- -
- 100%
- +
Крокодил прочно вошёл в нашу ладожскую жизнь с самого первого дня, это близкое к грани адекватности буйство фантазии при загадывании фраз – отдельный вид искусства. Я получала истинное удовольствие от процесса и загадывания и отгадывания, когда со стула уже сползаешь от смеха и офигеваешь от разнообразия вариантов, приходящих в головушку. Вообще, что хочется сказать, мы в нашей обычной жизни не собираемся такими компаниями и не играем, а жаль. Тут же уточню, потому что забыла про это в начале – одно из правил Ладоги: полный запрет на спиртное и курение. Тут пьянеешь от самого общего поля, настроения, состояния своего, такого необычного, как будто только что разбудили после многих лет спячки – однообразия (дом, учёба, работа, клубы). А сейчас вокруг и в тебе жизнь, фейерверк, эмоции, чистый громкий смех – всё настоящее, люди вокруг живые, а не эти вот смски в телеграмме, общение из пяти-семи слов без возможности посмотреть в глаза и вообще, почувствовать человека.
После крокодильих игрищ я отправилась бродить вдоль бухты, выдохнуть и немного устаканить мысли и себя. Накрыло такое чудное состояние. Вот совсем недавно я всё время была где-то в городе или в отеле заграничном или ещё не важно где, но ни разу вот так, дикарём в природном заповеднике, от красоты и волшебства которого голова улетает за Юпитер. Песчаный пляж дугой обнимает Ладогу, он очень широкий и чистый. Кое-где отдыхающие поставили сетки для волейбола, народа вообще не очень много, и это создаёт некую иллюзию того, что ты ну совсем одна тут бродишь, такой маленький затерянный мир. Дальше по берегу на много километров расстилается Лес, воздух такой ммм, само собой начинает глубоко дышаться, хочется наесться этим воздухом, насытить им каждую клеточку. Я иду и всё время благодарю Лес, Ладогу, песочек мягкий тёплый, себя, ребят, которые приехали на этот семинар и Алекса, чудесного волшебника, который всё это создал.
Когда в сумерках мы сидели вокруг костра, болтали и пели под гитару, Алекс проговорил:
– А помните, я на прошлой Ладоге сказал, что она последняя?
Старички дружно грянули, а я дар речи потеряла на миг, вдруг холодно стало и неуютно. Спросила:
– Это ещё почему? Ты больше не хотел сюда приезжать?
– Я тогда подумал: девять лет, девять семинаров проведено, я дал всё, что знал сам, надо двигаться дальше, делать что-то новое, и я реально озвучил это тогда всем. Но место… Это место особенное, оно не отпускает, притягивает. Не было двух одинаковых Ладог, каждый раз по-новому: и люди, и сама энергетика этого пространства, каждая группа прорабатывает что-то своё, это как в семье встречаются люди, создаётся эгрегор и погнали свои диагнозы проявлять и отрабатывать. Каждый семинар преподносит свои открытия и сюрпризы, и я не смог по-честному отказаться от мысли оставить, отпустить Ладогу. Она часть меня, и я часть её, и это уже навсегда.
– Алекс, а как ты вообще сюда попал? Почему «А’льтен»? С чего всё началось?
– О, впервые я приехал сюда с маленькой группой, нас было пятеро всего. Не было цели особой, просто открывали для себя эти места, облазили тут всё вдоль и поперёк. И в одну из вылазок дошли до холма. Мы скоро тоже все вместе отправимся туда, вы увидите Хаос и попробуете прочувствовать его, может, он и вам откроет что-то интересное, расскажет вам о вас тех, очень-очень далёких от настоящих времён… Не хочу никакие прогнозы сегодня делать, всему своё время.
А А’льтен – это моё воплощение здесь. Он жил там, на Хаосе. Теперь его дух – Хранитель этих мест. Я ясно увидел его и поэтому, когда появился мой центр, вопрос о выборе названия не поднимался. Это глубинная память души, одна из многих её историй, которая открылась мне здесь. Нас совершенно не просто так собирает Пространство, я ищу тех, кто был со мной, чтобы восстановить полную картину той жизни, которая однажды разлетелась вдребезги. Мы не смоги, не уберегли, не защитили…
Его голос был полон такой горечи от воспоминаний, от потерь, что этой волной окатило каждого. Я зажмурилась, поняв, что слёзы по щекам сейчас покатятся. Это и моя боль. Вдруг в секунду понимаю, что меня размазывает по песку, хочется выть, потому что крика уже нет, это такое глубокое горе, такая яма в душе, это… Ну какие слова, когда твари, Серые уничтожили дом, самое святое и светлое место на планете, средоточие любви и красоты… С закрытыми глазами я чётко вижу огненные всполохи, летящие в Аллы, в дома, в титанов. Животный ужас скручивает тело, и будто издалека я слышу:
– Лена! Ленка! Очнись, ты где?
