Мастер душ. Том 3

Глава 1

– Десять тысяч двадцать один бобёр, десять тысяч двадцать два бобра, – до меня донёсся тихий голос Павла, который, не замолкая, считал каких-то бобров.

Последнее, что я помню, это то, как Лебедев с отцом Фёдором спустились на землю и подбежали ко мне. На этом моменте силы меня окончательно покинули, и я отключился, не выдержав усиливающейся боли в теле и непомерной слабости. Всё-таки разрыв колец первозданной энергии души несёт за собой очень серьёзные последствия.

Я сделал несколько глубоких вдохов, отмечая, что боли больше не чувствую, и открыл глаза.

– Десять тысяч сорок восемь храбрых, но одновременно трусливых оборотней-бобров… – Павел неожиданно замолчал, погружая комнату, где я очнулся, в просто оглушающую тишину. – Солнышко встало, птички запели, и мой хозяин-идиот наконец-то проснулся! – неожиданно заорал он, отчего я вздрогнул.

– Ты чего так орёшь, – прошипел я, оглядывая помещение. Светлое и практически пустое. Только кровать в центре комнаты, на которой я лежал, прикроватная тумба и пустой стул, стоявший рядом. Даже окна не было. Свет падал от светильника, висевшего под потолком.

– Радость выражаю, искреннюю между прочим, – пробурчал артефакт. – Да себя поздравляю, что удалось нарваться на такой экземпляр, как ты. Я, значит, подобрал его, приручил, воспитал, а он потом отплатил за мою бескорыстную заботу тем, чуть не оставив меня сиротой в тёмном лесу, густонаселённом демонами, – его голос просто сочился ядом. Я лишь усмехнулся и покачал головой.

– Сколько времени я провёл без сознания? – задал я вопрос, ответ на который в данный момент интересовал меня больше всего.

– Три недели без малого, – открыв дверь, которую я даже сразу не рассмотрел, вошёл отец Фёдор. – Сигнальные чары были настроены на то, чтобы оповестить меня, когда придёшь в себя. – Ответил он на мой недоумённый взгляд. – Даже и не знали, что с тобой делать, если ты в ближайшее время не очнёшься. Поэтому использовали только восстанавливающие и укрепляющие тело зелья.

– Долго провалялся, – поморщился я. Причём подозрительно долго. Я, конечно, ожидал, что процесс восстановления будет не быстрым, но, чтобы он затянулся на такое продолжительное время, было для меня неприятным сюрпризом.

– А ты чего хотел, разрушая уже сформированные магические каналы? – пристально посмотрел на меня мужчина и сел на стул, сложив на груди руки. – Откуда ты вообще узнал о такой технике? Никто из нас даже не слышал о подобном.

– Спонтанно как-то получилось, – уклончиво ответил я, поднимая подушку и садясь, опираясь на неё спиной. – Выхода другого не было.

– Конечно же, он был, – прищурился настоятель. – Например, дождаться нас и не лезть в непонятное место, подвергая себя опасности. Когда вы по лесу только начали бродить, мы уже прибыли в посёлок и пытались вас найти, тратя драгоценное время. Это потом мне ваш провожатый рассказал, что вы наложили иллюзию его знакомых и покинули поселение, чтобы вас никто не увидел.

– Откуда нам было знать, что вы находитесь рядом? – возмутился я.

– А это не вы послали старика Карпова к нам за помощью? – парировал отец Фёдор. – Нам, чтобы добраться от монастыря до этих Хабаров, понадобилось около получаса, и то, чтобы собраться отряд и открыть массовый телепорт. Хорошо, хоть Лебедев сразу примчался ко мне, когда понял, что вас выбросило неизвестно куда, а сам телепорт разрушился после вашего перемещения.

– Но мы узнали от того же Карпова, что Рубцов в беде, – пристально посмотрел я на настоятеля.

– И что? – покачал он головой. – Рубцов очень сильный маг и смог бы продержаться до нашего прибытия. Тем более, демоны, которые охраняли колонну, были не слишком сильными, включая мага, проводившего ритуал. Тщеславие и желание выслужиться перед Повелителем заставило их раскрыться, как только они увидели вас на той поляне.

– Почему вы не обнаружили это место раньше? – продолжал возмущаться я. – Насколько мне известно, туда даже Стражей отправляли. Как-то не слишком хорошо они свою работу выполнили.

