Могильный улей

Глава 4

Я очнулся рано утром. За окном светало. Боль в ногах давала о себе знать, но была терпима. Я пошевелил правой ногой и, на мой взгляд, сделал самую большую ошибку, потому что боль усилилась, мои мышцы около таза задрожали, как чересчур туго натянутые струны какой-то адской арфы. Но мои уши привлек другой звук, и я решил прислушаться. Я услышал, как двигатель автомобиля издал несколько хлопков и заработал нормально. Затем громко захрустел снег под шинами. После я услышал звук мотора, похожий на резкий рев медведя. Постепенно звук мотора удалялся, он становился похожим на тихий храп, а потом на жужжание пчелы и спустя пять минут пропал.

– Есть кто живой? – крикнул я.

Хотя скорее не крикнул, а во все свое воспаленное, красное горло захрипел.

– Эй, старая карга! – Я решил ее подразнить. – Дай мне воды!

Но в ответ я не услышал ни слова. Лишь только где-то за стеной около моей двери послышался звон часов. Боль в моем горле меня сковывала, как тиски сжимают металл. Я откинул одеяло и обалдел: на моих ногах не было кандалов, они были абсолютно свободны. Но толку от них было, как от козла молока, потому что я хотел ими пошевелить, но они были мертвы. Левая ступня у меня свисала, и я видел, как мои сухожилия были порваны, и кость изнутри была сломана, стопу держала лишь кожа. А вот с правой голенью, я думаю, будут осложнения: она почернела и выглядела как жженый пергамент. В районе удара появился огромный синяк.

Я решил встать, но как это сделать, я пока не знал. Ну, ничего, тяжело в учении, но легко в бою, часто повторял мой отец. Я уперся руками в матрас и приподнял свое беспомощное тело. Матрас вмялся вниз, затем я опустил одну руку вниз и коснулся холодного пола. Дрожь охватила мою руку и чуть не заморозила, по руке пошли мурашки. От этого я передернул плечами, затем я опустил вторую руку и кистью коснулся пола. После я переставил левую кисть вперед, а затем правую вперед. Мой таз начал плавно скользить по матрасу, а за ним ползли безжизненные, не подающие надежды ноги. Я начал двигаться вперед, и тут мои ноги скатились с матраса и упали на пол. Боль вернулась. Левая стопа заныла. Ощущение было у меня такое, что мне делали операцию по ампутированию ноги без наркоза. Затем я перевернулся на живот и начал ползти. Если взглянуть на эту картину, то я напоминал бы ползущего вояку, но у меня все было намного хуже. Я протянул правую руку вперед, напряг ее, да с такой силой, что мои вены напряглись. Затем я решил потянуть свое тело, это было нелегко. Я тянул его очень сильно, спустя пять минут на моем лбу скопился пот, он начал каплями капать на пол. Напряженная рука тоже вспотела. После долгих мучений я подвинул свое тело на три сантиметра. Я выпрямил левую руку, схватился за половую доску и начал снова тянуть себя вперед. В этот раз все было еще хуже, потная левая кисть то и дело скользила по полу, как скользят фигуристы на коньках на льду. Но я упорно продолжал двигаться.

Прошло примерно тридцать минут, и я, открыв дверь, очутился в огромном зале. Я начал его рассматривать. Он был огромным, на мой взгляд, где-то около ста квадратных метров. Справа от меня стоял огромный, длинной во всю стену мебельный гарнитур. Он представлял из себя два огромных серванта, платяной шкаф, шкаф-купе. Около двуспальной кровати располагался комод. Слева от меня на стене висел огромный плазменный телевизор, потолок был натяжным, а под ним висела огромная хрустальная люстра. Огромное арочное окно было за стенкой, а напротив арочного окна металлическая входная дверь. Витая дубовая лестница вела, как я понял, на второй этаж.

Я полз вперед по холодному деревянному полу. Мне потребовалось около тридцати минут, чтобы преодолеть зал. Я прополз к арочному окну, и рядом с ним я обнаружил деревянную дверь. Я толкнул ее, сжав правую ладонь в кулак. Дверь распахнулась, и я заполз в совместный санузел. Как только мои локти коснулись мраморной плитки на полу, то тут же сработал индикатор движения и зажегся свет. Внутри было идеально чисто. У меня сложилось такое впечатление, что она намывает ванну по пять раз за день. На полу и стенах сверкал чистотой серый кафель. Унитаз со сливным бачком стояли по левую руку от меня. Напротив унитаза висел на стене выкрашенный в белый цвет во всю стену змеевик, напротив змеевика я увидал огромное овальное зеркало. Каркас этого зеркала был деревянным, и в самом дальнем правом углу располагалась огромная, похожая на телефонную будку душевая кабина.

