Эльфы до добра не доводят

Девушек пришлось будить. Обе сладко дремали в кресле и представляли собой такое прекрасное зрелище, что умилился бы даже самый бесчувственный чурбан, а тревожить их было сродни святотатству. Но я мужественно взяла себя в руки и потрясла Норандириэль за плечо. Девушка распахнула сонные глаза и уставилась на меня в немом изумлении, словно никак не могла решить, кто перед ней: очередная картина прерванного сновидения или реальность? Реальностью я оказалась суровой и коротко скомандовала:

– Буди охотницу и пошли.

– Куда? – опешила девушка, стряхивая с себя остатки сна.

– Не знаю, – честно пожала плечами я. – Но голову мы продали, а хозяин помещения не хочет, чтобы мы тут поселились… Или хочет? – это уже магу.

Тот удивленно округлил глаза, прикидывая, сколько еще ковров мы сможем испортить в перспективе, и от чести приютить трех бездомных дам приятной наружности почему-то отказался.

– Шли бы вы отсюда… своей дорогой… – Затем он посмотрел на спящую охотницу и добавил: – Куда-нибудь подальше…

И чего он так расстроился… Мы ему такой дивный трофей практически за бесценок загнали, а он… Я в очередной раз убедилась в черной неблагодарности мужчин и пришла к мнению, что лучше завести дома какую-нибудь зверушку (например, кошечку или щенка), чем проживать под одной крышей с такой неблагодарной скотиной.

Брюнетку все-таки растолкали. Пока она долго и безуспешно пыталась сфокусировать взгляд уставших глаз на наших не очень радостных лицах, я помахала золотым для большей наглядности и мы откланялись.

Улица встретила нас послеполуденной жарой, мы словно шагнули в средне натопленную сауну. Я почти сразу начала потеть и злиться.

– Куда идем? – жизнерадостно поинтересовалась принцесса.

Я смерила это на редкость оптимистичное чудо природы внимательным взглядом и красноречиво пожала плечами. Какая разница, куда идти? Лишь бы там вкусно кормили и была мягкая постель с чистыми простынями.

– Тебе надо купить одежду, – прорезалась брюнетка.

Мы дружно воззрились на все еще шатающуюся, как моряк на утлом суденышке в девятибалльный шторм, охотницу как на внезапно заговорившую дверную ручку.

– А что? – пожала она плечами в ответ на наши красноречивые взгляды. – До трактира надо еще добраться, а в таком виде ты привлекаешь слишком много ненужного внимания.

Я проследила глазами за ее взглядом и заметила двух кумушек на другой стороне улицы. Они хихикали, подобрав юбки. Ладно, в конце концов, это всего лишь деньги в игре.

– Хорошо. Только это должно быть что-нибудь не слишком уродливое, без двадцати пяти нижних юбок.

Не хватало мне еще не только выглядеть как идиотка, но и париться под лишними слоями материи.

Магазин располагался неподалеку, и это сильно радовало. Ходить по солнцепеку в зимних сапогах – удовольствие ниже среднего. Где-то я читала или, может, по телику видела (не суть важно), что некоторые жокеи перед важными скачками надевали тулуп, зимние сапоги и прыгали через скакалку в жару, чтобы вес сбросить. Но у меня-то с весом все в порядке. Не зря же я в фитнес-клубе столько времени проводила.

В магазин нас не хотели пускать. Положа руку на сердце, я бы тоже нас не впустила. Слишком уж подозрительно смотрелись со стороны три потрепанные личности: одна, в сером дорожном плаще, еле стояла на ногах, и ее откровенно заносило на поворотах, вторая – хрупкая красавица с острыми ушками – была одета в видавшее виды платье, третья, в теплой одежде не по сезону, щеголяла в подбитых мехом сапогах и плотных обтягивающих штанах. Чего ожидать от такой компании – неизвестно. Пришлось даже предъявить деньги, чтобы подтвердить нашу платежеспособность. А то хозяин никак не мог определиться с нашим статусом: попрошайки мы или же ограбить хотим?

Сильным разнообразием фасонов дамская одежда не блистала. Широкие верхние юбки с воланами, рюшами или без них полагалось носить поверх нескольких нижних, а разница между дорогим нарядом и нарядом подешевле выражалась не в крое, а в качестве материала. Лиф и блузки, напротив, пестрели разнообразием конструктивных решений на любой вкус, цвет и кошелек. Поначалу я просто растерялась, как ребенок в кондитерской, затем перемерила ворох одежды и остановила свой выбор на юбке в желто-черную клетку, к которой прилагалась белая блузка и клетчатый жакет, и еще одной паре цвета хаки. Юбки были пышные, в мягкую складку, и под них поддевалась всего одна нижняя юбка, а это огромный, жирный плюс в такую жару.

