Душа из снега и стекла

Она часто ругает меня за нежелание обучаться этому женскому ремеслу, апеллируя тем, что ни один фэец не захочет себе в жёны такую вредину. А я вот считаю, что каждый должен заниматься тем, что любит. Если она любит печь булки и отлично это делает — прекрасно. А я вот неплохо вправляю кости и останавливаю кровотечения — вот в этом и планирую развиваться.

Мы весь вечер трапезничали, я рассказала о своём дне во всех деталях, причём активно жестикулируя руками. Мама была счастлива и сияла как звезда. А папа был шокирован, видимо он до последнего не верил, что меня возьмут в ученики Анремона, да ещё и сама Анита займётся моим обучением.

Я сама до конца не верю во всё происходящее.

Тут начнётся моя новая жизнь, мой новый путь… Родители будут мной гордиться, а Орктус, когда вернётся, крепко обнимет и скажет, что я красивая, сильная и талантливая Эли. Так меня называл только он, это был наш секрет ото всех.

Я скучаю по брату… поскорее бы он к нам вернулся.

***

— Бет, не тяни нити так сильно, иначе ты их порвёшь. Магия — это вода, она пластичная и гибкая, старайся погружаться в неё плавнее, иначе от твоих манипуляций пациенты будут морщиться от боли.

По моему лицу текли капли пота, пока я помогала наладить магические потоки гвардейцу, пострадавшему на границе.

Анита стояла надо мной и постоянно исправляла ошибки.

Она оказалась очень строгой наставницей, но уже спустя четыре дня интенсивной практики под её руководством и бесконечной теории я почувствовала сильный прогресс в целительном деле.

Я стала лучше чувствовать состояние больных и научилась сглаживать боль пациентов с помощью своей магии.

Невероятный опыт!

Когда я помогла молодому хранителю, он стал дышать глубже, лёжа на высокой постели, он повернул ко мне серо-зелёные глаза.

— Спасибо… вам, миледи. Мне стало намного лучше. Ваша… магия… такая же прекрасная… как и вы.

Я нежно улыбнулась мужчине и кивнула.

— Не стоит меня благодарить, будьте осторожны, надеюсь, вы будете редким гостем у целителей.

Анита многозначительно кивнула и отпустила меня в коридор, где я активно разминала затёкшую шею и ноющую поясницу.

Самой большой преградой для меня всегда было собственное слабое тело, оно и создавало основные трудности в развитии способностей. Несмотря на фэйскую сущность, мои кости с рождения хрупкие, а мышцы слабые. Я даже не припомню, сколько раз ломала руки, ноги, растягивала мышцы и рвала сухожилия. При этом я никогда не была слишком активной, не любила физические нагрузки и подвижные игрища.

Орктус, наверное, сотню раз таскал меня на себе после очередных «полётов», в такие моменты он печально вздыхал и называл меня «неловким недоразумением».

Я улыбнулась своим воспоминаниям, продолжая растирать горящую поясницу. Анита вырвала меня из мыслей.

— Бет, это никуда не годится. Ты простояла три часа, а мышцы забились, будто прошло двадцать три. Тебе бы подтянуть физические данные. Если мать-земля не дала тебе крепкого фэйского тела, то создай его сама.

Женщина твёрдой рукой убрала мои руки с поясницы и положила свои ладони. Она надавливала на нужные точки пальцами, и ноющая боль постепенно уходила, я благоговейно выдохнула и позволила снять напряжение в моей спине, прикрыла глаза и молча слушала строгий голос.

— Я серьёзно. Меня не устраивает это. Массажами можно временно снять боль, но если ты не начнёшь работать со своим телом, то с каждым годом будет становиться только хуже. Как ты будешь спасать жизни, если сама еле выдерживаешь минимальные нагрузки. Я найду тебе учителя, и ты будешь понемногу заниматься.

— Наставница, я не создана для этого. Мой брат много лет пытался развить у меня маломальские способности, обучал меня самообороне, но кроме вывихов и синяков мы не добились ничего.

— И что же, он так быстро сдался?

Я тихо засмеялась.

— Да нет, много лет старался, потом уставал и начинал снова… но после сломанного бедра от падения на площадке он оставил попытки. Бедолага сам чуть не откинулся, когда услышал, как хрустнула кость.