Мне хотелось по малой нужде, но как мне это было сделать? Я приподнял правую руку и ухватился за змеевик, а затем левую руку поставил на ободок на унитазе. И тут я начал приподнимать свое тело, но ободок на унитазе соскользнул и слетел с унитаза. Мою руку вытянуло вперед, и я упал, ударившись лбом об плитку.

– Твою мать! – я не выдержал и выругался.

Я не мог сделать даже то, что мог бы пятилетний ребенок. Но если так разобраться, я был инвалидом, но тем не менее меня это раздражало. Я решил попробовать снова, но в этот раз я уже крепко левой кистью схватился за унитаз. Я приподнял свое тело, как будто подтянулся на брусьях, и усадил свою попу на унитаз, а после отпустил правую руку от змеевика. Как только я сел на унитаз, дважды мне казалось, что я теряю сознание, но я решил посчитать до ста и вроде приходил в норму. Справив малую нужду, я встал тем же способом, так же лег на живот и выполз из туалета. Боли в моих ногах немного остыли, но все равно еще пощипывали меня и немного раздражали.

Как только я оказался в зале, мне в голову пришли воспоминания о том, как моя мама учила меня, она говорила: «Сына, если сломал руку или ногу, то нужно тут же с двух сторон наложить две шины и перебинтовать перелом, а уже после ждать “скорую помощь”».

Вообще моя мать училась на зубного врача в медицинском институте, но в жизни так сложилось, что ей пришлось поработать медсестрой, из-за того, что у нее не было опыта. И она меня решила научить первой помощи. Я до сих пор вспоминаю, как она меня каждую ночь учила, как накладываются швы, какую первую помощь нужно оказать человеку, который надышался дымом или нахлебался воды. Но в данный момент ее нет, и здесь хоть кусай локти, хоть не кусай.

Я начал с того, что мне нужно найти где у этой старой ведьмы какие-нибудь дощечки и аптечку. Я подполз к комоду и, вытянув правую руку, на себя открыл первую ячейку, там я обнаружил постельное белье. Я тут же задвинул ящик обратно, затем я открыл ящик ниже, там я увидал в огромной подушечке воткнутые иголки и коробочку с нитками. И, на мое счастье, там была коробка, и на ней было написано «аптечка». Если бы я мог, я бы пустился в пляс, но улыбка моя увеличилась и напоминала острие бритвы. Я достал аптечку и положил около себя. Я тут же вскрыл коробку, там я обнаружил пять пузырьков с йодом, три пузырька с зеленкой, несколько напальчников, штук десять пластырей и пять рулонов бинтов. Я не ожидал, что я так быстро найду то, что мне нужно, в чужом доме. И улыбка моя даже не погасла, она мне напоминала, что есть еще надежда. Как говорится, она умирает последней.

Я прополз вперед и внизу у серванта открыл еще шкафчик. Там я обнаружил пару резиновых сапог, две фуфайки, заляпанные желтой засохшей краской, крестовину для елки и несколько брусков. Я достал все содержимое. Затем я открыл аптечку, перевернулся на спину и, открутив тюбик от флакончика с йодом, я налил его себе на ладони. После вы сочтете мои действия не совсем разумными, но я хотел оказать себе первую помощь. Я подхватил левую ногу под голень и прислонил пяткой к серванту. Затем ладонями начал втирать йод, обрабатывая стопу и сухожилие. Резкий запах йода просверлил мой нос, и я немного поморщился. И я тут же зубами разорвал бинт. Бинт размотался и упал на пол. Я правой ладонью подхватил его и начал наматывать на стопу. Я крепко перебинтовал ногу от стопы до изгиба коленки, после этой процедуры я схватил сапог и натянул его на ногу. Сапог оказался на два размера меньше.

