Сокровища замка Руппи́н. Шпионско-приключенческий роман
- -
- 100%
- +
В 1520-м году умер опекун Вихманна I, епископ Хафельбергский Йоханн фон Шлабрендорф, и семнадцатилетнего юношу его сюзере́н34, курфюрст35 Бранденбургский Йоахим I по прозвищу Нестор36 объявил совершеннолетним. Теперь юный Вихманн I, граф фон Линдов-Руппин, мог самостоятельно распоряжаться солидным наследством, доставшимся ему от отца. Тут же Вихманн назначил своим советником и поверенным37 графа Ганса фон Ци́тена цу Ви́льдберг. И хотя тот всеми силами пытался удержать юного графа от лишних трат, дорогие подарки любовницам, бесконечные ба́лы, пиры и пышные выезды на охоту вскоре значительно опустошили его казну. Единственное, к чему этот мот и транжи́ра не прикасался, а потому и сберёг в полной целости и сохранности, так это большой кованый сундук, с драгоценностями рода фон Линдов-Руппин. Хранился он в глубоком подземелье замка, в тайной комнате, попасть в которую можно было только из графской спальни. Как туда пробраться знал лишь Вихманн I. Раз в месяц он спускался в сокровищницу, чтобы положить в сундук очередную партию драгоценностей…
17-го января 1524-го года курфюрст Бранденбургский Йоахим I Нестор пригласил Вихманна I, графа фон Линдов-Руппин на свадьбу своей дочери, принцессы Бранденбургской Анны, и А́льбрехта VII, герцога Мекленбу́ргского, по прозвищу «Красавец».
Сле́дуя устоявшейся веками традиции, Вихманн I преподнёс именитой паре дорогие подарки: жениху – боевого коня знаменитой голштинской38 породы, а невесте – массивное золотое колье с крупными индийскими изумрудами. Анна и Альбрехт были безмерно счастливы получить эти подарки, достойные королей. Но такая шедрость окончательно разорила Вихманна и он был вынужден поручить своему пове́ренному, графу Гансу фон Ци́тен цу Ви́льдберг заложить почти половину родовых владений, насчитывавших более 70 городов и сёл, а остальную часть продать.
На свадьбе герцога Мекленбургского, длившейся целую неделю, Вихманн I заразился оспой. Вернувшись домой, он отправился на охоту, во время которой вдруг почувствовал сильную слабость, и упал бы с лошади, если бы во́время рядом с ним не оказался верный слуга и телохранитель Ма́нфред Кра́йпс. Он отвёз графа в замок, уложил в постель и хотел было послать за врачом, но домочадцы решили, что у Вихманна I неопасная простуда, и врач тут не нужен. Да и ехать за ним пришлось бы в Берлин, до которого по заснеженным дорогам два дня пути.
Лечили графа народными сре́дствами, поя́ его горячим вином и мёдом, что ни в коем случае при оспе делать нельзя. Состояние Вихманна I резко ухудшилось, и 26-го февраля 1524-го года, почувствовав приближение смерти, граф позвал своего поверенного, графа Ганса фон Ци́тена цу Ви́льдберг, составить завещание. Когда тот уселся за небольшим столиком возле изголовья кровати больного и был готов писать, Вихманн I, стал диктовать едва слышным голосом:
– Все деньги, скот, зерно, а также мебель, золотую и серебряную посуду, меховые шубы и постельные принадлежности, я завещаю бабушке Анне Якобине и сёстрам моим, Аполлонии и Анне, по́ровну… – Граф сделал паузу, с шумом втягивая ртом воздух. И в этот момент Ганс фон Цитен цу Вильдберг спросил:
– Кому Ваше Сиятельство оставляет землю и людей?
– Курфюрсту Бранденбургскому! Так я решил! – ответил Вихманн I.
Подписав завещание, он заверил его своей печатью и, обессиленно откинувшись на подушки, задремал. Увидев это, все родственники покинули спальню в надежде, что дело пошло на поправку. Возле больного осталась только его старая бабушка Анна Якоби́на – графиня фон Што́льберг цу Ве́рнигеро́де, да преданный слуга Манфред Крайпс…
В воскресенье, 28-го февраля 1524-го года самочувстие Вихманна I резко ухудшилось. Весь день он метался в сильном жару и бредил, а поздним вечером вдруг приподнялся с подушек, пытаясь сесть, но закашлялся и упал на постель. По телу больного пробежала су́дорога, глаза закрылись и он затих. Последний граф фон Линдов-Руппин был мёртв.
Стоявшие у его кровати сёстры Анна и Аполлония плакали навзрыд, а бабушка Анна Якобина тихо причитала:
– О, Боже, моё дорогое дитя! Зачем стою я здесь? И почему не я, а ты в роду́ последний?!..