Анита засмеялась в ответ.

— Представляю эту картину, мужчины превращаются в трусливых кроликов, когда дело доходит до страданий любимых женщин. Я так понимаю, когда проблемы были у тебя, латала тебя Марта?

— Даа. Она моя наставница и по совместительству личный врачеватель.

Анита прекратила движения, боль из поясницы ушла, и я вновь смогла вздохнуть полной грудью и расплылась в улыбке.

— Спасибо, Анита! Если бы не вы, я бы ещё два дня назад скорчилась где-нибудь в библиотеке.

— Брось, нет проблем. Так, ты иди к волку, а мне надо решить вопрос с одним пациентом и отправить его домой. Когда закончишь, можешь быть свободна. Завтра у тебя выходной… погуляй с семьёй по столице и развейся. А насчёт учителя по физической подготовке я подумаю. О своём теле надо заботиться, дитя, оно у тебя одно на всю жизнь, поэтому возражений я не принимаю.

Я печально вздохнула, но искренне улыбнулась и попрощалась с Анитой.

Ну что ж… выходные — это прекрасно. Значит, навещу чёрного алмазика и пойду домой.

Волк так запал мне в душу, что я взяла за правило ходить к нему чаще, чем каждый час. Его чёрный мех напоминал мне мои собственные волосы, и я наслаждалась обществом хранителя Огненной Страны и рассказывала ему истории, которые в своё время мне дарил Орктус. Не знаю, нравлюсь ли я волчонку, но он на меня никогда не рычит и не отворачивает пристального взгляда, наверное, это знак, что моё общество ему также приятно.

Слова Аниты о тренировках я не восприняла всерьёз, думаю, обучить и развить меня не сможет ни одно существо в мире, удачи госпоже и терпения тому несчастному, на кого упадёт этот тяжкий жребий.

Глава 4.

Люкс.

Все мои надежды и планы рухнули. Рано утром, практически вслед за Эктором, появились гвардейцы Страны Огня. Меня забрали и зашвырнули в пространственный коридор как мешок отбросов.

Я совершенно не понимаю, где теперь нахожусь.

Я поднялась на дрожащие ноги и попыталась осмотреться вокруг, когда услышала за спиной животный рык.

Моё сердце замерло… я повернулась на источник, но не успела среагировать…

Чёрт.

Декстер был зол как Аид и наотмашь ударил меня тыльной стороной ладони по лицу. Как будто столкнулась с каретой. Я упала и прокатилась по пыльной дороге ещё добрых пару метров.

— Как же ты меня достал, мудила.

Я сплюнула кровь и села на четвереньки, злобно уставившись в бешеного пса перед собой. В его глазах я видела безумство, когда подонок снова зарычал и медленно приближался ко мне. Вокруг нас было много хранителей, но все благоразумно отошли в сторону от этой картины. Я зарычала и показала ему свои зубы.

— Ах ты мерзкая маленькая сука!

Он говорил, чеканя каждое слово, сопровождая свой монолог отборной порцией яда.

— Когда ты успела это провернуть, рыжая падаль? Я уверен, что забирал эту человеческую шлюху, как это могла оказаться ты?!

— Просто иногда надо свои тупые мозги напрягать. У тебя, очевидно, всё постоянно отливает к члену, но надо научиться с этим жить, неудачник Декстер.

Я знала, что сейчас подписываю себе смертный приговор, но хотела, чтобы мудак насладился и моим триумфом, и хрипло рассмеялась, а глаза Декстера стали пылать яростью.

Он подозвал юного гвардейца и рукой попросил что-то подать.

Когда раздался металлический лязг, я присмотрелась к штуке, которую взял Декстер.

Он поднял перед моими глазами тяжёлую цепь, на которой болтался широкий элоахилиновый ошейник.

— Вот блять.

Шавка короля облизнул клыки и мерзко улыбнулся.

— Я потащу тебя по земле прямиком к лагерю. Как ты там любишь говорить? Цепные псы короля? Сегодня ты вдоволь насладишься ролью дикой суки в ошейнике.

Вот чёрт, эта штука сожжёт мою шею.

Декстер смеялся и приближался, я поднялась и завалилась назад, отползая от чудовища. Мои ноги были в кандалах и снова плавились, цепи отсоединили от столбов палатки перед тем, как забрать меня, и длинный тяжёлый металл волочился по земле.