Я резко возвращаюсь в себя. Поляна, костёр, белая ночь, тишина звенящая, тёмная громада Леса с одной стороны и зеркало сияющей под Луной Ладоги – с другой, а я продолжаю по инерции раскачиваться в стороны, зажимая уши руками, чтобы не слышать крики тех, которые там и совершенно беспомощны сейчас…
– Спасти, я хочу их спасти, – шепчу я.
– И мы это сделаем.
Я поднимаю взгляд на Алекса. В смысле?!
– Каждый год мы приходим на Хаос и переписываем ту историю. Времени не существует, есть пространство. Никто не мешает нам, нам же, слышишь меня, тем, кто были там, снова собраться вместе и переписать тот сценарий, выбрать другое. Мы проиграли тогда, да, это очевидно, проиграли Тьме. Последствия вот они вокруг нас во всей неприглядности, все в курсе мировых событий. Все эти годы пазл не собирался, недостаточно сильно намерение. Было недостаточное! Было! Я верю, мы сможем это изменить, для этого и собирают нас, для этого и приводят.
Я оглянулась, прошлась глазами по всем сидящим здесь и улыбнулась:
– Ребят, я сюда блокнотик взяла, чтобы скучными долгими вечерами неспешно записывать происходящее за день. Как это всё записать? Я тут меньше суток, а будто всегда жила только здесь, остальной мир уже какой-то нереальный отсюда. А Ладога – настоящее, моё, наше.
– А я сейчас вспоминала, почему тебя вчера у костра не было, думала, ты пораньше спать ушла, – усмехнулась Аксинья.
– Ага, ушла, – засмеялась я. – Вчера меня здесь ещё не было, я приехала к вам сегодня раним утром только. И никого вчера ещё не знала.
Взгляд остановился на Пете, огонь играл в его демонических глазах.
– Кто ты? – вдруг спрашиваю его.
– Ты это обязательно вспомнишь, – ухмыляется он. – Я уверен в этом, ведь ты жила здесь. Боюсь, открытие будет не из приятных.
Он отвернулся показывая, что ничего добавлять к сказанному не намерен. А меня вдруг потянуло, так сильно потянуло к нему, потому что, клянусь, я знала, как хорошо в его объятиях, спокойно, как в домике. Боги Светлые, о чём я думаю?!…
Сашенька – наша главная фея по гитаре, очень привлекательная высокая девушка с огромными миндалевидными глазами, медленно перебирала струны, глядя в огонь. По всей мне разливалась волна тепла. Я в правильном месте, в правильное время. Здесь я всё пойму про себя, про все странности свои. Как хорошо, что я сюда приехала. Это реально что-то на сказочно прекрасном. За песнями и разговорами мы просидели почти до четырёх утра. Я впервые наблюдала белую ночь. Это поистине удивительно. Всё время светлое небо над головой. Солнце заходит буквально на час, но он пролетает незаметно, поэтому вокруг всегда мягкий, лёгкий, чистый свет.
В палатке я переоделась в тёплый флисовый комбинезон с капюшоном, залезла в спальник и улетела в сон. Как сладко здесь спится, я дома.
Город Титанов.
Поздний вечер, но темноты нет. Напротив, с неба льётся невесомый, прозрачный свет, будто осенняя паутинка окутывает всё и каждого из нас. Спать совсем не хочется. Да и как можно уснуть, если за окнами один сплошной день и энергии море, и Сила какая-то глубинная пробуждается всё больше заливая, заполняя всю меня. Состояние ни чем не замутнённой ясности.
Агор терпеливо отвечает на вопросы тех, кто впервые пришёл в Аллы. Ученики, дети, в которых открылся Дар. Он лично отбирает каждого, потому что ясно видит перспективы ребят и умеет развить этот Дар до совершенства. Одарённых с каждым годом становилось только больше. Это сначала обрадовало Агора, но почти сразу и насторожило. В Природе ничего не делается просто так. Если есть запрос на увеличение Силы, то она для чего-то скоро понадобится. Ответ следовал один, и он был ужасен своей очевидностью. Битва! Для неё приходили одарённые души.