Больше всего умилило нижнее белье. Организаторы игры то ли слишком увлеклись и решили поразить народ правдой жизни и достоверностью фактов, то ли просто издевались, но бюстики нагло проигнорировали: вместо них прекрасным дамам предлагалось носить сорочки, а вместо трусиков – панталоны. Я, конечно, все понимаю, но панталоны ношу исключительно в зимний период, а длинные, пусть даже кокетливо-прозрачные, сорочки не ношу совсем. И сплю обычно в пижаме. Особенно поразил воображение один незатейливый фасон рубашки с вырезом на… хм… очень пикантном месте, причем дырку вырезали в форме сердечка и кокетливо украсили кружавчиками.

– Сколько лет живу, а такого не видела, – немного обалдела я. – Это еще зачем?

Продавщица скромно потупилась и густо покраснела. Принцесса пожала плечами, видимо, была не в курсе. А брюнетка смущенно закашлялась и выдала мне на ухо таким громким шепотом, что услышит и глухой:

– Такие рубашки носят замужние женщины, чтобы мужьям было удобнее… ну-у-у… ты понимаешь…

– Чего удобнее? – заинтересовалась Норандириэль, вперив в нас свой небесно-голубой взор.

– Ну-у-у… Брачную ночь проводить – вот чего, – выдавила брюнетка и тоже приобрела цвет вареного бурака.

Ну прямо институт благородных девиц.

– А кружева зачем? Для остроты ощущений?

На мой вопрос продавщица и не подумала рекламировать товар, просто выпучила глаза и впала в кому. Если только кома бывает стоячей. Кашель брюнетки приобрел схожесть с хрипом больного туберкулезом в последней стадии. Интересно, почему такая реакция? Что я такого сказала? Принцесса так ничего и не поняла, потому активно теребила за рукав всех по очереди, чтобы выдавить хоть какие-то подробности. Но ее все игнорировали, и вскоре она плюнула на это бесперспективное занятие и обиженно надулась.

Когда пришла очередь платить, оказалось, что принцесса тоже решила пополнить свой гардероб вещью-другой-десятком. Выбранные мною обновки смотрелись горькими сиротинушками рядом с внушительной грудой нарядов Норандириэль. Девушка сравнила свой ворох с моей мини-кучкой и закручинилась.

– Ты уверена, что все это тебе просто необходимо? – скептически заметила брюнетка.

– Да, – убежденно кивнула та. – А что? Мне все это не идет?

– Не говори ерунды, – отрезала охотница. – Ты будешь прекрасна, даже если вздумаешь натянуть на себя мешок из-под картошки.

При этих словах принцесса расцвела.

– Только чтобы донести все это до трактира, – продолжила девушка, – нам понадобятся примерно пять портовых грузчиков, а чтобы оплатить – нужно завалить еще штук десять упырей.

Эльфийка мучительно покраснела и попыталась расстаться с чем-нибудь из выбранных вещей. Над каждой шмоткой безутешно рыдала сначала только принцесса, но чистые слезы горя прекрасной Норандириэль могли оставить равнодушным только камень. Так что потом уже горевали все, включая продавщицу. Поэтому на оставшиеся несколько юбок и блузок была получена грандиозная скидка. Расчувствовавшаяся работница местной торговли не поленилась и сбегала в соседнюю лавку за двумя парами башмаков, выклянчив скидку и там. Я надела свой костюм в клетку и сменила наконец опостылевшие сапоги на удобные черные туфельки. Впрочем, хорошо хоть с собой был рюкзак: не пришлось думать, куда девать лишние вещи, и горевать о пропаже зимних сапог. Принцесса облачилась в бирюзовое платье и, счастливо вздыхая, разглядывала себя в зеркало.

– Ну раз все так довольны, может, все-таки пойдем в трактир и поедим? – предложила брюнетка, чем вывела нас из транса шопинга. – Правда. Кушать очень хочется.

Инициативу охотницы поддержали. Есть хотелось просто зверски. Мы расплатились и пустились в путь.

