Звёздный «Кентавр». Шаг назад

Глава 7

Мы с Настей смотрели на звёзды, а они с любопытством взирали на нас и даже подмигивали. В больших, прозрачных шлемах, мы стояли на поверхности Марса у самой линии горизонта. Под ногами валялись булыжники, тёмно-бардового цвета и таким же был горизонт. Я ударил ногой один из камней, и он, словно футбольный мячик, пролетел метров двадцать и упал в кратер. Поверхность Марса не представляла ничего интересного, и я больше смотрел на Настю. Она была в восторге и крепко держала мою руку. Я подозревал, что это всё не настоящее, однако делал вид, как будто мы действительно шагаем по красной планете. Подпрыгнул я с лёгкостью и даже сумел задержаться на высоте в три метра буквально на несколько секунд. Настя подпрыгнула за мной и радостно хлопала в ладоши.

– Здорово, правда?

Глаза её горели необыкновенным светом, это было заметно даже через стекло шлема. Корабль наш остался позади, мы забрались на небольшой валун и продолжали смотреть по сторонам. Людей на планете не было, она абсолютно безжизненна и пуста. Настя продолжала тянуть меня за собой, и казалось, что совсем не устала.

– Нам пора возвращаться, – сказал я, когда увидел на стекле шлема бегущую строку. – У нас в запасе десять минут, и на корабль.

Настя кивнула и ещё несколько раз подпрыгнула. Я уже начинал беспокоиться о ней. Порхая словно мотылёк, который вырвался из паутины, и сейчас от радости не может найти места, Настя носилась довольная и жизнерадостная. Вернувшись на корабль, мы сняли шлемы, и посмотрели друг на друга. У Насти лицо светилось, словно первая вечерняя звёздочка. Щёки, шея, у неё горели от прыжков, и были в мелких бисеринках пота. Я бережно вытер их рукой и поцеловал.

– Наш первый поцелуй на Марсе, – резюмировала Настя, и тут притянула мою голову руками и со страстью поцеловала в губы.

– Фу ты, у меня голова закружилась, – сказала она и убрала прядь волос со лба.

– Ты сегодня очень красивая, не могу налюбоваться.

Мы бы ещё долго сидели и смотрели друг другу в глаза, но металлический голос предупредил, что корабль готов к взлёту. Полёт обратно прошёл в молчании. И мне не хотелось нарушать тишину. Я держал Настю за руку, и был самым счастливым человеком во всей Галактике, уже твёрдо понимая, что не смогу жить без Насти.

Выйдя из парка, мы уселись в уютном кафе, которое располагалось в тени двух столетних дубов. Их густая крона заботливо укрывала посетителей, словно мать новорождённого ребёнка. Было прохладно, и восточный ветер с трепетом развевал волосы Насти. Она ела маленькой ложечкой мороженое с клубникой и с нежностью заглядывала мне в глаза.

– Ты сейчас в отпуске?

– Да, отпустили на неделю домой.

Мне не хотелось сейчас говорить о службе, тем более что я ещё не принял окончательного решения по поводу возвращения в часть.

– Где бывал? Расскажи, а то ты всё время молчишь. Тебя что-то беспокоит?

– Нет, Настенька, мне хорошо с тобой, в такие минуты забываешь обо всём, и не хочется говорить о службе.

– Тяжело?

Настя не думала отставать, и мне пришлось ей кое-что поведать, да и то, в общих чертах. С нас брали подписку о неразглашении условий военных экспедиций. Она внимательно слушала и смеялась, когда я рассказывал про Люмикс.

– Скажи Настя, а ты смогла бы меня ждать здесь, на Земле.

Голос мой стал серьёзным, даже слегка грубоватым. Настя смутилась, и ничего не ответила. Это меня в глубине души задело, и я ещё раз спросил.