— Отвали от меня, убожество.

— Нет уж, ты, шваль, подставила меня, теперь до столицы я довезу тебя сломанной и покалеченной. Ты ещё пожалеешь, что встала у меня на пути. Знаешь… ты намного красивее этой человеческой шлюхи, теперь я с наибольшим удовольствием продолжу твоё воспитание.

Нет, боги…

— Да пошёл ты, ублюдок!

Снова боль, снова позор…

Я сглотнула тяжёлый ком, и внутри стал разгораться огонёк страха.

Я вспоминала обрывки того ужасного дня, когда монстр бил меня и унижал. Он рвал мою одежду и трогал голое тело. Если бы не стечение обстоятельств, то это чудовище надругалось бы надо мной.

Теперь он наденет на меня ошейник и снова начнёт ломать.

Моя спина упёрлась в опору, ползти больше некуда…

Бешеный пёс поднял глаза надо мной, безумная похоть и сумасшествие сменились холодной ненавистью. Он внимательно смотрел за меня, челюсти сжались.

— И какого хрена ты здесь устроил?

Этот голос… я повернулась назад и увидела, что упираюсь в чёрные ботинки, подняла взор вверх: это был Эктор… злой, властный и могущественный воин. Он смотрел на фэйца, а я на мгновение залюбовалась линией его челюсти.

— Декстер, может ты наконец-то начнёшь выполнять поставленные перед тобой задачи? Если тебе срочно надо впихнуть свой член в кого-то, то иди на хрен отсюда и найди себе девку. Наши пленницы — это не твои увеселения.

Голос Эктора был низким и властным, я напряглась от угнетающей ауры вокруг.

И затем почувствовала как холодная магия еле заметно коснулась моей спины и погладила от поясницы до шеи.

Боги… я вся покрылась мурашками… это ведь он? Это его магия?

— А в чём проблема? Её надо доставить к новому лагерю, так я и доставлю. А чтобы тварь знала своё место, преподам ей урок.

— Тебя кто-то наделил этими полномочиями? Кажется, я сказал, чтобы ты держался от наших пленников подальше. Если ты покалечишь её, или она что-то с собой сделает, мы потеряем ценную заключённую.

— Да брось, что эта шваль сделает? Ну поноет пару часов в уголке да и вновь станет остроязычной сукой. Она же королевский хранитель, да крошка? Ты же сильная девочка?

Я зарычала.

— Ну вот видишь. Трахну её разок и пусть сидит в своей клетушке. Да? Хочешь я сделаю тебя женщиной, сука?

Я машинально вжалась спиной в ноги Эктора и сжала руки в кулаки.

Ненавижу, ненавижу, ненавижу!

— Я не собираюсь повторять. Если у тебя недержание, сваливай отсюда и ищи себе увеселения. Дойдём до лагеря, сходи к Барелия, уверен, он подкинет тебе подружку.

Эктор взял меня за предплечье и потянул наверх, я поддалась и грузно поднялась на ноги.

Светящиеся глаза посмотрели на меня сверху вниз, он был холодным и отстранённым, но сейчас мне было в сотни раз уютнее, чем одной среди этого зверья.

— Я хочу эту, генерал…

Эктор тихо зарычал и медленно поднял взор на Декстера, вокруг стало холоднее и темнее, магия сумрачного волка будто погрузила нашу равнину в полутень, словно жизнь постепенно уходила из этих мест.

— Если мне придётся вновь повторяться, я оторву твои яйца и засуну в глотку, чтобы ты наконец-то начал думать мозгом. Лучше свали, и в ближайшее время не отсвечивай, иначе я за себя не ручаюсь, капитан.

Лицо Декстера стало непроницаемым, но я видела, как в его глазах вспыхнула неприкрытая ненависть.

Я хотела улыбнуться и послать его нахер, но не стала обострять ситуацию. Мудила развернулся и пошёл прочь. Трусливый ссыкун!

Эктор обратился к окружающим нас гвардейцам в чёрном, которые стали свидетелями всех сцен.

— Мы выдвигаемся немедленно, ближе к вечеру окажемся рядом с Килой, там передохнёте и поедите, движемся без переходов, магию держим при себе, не надо оставлять лишних следов пока мы на нейтральных землях.