– Наш Город находится внутри большой пирамиды, энерго пирамиды. Четыре Алла, ориентированных по сторонам света и один центральный в сердце города, средоточие всех видов стихий. Каждый Алл посвящён одной стихии, и ученики работают с ней в процессе обучения: восточный Алл – Вода, южный – Огонь, западный – Воздух, северный – Земля и центральный Алл посвящён Эфиру, энергии самой жизни, любви, богине Ладе, той Звёздной, что помогала в создании этого места Силы в древние времена, нашего с вами дома.
– Она же дала нам Кристалл? – глаза у мальчишки горят интересом и понятно, что историю он уже знает (её знает каждый титан с раннего детства), но готов слушать снова и опять.
– Да, Нэй, Лада. Она подарила Кристалл и научила применять его энергии на благо всей планете. Вы же помните, это по сути резервуар – накопитель энергии, который удерживает и распределяет её по тем плетениям, что создают и поддерживают Одарённые.
– Мы первые, кто владеет Кристаллом? –спрашивает девочка с огромными голубыми глазами.
– Нет, А’льфия, – голос Агора звучит глухо, – далеко не первые. Это Чудо изначально не с Земли. Сколько ему лет, не знает никто, такая это давняя давность. Где он побывал, в скольких мирах до того, как оказался у Лады, мы никогда не узнаем. Да и здесь, я полагаю, мы – не первая цивилизация, владеющая этим сокровищем.
– А что стало с ними? Прежними хозяевами Кристалла? – голос А’льтена, чистый и звонкий, раздался в наступившей тишине.
Агор внимательно посмотрел на него, точнее на неразлучную парочку. А’льтен и А’льфия, всегда рядом, в будущем два сильнейших Одарённых, судя по тому, какие результаты они показывают на занятиях. Оба одинаково неутомимы в своей страсти к познанию и играм. Их Сила, их Магия тянет ребят друг к другу, что вполне объяснимо.
– Я подозреваю, что Кристалл – лакомый кусочек для всех. Лада даёт его в руки достойным, но во все времена находятся те, кто хочет использовать его совсем не для созидания и поддержания света, а с совершенно обратной целью.
– Почему Боги не защищают его и тех, кому его дали?
– Потому что всякое событие в жизни есть лишь опыт и урок для наших душ. Приходя сюда снова и снова, мы совершенствуемся, обретая новые знания, открывая в себе таланты, Дары, проходим испытания. С появлением Кристалла стало проще, ибо он наделяет нас и Землю особенной Силой, мы благоденствуем, когда он здесь, живём в гармонии с Природой, со стихиями, постоянно учимся, и это прекрасно.
Друзья мои, живите сегодня, потому что вчерашний день уже навеки в прошлом, а завтра ещё не наступило. Сегодня – самое лучшее время для всего. Для всех начинаний и продолжений, всего задуманного. Всегда есть только сегодня.
Это был поздний весенний вечер. На небе уже сияли Фата, Леля и Месяц в полную силу своих полнолуний, и такой покой разливался по всему пространству. Дети, слушая Агора, уже клевали носиками. Сейчас старшие ребята уведут их по домам спать. А завтра наступит новый день, полных чудесных открытий для детей и забот – для взрослых. Так было много лет подряд…
Теперь, по прошествии почти двух десятилетий с того вечера, Агор явно чуял, что опасность далеко не эфемерна, она уже осязаема настолько, что пора делать конкретные шаги. Обуздать и нейтрализовать то, что надвигается, нет никакой возможности, оно всё равно придёт, это лишь вопрос времени, причём, ближайшего. Надо придумать, куда спрятать то, за чем идут – Кристалл и защитить Город. Учитель рядом себе не представлял масштаб того, с чем и кем придётся столкнуться и какую цену нужно будет за это заплатить.
Утро, медовый рассвет. Вид с нашего холма, на котором стоит Город титанов, открывается такой, что хочется парить от всей этой Красоты, полностью отдавшись стихиям. С плато к Ладоге сбегает Лес. Могучие деревья с густыми тяжёлыми кронами, кажется, уплывают вниз по склону, а вокруг, насколько хватает глаз, золотится вода, с кое-где разбросанными по её поверхности островами.