Чуть погодя я примял сапог к голени, а с обратной стороны к икре и начал снова на сапог наматывать бинт. Затягивая его все туже и туже. Как только я перебинтовал одну ногу, затем я принялся за вторую. Я взглянул на нее: она чуть ниже колена раздулась, как автомобильная шина. И голень начала чернеть. Я вскрыл еще два тюбика с йодом и, налив их на ладони, начал плавно тереть голень и икру заодно. Но боль ныла хуже зубной. Я терпел. Накинув бинт на ногу, я начал его наматывать. Бинт мгновенно стал темно-коричневым, пропитавшись насквозь йодом. Намотав бинт, я открыл тюбик с зеленкой и сверху начал обрабатывать бинт. Бинт тут же принял коричнево-темно-зеленый цвет. И тут я решил к голени прислонить брусок. Прижав голень, я накинул бинт на него, но левой рукой не мог дотянуться до другого конца бинта. Я усилено тянулся вперед, но у меня не получалось дотянуться. Лишь только мышцы на прессе немного болели. От усердия покраснели щеки, на лице появился пот, вспотели подмышки, плечи тоже взмокли. Наконец-то я резко потянулся и дотянулся до другого конца. Я схватил рукой конец бинта и завязал морской узел около начала голени, а потом начал тщательно обматывать бинтом вокруг, как будто изолирующей лентой обматывал оголенные провода под напряжением. Боль начала циркулировать и отдавать резкими толчками в коленной чашечке. Эту боль можно было сравнить с тем, что как будто мне в коленную чашечку забили длинный, раскаленный докрасна на костре гвоздь. Но мне некуда было деваться, мне оставалось только терпеть, потому что, я вам сообщу, я не хочу умирать в этом могильном склепе. Я снизу приложил брусок, моя голень мне напоминала голень вратаря в хоккейной команде. И я так же начал орудовать бинтом, только в этот раз я захотел намотать два раза, но только уже не изолирующей лентой, а серым скотчем. Кстати, совсем забыл, скотч и изолирующую ленту я нашел у нее в аптечки. Обмотав, я получил адскую боль, только она уже адреналином побежала по всему моему телу. Я начал дышать, как будто в комнате было десять процентов воздуха. При каждом вздохе боль отдавалась в горле молниеносными ударами молота, а при выдохе пульсация боли, как лихорадка, ударяла в затылок градом из столовых ножей. Я начал дышать открытым ртом, ловя воздух жадно, но спустя пять минут бушующая огненная паника полностью захлестнула мой мозг. В этот момент я не мог соображать. Я прополз вперед уперся телом в стену и потянул ручку у арочного окна. Окно приоткрылось. Дуновение холодного декабрьского воздуха быстрым поцелуем коснулась моей щеки. Я ноздрями вдохнул воздух.

Мое сердцебиение не участилось, но я чувствовал пульсацию крови в венах, на шее и запястьях. Волоски на затылке у меня ощетинились и стали дыбом. Но вдруг все мои глобальные планы по побегу из этого склепа рухнули, или, я бы сказал, приказали долго жить, но это не столь важно, называйте как хотите. Я услыхал звук мотора. Он с каждой секундой нарастал и нарастал, становился все громче и громче. Я толкнул ручку арочного окна и закрыл его, а сам размахивая руками в стороны упал на спину, мои больные стопы ног уперлись в ляжки. Началась невыносимая боль, на одной сапог натянулся, как пружина, а на второй ноге брусок почти сплющил икру. Но я успел быстро перевернуться на живот. Обе мои ноги сразу выпрямились, и боль стихла. Я пополз к себе в комнату. Но сначала я слегка подогнул ноги в коленях и начал так же, как паук ползет по паутине, ползти по полу. В этот раз я двигался не как черепаха, а значительно быстрее. Мне потребовалось десять минут, чтобы заползти в свою комнату.

Как только я в нее заполз, то я услышал, как повернулся ключ в замочной скважине. Он повернулся вправо четыре раза, а затем дверь распахнулась. Я прикрыл за собой дверь, но оставил маленькую щелку, чтобы можно было наблюдать. На порог дома зашла она, но в этот раз на ней был совсем другая одежда. Она была в черном кожаном плаще, черных кожаных джинсах, в резиновых сапогах. Причем я прищурился и смог разглядеть, что носы этих сапог были испачканы влажной, сырой глиной. На плече она несла закрытый спальный мешок, и хоть ее взгляда я не видел, потому что на ее голове был надет черный капюшон, я могу сказать, что в мешке был какой-то труп или живой человек. Мешок свисал, как коромысло, с ее плеч. На ее правой ладони была надета окровавленная белая перчатка. Я, прищурившись, углядел, что сгустки свежих капель крови капали с ее пальцев.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.