– Это сложный вопрос, и ответ на него тоже сложный. Я не могу сказать. Прости и не суди меня. Ждать не трудно, когда любишь и знаешь, что вот-вот наступит долгожданный момент встречи. Женщина живёт такими мгновеньями и готова многим пожертвовать. Ты понимаешь, о чём я?

Я многозначительно закивал и подпёр рукой голову. Настя отстранила стаканчик и собралась уходить. Настроение у неё почему-то исчезло.

– Ты хочешь уйти?

– Да, мне пора. Вечером нужно идти на работу, в ночную смену.

– Но ведь ты не ответила на мой вопрос.

Мне не хотелось отпускать Настю, и я всячески пытался её задержать.

– Прежде, чем получить ответ, ты должен сам определиться. Мы, Алексей, уже не дети, школьные годы не вернуть, как, впрочем, и юность.

Настя ушла, и оставила меня одного. Она, конечно, была права, ведь я толком не мог решить, или искать работу на Земле, или же продолжать службу. Меня тянуло небо, приключения, погони, перестрелки, другие миры, поиски новых планет, разведка. И вот, видимо, пришёл тот день, когда я должен оставить службу и взяться за мирное ремесло. Вернулся домой я абсолютно подавленным и на все вопросы отца отвечал банально либо «да», либо «нет». Отец раскусил меня быстро и, усадив на кухне за стол, стал расспрашивать.

– Ты поссорился с Настей? Наверное, нагрубил? Или же случайно обидел?

– Ничего я не поссорился, всё нормально.

– Так, где же нормально? Ты себя в зеркале видел? Нет? Тогда глянь и поймёшь, почему я волнуюсь.

В зеркальном отражении на меня смотрел осунувшийся мужик. Грудь впалая, лицо бледное с красными глазами. В этом парне было трудно узнать «Кентавра», грозу миксиан и прочих опасных для человека личностей.

– Да уж, не фонтан, – огрызнулся я своему отражению и хотел уйти, но отец не отпускал.

– Что ты сопли распустил. Я не чужой для тебя человек. Будь мужиком и поделись с отцом своими проблемами. Авось, что – то вместе и придумаем.

Я рассказал о Насте, и с тяжёлым сердцем смотрел на отца. Он почему-то рассмеялся и пригрозил мне пальцем.

– Эх ты, девушка тебя любит, а ты не можешь этого понять.

– Если любит, тогда почему не ответила на мой вопрос.

– Почему? Да потому, что ты ни разу ни признался в любви по– настоящему. Ты не знаешь, что будет завтра. Не готов к нему. И профессии у тебя как таковой нет. Много ума не нужно, чтобы стрелять и бегать за динозаврами по горам и степям. А ты вот здесь заработай кусок хлеба свои горбом и прокорми семью.

– Так у меня нет семьи. Нет, конечно, у меня есть ты и на жизнь нам вроде бы как хватает. Так же?

– При чём здесь я, дурень? Любая девушка хочет иметь надёжное мужское плечо рядом. Детки, жильё, и в семье была полная идиллия. А ты? Чем ты можешь доказать Насте свою любовь?

– Могу встать на колено и громко сказать об этом.

– Сынок, словам не велика цена. Я вон матери твоей обещал «золотые горы», а видишь, как получилось…

– Ну, и что мне делать?

– Вот, наконец-то, я слышу слова мужчины. Мой тебе совет, во-первых, ты должен понять, если один член семьи военный и бороздит просторы Вселенной, тогда это не семья, а чёрт знает что. Какая молодая баба захочет сидеть одна, без мужика.

– Жена?

– Правильно жена, однако такую женщину ещё найти нужно. А в наше время такая одна на миллион. Предположим, ты с Настей расписался и продолжаешь служить. Тебя нет на Земле полгода, или больше. Ревновать не будешь? Я по себе знаю, когда с твоей матерью расписался, и уехал на две недели в командировку, то места себе не находил. И дело здесь не в том, любит она или нет, в другом, мы все живые люди, и поддаёмся мимолётному искушению. Не могу утверждать, что все такие, но большинство точно. Проверено на личном опыте.