По счастью, трактир был недалеко. Правда, дотащились мы до заведения на последнем издыхании физических и моральных сил. К тому же я оказалась не совсем готова к ношению таких длинных юбок. Первый же шаг захлестнул уставшие за день ноги избытком материи, я взмахнула руками, как цапля крыльями, чуть не запахала носом, чем вызвала смех окружающих, и надулась. Тут уже не до изящной походки.

Принцесса отсмеялась, элегантным движением руки приподняла подол и поплыла. Я попыталась повторить, но вышла просто пародия. Если Норандириэль выступала словно пава, то я шлепала как утка. Впрочем, не падала – и ладно. Тут уж не до эстетики.

Заведение называлось «Веселый питух». На вывеске красовался здоровенный петух с красным гребнем. Птица радостно подмигивала потенциальным посетителям, демонстрируя в правом крыле непропорционально огромную кружку с пенным напитком. Как такую посудину можно держать одними перьями? Загадка природы.

Внутри было многолюдно. Не то чтобы яблоку негде упасть, но все равно многовато народу. Мы заняли один из немногочисленных пустых столиков, и к нам тут же подошла миловидная подавальщица с русой косой до пояса и с огромным подносом. На мой взгляд, полностью нагруженный поднос мог поднять только опытный грузчик, и то с большим трудом, но хрупкая девушка управлялась «на раз».

– Добрый вечер! – радостно промурлыкала она. – Что будете заказывать?

– Добрый вечер! – согласились мы.

А вечер действительно стал добрым, особенно после того как нам удалось присесть на грубые, но крепкие стулья таверны.

– Для начала принесите меню, – предложила я.

– Меню? – Глаза девушки удивленно распахнулись. – Впервые слышу о таком блюде. А из чего его готовят?

Я поперхнулась. Никогда не видела заведения, где о меню не имеют никакого понятия.

– Это не блюдо, – терпеливо пояснила я. – Это названия блюд, которые есть в наличии, и цены на них.

Девушка задумчиво пожала плечами, мол, чего только люди не придумают.

– К сожалению, у нас нет ничего такого, но вы можете спросить у меня: я вам что-нибудь посоветую.

На этот раз слово взяла брюнетка:

– У вас осталось еще то замечательное жаркое в горшочках?

– Да.

– Тогда нам три порции жаркого, овощи и три пива.

Подавальщица кивнула, подарила нам очередную улыбку и ушла, лавируя между столиков с легкостью профессиональной гимнастки. М-да. Такой талант украсит любую сборную.

– Итак, – прервала затянувшееся молчание брюнетка, нетерпеливо постукивая пальцами по столешнице. – Думаю, самое время представиться. Меня зовут Лисса. Как вы уже могли догадаться, я охотница за головами.

Охотница за головами? Здорово. Раньше я честно считала, что охотники за головами (head hunters) – это такие люди, которые переманивают талантливых сотрудников в другие фирмы. Но в данном случае, кажется, это означает явно что-то другое, связанное, например, с охотой на упырей и их последующим обезглавливанием. М-да. Богатая фантазия у режиссеров игры.

– Меня зовут Норандириэль. Я принцесса клана Вечного рассвета, – мелодично представилась эльфийка.

– Я Вероника Погорелова, менеджер по продажам. Звучит не в тему, но понятия не имею, кем должна быть в этой игре и почему меня просто не выпустят отсюда. Кстати, раз речь зашла об этом, может, вы сумеете как-нибудь связаться с устроителями… Ну в смысле, такие штуки ведь массу денег стоят, а я ни за что не платила и ничего не подписывала, так что, если народ рассчитывает стрясти с меня деньги – это зря.

Эльфийка издала мученический вздох жертвы, приговоренной к аутодафе. Лисса удивленно приподняла бровь и поинтересовалась, ни к кому конкретно не обращаясь:

– Это она о чем?

– Дело в том, что Вероника – попаданец из другого мира, – охотно пояснила Норандириэль.

– Попаданец? – Глаза охотницы за головами стали круглыми как плошки. – Ты уверена?

– К сожалению, да, – кивнула принцесса. – Я почувствовала сильный фон там, где она появилась. К тому же она не знала нашего языка и выглядела странно…

Надо отметить, последние слова меня задели. И вообще, я не люблю, когда обо мне говорят в моем присутствии, словно я вдруг стала неодушевленным предметом типа табурета и сама не могу за себя отвечать.

– А ничего, что я здесь сижу? – холодно поинтересовалась я. – Может, мне стоит выйти, чтобы не мешать вашему милому обсуждению? Кстати, о странностях. Если вы ищете странных людей – стоит посмотреть в зеркало, и вы их точно обнаружите.

