Анкор. Последний принц Атлантиды

– Приветствую тебя! Это наш корабль? Все необходимое уже на борту?

– Да, Оашис, все в порядке. Маленькая Змея с тобой?

– Да, принц здесь, в паланкине. Теперь я попрошу тебя вернуться в город и сообщить нашему королю, что пока все благополучно.

– Я отправлюсь немедленно. Оставляю тебе моих людей. Они не только отличные солдаты, но и лучшие гребцы нашего края.

– Сделай все возможное, чтобы тебя не схватили. Великая Змея с нетерпением ждет вестей об Анкоре.

– Будь спокоен, я сберегу свою жизнь ради того, чтобы добраться до дворца и сообщить известие королю. Через пару часов я буду у него. Да хранят тебя все боги моря и огня, да спасут они Маленькую Змею.

Офицер пустился бегом и быстро исчез в темноте, слившись с ночными тенями. Сложив оружие на палубу, лучники молча сели на весла. Только четверо из них, по двое на каждом мостике, бдительно несли вахту, сжимая в руках натянутые луки. Один за другим на борт поднялись гвардейцы, а затем погрузили и паланкин. Магур и Оашис взошли на судно последними. Кто-то из офицеров мечом разрубил швартовый канат, двое солдат убрали трап. Повинуясь бесшумным и сильным движениям шестнадцати весел, корабль взял курс на север и стал быстро удаляться от берега. Ледяной бриз и сильная качка привели Анкора в чувство после почти двадцати часов глубокого сна.

– Где я? Отец!..

– Успокойся, Солнечная Змея! Ты в безопасности, ты на корабле и плывешь навстречу свободе, – ответил старый учитель.

– Ты здесь, со мной, Магур? Хаттана!.. Эта глупая женщина усыпила меня! Что случилось? А мой отец?

Больше часа Магур и Оашис терпеливо отвечали на вопросы юного принца. Корабль уже был в открытом море и шел полным ходом благодаря единственному, но довольно большому темно-серому треугольному парусу. Мальчик возмущался и угрожал, но все оказалось напрасным. Почти под утро он сдался – ему пришлось согласиться, что путь, который наметил для него отец, является единственно правильным. В глубине души Анкор знал, что Великая Змея всегда находит наилучшее решение.

Далекий горизонт уже розовел в ожидании восхода, и корабль бросил якорь в маленькой бухте. Высокие скалы надежно укрыли их от вражеских судов. Оашис подошел к принцу и, почтительно поклонившись, сказал:

– Мы будем плыть только по ночам, Анкор, чтобы тебя не захватили в плен. Надеюсь, дня через три или четыре мы доберемся до Великого Храма Кума.

– Хорошо, мой верный Оашис. А теперь отдохни, ты так долго на ногах.

– Как ты думаешь, твой благородный отец погиб?

– Мысль об этом терзает мое сердце! Да помогут боги спасти его!

– Я учил тебя, что спасти человека не всегда означает спасти его физическую жизнь, сохранить тленную телесную оболочку, – раздался за спиной Анкора голос учителя.

– Знаю, Магур, но все же мысль, что смерть может разлучить нас с отцом, ужасает меня… Иногда мне кажется, что я не настоящий Сын Солнца…

– Сыны Солнца тоже имеют право сомневаться, юный принц. Тебе же всего двенадцать лет.

– Твои слова мудры и справедливы, но я боюсь одиночества и чувствую себя таким слабым и маленьким! Мне страшно…

– Успокойся, изгони из души мрачные мысли, они твои враги. Наш добрый Оашис уже поставил для тебя палатку, вон там, в тени деревьев. Ты можешь немного отдохнуть, поспать и даже почитать – я попросил принести твои любимые книги.

Солдаты помогли им сойти на берег. Мальчик тут же побежал осматривать свое временное жилище.

– Тебе приготовили постель в палатке, а не под открытым небом. Отдыхай спокойно, принц. Мы выставили дозорных, половина твоих людей охраняет нас со стороны равнины. Гвардейцы стоят даже на скалах.

– Спасибо, Оашис! Но я хочу, чтобы и ты поспал. Это приказ!

Капитан королевской гвардии, улыбнувшись, вернулся на корабль. Магур удобно расположился на песке, на берегу моря. Пока его ученик спал, он долго сидел там, погруженный в глубокие размышления.