Пока? Кила? Твою мать… мы идём на земли горцев, вот дерьмо, только этого мне не хватало. Так, ладно, надо успокоиться и придумать план.

Эктор положил мне руку на поясницу и привлёк внимание к себе.

Его лицо разгладилось, вернулась спокойная равнодушность. Он долго рассматривал меня, а я молча изучала его. Большой палец Эктора двинулся по моей пояснице… круговые движения успокаивали меня и тем не менее сильно напрягали, что-то в этом было необычное, я не испытывала раньше таких чувственных ощущений от едва заметных касаний.

Вокруг нас пустела равнина, чёрные тени воинов удалялись вперёд, а Эктор продолжал удерживать моё внимание, и лишь спустя пару минут заговорил.

— Ты как? Всё нормально?

Я сглотнула. Боги… и что мне сказать? Я очевидно не в порядке, но он уберёг меня от худшего, по крайней мере сейчас. Наверное, как-то неправильно будет вести себя как стерва, он же помог?! Я запуталась…

— Да, сейчас всё нормально.

Эктор вздохнул и посмотрел вслед удаляющимся гвардейцам.

— Ты можешь пойти пешком или поехать со мной. Предупреждаю, что вторую лошадь я тебе не дам, потому что не настроен гоняться за тобой по равнине. И перед тем как ответить, подумай как следует, кандалы я снять тоже не могу… не сейчас, не при подчиненных.

Не сейчас? Значит, он снимет их позже. Внутри меня расцветал щенячий восторг. Его магия в прошлый раз дала возможность мне снова продышаться полной грудью без ужасной обжигающей боли.

Шестерёнки в мозгу активно крутились, я набрала в грудь побольше воздуха и сжала руки в кулаки, вновь подняв глаза на лицо Эктора.

Он ощутил моё внимание и перевёл взгляд обратно ко мне. Ленивые движения пальцем не прекращались, и я не хотела отстраняться от этого успокаивающего жеста.

— Я поеду с тобой. Не люблю много ходить.

Воин улыбнулся одной стороной губ и хмыкнул.

— Правильное решение, лапа. Пойдём, нам пора.

Он провёл пальцами по моей спине и отпустил, удаляясь вперёд, я последовала за ним.

***

— Какой красивый.

— Да, мой давний друг.

Я восхищённо рассматривала коня Эктора. Это было чёрное как ночь, высокое, крепкое животное с плотным телосложением. Когда я провела ладонью по мягкой гриве, конь забил копытами и запыхтел паром, опуская и поднимая голову. Я улыбнулась и поздоровалась с лошадкой.

Эктор подошёл сзади, я ощутила его запах и теплоту тела, низкий баритон звучал как музыка над моей головой.

— Ты ему нравишься. Его имя Даллас.

Я осторожно повернула голову назад и задрала вверх, глядя в золотые глаза.

— Как «возмездие»?

Эктор медленно кивнул и улыбнулся.

— Ты умная.

Я фыркнула и отвернулась обратно к чёрной лошадке.

— Язык древних — это больше база, чем что-то особенное. Не думаю, что это показатель большого ума.

Фэец цокнул.

— Знаешь, в чём-то ты права. Если бы ты была умной, то не стала бы провоцировать и посылать Декстера нахер при всех.

Я развернулась к Эктору, вновь подняла голову наверх, недовольство выливалось из меня фонтаном, забрызгивая мужчину.

— Ну во-первых, я никого не провоцировала, он сам подошёл ко мне и чуть не сломал челюсть. Во-вторых, я не посылала его нахер, я всего лишь сказала, что он убожество и мудила.

Эктор приподнял одну бровь и недоумевающе уставился на меня, на что я ткнула пальцем в его грудь и со злостью ответила.

— Я никогда не буду молчать, а уж тем более когда закомплексованная гора мышц с маленьким членом пытается меня унизить.

Эктор потерял дар речи, а я недовольно уставилась на него и сложила руки на груди.

Спустя долгую паузу он вздохнул и хрустнул костяшками пальцев.

— Я даже не знаю, что сказать. Ладно, поехали уже.

Эктор взял меня за талию и усадил на Далласа. Я даже не успела осознать, что происходит, когда сзади ко мне прижалось горячее твёрдое тело. Мои щёки моментально покраснели, а спина вытянулась как струна. Ощущение, что я проглотила металлический лом.