– Да? – искренне изумилась принцесса, что придало ее лицу неповторимое очарование. Ее стоило удивить хотя бы для того, чтобы увидеть это выражение. – И что же в нас такого странного?

– Все! – отрезала я.

В это время возле нашего стола появилась подавальщица с подносом наперевес и с нашим исходящим аппетитным паром заказом. Беседа была прервана, все взоры устремились на еду. Девушка с невозмутимым видом античной статуи спокойно сгрузила принесенные блюда, пожелала приятного аппетита и удалилась, лавируя между столами, как бригантина между прибрежными рифами, успевая обогнуть не только мебель, но и избежать щипка или хлопка посетителей по мягкому месту.

Некоторое время мы ели жадно, обжигаясь горячей, но вкусной едой. Мяса в горшочках с жарким было много, еще присутствовала картошка и лесные грибы, сдобрено все было ароматными травами и восхитительной густой сметаной. Не удивительно, что с едой покончили быстро, даже не обратив внимания на пиво. К нему пришлось заказать соленых орешков. Я бы не отказалась от добавки, но в желудке ощущалась приятная сытная и теплая наполненность. Больше съесть все равно не удастся. М-да, кухня здесь на уровне.

– И что же в нас такого странного? – повторила свой вопрос принцесса.

Надо же. Не забыла. Я сыто вздохнула и сделала глоток пенного напитка. Хм, недурственно… Весьма недурственно… Надо будет потом поинтересоваться, где работает шеф-повар, когда не обслуживает игроков.

– Все! – подтвердила свое резюме я.

– А поконкретней? – заинтересовалась не менее довольная жизнью Лисса. Невооруженным глазом было видно, что девушку клонит в сон, но нить разговора она не теряла.

Вот это выдержка. Впрочем, меня тоже слегка разморило после еды.

– Ну начнем, пожалуй, с принцессы. Хотелось бы узнать, каким образом вышло, что принцесса эльфов прогуливалась в лесу в компании очень сомнительных личностей. Куда, спрашивается, смотрит ее родня? Где ее телохранители? И почему вместо того, чтобы расплатиться с ведьмой за сомнительное зелье полновесной монетой, она предпочитает отдать свою цепочку?

Норандириэль потупилась.

– А меня разбойники похитили…

– Серьезно? – недоверчиво прищурилась я. – Очень интересно. И как такому сборищу неудачников удалось выкрасть принцессу из родительского гнезда?

Эльфийка вздохнула. Подавальщица принесла целую тарелку орешков и получила от принцессы заказ на еще три кружечки пива, так как рассказ обещал быть долгим. Впрочем, никто против добавки не возражал… Пиво в первой кружке как-то незаметно кончилось. На этот раз мы терпеливо дождались следующей порции и приготовились слушать.

То, что в клане Вечного рассвета творится что-то неладное, Норандириэль заметила только недавно. Сначала умерла ее мать. Прекрасная Лорэль пала жертвой непонятной болезни, перед которой оказались бессильны лучшие светила целительства. Потом пропал старший принц – наследник престола Астураэль. Исчез он при странных и весьма загадочных обстоятельствах: вышел из дома налегке и обратно не вернулся. Через день после этого его фаворитка (замужняя, кстати, дама) леди Мирриэль была найдена мертвой с фамильным кинжалом правителей в груди. Злые языки поговаривали, что леди пожелала расстаться с поднадоевшим любовником, за что и получила от ревнивца удар в сердце. Сама принцесса никогда не верила в причастность к этому делу брата. Правитель клана постарался всеми силами замять досадный инцидент и даже объявил пропавшего сына в розыск, назначив награду в тысячу золотых тому, кто приведет опального принца живым. Сумма, даже по меркам эльфов, немыслимая.

Сделав это, правитель не успокоился. Он лишил старшего сына права наследования и решил в срочном порядке женить младшего. Что в общем-то не удивительно. Отпрыски королевской крови всегда заключали браки исключительно по династическим соображениям, и чувствам в сделках подобного рода не было места.

– Секундочку, – вклинилась в трагический рассказ я. – Хочешь сказать, что, когда тебе подберут жениха, ты без лишних возражений напялишь свадебное платье, нахлобучишь фату и со счастливой улыбкой протопаешь по проходу к алтарю под звуки свадебного марша?

Принцесса недоуменно пожала своими хрупкими плечиками.