– Мать тебе изменяла?

– Честно?

– Ну да, если уже у нас с тобой откровенный разговор.

– Один раз изменила. Ты тогда маленьким был, годика два или три. И изменила с моим лучшим другом. Получилось как в анекдоте, я на вокзал в командировку, а она любовника в постель. Я бы не узнал, если бы дома на шкафчике не забыл паспорт. Взял такси и возвращаюсь домой. Ну, и на горячем их застал.

– Неприятно побывать в такой ситуации.

– Неприятно говоришь? А «рога» носить, которые твоя мамка мне поставила приятно?

– И как ты поступил?

– Как поступил? Друга выбросил с балкона, в чём мать родила, на улицу. Мамку твою выгнал, ненадолго. Через неделю простил, когда она на коленях приползла под двери и со слезами на глазах умоляла о прощении.

– Простил?

– А куда мне было деваться? Любил я её и продолжаю любить, сынок. Я тогда неделю из дому не выходил. Пил беспробудно, до тех пор, пока водка не опостылела. Думай, что делать. Об одном прошу тебя, не напори горячки. Парень ты резкий, можешь дров наломать. К Насте подход нужен, она девушка умная и своенравная.

Глава 8

Трегубов уже лишние пятнадцать минут, ждал Крысу. Тот не спешил, и подполковник прохаживался по холлу гостиницы в гордом одиночестве. Рассматривая проспекты с рекламами на мониторах, которые предлагали незабываемый отдых на других планетах, он понимал как это ему не по карману. Всё стоило приличных денег. Нервно покусывая губу, он косился на дверь. В гостинице посетителей было мало, и никто не обращал внимания на стройного и подтянутого мужчину. Учёный возник из ниоткуда и, переминаясь с одной ноги на другую, смотрел на свои грязные кеды. Вид у него был затрапезный, и Трегубов сморщил нос и покосился в сторону метрдотеля.

– Где тебя черти носят, я уже тут полчаса околачиваюсь. Принёс?

– У меня к вам разговор, мы можем поехать ко мне домой и обсудить.

– Что?

У Трегубова от неожиданности отвисла нижняя губа. Ему не хотелось неизвестно куда ехать на ночь глядя. Но он спокойно выдержал паузу и схватил Крысу за футболку.

– Мне нужны таблетки, – прорычал он словно тигр, в глазах Трегубова сверкнули молнии, в такие минуты он был способен на любой поступок.

– Не нервничайте Сергей, и отпустите меня. Мы можем привлечь внимание посторонних.

Крыса оскалился и поправил толстые очки, которые в любую секунду могли упасть и разбиться.

– Это в ваших интересах, уверяю.

Он старался говорить как можно спокойнее, и сверлил водянистыми глазами Трегубова. Тот тяжело дышал, но постепенно успокаивался.

– Поедем, Сергей, час драгоценного времени ничего не решит. Ни в масштабах Земли, ни тем более Вселенной.

Крыса демонстративно развернулся и потопал к выходу. Трегубову ничего не оставалось, как следовать за этим недоноском. За гостиницей в глухом переулке был припаркован автомобиль последней модели. Он мог передвигаться как по земле, так и по воздуху. Подполковник застыл от неожиданности, когда увидел, как Крыса лазерным лучом сканирует дверь.

– Прошу вас, Сергей, мы теряем время.