Так продолжалось и в следующие дни: ночью они плыли, днем пережидали на берегу. Порой Анкору было трудно соблюдать дисциплину и строгие правила поведения, обязательные для королевской особы и такие естественные во дворце. Здесь, получив возможность спать на полу и не заботиться об опрятности одежды, он в полной мере стал проявлять свою человеческую, а не королевскую природу – природу молодого здорового подростка, полного жизненных сил. А она требовала на время забыть о строгих, чистых принципах духовной жизни, отодвинуть на второй план истинные потребности души принца, гораздо более мудрой и зрелой, чем его тело. Порой только присутствие Магура, а отнюдь не собственная сознательность, помогало принцу не поддаться влечению к охоте и не обагрить руки кровью убитого животного – первый раз в жизни. Это считалось недостойным и недопустимым для Сына Солнца, его руки должны были всегда оставаться чистыми, чтобы совершать жертвоприношения богам.

Плавание продолжалось уже четвертые сутки, и вот на рассвете вахтенный сообщил, что вдалеке виден Храм Кума. Анкор выбежал на палубу, но смог разглядеть только полоску берега, ближе к которому море бурлило и пенилось. Башни Кума на таком расстоянии казались маленькой золотистой точкой. Еще дальше, на горизонте, проступали голубые тени горных цепей. С кормы корабля открывался другой вид: в бескрайнем море появился маленький черный треугольник – парус корабля южан, который преследовал их и постепенно догонял.

Все это время и капитан гвардейцев, и его команда знали о преследовании. До сих пор им удавалось сбивать вражеский корабль со следа и держаться на значительном расстоянии от него. Но сейчас он подошел слишком близко… Хотя велика была опасность сесть на один из тысячи рифов, отделявших их от берега, Оашис решился рискнуть. Он отдал приказ спустить парус и налечь на весла, чтобы как можно быстрее добраться до единственного секретного прохода, через который можно было безопасно миновать острые рифы, сильные течения и страшные волны. Медлить было нельзя… Повинуясь ритмичным ударам весел, судно словно летело к секретному проходу, до которого оставалось всего километров пять, когда вдруг рядом с ними возник огромный корабль. До этого от глаз беглецов его скрывали скалы небольшого островка. Трехмачтовый, с двумя рядами весел, корабль был весь покрыт металлическими пластинами. Черные прямоугольные паруса выдавали происхождение судна… Звериные крики сотни глоток быстро достигли палубы маленького солнечного корабля, а в лучах восходящего солнца сверкали шлемы и копья врагов.

Быстро спустив паруса и разрезая волны узким форштевнем, судно южан, «почитателей стихий», бросилось на свою добычу.

Пытаясь спасти корабль, капитан тут же увел его к рифам и подводным скалам, отдав приказ продолжать движение, пока позволят боги. На корму маленького корабля и рядом с ней посыпались снаряды с зажигательной смесью, вздымая столбы воды и пара. Оказалось, что их противник – один из самых грозных кораблей южан, оснащенный катапультами и другими военными машинами. Капитан волновался за Анкора. Все это время мальчик стоял на кормовом мостике. Он был бледен, но не терял присутствия духа и упорно отказывался перейти в безопасное место. Не скрывая презрения, Анкор наблюдал за диким, грубым поведением врагов.

Маленький солнечный корабль продолжал свой трудный путь среди бурлящих волн. По приказу Оашиса весь экипаж стоял у бортов и длинными шестами отталкивал корабль от рифов.

Вдалеке, посреди садов удивительной красоты, сверкали золотые башни Храма Кума.

Лишь присутствие Солнечной Змеи придавало смелости морякам и солдатам: поговаривали, что берег, к которому они направлялись, охраняют невидимые служители морского божества.

Стаи птиц с тревожными криками слетали с утесов, когда к ним приближался корабль.

– Видишь этих птиц, Маленькая Змея? Точно так же перед лицом опасности просыпаются души живых существ… Будь спокоен, что бы ни случилось, все будет на благо.

– Я спокоен, почтенный Магур. Меня беспокоит только, успеем ли мы достичь берега до наступления ночи… Я слышал, что эти края охраняют ужасные элементалы[4], которые часто показываются людям… Боюсь, если наши солдаты их увидят, они испугаются и повернут назад…

– Не волнуйся, эти существа не сделают ничего, что могло бы повредить Сыну Солнца.

Анкор вернулся на корму. Он уже снял свой обычный серый плащ, и теперь на нем сверкала металлическая кольчуга, похожая на кольчугу его отца, покрытая такими же таинственными алхимическими кристаллами.