– На самом деле моя свадьба – дело давно решенное.

– То есть как? – прорезалась Лисса.

Видимо, и ее задела та легкость, с которой эльфийка собиралась связывать судьбу с совершенно незнакомым человеком. По мне, так это все равно что брать кота в мешке: воплей много, а какой он из себя – непонятно.

– Да так. Меня с рождения обручили с принцем клана Серебряного барса Анксуриэлем.

– Надеюсь, вас хотя бы официально представили друг другу? – заинтересовалась я.

– Ну-у-у. – Эльфийка принялась водить по столешнице нежным пальчиком, вычерчивая сложный, витиеватый узор. – Если честно, во плоти я не видела его ни разу… Но у меня есть его портрет. Вот.

Она извлекла откуда-то из недр одежды еще одну золотую цепочку с медальоном и сунула мне в руки. Лисса подвинулась ко мне ближе, мы, сгорая от любопытства, открыли изящную крышечку и… обалдели. С миниатюры на нас глядел во все голубые глазищи смешливый карапуз с ямочками на щеках и золотистыми волосиками. Первой обрела дар речи охотница. Я даже позавидовала ее выдержке в сложных жизненных ситуациях.

– Извини, а как давно был сделан этот портрет?

Принцесса потупилась.

– Мне прислали его в дар от жениха примерно две луны назад.

– Иначе говоря, примерно два месяца назад, – любезно перевела для особо непонятливых Лисса. – Интересно, что ты вообще будешь делать с этим сокровищем… Не подумай, что малыш мне не понравился – он очарователен, вне всякого сомнения, но выходить за него замуж… несколько преждевременно… То есть… чем вы будете заниматься в первую брачную ночь?

– В смысле? – нахмурилась собеседница.

Лисса беспомощно развела руками и покосилась в мою сторону. Я, в свою очередь, пожала плечами. Ну откуда мне знать, о чем думали венценосные родители, предлагая чадам брак в столь удивительно раннем возрасте. Может, они решили заранее приучить молодую супругу ухаживать за младенцами в чисто воспитательных целях? А что? Мысль недурна. Что-то вроде эксперимента «воспитай себе мужа».

– А что, по-твоему, делают с младенцами? Накормит, вымоет, поменяет пеленки, прочтет сказку на ночь и споет колыбельную.

– Какую колыбельную? – опешила принцесса.

– Не знаю… Какую выучишь. Или у тебя нет слуха? Странно. Я где-то читала, что из эльфов выходят неплохие барды.

– Да о чем вообще речь? – возмутилась Норандириэль. Выхватила из рук охотницы медальон и с удивлением уставилась на миниатюру. – Ой! Это сын моей кормилицы, а жених вот.

Она захлопнула крышку, перевернула медальон другой стороной и торжественно вручила его нам. Мы во все глаза уставились на портрет. М-да, а он красив, можно сказать, смазлив до неприличия. Высокий лоб, правильные тонкие черты, чувственные губы, голубые с прозеленью миндалевидные глаза с поволокой и золотые волосы, густой волной ниспадающие на плечи. Впрочем, художник вполне мог польстить жениху, и судить о его внешности имеет смысл, только увидев оригинал, так сказать, воочию.

– М-да. Хорош, – вынесла свой вердикт Лисса, и голос ее прозвучал мягко, с придыханием.

Я пожала плечами. Что я, смазливых мужиков не видела?

– Предыдущий мне больше понравился… Такой роскошный карапуз… Мне его будет не хватать.

Эльфийка тонкого неназойливого юмора не оценила и насупилась. В ответ я пожала плечами. Все-таки режиссеры игры оказались далеки от оригинальности. Как обычно, собирается некая группа персонажей и отправляется спасать мир, королевство, страну, народ (нужное подчеркнуть). А тут вообще очень колоритный народ подобрали: блондинка (эльфийка), брюнетка (охотница) и рыжая (это я): просто микрофоны в руки – и группа «ВИА Гра».

– Минуточку. Ты же сказала, что брак по воле родителей в вашей семье в порядке вещей, – нахмурилась охотница, и Норандириэль кивнула в ответ. – Тогда почему тебя удивило то, что отец решил женить младшего сына?

– Дело вовсе не в том, что Синуэссаэль вынужден жениться в столь юном возрасте (он, между прочем, не достиг и двухсот лет)…

– Да уж… юноша… – удивленно присвистнула я. – А ему борода ходить не мешает?