– Потому что активацией колонны руководили не высшие демоны и маги, даже не шестой ступени. Их бы мы сразу обнаружили и поняли, что они затевают. Поэтому им пришлось скрываться, чтобы не привлечь наше внимание. А так, это всего лишь аномалия. Одна из многих, которых на территории нашей империи больше сотни. Но, которые мы сейчас, разумеется, проверяем. Во избежание, так сказать, очередных сюрпризов.

– Хорошо, где я? – задал я очередной вопрос, понимая, что спорить с мужчиной было себе дороже. Всё равно его точка зрения отличалась разительно от моей.

– У меня в монастыре, – коротко ответил он. – Ты был слаб, поэтому перемещать тебя при помощи портала мы посчитали рискованным. Сразу отвечу, твои друзья и наставники не здесь. Пока ты восстанавливаешься, они должны продолжить обучение, а никто не сможет лучше обучить феникса, чем другой феникс, а некроманта другой некромант. Ты же, до полного восстановления, останешься здесь. Так будет безопаснее, и это не обсуждается, как и любой другой приказ князя Уварова.

– Но это может занять несколько месяцев! – я возмутился такому раскладу. Находиться вдали от ставших близкими мне товарищей, так долго мне не хотелось.

– Да, это наверняка займёт минимум несколько месяцев, – серьёзно ответил настоятель. – И ты ещё не скоро сможешь пользоваться магией душ, если вообще когда-нибудь сможешь. Поэтому проходить восстановление и продолжать обучение, ты будешь именно в монастыре, под моим руководством, как обычный клирик. Магия для клирика не самое главное.

– А как же Школа Стражей? Временной барьер для меня был бы актуальнее в текущих реалиях.

– Школа расформирована по приказу твоего отца. Здание законсервировано, все телепорты отключены. Слишком много перебежчиков и предателей оказалось среди Стражей, чтобы продолжать им доверять, – холодно произнёс отец Фёдор. – Все студенты распущены по домам. Те, кто захотел продолжить обучение хотя бы на клириков, остались в монастыре. Но таких не очень много. В отношении каждого Стража будет проведено расследование, и как только все проблемы разрешатся, будет происходить полная реконструкция Школы. Но этот процесс небыстрый и, скорее всего, начнётся в мирное или относительно мирное время.

– Вполне ожидаемо, – поморщился я, откидывая голову на подушку и активируя истинное зрение, чтобы посмотреть, что творится с моими каналами.

Ну что я мог сказать. Кольца ранга восстановились, но были очень бледными и не могли задерживать в себе первозданную энергию, которая аморфной субстанцией окружала сердцевину души. Хорошо хоть первый этап восстановления прошёл успешно. Именно на нём меня элементарно выключило, чтобы я даже случайно не смог помешать своему самоисцелению.

Исходя из этого, Школа бы мне подходила для восстановления гораздо больше, чем помещение монастыря. Всё-таки там энергии гораздо больше во внешней среде. Тут же её крохи. Да и вряд ли я в ближайшее время смогу найти какого-нибудь демона или оборотня, чтобы подправить своё немного пошатнувшееся магическое здоровье.

– И да, сразу хочу тебе сказать, что никто не знает о том, что ты находишься здесь. – Отвлёк меня от размышлений настоятель. – Когда ты потерял сознание в лесу, откуда-то пошёл слух, что ты серьёзно ранен, или даже погиб. И это, как ни крути, нам сейчас на руку. О том, что ты жив и относительно здоров, знают всего несколько человек.

– А мои друзья? – поинтересовался я.

– Милослава сразу всё поняла. Вы с ней связаны на магическом уровне, и она может ощущать твоё состояние. Сергей, разумеется, тоже. Как ни крути, он всё-таки некромант, хоть и совершенно необученный, – усмехнулся отец Фёдор. – Как так получилось, что ты смог магически связать себя с девушкой, мы тоже до конца не поняли. Надеюсь, её мать в этом сможет лучше разобраться.

– Мне надо использовать иллюзию? – уточнил я, прекрасно зная ответ. Мужчина кивнул, задумчиво глядя, как меняются очертания моего лица. Павел всё сделал быстро и аккуратно, лишь лёгкое ощущение маски неприятно холодило лицо, но и к нему я уже очень скоро привыкну. – Мне нужно что-то ещё знать?