Маги-алхимики Посейдониса, как в северной, так и в южной части острова, хранили письменное наследие своих предков, подлинных атлантов, населявших огромный материк размером более десяти миллионов квадратных километров, который погрузился в океанскую пучину еще несколько десятков тысяч лет назад. Благодаря этим древним знаниям и их тщательному многовековому изучению маги Посейдониса достигли высочайших вершин познания. Им удалось овладеть энергетическими свойствами металлов и, меняя их изначальную структуру, трансформировать эти металлы в другие природные элементы или создавать новые, не существовавшие в природе. Среди прочего, они создали такие виды кристаллических структур металлов, которые – по такому же принципу, как магнит притягивает железные опилки, – отталкивают от себя любой металлический предмет. Кольчуга из этого металла так хорошо защищала своего владельца, что уязвить его могло только оружие из определенных видов камня или дерева. К примеру, стрела с металлическим наконечником, попавшая однажды в грудь Анкору, могла смертельно его ранить, если бы не кольчуга. Этот удар оказался практически безвредным, поскольку магнитное поле, созданное кольчугой, резко снизило скорость стрелы на последнем метре ее полета. Еще надежнее подобные доспехи защищали воинов от булавы или палицы, ведь в этих случаях удар наносился плоской поверхностью. Наталкиваясь на невидимый «щит», он производил такое же незначительное воздействие, как удар ладони по воде.

Анкор использовал минуту затишья, чтобы внимательнее рассмотреть вражеское судно, находившееся уже метрах в трехстах от них. Это был тяжелый бронированный корабль, его команда составляла не менее двухсот человек, включая рабов-гребцов, и еще такое же число солдат. На трех черных парусах виднелись изображения красных морских драконов. На носовой части корабля, имевшей округлую форму, возвышался огромный железный таран в форме секиры, а корма была высокой и резной. Над носовой палубой можно было видеть два вращающихся кольца, внутри которых находились пружинные устройства для метания снарядов с зажигательной смесью. Посередине палубы громоздилась огромная катапульта, имевшая значительную зону поражения, но неповоротливая и медлительная. Позади этой «тяжелой артиллерии» стояли три высокие мачты. Анкор подсчитал, что длина вражеского судна в пять раз превышала длину его собственного корабля. Он посмотрел на неподвижные весла, на многочисленные якорные канаты… Подобному кораблю здесь не пройти, подумал юноша, с такой глубокой осадкой он не преодолеет даже первые рифы.

– Можно не волноваться, их снарядам нас уже не достать. Судя по тишине на их корабле, дальше он проплыть не может.

– Да, верный мой Оашис, но меня беспокоит другое, маленькое судно, которое всю дорогу нас преследовало. Почему-то я его не вижу…

– Возможно, они не осмеливаются войти в священные воды. Или их пугает надвигающаяся гроза, которая может застать их в таком опасном месте…

– Волны растут, море бушует все сильнее… Если так будет продолжаться, нас просто снесет… А почему ты поставил корабль на якорь?

– Из-за отлива, Солнечная Змея. Море отступает, обнажаются рифы, и двигаться дальше становится очень опасно… Отлив задержит нас здесь на несколько часов.

– Тогда я пойду в каюту, побеседую с Магуром, почитаю что-нибудь… Если будут новости, дай мне знать.

Анкор спустился на нижнюю палубу, где находились немногочисленные каюты, одну из которых он делил с Магуром. Больше двух часов юноша провел со своим учителем, читая и обсуждая отрывки из любимых книг. Хотя учитель и ученик были поглощены своим занятием, они не могли не услышать воя внезапно поднявшегося ветра. Погода резко ухудшилась, и судно начало сильно качать. Анкор собирался развернуть свиток с ценным трактатом по ботанике, как вдруг почувствовал резкий толчок, и судно, оставшись без части якорных канатов, дало крен, вздернув носовую часть. Раздался громкий треск, послышались крики. Одним прыжком преодолев несколько ступеней, юноша выскочил на верхнюю палубу и увидел, что судно наскочило на риф и, накренившись, застряло.

Следом за Анкором на палубе появился Магур. Увидев результаты крушения, он с грустью покачал головой и вернулся в каюту к своему чтению.

В это время весь экипаж отчаянно сражался за спасение корабля, пытаясь веслами и шестами столкнуть его с рифа. Анкор схватил первый попавшийся шест и поспешил на помощь.

