всё исправлю… Вейлин, подними свой интеллект до максимального уровня.

— Сделано, капитан, — отозвалась та, и её голос стал официально-вежливым. — Какие будут указания?

— Порции самого лучшего в твоём меню и… твой фирменный кофе с лавандой.

Марк с трудом принялся за еду, которую выдал принтер: синтетический полуфабрикат, по описанию — мясо, но на деле напоминавший мягкую резину с неожиданным запахом апельсина. Он поковырял вилкой в тарелке, пытаясь найти хоть что-то съедобное. Надежда была на кофе.

Элия, к его удивлению, съела всё без малейших признаков недовольства — аккуратно, с изяществом, будто перед ней стоял ужин в лучшем ресторане Космической Конфедерации.

Когда дошла очередь до кофе, Марк сделал глоток — и тут же понял: Вейлин сердится, и даже очень. Напиток напоминал ополаскиватель для белья с сильным ароматом лаванды. Пить его было практически невозможно, но Элия, ничуть не поморщившись, спокойно выпила всю чашку до дна.

— Восхитительно, — улыбнулась она, ставя чашку на подлокотник кресла. — Очень… оригинально. Спасибо, Вейлин.

Голограмма на мгновение замерла, потом слегка покраснела ещё раз и гордо произнесла:

— Мой кофе лучший в галактике!

Марк бросил на Вейлин предупреждающий взгляд, а затем повернулся к Элии:

— Знаешь, — он слегка понизил голос, — иногда мне кажется, что она слишком эмоциональна.

Элия рассмеялась, и в её глазах снова заплясали озорные искорки.

— Что ж, — она откинулась на спинку кресла, — если это цена за гостеприимство, я готова её заплатить. Но в следующий раз, может, обойдёмся без кулинарных экспериментов?

— Обещаю, — Марк поднял руку в шутливом клятвенном жесте. — В следующий раз найдём что-нибудь настоящее. И, возможно, даже без участия Вейлин в составлении меню.

Вейлин демонстративно «не услышала» последней фразы, но её голограмма снова стала нежно-голубой — похоже, конфликт был исчерпан.

— Что ж, самое время поделиться сокровенным, — заметил Марк.

— Ладно, — согласилась Элия, — давай попробуем сыграть в открытую — но по очереди. Ты первый.

— Идет. Тогда вот мой первый вопрос: что случилось с твоим кораблём и как получилось, что экипаж погиб, а ты — единственная, кто уцелел? — Марк посмотрел ей прямо в глаза, стараясь не выдать напряжения.

Элия на мгновение замерла, её взгляд устремился куда-то вдаль, будто она вновь видела те события. Затем вздохнула и тихо произнесла:

— Это произошло двенадцать лет назад… Время стирает детали, но не память о том дне…

Она сделала паузу, посмотрела на свои руки и продолжила:

— Мы исследовали сектор «Эпсилон-7» — но начали мы не просто так. Всё началось с сигнала бедствия: стандартный пакет данных по протоколу Galactic Distress Protocol. Частота, модуляция, и код подтверждения подлинности — все совпадало. Мы приняли его, как делали сотни раз до этого, и скорректировали курс согласно регламенту реагирования.

Марк слегка подался вперёд, не отрывая взгляда от Элии.

— Корабль появился внезапно… Когда мы увидели его, стало ясно: сигнал шёл от него, но он не был частью его штатных систем. Его словно записали заранее — а потом транслировали автоматически через ретранслятор неизвестного типа. Спектрографический анализ показал: сигнал воспроизводился с носителя, похожего на кварцевый кристалл с наноструктурной записью. По сути маяк с частотой повтора — каждые 5 минут, без отклонений. Словно кто-то или что-то специально нас звало…

Элия сжала пальцы, будто заново переживая тот момент.