…В ту же ночь Вихманна I, графа фон Линдов-Руппин, из замка, расположенного в Альт Руппи́не, отвезли в город Но́йруппи́н, где и похоронили в цистерцианском39 монастыре, построенном ещё в 1246-м году предком Вихманна – Гебхардом фон Арнштайном, первым графом фон Руппин, родоначальником графов фон Линдов-Руппин.
Три дня спустя после похорон Вихманна I курфюрст Бранденбургский Йоахим I Нестор прибыл в замок Руппин и привёл графов фон Линдов-Руппин и их подданных к присяге на верность. Затем он представил губернатора графства Руппин – Ма́ттиаса фон О́ппена, который обявил:
– Ваши сиятельства, графини Анна, Аполлония и Ваша милость барон фон Геро́льдзек! – новоиспечённый губернатор глянул на их хмурые и напряжённые лица и продолжил – Их Светлость, курфюрст Бранденбургский постановили: Отныне вы уже не являетесь владельцами земель, лесов, лугов, мельниц, городов и сёл, а также замка Руппин. Они переходят в собственность курфюршества Бранденбург. В само́м замке разместится канцелярия губернатора. А посему Вам надлежит сегодня же покинуть замок…
…На закате дня, когда солнце уже опускалось за верхушками дерев ближнего леса, из ворот замка выехал поезд, состоявший из двух карет и четырёх возо́в: графини Анна Якобина, Аполлония и Анна Герольдзек навсегда покидали своё родовое гнездо, служившее домом для многих поколений графов фон Арнштайн и фон Линдов-Руппин. Все молчали. Каждый думал о своём. И никто даже не подозревал, что семья Гогенцоллернов, к которой принадлежал курфирст Йоахим I Нестор, уже добавила к своим многочисленным титулам и именам титул «Графы Руппин».
А в это время губернатор Ма́ттиас фон О́ппен, знавший о сокровищах Вихманна I, дал команду своим людям допросить слуг покойного, а также обыскать каждый уголок замка, чтобы найти бльшой сундук с драгоценностями рода Арнштайн-Линдов-Руппин. Но тщательные поиски резултатов не́ дали: заветный сундук так и не́ был на́йден…
…К началу ХХ-го века от замка Руппин остались одни руины, поросшие густой травой. Виной тому были войны, пожары и разорение. Казалось, история замка Руппин и его сокровищ закончилась. Однако она имела продолжение…
Глава 5. Trinke Bier, und wirst du dick, sag’ nur nicht für Politik! (Пей пиво и будешь толстым, только не говори о политике! (немецкая поговорка)
Германия, земля Бранденбург, Альт-Руппин,
30 апреля 1945 года
К вечеру небо покрылось тучами и вскоре беззвёздная ночь опустилась на землю. Было наредкость темно. С Руппинер Зее тянуло сыростью и холодом. Зябко поёживаясь, обер-фельдфебель Ру́дольф За́альбах по́днял воротник кителя, застегнул его на верхнюю пуговицу, и прислушался. Вокруг стояла тишина. Только лёгкое журчание вод реки Рин, бежавшей под мостом, да слабые дуновения ветра, едва шевелившие листву старых лип, дубов и ветви елей, нарушали ночной покой. Рудольфу страшно хотелось только одного – побыстрее отдежурить смену в карауле и лечь спать. Он уже и не помнил, когда в последний раз отдыхал нормально. Целый месяц их 3-я Дивизия Морской Пехоты под командованием генерал-майора Фри́тца Фульриеде, ведя непрерывные оборонительные бои, отступает под натиском превосходящих сил 61-й Армии генерал-полковника Павла Белова из состава Первого Белорусского Фронта под командованием маршала Георгия Жукова. Потеряв в сражениях за Эберсвальде, Лёвенбург, и Ли́ндов более половины личного состава, дивизия совершила многокилометровый марш-бросок и заняла́ позиции в Альт Руппине. Здесь 9-й полк, в котором Рудольф Заальбах командовал взводом, охранял мост через реку Рин. Если русские его захватят, путь в Нойруппин и на Запад им будет открыт…
Рудольф проверил посты. Его бойцы несли службу исправно. Их хорошо замаскированные пулемётные точки были разбросаны вдоль берега Рина, слева и справа от моста. С тыла позиции надёжно прикрывал 234-й артиллерийский полк. А сапёрная рота заминировала опоры моста и была готова взорвать его в любой момент при явной угрозе захвата противником. То, что русские любой ценой постараются овладеть мостом, Рудольф нисколько не сомневался. Он был опытным воином, побывавшим во многих боях, где вверенный ему взвод успешно отбивал атаки русских, не давая им возможности перекрыть спасительный для выхода окружённого врагом полка коридор. Но сегодня обер-фельдфебелю Заальбаху стало предельно ясно: Альт Руппин удержать не удастся и жалкие остатки дивизии будут полностью уничтожены. А умирать ему вовсе не хотелось. Это не входило в его планы – геройская смерть в бою Германию не спасёт. Надо сохранить жизнь и поберечь силы для её будущего возрождения…