– Нет, принц, не смущай своих людей, – попросил Анкора Оашис.

– Позволь мне делать свое дело, – прошептал принц и уже громко сказал: – Слушайте, служители Солнца! Неужели вы не снимете корабль с рифа, когда вместе с вами сражается Золотая Змея?!

Слова его подействовали магически. Сердца людей зажглись энтузиазмом, их усилия удвоились. За несколько минут, используя наступавшие волны, им удалось сдвинуть судно, оттолкнуть его от камней и отвести в спокойное место.

– К нам приближаются лодки! – вдруг прокричал один из гвардейцев.

От вражеского корабля с эмблемами дракона отделились две длинные черные лодки и плыли к ним. В каждой сидели по восемь гребцов и двадцать вооруженных солдат. Две другие лодки висели над палубой, уже готовые спуститься на воду.

– Оружие к бою! Приготовить луки! – крикнул Оашис.

За ограждением носовой части судна, ожидая врагов, укрылись двадцать лучников и двенадцать гвардейцев. Анкор быстро схватил лук и стрелы из рук одного из солдат и поспешил занять свой пост на корме, рядом с Оашисом.

– Что ты делаешь, Маленькая Змея?!

– Не волнуйся, я много тренировался и стреляю довольно метко.

– Позволь напомнить тебе, Анкор, что ты ни в коем случае не должен проливать кровь… – рядом с мальчиком внезапно появился Магур, улыбающийся, но строгий.

– Но разве в венах этих проклятых почитателей злых демонов, этих омерзительных колдунов может течь настоящая кровь? Они больше похожи на насекомых и червяков!

– А ты когда-нибудь видел, чтобы твой отец убил червяка? – серьезно спросил старец.

Не в силах ничего сделать, Анкор бросил оружие на палубу и, не сказав ни слова, ушел на нос корабля.

– Он настоящий Сын Солнца! Он обладает всеми достоинствами истинного владыки, – с затаенной гордостью сказал Оашис.

– Тем более он должен проявлять все свои достоинства, а не отдавать предпочтение лишь некоторым из них, – ответил Магур, улыбаясь.

Оашис пожал плечами. Он опять был напряжен и взволнован. Сумерки сгущались, и прибой становился сильнее.

Вдруг на солнечном корабле раздались радостные крики: волна подняла одну из лодок южан, некоторое время вращала в сильном водовороте, а потом перевернула. Оставшиеся лодки, полузатопленные, своими отчаянными усилиями гребцы пытались вернуть к большому кораблю…

– Твой отец хранит нас, Анкор! – воскликнул Оашис. – Лодки нам больше не угрожают!

Но их подстерегала другая, более серьезная опасность – бушующее море. Командир королевской гвардии развернул корабль носом к волнам и бросил в воду якорные камни – первый, второй, третий… все, какие были на борту. Камни представляли собой массивные бруски весом около двухсот килограмм. Посередине была глубоко вбита прочная бронзовая дуга для крепления троса, концы камней надежно вцеплялись в дно, и вытащить их было очень сложно.

– Скажи, Оашис, а почему бы нам не попробовать выйти в открытое море? Смотри, корабль «черных» снялся с якоря и уплыл! Уже темнеет…

– Нет, Маленькая Змея. В такой шторм удерживать корабль на плаву без якорей равносильно самоубийству. Мы выживем этой ночью, только если покрепче привяжем судно.

Сказав это, Оашис долго рассматривал восемь толстых тросов из прочного волокна, которые держали корабль, и глубоко вздохнул, как показалось юноше – уже спокойнее. Затем внимание капитана привлекли матросы, о чем-то тревожно шептавшиеся на палубе. Анкор тоже увидел это:

– Что происходит с моряками? Боюсь, они напуганы всеми этими историями о злых духах, обитающих в здешних краях…

– Побудь здесь, я узнаю, в чем дело.

Оашис подал знак гвардейцам Анкора, и двое последовали за ним. Выйдя на палубу, он коротко поговорил сначала со штурманом, потом с матросами и вернулся в носовую надстройку к Анкору.

– Твои люди говорят, что никакой злой дух не может быть могущественнее Солнечной Змеи, плывущей вместе с ними. Однако их очень беспокоит погода – судя по всему, надвигается сильная гроза. Судно маленькое, вокруг рифы – они считают, что для нас это верная смерть. Еще они сказали, что по-прежнему ищут выход, обсуждают разные возможности. Со штурманом я уже советовался час назад, когда приказал бросить якорные камни.

