Кровь и Плен

Смотря ей вслед, я почувствовала вину. Но в то же время и рассказать обо всем девушке я не могла. Это была не моя тайна. А Айвен давала мне слишком много поводов для недоверия.

Наша группа уже долгое время шла в тишине, когда Винсент проговорил:

– Все-таки странное происшествие…

– Да. Путникам повезло, что сегодня эта дорога весьма оживленна. В ином случае они бы остались там одни на всю ночь, а кто знает, что притаилось в этой местности?

Ситуация заставляла задуматься, ведь в Турисе пропало несколько людей. По словам жителей, все пропавшие собирались в путешествие. Логично было бы предположить, что путешествие затянулось либо с ними произошло несчастье уже в пути. Но совсем недавно нашли младенца прямо на дороге, а до этого мужчину со сломанной ногой, что попал в капкан охотника и истек кровью, – он не смог выбраться и позвать на помощь. У младенца были родители, а у умершего имелся брат, который путешествовал вместе с ним, – и все они тоже исчезли. Словно растворились в воздухе. Или их сожрали твари – этот вариант событий был наиболее вероятен.

Изначально, когда только планировалась эта охота, обитание монстра возле Туриса было лишь домыслом. Большая часть учеников и не верила, что мы наткнемся на нечисть. Но в свете последних новостей о пропавших сомнений стало гораздо меньше.

Поэтому в городе нас ожидало трое наставников, хотя обычно в охоте участвовал лишь один. Руководство Академии Снов решило, что лучше подстраховаться, дабы избежать внезапных смертей.

Хотя смерть редко бывает ожидаемой…

Но, несмотря на охоту, на меня Турис навевал воспоминания о лагере у озера Спокойствия, который раскинулся неподалеку. В это время года он практически пустовал, там проживали лишь престарелые даэвы, приглядывавшие за территорией и решившие провести остаток жизни в уединении. Даже в летние месяцы, когда туда отовсюду стекались молодые стражи, постоянные жильцы обычно скрывались в дальней части лагеря, куда ученикам вход запрещали.

Земли возле Великих озер и Академии Снов считались одними из самых безопасных, в округе было слишком много магии даэвов, и это отпугивало нечисть, заставляя ее разбредаться по другим уголкам материка. Но за последние два года Турис уже, возможно, второй раз страдал от порождений тьмы.

На днях, заглянув в хроники, я узнала, что последнее появление нечисти в Турисе, не считая случая со мной, происходило почти пятнадцать лет назад. Безмятежным годам вдруг пришел конец. И если слухи о монстре подтвердятся, то, вероятно, где-то неподалеку находится то, что привлекает энергию Серого мира в этот городишко.

Мысли прервал негромкий скрип, донесшийся сзади.

Люций, управляя повозкой, стремительно нагонял нас, нахлобучив на голову неведомо откуда взявшуюся соломенную шляпу. Сами владельцы гнедой кобылы сидели вместе с другими теневыми дивами в телеге, у которой вместо одного было целых четыре новых колеса.

– Забирайтесь, подвезем, – предложил Моран.

– Телега развалится, – буркнула Ларак.

– Ничего не развалится, – отмахнулся див, а потом раздался треск. У попытавшегося встать Блеза провалилась в днище нога, проделав дыру. У Айвен вырвался тихий смешок.

– Точно развалится, – прошептала она, пытаясь подавить улыбку.

– Мы сами дойдем. Но спасибо, – отозвалась я, уже видя зарево огней над городом, что не потухали даже ночью. Если мы поторопимся, то успеем даже поспать.

Но, против всякой логики, телега вдруг поехала медленнее, вровень с нами. Не прошло и нескольких минут, как изнутри донесся чей-то храп, – то ли это была семейная пара, то ли кто-то из дивов заснул. А может, и все вместе.

Пусть почти все из присутствовавших испытывали смертельную усталость, нашелся кое-кто, полный сил, – малышка лет семи, чей плач мы слышали в самом начале. Оправившись от шока и поняв, что ничего страшного не случилось, она, едва выглядывая из-за деревянного бортика, пристала к Люцию с вопросами:

– А вы тоже путешествуете?

– Да, мы идем на охоту, – с готовностью ответил Моран.