Трегубов уселся на заднее виденье и включил кондиционер. Холодный воздух подействовал отрезвляюще, и он с неимоверным усилием воли взял себя в руки. Хотя были мысли пристрелить Крысу. Машина мягко поднялась на метров десять и рванула вперёд. Скорость была бешеной и у Трегубова, от мелькающей перед глазами рекламой, чуть не закружилась голова. Крыса не оборачивался и управлял машиной при помощи голоса. Они остановились возле окон высотки. Трегубов посмотрел вниз, на спящий город, и от страха сглотнул слюну. Дверь в машине открылась и выехала коротенькая лестница, которая вела прямо в квартиру Крысы. Окна как по мановению волшебной палочки распахнулись, впуская хозяина и его гостя внутрь. Трегубов обернулся, чтобы посмотреть на машину. Но с ней ничего не случилось. Она так и продолжала зависать снаружи. Подполковник оказался в просторной светлой квартире, обустроенной по новейшим технологиям. Стены были обвешаны картинами и старинными масками. Огромные окна давали столько света, что можно было не пользоваться освещением, даже вечером. Стеклянный пол, представлял, из себя океанский аквариум. Разноцветные рыбки сновали туда-сюда по лабиринтам из коралловых рифов. Специальная подсветка автоматически усиливалась и тут же медленно угасала. Это завораживало. Крыса исчез, давая возможность гостю задохнуться от зависти. Трегубов смотрел на убранство, прекрасно понимая, откуда у этого выродка деньги на такую роскошь. Крыса появился с двумя бокалами вина в руках и, с ехидной улыбочкой, предложил выпить. Подполковник взял бокал и, не раздумывая, осушил до дна.

– Ты, что фетишист?[2] – спросил он, усаживаясь на кожаный диван.

– С чего вы взяли? – удивился учёный.

– Маски, черепа и прочая хрень. Неужели это так интересно?

– Ну что вы, Сергей, это история, вдобавок ко всему неплохое капиталовложение. Антиквариат с годами становится дороже, картины оседают в частных коллекциях и никогда не появляются в музеях.

– Давай к делу, – оборвал на полуслове Трегубов хозяина. Ему не терпелось получить свои таблетки и как можно скорее вернуться домой.

– Это вам, берите.

Крыса протянул заветный пакетик Трегубову. Тот поднялся и резко вырвал его из рук учёного.

– Сколько?

– Что сколько? – спросил, недоумевая хозяин квартиры, смакуя красное вино.

– Денег сколько?

– А, вы об этом…Ничего не нужно. Это мой подарок, абсолютно безвозмездный.

Эти слова ошпарили кипятком Трегубова, он спрятал пакетик в карман куртки и уставился на Крысу. Молчание нарушил хозяин, когда допил вино, и поставил пустой бокал на кушетку.

– Я собственно вот зачем пригласил вас. Пожалуйста, выслушайте и не перебивайте. Договорились?

Трегубов молча кивнул и откинулся на мягкие подголовники. Таблетки были у него, и деньги тоже, так что можно было спокойно выслушать этого идиота.

– У меня есть информация, – начал учёный, что вы разрабатывает секретный проект, под названием «Зеркало».

Трегубов от неожиданности подскочил и хотел врезать Крысе по морде, но сдержался. Сжимая кулаки, он снова уселся и уставился на хозяина. Лицо того светилось от радости, и он продолжил:

– Не спрашивайте, откуда мне известно. Всё равно я вам не смогу ответить на этот вопрос. У меня к вам деловое предложение, благодаря которому вы сможете со временем оставить службу, и переселится на другую планету, имея для этой цели необходимые средства.

– Что ты предлагаешь? – спросил Трегубов, заметно нервничая.

– Я предлагаю запустить в этот проект нашего человечка.

Глаза у него прищурились, нос вытянулся, лицо стало ещё больше напоминать крысу.

– Увы, я не смогу это сделать, даже при большом желании. И что это даст? Точнее, какая тебе выгода от этой затеи? И не забывай, что если я дам согласие, рискую не только карьерой, но и жизнью. За такие штучки могут отправить на Венеру, в ледяные казематы. Ты слышал об этом?

Учёный покачал отрицательно головой.

– Я этим не интересуюсь.

– А зря, потому что если мы провалимся, ты тоже загремишь туда же. Мне, как военному изменившему присяге, грозит трибунал, вплоть до полного физического уничтожения.