– Прости мое недоверие, Оашис, но я боюсь, что при следующей опасности эти люди впадут в отчаяние и совершат какую-нибудь глупость.

– Если это тебя успокоит, прикажу гвардейцам выбросить их в море…

– Нет, я не это имел в виду! Просто что-то тревожит меня.

– Я уже предупредил их, что малейшее нарушение дисциплины грозит виновному неминуемой смертью.

– Ты обо всем успеваешь подумать!

– Я думаю только о том, как довести до конца важную миссию, которую доверил мне твой отец, Великая Змея…

– Что с моим отцом, Оашис?.. Он уже покинул свою физическую оболочку, как ты думаешь?

– Не знаю…

– Магур может знать! Возможно, он и знает, только не хочет со мной делиться и делает вид, что это его совершенно не беспокоит!

Пока они говорили, штурман корабля, энергичный молодой человек небольшого роста и плотного телосложения, готовил судно к встрече с грозой. Он приказал прочно закрепить руль – большое изогнутое весло в форме рыбьего хвоста, сделанное из твердой бронзы, и задраить люки. Видя, что грозы уже не избежать, Оашис покинул Анкора. С помощью шести солдат королевской гвардии он разоружил матросов и запер все взятое у них снаряжение в одной из кают.

Эта строгая мера предосторожности вызвала у людей недовольство, они восприняли ее как сомнение в их искренней верности Сыну Солнца. Лишь слова Оашиса успокоили их. Он объяснил, что оружие забрали, чтобы никто не поддался искушению разрубить канаты во время грозы. Речь капитана гвардии сопровождалась его стальным взглядом, в котором читалась угроза, и вскоре среди экипажа воцарились полное спокойствие и послушание. Убедившись, что все в порядке, Оашис распределил своих людей по основным постам и вернулся к Анкору. Вскоре к ним присоединился Магур:

– Хочу с тобой посоветоваться, Оашис! Как ты думаешь, могли бы мы использовать нашу маленькую спасательную шлюпку, чтобы вытащить отсюда Сына Солнца?

– Нет, почтенный старец! Здесь кругом рифы, шлюпка не продержится и минуты, тут же разобьется в щепки. И потом – уже почти ночь, а в темноте рифов не разглядеть даже в упор…

Магур долго смотрел на последние проблески света на горизонте, потом обернулся к Анкору:

– Не бойся ничего, Маленькая Змея! Завтра ты будешь в Храме Кума, обещаю тебе.

– Раз ты так говоришь, я верю…

Не проронив больше ни слова, старец вернулся в маленькую каюту.

– Иди за Магуром, господин. Видишь, волны уже захлестывают палубу, корабль опасно накренился. Еще немного, и здесь нельзя будет оставаться…

– В этот раз я не последую твоему совету, добрый мой Оашис. Останусь здесь, рядом с тобой. Я люблю грозу и не боюсь ее.

Оашис улыбнулся, с трудом скрывая гордость, и воскликнул:

– Ты достойный сын своего отца!

– Пожалуйста, не говори больше о моем отце! Сколько он всего перенес!..

Волны становились все выше и выше. Корабль окружала полная темнота, и казалось, что весь ужас наступившего мгновения выражался в грохоте волн, бившихся о скалы. Отчетливо чувствовалась дрожь якорных канатов, а маленький корабль казался жалкой скорлупкой посреди бушующего моря.

Анкор оставался рядом с Оашисом в рубке на корме корабля. Два солдата гвардии крепко держали его с обеих сторон, помогая удерживаться на ногах. Волны обрушивались на палубу, мгновенно заливая ее и грозя унести с собой находившихся там людей. Анкор, последовав примеру своих товарищей, снял металлическую кольчугу и все тяжелые предметы, которые сковывали его движения, – на случай если придется плыть. Лишь солдаты гвардии оставили на поясе мечи.

Вскоре хлынул дождь, яркие вспышки молний освещали призрачным светом трагическую картину. После очередного, еще более страшного содрогания корабль опять дал резкий крен, и тревожный крик Оашиса известил о новой опасности:

– В носовой части развязались тросы!

– Несколько человек за бортом! – воскликнул один из солдат.

– Мы можем что-то сделать?!

– Нет, Маленькая Змея, мы опоздали. Перебраться через палубу невозможно, да и люди, скорее всего, уже мертвы, и море отнесло их далеко…

– Это конец… – прошептал Анкор.