– Да. Разрушенная тобой колонна явно нарушила планы Повелителя демонов. Армия отступила от границ нашей империи. Но это, скорее всего, временный эффект. Однако нельзя отметить, что наследный сын императора Годунова, Григорий, вместе с его ближайшим окружением сбежали из столицы. Великих князей, принявших сторону Булгакова, тоже никто не может найти. Поэтому сейчас все, кто нарушил их планы, а это в большей степени ваша троица, могут быть в ещё большей опасности, чем ранее. Нельзя исключить того, что они захотят с вами не столько поквитаться, сколько обезопасить свои будущие планы, от трёх не совсем стандартных молодых магов, что суют свои носы туда, куда другие и не подумали бы. – С усмешкой проговорил отец Фёдор и поднялся на ноги.

– То есть сейчас образовалось временное затишье для империи в целом? – тихо спросил я.

– Да, и как мы считаем перед самой настоящей бурей. – Серьёзно проговорил он. – Именно поэтому мы вас разделили и как смогли спрятали от окружающих. Вы отличный отряд, но сейчас вам вместе будет находиться опасно. Отдыхай. Скоро подойдёт наш целитель и осмотрит тебя. Если всё будет в порядке, то через час спустишься на обед в общую столовую.

– Как будет проходить моё обучение? – остановил я отца настоятеля, когда тот уже подходил к двери.

– Сначала физическая реабилитация в общей группе, а там посмотрим. Кстати, после обеда поднимись ко мне. Нам нужно уже, наконец, разобраться с одним делом, – он окинул меня в очередной раз задумчивым взглядом и вышел из комнаты, закрыв за собой плотно двери.

– Да уж не слишком как-то всё радужно, – пробормотал я, откинув одеяло и поднимаясь на ноги, с удивлением обнаружив, что нахожусь в простой белой пижаме.

В теле чувствовалась сильная слабость, и отвыкшие за столько дней от нагрузок мышцы никак не хотели нормально работать. Но, так или иначе, по комнате я пройтись смог, даже не опираясь на стены.

– Пойдёт, – констатировал Павел. – Для первого раза. Главное, чтобы ты не валялся в кровати дальше, а заниматься начал. Вот спорим, когда ты сможешь ходить без посторонней помощи и одышки на более длительные расстояния, чем комната два на два метра, бобёр и твоя птичка уже пару уровней поднимут, станут обученными, ловкими и умелыми. А ты будешь их только тормозить. Они от тебя откажутся, будут вдвоём убивать легионы демонов, а ты грустно при этом смотреть со стены одной из застав, как твои бывшие соратники бросили тебя в инвалидном кресле, напрочь забыв о твоём существовании. Но не переживай, у тебя есть я. Я тебя не брошу, буду поддерживать морально, сказки грустные на ночь рассказывать, газетки читать, где обязательно будут писать про подвиги некроманта и феникса.

– Ты меня не поддерживаешь, – хмыкнул я.

– Я и не собираюсь тебя поддерживать, – тут же отозвался артефакт. – Я тебя мотивирую.

– Такая себе мотивация, – я обернулся на звук открывшейся двери, глядя, как в комнату входит немолодой мужчина в белом халате и каким-то странным чемоданчиком в руках. Ранее я с ним не встречался. Судя по его изучающему взгляду, меня он тоже видел сейчас впервые.

– Как умею, так и мотивирую, – пробубнил Павел. – Ладно, посмотрим, что скажет светила местной медицины. Может, не всё так плохо, как я тебе обрисовал, и на своих друзей ты будешь смотреть не из инвалидного кресла, а уверенно стоя на своих ногах и держась за стеночку, чтобы не упасть.

Осмотр занял не слишком много времени. Меня просканировали каким-то ярким зелёным кристаллом, повертели, прощупали и вынесли вполне утешительный вердикт, что физически я полностью здоров.

Проводив молчаливого лекаря взглядом, я повертел головой, в надежде, что найду хоть какую-то сменную одежду. Не увидев ничего, во что можно было переодеться, я вышел в коридор и направился к кабинету настоятеля. Спускаться вниз в общий зал в таком виде мне не слишком хотелось, поэтому я решил сначала обсудить с отцом Фёдором некоторые организационные моменты, о которых не додумался спросить ранее.

Меня без каких-либо проблем пропустил дежуривший на дверях клирик. Видимо, был предупреждён о моём появлении.