– Охоту?

– Да. На плохих-плохих существ.

– Ревенантов, да? Я уже взрослая, поэтому знаю о них, – довольная своей догадливостью, заявила малышка, тряхнув головой. Светло-русая коса растрепалась, делая ее похожей на одуванчик.

– Да? Ты и правда взрослая, – наигранно восхитился Люций. – Моя сестра была чем-то похожа на тебя в этом возрасте.

Див впервые заговорил о своей сестре. Я знала, что у главы Северного ордена два ребенка, но даже один из них мог заменить десятерых.

Какая она, вторая Моран?

Девочка повернулась ко мне. Долго смотрела, пока тишину нарушал лишь размеренный скрип телеги.

– Эта тетя меня пугает, – вдруг произнесла малышка, вновь обратив все свое внимание к Морану.

Я вздрогнула. Нахмурилась.

Люций звонко рассмеялся, лишь чудом не перебудив спящих.

– Порой она пугает и меня, – согласился он, бросив на меня хитрый взгляд. – Но на самом деле эта тетя очень добрая. Если бы ты узнала ее поближе, то поняла бы это.

– Она тебе нравится? – спросила малышка, подпирая ладошкой подбородок.

– Конечно. Она мой друг, – как ни в чем не бывало заявил див.

Мой взор метнулся к нему, на мгновение я будто утонула в пепельных глазах.

Такая банальность.

Айвен засыпала на ходу. Винсент тоже. И в повозке было подозрительно тихо. Это создавало иллюзию уединенности. Будто свидетелем этого разговора были только я и он и мало что понимающий ребенок.

– Мама говорит, что когда нравится, то женятся.

– Многому же тебя мама учит, – заметил Люций.

– Да. Она у меня очень умная.

– Значит, ты пошла в нее. – Моран потрепал девчушку по голове.

Дорога вильнула, деревья расступились, являя сплетение новых путей, которые соединялись в одну большую дорогу. Последняя упиралась в запертые деревянные ворота, что охраняли Турис от непрошеных гостей. Неподалеку от ограждения блестела гладь озера – одна его половина относилась к территории города, а другая – за его пределами.

– О, мы почти приехали, – сказал Люций, дергая поводья и заставляя лошадь идти быстрее.

Телега натужно заскрипела и обогнала нас, чтобы совсем скоро остановиться у ворот, где местный стражник проверял въезжающих в город. Город, не спящий даже ночью.

Посмотрев на лес, оставшийся позади, потом на проснувшуюся семейную пару и их ребенка – маленькую невинную девочку, что чмокнула в щеку маму и стала пересказывать недавний разговор с Мораном, – я вновь ощутила возрастающую ответственность за невинные жизни. Коснулась эфеса меча, осторожно проведя пальцами по металлу.

Малышка, сидевшая в телеге, неожиданно стала напевать песенку:

«На заре, встречая рассвет,Растечется алый цвет.Землю он обагрит,И в том месте цветок вырастет».

Я оглянулась на девчушку, которая сама не знала, о чем пела, беззаботно вертя в руке тряпичную куклу. От этого песня звучала еще более зловеще и пугающе.

Ликорис – цветок смерти – нередко вырастал там, где недавно пролилась чужая кровь. Особенно если в ней присутствовала магия, темная или светлая – неважно, как и то, даэву она принадлежала или человеку, обращенному в монстра.

Сглотнув, я посмотрела на Морана – мы оглянулись одновременно, встретились взорами, – внутри его темно-серых радужек вновь бушевала гроза.

Скрип открывающихся ворот вывел меня из оцепенения, и я отвернулась, на мгновение сжав ладони в кулаки и чувствуя, как в горле неожиданно пересохло. Было так странно понимать, что из всех окружавших меня даэвов я неожиданно нашла понимание лишь у теневого дива, чьи эмоции раз за разом оказывались так созвучны моим.

III. Лоуз Прауд

Свету и тьме – не бывать вместе.Не зря мы тщательно чтим этот закон.Рано или поздно либо свет развеет тьму,либо тьма погасит свет.Не означает ли это,что даже исход многовековогосоюза предопределен?Тогда не должны ли мы позаботитьсяо людском благе?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.