– Нет. У него вообще нет бороды. Эльфам растительность на лице несвойственна, – удивленно моргнула Норандириэль.

– По человеческим меркам молодому принцу примерно лет пятнадцать-шестнадцать, – поспешила пояснить Лисса.

– Да, – подтвердила принцесса. – Он еще не окончил школу. Но дело не в скоропалительности брака, а непосредственно в персоне невесты. Эта, с позволения сказать, леди (слово «леди» в устах девушки прозвучало как ругательство с большой буквы) появилась неизвестно откуда. Злые языки поговаривают, что правитель клана Золотого листа Анксуэль прогуливался верхом в одной из рощ близ своих земель и встретил прекрасную деву. Он воспылал к незнакомке любовью, не прошло и недели, как дама стала его законной супругой и полновластной соправительницей клана. Многие были возмущены этим чудовищным мезальянсом. На момент скоропалительной женитьбы влюбленного правителя прекрасная Фредегонда не только не носила даже самого захудалого титула, но и вообще оказалась полукровкой.

Лисса удивленно выдохнула.

– Неслыханно. И Совет кланов допустил такое?

– Не совсем. Анксуэль настоял на своем и разорвал отношения со всеми кланами.

– Даже так? Интересно посмотреть на эту сказочную диву, ради которой эльф, разменявший не одно столетие, забылся настолько, что наплевал на Совет кланов.

– Не знаю как вам, смелая охотница за головами, а мне как раз предстоит не только полюбоваться на прекрасную Фредегонду во плоти, но и стать ее сестрой. Ведь это ее мой отец решил сделать женой Синуэссаэля в надежде посадить младшего сына правителем клана Золотого листа, а в перспективе объединить два клана.

– Ух ты! Эльфы практикуют многомужество, – обрадовалась я. – Приятное разнообразие. Обычно мужчины ратуют за гарем… Правда, сами содержать его не могут.

– Анксуэль не прожил и двух лет в браке, и его новоиспеченная супруга рано овдовела после несчастного случая на охоте. Ирония судьбы: один из лучших наездников упал с лошади и расшибся насмерть. Мало кто верит, что это действительно несчастный случай, но моего отца так просто не переубедить. Он вбил в свою голову, что лучше жены Синуэссаэлю не сыскать, да еще и в приданое целый клан… А я боюсь, что брата постигнет участь первого мужа Фредегонды, – девушка горестно всхлипнула, извлекла из рукава изящно вышитый платочек и промокнула глаза. – Словом, вы просто должны мне помочь… Нам надо украсть Синуэссаэля…

– Что?! – одновременно воскликнули мы, являя единодушие практически сплоченной команды. Просто мечта любого тренинга по тимбилдингу.

– Именно, – просияла Норандириэль. – Если мы его украдем – свадьба не состоится.

– Зато легко может состояться наша показательная казнь, – мрачно заметила Лисса.

– Почему казнь? Конечно, папа у меня строгий, но он не станет карать нас сурово за практически невинную шалость.

– Небольшая поправка. Разумеется, тебя он максимум выпорет хворостиной, а нас за покушение на особу королевской крови в лучшем случае посадит на кол.

– На кол? – опешила я и заерзала на стуле от такой неприятной перспективы. Игра игрой, но звучало все очень правдоподобно. – А можно мы не будем похищать принца… Или хотя бы потренируемся на каком-нибудь графе… Барон, кстати, тоже подойдет.

Но принцесса похищать барона отказалась наотрез. Подавай ей принца – и все тут. Пришлось согласиться на ее условия, тем более что взамен она обещала неограниченный доступ к личной библиотеке, в которой наверняка найдется способ вернуть меня обратно. Видимо, это в игре называлось именно так. Ладно, чего только не сделаешь, чтобы попасть наконец домой. Даже пойдешь людей воровать, пусть и понарошку.

– Ладно, – сладко потянулась Лисса. – Пора на боковую. Завтра всем рано вставать.

– Правильно. Нужно выехать пораньше… по холодку.

– Куда выехать? – тут же заинтересовалась охотница.

– В мой родной град.

Брюнетка тяжело и глубоко вздохнула.

– Не принимай близко к сердцу, эльфы – народ древний и относятся к перворожденным, но иногда я сильно задумываюсь, уж не деградируют ли они. Может, это долгожительство отрицательно сказывается на ваших умственных способностях? Скажи, милое дитя природы, куда ты собралась ехать? У тебя есть лошадь?