– Ты быстро, – отложив какие-то бумаги в сторону, проговорил отец Фёдор, поднимая голову.

– Мне не во что переодеться, – сразу же озвучил я свою проблему.

– Действительно, как-то вылетело из головы. Ладно, я решу эту проблему в ближайшее время, – кивнул он. – Владимир Васильевич отчитался, сказал, что ты в хорошей физической форме, несмотря на полное магическое истощение, – проговорил он. – Разумеется, истинную причину твоего длительного пребывания в бессознательном состоянии ему никто не сказал.

– Хорошо. Раз я здесь, что именно вы хотели обсудить со мной после обеда?

– Пойдём, – он поднялся и вышел из-за стола, проходя мимо меня на выход. Подождав, пока я выйду следом за ним, он запер двери и медленно пошёл вниз, сворачивая в один из коридоров.

– Ох, не нравится мне всё это, – простонал Павел.

Я мысленно с ним согласился. По этому коридору я уже несколько раз прогуливался. И вёл он в те злополучные теплицы, где я отрабатывал своё наказание за драку с младшим Репниным.

Только вот он выглядел в то время вполне прилично, а не так, словно его бомбили несколько недель. Стены местами облупились, пол кое-где был вздут и покрыт глубокими трещинами. И чем дальше мы продвигались, тем больше разрушений было вокруг. Дверей, ведущих в теплицы, вообще не оказалось на месте. На их месте зияла огромная дыра, через которую пробивалась какая-то густая трава, практически полностью перекрывающая вход.

– А теперь объясни мне, Михаил, что именно ты тогда сделал с этой дьявольской морковкой, что никто из клириков и приглашённых магов, включая твоего отца, не смогли разобраться с наложенными на неё чарами, – донёсся до меня недовольный голос настоятеля, когда он резко остановился, указывая на вход рукой. Он медленно повернулся в моём направлении и пристально посмотрел на меня, ожидая ответа.

– Проредил, вроде это так называется, – неуверенно проговорил я.

– Хм, надо же. Выглядит это обычно не так. Почему ты не исправил всё сразу, как только старший клирик показал тебе, во что превратились твои эксперименты.

– Я не подумал, что она продолжит расти, – честно ответил я, вспоминая, а почему, собственно говоря, Паша ничего не сделал? Никаких дельных воспоминаний на ум не приходило, поэтому я только сокрушённо покачал головой и глубоко вздохнул, принимая вид полного раскаяния.

– Миша, – осторожно пробормотал Павел, прекрасно чувствуя моё изменившееся настроение. – Я всё исправлю. Честно. Ну, наверное. Но я буду очень сильно стараться. А ты спроси, за ущерб нам нужно будет расплачиваться опять из моего кармана, или твой отец наконец-то выделит тебе хотя бы немного денег, и оплатит восстановление этой части монастыря?

Я ничего не ответил, только прикрыл глаза, стараясь не разразиться площадной руганью, которая явно была несвойственна сыну Светлейшего князя.

– В общем, разберись с этим феноменом, пока это мутировавшее растение не разрушило мне половину монастыря, – более мягко произнёс настоятель, по-своему интерпретируя моё молчание.

– Но магией я не могу пользоваться, – пробормотал я.

– Значит, там была какая-то магия. А ведь вам говорили, что в теплицах нельзя ей пользоваться, – прищурился он.

– Да не знаю я, как это вышло, – я аккуратно пробрался сквозь зелёную ботву, заходя внутрь и с ужасом осматривая пространство вокруг себя. Пробравшись немного вперёд, я вступил на какое-то возвышение и ошалело посмотрел наверх.

– Ух ты ж, блин. Миха, я точно такого не ожидал, – пробормотал Павел и заткнулся, давая мне время разглядеть огромную ботву, уходящую высоко в небо, которая не только разрушила крышу, но и начала заполонять другие отсеки, разбивая стеклянные стены и разрастаясь во все стороны далеко за пределы моей видимости. Я посмотрел себе под ноги, понимая, что стою не на пне, а на огромном корнеплоде, который показался небольшой своей частью из-под земли.