– Риск благородное дело, игра стоит свеч, уверяю.

– Не люблю, когда со мной играют, словно кошка с мышкой. Или ты расскажешь, что именно задумал, или я отказываюсь принимать в этом участие. Я должен всё знать, как непосредственный руководитель, можно и так выразится.

– Резонно, я об этом не подумал. Ну, хорошо, я расскажу тебе.

Крыса встал и направился за вином. Пузатая бутылка едва умещалась в его маленьких лапках. Трегубов протянул свой бокал, и хозяин квартиры его наполнил до краёв.

– Наш человек сможет оказаться в прошлом, и как следует там поработать.

– О какой работе речь?

– Ну, например, он сможет посетить Лувр в Париже, и доставить сюда известные картины.

– Так, так, дальше давай, я внимательно слушаю.

– Это только маленькая часть возможностей «Зеркал». Он сможет проникнуть в любой банк мира, и вынести оттуда столько золота, сколько сумеет унести. Завладеть базой данных клиентов.

– И как делиться потом будем?

– Вам тридцать процентов, остальное мне и непосредственно исполнителю. Подходит?

– Нет. Такая делёжка не подходит. Прости, но мне пора идти.

Трегубов встал и направился к двери. Он, как человек не глупый, ощутил себя хозяином положения, и вправе был требовать, гораздо, больших процентов.

– Стойте, – закричал в спину Крыса. – Ваша цена!

– Половина, иначе мы не сработаемся.

Подполковник облокотился на узкий шкаф и смотрел на учёного с довольным лицом.

– Это много, окончательное предложение сорок процентов.

– М-да, – вымолвил Трегубов, – не подходит. Прощайте! – и он взялся за стеклянную дверную ручку.

– Как хотите, но тогда можете ко мне больше не обращать за таблетками. С этой минуты, я вас не знаю, вы меня. Уходите.

Крыса попал в точку и теперь ликовал. Учёному достоверно была известна, наркотическая зависимость Трегубова. И если оборвётся их связь, он может погибнуть. Подполковник заскрипел зубами, да так, что учёного передёрнуло от страха.

– Хм да уж, – процедил он, и выругался. – Я согласен на сорок процентов, плюс к этому, ты обеспечишь мне годовой запас лекарства. Бесплатно. Если уж мы становимся партнёрами, тогда закономерно, не брать с меня больше денег. Логично?

Крыса пожал плечами и, чуть замявшись, согласился. Для него это было пару пустяков, но он дорожил своим изобретением.

– Будем держать связь вот по этому телефону, – и он протянул Трегубову маленький, размером со спичечный коробок телефон. – Держите его всегда при себе.

Трегубов ничего не ответил, он вышел и со всей силы хлопнул дверью. От удара вдребезги разлетелась ручка, и стеклянные осколки шумно разлетелись. Подполковник даже не обратил на это внимание. Он нажал на мигающую сенсорную кнопку и через мгновение уже выходил из-здания. Заметив такси, махнул рукой. Таксист, темнокожий парень, спросил адрес, и быстро лавируя среди потока машин, доставил клиента домой. В машине Трегубов аккуратно достал пакетик с таблетками и незаметно для водителя, положил их под язык. Дома он улёгся на диван, испытывая атараксию[3], мысленно уносился вдаль. Он уже не помнил о предложении Крысы, и прочих житейских несуразиц. Тело подполковника наслаждалось покоем и безмятежностью, для которой не существовало границ.

Глава 9

Ночью меня разбудил звонок из части. Мальцев требовал срочно явиться, не объясняя причин. Отца я не будил, переодевшись, оставил короткую записку для Насти. Так много хотелось ей написать, что я несколько раз рвал бумагу и брал чистый листок. Рука дрожала, когда я старательно выводил подходящие слова. Получилось несколько банально, зато искренне. Я написал ей о том, насколько сильно я люблю её, и просил дождаться. Приколов записку к двери я помчался сломя голову в часть. Моросил тёплый летний дождик. Подставляя сонное лицо мелким, прохладным каплям, я радовался как ребёнок. Совесть мучила за то, что так и не смог поговорить с Настей. Дождётся или нет? Я решил всё-таки вернуться на службу, и звонок Мальцева только подтолкнул меня к окончательному выбору.