Я разворачиваю крылья и с удовольствием тянусь, подставляя всю себя солнцу, напитываясь этой первозданной, чистой энергией, пропуская потоки света через тело, ммм, чудесно, но…учёба. Поэтому крылышки на место, себя – в Алл. И обязательно поговорить с Агором, он день ото дня выглядит всё озабоченнее. Да и у меня какое-то тревожное предчувствие. Это касается каждого титана, грядут какие-то перемены. Я не ошибаюсь в своих ощущениях и никогда не списываю их на усталость или переутомление от занятий. Титаны в очень тесной связи с Природой, поэтому от предупреждений пространства отмахиваться глупо. Надо лишь понять, что именно хочет оно сказать. После уроков я подошла к Учителю, мы коротко взглянули друг на друга, и он кивнул.
– Я ждал этого разговора, А’льфия. И не ошибся в вас. Вчера ко мне подходил А’льтен, сегодня ты.
– А’льтен? Но мы с ним ничего не обсуждали.
– Конечно. Мужчина не хотел тебя беспокоить, но что можно скрыть от эмпата – целителя да ещё и с такой силой Дара? – усмехается Агор. – А’льфия, что-то надвигается. Об этом говорит всё. Воздух утратил вкус беззаботности, в нём разливаются вибрации тревоги, ты считала их.
– Именно так, но я не могу понять причину. Вокруг та же чистота. Это не наше, это что-то совершенно чужеродное. Я хочу увидеть, прочесть, но никакой конкретики. Откуда оно? Где угроза?
– Она ещё далеко, но стремительно приближается.
– Это ведь…не с Земли?
– Ты права.
– Агор, а мы вообще в состоянии противостоять этому?
– Что нам остаётся делать? Нам придётся.
– А как же остальные?
– Сейчас главное не допускать ужаса паники. Этими низкими волнами мы лишь подкормим то Зло, что идёт сюда, это совершенно лишнее. Держи свои эмоции под контролем. С этого дня я отдаю тебе группу младших для дополнительных занятий. Нам нужно обучить как можно больше Одарённых. Умения каждого пригодятся, А’льфия. У тебя очень сильный Дар, до конца все твои способности, их уровень не может знать никто, поэтому я прошу тебя, чаще говори с собой, заглядывай в самоё себя, ищи, находи, развивай.
М-да, приятно быть загадкой для всех и для себя самой в первую очередь.
Новости совершенно смутили. Я вышла из Алла. А’льтен, мне нужен он сейчас же. Я тянусь мысленно, зову. Он откликнулся моментально, и мы договорились встретиться на нашем месте после занятий. Сегодня я пришла первая. Раскинулась в цветах, привычно поблагодарив место, которое всегда питает меня любовью, мягкой светлой энергией. Я принимаю её, пью и потихоньку прихожу в себя после объяснения с Агором. Наверное, я задремала, иначе как понять то, что не почуяла приближение любимого. Лёгкий поцелуй, я распахиваю глаза и обнимаю его. А’льтен снова целует, попутно отправляя мысль, что все разговоры будут после. После! Я только за. Да и что обсуждать, если ничего по сути неизвестно. Множить смутные догадки? Зачем? Не сейчас! Сейчас есть мы, только мы и только друг для друга.
Его губы, с ума сводящие поцелуи, нежные сильные руки, ласкающие и дарящие истинное наслаждение. Мы совершенно отпускаем себя и…летим. У нас так случается, когда наслаждение захлёстывает особенно сильно, крылья расправляются сами и поднимают туда, где потоки воздушной стихии позволяют просто парить. Поднимаемся выше, ещё выше, под нами уже вода. Не разжимая объятий, я падаю в Ладогу, А’льтен успевает набрать воздуха и приникает к моим губам, в то же время увлекая нас наверх. Вынырнув, мы хохочем, как сумасшедшие. «Сильный мой! Любимый! Прекрасный!» – эти мысли вихрем проносятся во мне, и я знаю, что он слышит их, потому что я сейчас вся открыта ему, только ему, моему единственному.
За окном комнаты давно ночь, я не сплю, не получается захотеть спать. Ощущение, что времени осталось не так много для того, чтобы успеть насладиться всем, что скоро конец. Зачем такие страшные мысли? Зачем они рождаются во мне и крепнут? Это впервые. Такого не было никогда, ведь не было и тени сомнения в том, что жизнь может вдруг измениться. Я точно знала, что, окончив обучение, стану светлым Хранителем нашей энерго пирамиды, буду учить младших Одарённых, жить вместе с любимым. Нет? Где теперь эта уверенность? Развеялась без следа. Я отчётливо понимаю, что обманом будет делать вид, что ничего не изменится. Всё уже изменилось, совершиться этому на физическом уровне даст время и очень скоро. Я потянулась к пирамиде, проверила все плетения, так же мысленно прикоснулась к Кристаллу и вдруг почуяла в нём лёгкую, практически неуловимую вибрацию. Прислушалась к себе, так и есть, это он. Кристалл что, зовёт?..