– Ты не можешь использовать энергию души, а магией своего ядра пользоваться тебе никто не запрещает, – проговорил отец Фёдор, когда я в полной мере насладился тем эффектом, который получился от художеств Павла. – Но ты скажи, что именно нужно сделать, чтобы нам хотя бы выдернуть этих громадин можно было, а то на сами плоды наложены какие-то защитные чары, которые слились с охранной системой монастыря. Их можно было разрушить, всё-таки я маг седьмого уровня. Но при этом вся охранная система этого места разбилась бы вместе с ними.

– Я постараюсь разобраться, – пробормотал я, поворачиваясь в сторону настоятеля.

– Хорошо. Оставлю тебя на некоторое время одного. Надеюсь, за это время ты не вляпаешься ни в какие неприятности, – недолго промолчав, проговорил отец Фёдор и, окинув бывшую теплицу взглядом, вышел из неё, переступая через сломанную ботву.

– Так что ты сделал, экспериментатор хренов? – процедил я, садясь на колени и прикладывая руку к земле. Перстень едва нагрелся, а в груди немного прострелило. Но кольца оставались стабильными, значит, толика позаимствованной Павлом энергии никак не повлияла на процесс восстановления.

– Да ничего такого. Просто немного роста добавил, кто ж знал, что так хорошо получится, – пробубнил сосредоточенно он.

От меня отделилась едва заметная переливающаяся серебристая волна, которая распространилась по всему занимаемой морковью периметру.

– Ну вот и всё. Чего было так ругаться? Тоже мне, маги седьмого уровня, с обычными чарами роста и укоренения справиться не смогли. Вот и изучай только боевую магию. У меня хозяином лет сто назад, был один садовод, там я и подсмотрел многое, да изучил. Иногда полезные вещи попадались… Бежим!!! – неожиданно заорал Павел, когда по земле прошла дрожь. Морковка-исполин, на которой я всё ещё стоял, начала медленно подниматься вверх, а вся ботва – резко увядать и падать прямо на меня.

Раздался небольшой едва слышимый хлопок, и оставшаяся часть крыши, оставшись без опоры, разлетелась на мелкие осколки и полетела вниз, накрывая меня стеклянным ковром.

Глава 2

Я зашнуровал высокие удобные ботинки и поднялся с кровати, после чего подошёл к зеркалу. Прошло уже почти полтора месяца с тех пор, как я выбрался из-под обломков крыши и засохшей ботвы, по толщине напоминающей стволы молодых деревцев. Как мне удалось избежать тяжёлых травм, до сих пор остаётся загадкой. Павел точно щит не смог наложить, а я элементарно не успел. Реакция не позволила обратиться к ядру силы, магия которого как бы не старался, всё ещё была для меня чужеродной. Ну хоть защитные чары монастыря не пострадали. Только вот теплица, по крайней мере, та часть, где росла эта злополучная морковка, восстановлению не подлежала. Но это уже, как говорится, издержки.

Отлежавшись неделю, залечивая ушибы, синяки и царапины, я приступил к тренировкам и теперь уверенно мог сказать, что физически смог полностью восстановиться.

Сейчас на меня из зеркала смотрел парень на вид лет шестнадцати, с серыми невыразительными глазами и волосами цвета свежей соломы. Черты лица Павел оставил те же. Мы решили изменить чары маскировки, потому что многие из клириков и учащихся монастыря могли узнать Михаила Вайса, который нехило им так подпортил жизнь в битве за урожай. Поэтому мы остановились на этом варианте, не привлекающем излишнего внимания. Да и никто не смог бы узнать в этом юноше черноволосого подростка с ярко-синими глазами.

Придирчиво осмотрев свой внешний вид, я поправил чёрную тренировочную форму клириков, которая на удивление была удобной и практичной. Чего нельзя было сказать о форме Стражей с этими их плащами, смысла в которых я так и не увидел. Да и в принципе, вся система обучения двух школ разительно друг от друга отличалась.

Если из Стражей готовили исключительно магов, не делая упор на физические тренировки и владение хоть каким-нибудь оружием, то в монастыре подготовка была диаметрально противоположной. Сильные маги в клирики не шли, поэтому разработанная схема подходила обычному человеку или оборотню. Последних в монастыре, кстати, было больше. Занятия же Лебедева были какой-то дикой смесью двух школ, и что уж говорить, по эффективности явно превосходили каждую по отдельности.