На «Циклоне» было заметно оживление, и солдаты бегали по казармам в полном обмундировании. Неужели что-то случилось? Поднимаясь к кабинету Мальцева, волновался, словно солдат первогодка. Постучав в двери, услышал короткую фразу: «Входите». Это был голос полковника сухой и напористый.

– Молодец, быстро добрался!

Мальцев протянул руку и пригласил к столу. Он долго меня рассматривал, как будто не решался сказать что – то важное.

– Мы выбрали тебя, Алексей, для очень важного задания. Ты подходишь к выполнению секретной миссии. В чём она заключается, попробую тебе объяснить. Более детальную инструкцию даст подполковник Трегубов. Ты с ним не знаком?

– Ни как нет, товарищ полковник.

– Мы проводим эксперимент, с кодовым названием «Зеркало». Это своего рода машина времени, благодаря которой, мы сможем отправить человека в прошлое.

– Вы шутите, товарищ полковник?

– Какие шутки, Суворов? Ты думаешь, что я разбудил тебя среди ночи просто так? Дабы рассказывать небылицы?

Я смутился и в недоумении пожал плечами.

– То-то и оно, солдат, шутить можно с девушкой, или с друзьями в компании, но ни как не в армии. Что скажешь?

– Если надо вернуться в прошлое, я готов выполнить приказ.

– Таким ты мне больше нравишься, Алексей.

Мальцев улыбнулся и сцепил руки в замок за шеей. Слегка потягиваясь, он встал и открыл окно. Комнату заполнила ночная прохлада и насыщенный озоном воздух.

– Это первый наш эксперимент с человеком. Не буду тебя обманывать. Риск, безусловно, есть. Учёные проводили опыты с животными, и те прекрасно переносили процесс перемещения в пространстве. Но крысы, мыши, обезьяны – это не человек, сам понимаешь, поэтому, не торопись. Подумай. У тебя семья есть?

– Есть, отец.

– Ты не женат? И не был никогда?

– Ни как нет, товарищ полковник. Есть девушка, мы много лет знакомы. И пока не было разговоров о женитьбе.

– Ещё успеешь, какие твои годы…

– Я готов к выполнению задания, тем более вы сами прекрасно понимаете, что для каждого человека честь стать первооткрывателем в этом направлении науки.

– Согласен.

Полковник снисходительно склонил голову и достал сигарету.

– Не куришь? – спросил он.

– Ни как нет.

– Молодец!

– Какая у меня будет задача? И сколько даётся времени на выполнение?

– Время, Алексей, понятие относительное, пока мы не можем дать точный ответ, сколько ты там пробудешь. Всё зависит от тебя. Понимаешь, процесс возврата обратно не отработан.

Полковник на минуту задумался, взвешивая каждое слово сказал:

– Твоя задача будет состоять в том, чтобы найти профессора Царёва. И передать ему формулу. Царёв, в прошлом, как раз занимался этой тематикой, и если ты сможешь его найти, я уверен, что он поможет вернуться обратно. Никто не знает, какие могут возникнуть последствия. Риск огромен Суворов.

– Я понял, товарищ полковник.

– В деталях расскажет Трегубов, он уже ждёт тебя.

– Разрешите идти?

– Разрешаю, и просьба к тебе, личная. Будь осторожен и веди себя с нашими предками достойно. Иди.

Выйдя от Мальцева, я спустился на первый этаж и постучал в кабинет Трегубова. Подполковник пил чай с бубликами и смотрел телевизор. В кабинете царил полумрак.

– Проходи, Суворов, я ждал тебя.