День второй.
Пробуждение было лёгким и приятным. Я погладила палатку, поздоровалась с ней и улыбнулась. Домик, мой собственный домик, как в детстве, когда делала его под большим столом в зале, укрывая своё пространство со всех сторон одеялом и покрывалами. Моё! Только моё! Ночью было тепло. Я сняла с себя комбинезон, переоделась в купальник и расстегнула молнию, впуская солнышко. Как хорошо, вкусно хорошо. Захватив всё для умывания, направилась к Ладоге, по дороге решая серьёзную проблему: как умываться и приводить себя в порядок так, чтобы это изящно смотрелось со всех сторон? Тут дверкой не прикроешься. Да, у кого про что, у меня ребром стоял вопрос эстетики. Впрочем, стоял он ровно до тех пор, пока я не увидела премилую картину на берегу. Кто-то уже плавал, а на пляже у кромки воды расположилась прекрасной русалкой Кэри, вокруг неё стояли баночки и тюбики в каком-то невообразимом количестве. Она очень изящно проходилась станком по стройной ножке и болтала с группой ребят, также пришедших на утреннюю помывку. На свой немой вопрос: «А что, так можно было?» Я тут же ответила абсолютно утвердительно и со спокойной по этому поводу теперь и навсегда душой, устроилась рядом.
Спали мы всего четыре часа в общем и целом, но все были архи активны, бодры и веселы. Ладога радовала солнечной погодой, чистым дивной синевы небом без единого облачка, душевной компанией и…холодной водой! Так, момент, а как, простите, совершать омовение всей себя при такой температуре, которая явно комфортна разве что для упорно практикующих моржей?
– Здесь всегда так утром будет? – я реально офигела от перспективы ждать, когда ближе к вечеру водичка станет приемлемой для купания не только амфибий и всяких там хладнокровных.
Мимо прошагали Дими и Петя с вёдрами: нужна вода для приготовления пищи и мытья посуды.
– Нет, – откликнулась Вика, выходя на берег из Ладоги. Она на семинаре далеко не первый раз, это я узнала, общаясь ещё в чате. – У неё свой характер, девочка же. Сегодня так, завтра иначе. Как ей захочется. Ладога огромна, сегодня, видишь, знакомит нас с холодным течением.
– Ты с таким теплом говоришь о ней, будто вы часто видитесь, – улыбаюсь я.
– Я живу в Карелии. Ладога – фактически мой дом.
– Вот оно что, а то я уже решила, что ты занимаешься по индивидуальной программе моржевания. А это для тебя обычная, оказывается, история. Не, я в такую ноябрьскую воду не рискну соваться, нафиг-нафиг. Мне силы волюшки пока не хваА-А-А-А!!! КТО ПОСМЕЛ??? – заорала я, как потерпевшая…хотя я и есть потерпевшая! Какого единорога?!
На меня хлынул ледяной водопад! Резко развернувшись, я имела счастье лицезреть, как жеребцов, ржущих всех, но с особой жестокостью и предвкушением неизбежной мести я смотрела на Петеньку с пустым ведром в руке. Жить ему оставалось (не ведру, естественно!)…
– Ты! – я задохнулась от злости, неожиданности, от ледяного душа. – Демон! Зараза! Анафеме предам! Сначала убью сейчас, а потом предам!
После этой купели по телу моментально разлилась волна жара, яра, перекрывшего напрочь весь мой здравый смысл и взвешенные решения. Ибо чем, кроме аффективного состояния, объясняется моё дальнейшее поведение? Я в момент сорвалась с места к Пете, он метнулся к воде, развернулся, поймал меня в объятия и …рухнул вместе со мной в гостеприимную двенадцатиградусную Ладогу. Я ушла под воду с головой, вынырнув, взвыла раненым мамонтёнком от собственной глупости. Ну на кого я наехала? И чего ожидала? Со своими ста пятьюдесятью восемью сантиметрами роста и сорока семью килограммами побежала побеждать и свергать богатырского сложения Демона ростиком метр девяносто. Я у него под рукой свободно прохожу, не задевая, о чём я думала вообще?!
– Грей меня теперь! – совершенно нелогично заорала я.
– Обнять? – в своей обычной ехидно-равнодушной манере ухмыляется совершенно такой же мокрый Пётр.