Как будто в подтверждение его скорбных слов раздался еще один жестокий удар, разорвавший оставшиеся тросы, которые все это время с трудом удерживали на плаву носовую часть судна. Корабль резко наклонился на правый борт, зачерпнул воды, а единственная мачта с треском переломилась и исчезла в ночи. Потоки бушующей воды захлестывали судно, проникали через бесчисленные пробоины в корпусе. Людям удалось перебраться с кормы на задравшуюся вверх носовую часть, и только тогда Оашис смог произнести:

– Вручи свою жизнь великому божеству Солнца, Анкор! Скоро лопнут последние канаты, они долго не выдержат. Смотри, грозная битва на небе продолжается, и при свете молний видны острые верхушки рифов, о которые разобьется наш корабль…

– Я не боюсь, Оашис… Но оглянись: на палубе какая-то странная черная тень; кажется, кто-то пытается добраться до нас!

– Не вижу, принц, хотя, похоже, кто-то схватился за канаты и сражается с волнами!.. Я посмотрю!

– Нет, это рискованно! Ты очень нужен всем нам!.. Нет! Это Магур!

– Магур! – воскликнули находившиеся рядом люди.

Его не успели остановить – Анкор вырвался из рук оцепеневшей охраны и ринулся, цепляясь за канаты, к своему учителю. Из груди Оашиса исторгся крик ужаса, одним прыжком, словно тигр, он бросился к Анкору, пытаясь остановить его. Оба покатились вниз, на нижнюю палубу, и в этот миг огромная волна унесла солдата гвардии, который пытался подняться по трапу и помочь Магуру. Мальчик и капитан оставались лежать, сжавшись в комок, вскоре к ним присоединился Магур.

– Ты жив, Сын Солнца?!

– Да, а ты? Почему ты покинул каюту?

– Чтобы быть рядом с тобой… Конец близок, Маленькая Змея, и я должен оставаться рядом…

К Оашису, Анкору и его учителю присоединились еще пять выживших гвардейцев. В молчании они ожидали роковой неизбежности. Все произошло стремительно. Последние тросы лопнули, и корабль, на несколько секунд оседлав огромную волну, был брошен на рифы с такой силой, что нос его разбился вдребезги, а корма взлетела в воздух, совершив полный оборот над камнями, и вместе с наступавшей волной рухнула в море.

Анкора подбросило на несколько метров, прежде чем он упал в бушующий водоворот. Задыхаясь, почти теряя сознание, мальчик отчаянно размахивал руками и смог ухватиться за проплывавший мимо обломок мачты. Он лихорадочно озирался вокруг, кричал, звал, но тьма и рев стихии были сильнее. Волны швыряли Анкора то вверх, то вниз, то вперед, то назад с такой скоростью, что в голове у него пронеслось: первая же скала – и он погиб.

Это продолжалось недолго, хотя ему показалось, что прошла целая вечность. Когда очередная волна бросила Анкора вниз, ноги его вдруг коснулись чего-то рыхлого, но прочного. Он снова взлетел вверх, потом вперед, но упал уже не в воду, а на берег. Там, очевидно, было много острых камней: почти вся кожа у него была содрана в кровь. Оглушенный, он лежал ничком на мелководье, пока волна не протащила его еще дальше по камням, нанося новые болезненные раны. Сверкнула молния, и Анкор увидел, что совсем рядом, в нескольких метрах от него, скалы образуют маленькую стену. Сделав отчаянное усилие, он добрался до каменного укрытия.

Анкор пытался собраться с мыслями и напряженно всматривался во тьму – вдруг выжил кто-то еще. Гроза постепенно усмиряла свою ярость, грохот прибоя стихал.

Мальчик выполз из своего убежища и, даже не пытаясь подняться на ноги, на четвереньках дополз до моря. Он сидел на берегу уже больше получаса, окоченевший от холода, измученный, как вдруг в пене различил какую-то черную фигуру, полузасыпанную песком. Анкор хотел было броситься к ней, но накатившая волна сбила его с ног. Он снова начал вставать и тут узнал в черной фигуре своего учителя Магура. Одежда старца была изорвана в клочья, а тело и лицо покрыты смертельными ранами. Взгляд учителя остановился на Анкоре, он пытался что-то сказать, но вместо слов из его груди вырывался тяжелый хрип, а изуродованное тело скорчилось от боли. Ухватив его за одежду, принц осторожно дотащил учителя до своего каменного убежища.