– Слушай, я тут всю ночь изучал книжку, которую тебе подкинул настоятель, – впервые за это утро подал голос Павел. – По факту ничего нового не узнал и вряд ли с помощью этой беллетристики, а по-другому эту туфту у меня язык не поворачивается назвать, ты сможешь решить свою проблему. Они бы ещё эти пафосные и художественные эпитеты, которыми восхваляют духовное оружие, в стихи переложили, цены бы ей не было на каком-нибудь собрании по специфическим интересам. Тьфу, – презрительно произнёс артефакт.

– И что нам теперь делать? – задумчиво посмотрел я на своё отражение. Что касается изучению нового материала и передачи мне общего смысла, я полностью доверял Павлу, хотя до сих пор даже представить не мог, как он это делает. А спросить пока не поворачивался язык. – Проблема с духовным оружием никуда не делась.

– Ну какая эта проблема, – если бы у Павла были глаза, судя по интонации он бы точно их закатил. – Просто ты не можешь понять его истинную суть и открыть все его возможности. А книжки тебе вряд ли помогут уединиться с твоим трезубцем и вытрясти из него необходимые для тебя знания. Тебе не приходило в голову, что подобные нюансы связаны с твоей не до конца восстановленной первозданной энергией? Может, когда ты полностью сможешь магией душ пользоваться, всё само собой наладиться?

– Нет. Духовное оружие является отражением самой души, а не первозданной энергии, и от последней никак не зависит. – Я покачал головой и вышел в центр комнаты, призывая свой трезубец.

Практиковаться с ним я мог только в пределах своей комнаты. Ибо подобное оружие привлекает слишком много внимания. А мне это сейчас было совершенно не нужно.

Духовное оружие по силе равно силе мага. Три кольца, третий уровень силы. Следовательно, три умения, которыми должен быть наделён трезубец. Первое было едино для всех – призыв оружия и обретения его материальной формы. Дальнейшие свойства каждый маг должен определять самостоятельно. Как бы ни описывал отец Фёдор процесс объединения сознания с духовным оружием, до конца этот механизм я понять не мог, и третий навык был для меня до сих пор неизвестен.

Зато со вторым я разобрался практически сразу в Хабарах. Волна силы, которая распространялась от трезубца, стирала все простенькие Тёмные и демонические чары. На более сложные артефакты и иллюзии, конечно, его мощности пока не хватало. Но я был практически уверен в том, что, чем сильнее я буду становиться, тем сильнее будет это свойство.

– Единственное, что может быть полезным, но для тебя некритичным, потому что ты никогда не слушаешь совета умных артефактов или создателей учебников для магов, это сноска под пятой главой на тридцать девятой странице. – Тоном строгого учителя проговорил Павел, выбрасывая книгу на пол передо мной. – Духовное оружие не рекомендуется выпускать из рук, по одной простой причине: при его повреждении или разрушении, может пострадать сама душа мага. Поэтому используйте его в редких случаях.

– И как тогда пользоваться трезубцем, если не выпускать его из рук? – хмыкнул я. Про подобное предостережение мне отец Фёдор не рассказывал. Возможно, он просто не подозревал о том, каким именно способом я додумался разрушить демоническую колонну.

– Молча. Кисть человека имеет свойство сжиматься в кулак, и примерно таким же способом можно сжать что-то наподобие древка твоего трезубца. Естественно, при этом не рекомендую тебе бросать его в противников, огромные чёрные монолиты и просто пытаться пробить им каменные стены. Это просто. Попробуй как-нибудь, возможно, тебе это может даже понравиться, – едко прокомментировал он моё замечание.

– И почему в таком случае при столкновении с демонической колонной оно не разрушилось и даже не пострадало? – поинтересовался я, как обычно, вздрагивая от мелодичного перезвона колоколов, оповещающих о том, что осталось всего пять минут до завтрака.

– Может, потому, что колонна ещё была не активирована? Или у тебя просто нет души? Я ставлю на второе, – фыркнул Павел. – Только бездушная скотина может так обращаться со своим наставником, гуру и преданным товарищем, то есть со мной, если ты не понял.

Я перстню ничего не ответил. Спорить с ним – себе дороже. Да и, честно сказать, ни одного спора я с ним не выиграл. Спустившись, я прошёл в столовую, где сегодня было на удивление людно. Обычно занято не больше половины столов. Сейчас же пустовали единицы. Под мерный гул голосов я занял один из двух ещё незанятых столиков и в который раз за утро обвёл собравшихся взглядом.