– Блин! Блинский, мать его, блин! – я оглянулась, на секунду замерла и вдруг громко рассмеялась, расхохоталась от всей души.
Видимо, реакция пошла, мне было плевать, если кто-то не так поймёт. Это было состояние какого-то хмельного упоения. Ну где ещё может так волшебно начаться утро? Я раскинулась звёздочкой на тёплом песке, который сразу согрел. Жизнь прекрасна!
– А давайте с разгона в неё ворвёмся вместе, я одна не решусь никак, – предлагает Кэри.
– Так давай я и тебя закину, – Петя в своём репертуаре.
– Нет! Вместе. С визгами, воплями, как в детстве, хочу!
Я резво вскочила с песочка, потому что тоже хочу. Вместе это чудно, я считаю. Мы отошли подальше от воды.
– Ррраз! Два! Три! – отсчитывает Вика.
– Погнаааали!!! – это уже общий дикий вопль, и мы рванули с места под ведьминское. – Йухуууу!!!
Потом очень быстро раздалось ожидаемое:
– Ааааааа!!! Она же ледяная!
Но никто уже не отступился от погружения. Это было эпично. Мы ржали, как психи ненормальные. Потом так же, чуть быстрее, чем сильно резво, неслись обратно на берег и прыгали под солнышком, разгоняя кровь и согреваясь. Дими уже развёл костёр на полевой кухне и готовил какие-то вкусности. Огонь! То, что нужно. Я подошла к костру и уселась рядом. Дааа. Теперь эйфория.
– Наигрались? Группа «Солнышки», честное слово, – Дими улыбался и помешивал кашу в котелке. – Шоколадку хочешь?
– Маленькие любят сладкое.
Кто ж откажется от вкуснятины на свежем воздухе. Сижу, жую, перебиваю аппетит, запиваю водой и понимаю ясно, что такое – осознавать счастье в моменте, когда вот прямо сейчас всё настолько ок, что просто мяу.
Алекс пришёл к завтраку:
– Детишки без меня не шалили?
– Детишки издевались над самой новенькой и маленькой, – сообщаю, старясь сделать максимально обиженный вид, который с шоколадкой, зараза, никак не гармонирует.
– Ой, кто это у нас тут жалуется? – Дими отрывается от готовки, загадочно смотрит на меня пару секунд и уверенно сообщает. – Ну что, Алён, наряд вне очереди.
– В смысле?!
– Дежурная завтра, в смысле, – уже откровенно ржёт он. – Ну не дуйся, все там будут. Добавку хочешь?
– Дииими, ну завтра же начало занятий! Я не могу пропускать, – пытаюсь я оттянуть неизбежное.
– А ты быстренько посуду мой, тогда всё успеется.
Вашу ж эту саму! Поиграла в девочку, называется. Я надулась, представив завтрашний объём работ.
Тем временем всё приготовилось, наш лагерь позавтракал, и Алекс предложил размяться, поиграть, но сидя, пока пища недуховная усваивается. Правила простые: выбираешь из стопки карточку, лепишь, не глядя, на лоб. Потом, задавая вопросы, пробуешь отгадать, кто ты. Играющих собралось человек двадцать. Алекс перемешал карточки и протянул их мне:
– Ага, то есть позориться я теперь тоже первая буду…
– Послезавтра тоже отдежурить есть желание? – тут же проявляется главный по тарелочкам.
– Ладно, не угрожай, сатрап.
– Не будь к себе столь критичной, веселее, – подбадривает Алекс.
Беру, леплю, дуюсь. Договорились, что угадывающий, пройдя один круг с вопросами, должен назвать, кто он, если ответа нет, то фант: нужно будет выполнить какое-нибудь задание.
– Начинай, мелкая, – усмехается Петя.
– Я живое существо? – буркаю я.
– Да, – отвечают мне.
– Человек?
– Нет.
– Значит, животное, – мне становится интересно. – Большое?
– Да!
– Медведь? – выдаю я первое большое животное, пришедшее на ум.
– Блин, три вопроса всего! У тебя просто очень лёгкая карточка!
– Дими, уймись, – хохочет Алекс, – круто. Поехали дальше, следующий.
По ходу игры с гордостью понимаю, что я умничка, ибо вот Дими, например, сейчас изображает нерезанного поросёнка, потому как фантазия и соображалка у некоторых больше на каши и салаты заточена, а не на тонкости русского языка. Я окончательно развеселилась, напрочь забыла о завтрашнем дежурстве и вместе со всеми ржала над мучениками игрового процесса.