…Ру́дольф За́альбах родился и вырос в Нойруппине, в семье учителей. Отец, Карл-Хайнц, преподавал историю, а мать Лизелотта, – английский и французский языки в городской гимназии. Они сделали всё, чтобы сын получил хорошее образование. И он оправдал надежды родителей: окончив гимназию с отличием, поступил на исторический факультет Берлинского униветситета. Учился Ру́ди хорошо, жил скромно и тихо, в то время как его однокурсники часто устраивали попойки и ночные оргии с девицами лёгкого поведения. Многие из них примкнули к набиравшему силу движению национал-социалистов, возглавляемых А́дольфом Ги́тлером. Но Ру́дольф в этот грязный поток окунаться не хотел, ибо всегда помнил шутливые, но верные слова отца: «Trinke Bier, und wirst du dick, sag nur nicht für Politick!» («Пей пиво и будешь толстым, только не говори о политике!»). И Рудольф Заальбах следовал этой своеобразной за́поведи неуклонно. Его интересовала историческая наука. А прежде всего – история замка Руппи́н. От отца он с детства слышал рассказ о сокровищах, спрятанных когда-то в замке его последним владателем, графом Вихманном I фон Линдов-Руппин. Пытливый студент внимательно изучил сотни исторических документов из архивов Берлина и Нойруппина, много раз выезжал в Альт Руппин и тщательно обследовал каждый метр территории, где стоял замок. Через 3 года напряжённых поисков труды Рудольфа Заальбаха увенчались успехом. По старинным описаниям, рисункам и чертежам он определил место, в котором, вероятнее всего, мог находиться клад.
В 1788-м году на участке, где раньше стоял замок, было построено здание для администрации Альт Руппина. Кирпич и каменные блоки для его сооружения брали из груды обломков главного строения замка, в котором когда-то на первом этаже располагался рыцарский зал, а на втором – графская спальня. Остатки этого строения находилсь на пустыре, метрах в 500 от сохранившегося здания администрации Альт Руппина. Именно здесь, расчистив завал у обломков стены, Рудольф обнаружил квадратный люк. Сдвинув в сторону его массивную крышку, юноша увидел ступеньки, которые привели в небольшой подземный зал, стены и своды которого были выложены узким и прочным старинным красным кирпичом с белыми прожилками. В углу этого зала стоял чёрного дерева сундук, весь покрытый густой паутиной.
Внутри него была серебряная шкатулка в виде ку́ба c откидывающейся крышкой, до́верху заполненная драгоценностями. Оставлять такое богатство здесь, в сыром и легкодоступном зале Рудольф не захотел. Он решил спрятать шкатулку в более надёжном месте. К тому же этот зал вряд ли бы вместил целую коллекцию оружия и посуды, найденную им во время раскопок. Примерно в километре от руин замка, в лесной чащобе Рудольф наткнулся на полуразрушенный домик лесника, через камин которого по тайному длинному коридору можно было попасть в совершенно сухой и просторный подземный каменный зал. И Рудольф перенёс все свои находки туда. Место для тайника было выбрано удачно: развалины домика лесника находились в стороне от лесной тропы, а вблизи выглядели как невысокий холм, густо поросший кустарником, мохом и травой. Рудольф решил никому не рассказывать о своём открытии. Да и сообщать об этом было некому: родители его умерли год назад, родственников и друзей у него не было. А если бы и были, то о его неожиданном богатстве, они наверняка тут же донесли бы в гестапо или в СС, которые все сокровища, изъятые у граждан, отправляли в специальный фонд, «на развитие и процветание Фатерланда40». Рудольф же считал, что эти сокровища он добы́л для себя…
…Взяв с собой горсть золотых цепо́чек и несколько крупных пе́рстней с сапфирами, рубинами и изумрудами, Рудольф вернулся в Берлин и прямо с вокзала отправился в ювелирный магазин, где по сходной цене всё продал, а деньги положил на счёт в Немецком Райхсбанке под 3 процента годовых. Он давно мечтал заняться бизнесом и открыть магазин по продаже телефизоров и радиоприёмников новейших моделей, что приносило бы хороший доход. Для коммерченской деятельности Рудольф был впоне готов: закончил эксте́рном41 университет, стартовый каптал заимел, да и помещение для магазина уже подобрал. Оставалось только нанять продавца, а лучше – симпатичную и толковую продавщицу, чтобы клиентам было приятно покупать у неё товары… Но, едва Рудольф явился в канцелярию университета за дипломом, как ему вручили повестку о призы́ве в армию. Это было как гром среди ясного неба. Неужто с мечтами о магазине придётся расстаться?! Уж не шутка ли это? Ведь на календаре было 1 апреля 1938-го года, считавшееся «Днём Дураков». Но, к сожалению, всё было серьёзно…
Служить направили в роту морской пехоты, на базу военно-морского флота в городе Сви́немю́нде42. После принятия присяги на верность фюреру молодых новобранцев послали на учёбу в военно-морское училище Фри́дрихсо́рт
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.