Боги… это оказалось волнительнее, чем я думала.

Эктор взял поводья левой рукой, а правую положил мне на живот.

Я сглотнула вязкую слюну и опустила глаза вниз на его большую ладонь. Сердце билось как барабан, я пыталась с ним совладать и объяснить, что эти реакции — полный абсурд, но внутри всё переворачивалось от касаний этого фэйца.

Мерзавец! Чары на меня наложил что ли?!

Горячее дыхание переместилось к моему виску. Эктор говорил тихо, пока мы ехали справа в отдалении от хранителей короля.

— Люкс. Мне кажется, или твой пульс неестественно сильно ускорился?

Я ответила, не поворачивая головы, стараясь быть как можно непринуждённее.

— Я просто люблю кататься на лошадях. Меня прямо восхищает это занятие, и немного переволновалась от этого. Ты же не думаешь, что это связано с тобой, волк?

Фэец усмехнулся, большой палец на животе задвигался по кругу, тот же жест, что он проделывал с моей поясницей.

Внутри меня нарастали странные новые ощущения, живот жалобно ныл. Я будто бы зависла в воздухе и замерла, мне… мне было интересно ощутить эти новые впечатления. Всё это было настолько притягательно, что я не хотела и не могла бороться. За всю свою жизнь я не ощущала таких странных тянущих болей, и это заворожило меня. Я хотела пережить всю гамму чувств до конца и перестала думать о нелепости ситуации и о том, кто дарит мне эти ощущения. Я просто была и просто наслаждалась.

Фэец надавил мне на живот, и я машинально откинулась лопатками и затылком в него… он довольно заурчал. Я как будто знала и чувствовала все его жесты и просьбы без слов.

Эктор прижал щеку к моей голове, его ленивые движения остановились, и я ощутила, как горячие пальцы расстегнули нижние пуговицы рубашки и коснулись моей пылающей нежной кожи.

Я не сдержалась и тяжело выдохнула перед собой.

Эктор гладил мой живот большим пальцем, он опустил голову через моё плечо и лениво наблюдал за своей рукой на животе. Я ощущала этот взгляд, но не в силах была повернуть голову к нему. В меня будто вселились десятки маленьких бабочек, и сейчас они клубились внутри и закручивали моё нутро.

Из погружения меня вывел низкий голос над ухом.

— У тебя странная любовь к лошадям, лапа.

Я тихо рассмеялась, и он тоже, затем продолжил:

— Тебе так нравится. Ты всегда так реагируешь, или это я счастливчик?

Я прочистила горло и постаралась говорить увереннее, но вышло не очень уверенно.

— Будем считать, что это ты счастливчик.

— Вот как.

— Только не задирай нос, ничего особенного в тебе нет.

Он усмехнулся.

— Правда? Ну может и так.

Он на секунду отстранился, и мне стало холодно, моё женское начало негодовало, но Роул слегка переместился сзади и вдавил меня задницей в пылающую твёрдость между своих ног.

Я забыла, что хотела сказать…

Боги богов…

Его правая рука убрала мои волосы за ухо, вернулась на живот, и он переместил её выше, коснувшись моих рёбер с левой стороны.

Я широко раскрыла глаза, а фэец опустил своё лицо к моему и провёл носом по щеке, затем я ощутила, как он опускается вниз.

Дыхание Эктора спустилось к моей шее, его рука прижала мягкое тело сильнее, и я растаяла как льдинка на солнце.

Я опустила голову влево, открывая ему свое горло и приглашая на пир.

Сумрачный волк весь завибрировал, вдыхая мой запах, а я утонула в его.

Затем он опустил мягкие губы к моей шее и медленно поцеловал.

По мне побежали мурашки и горячие импульсы. Я ощутила, как живот немеет, а грудь наливается и жалобно ноет. Эктор углубил поцелуй, я почувствовала его влажный язык, а когда он прикусил тонкую кожу, я выгнулась и не сдержала стон удовольствия.

Рука фэйца в эту секунду переместилась с рёбер на левую грудь. Он сжал меня, и я стала дышать прерывисто…

Богиня Делия… какие же приятные ощущения…

Эктор поднял рот к моему уху и низко прорычал:

— Если не прекратишь так стонать и выгибаться, я не сдержусь, лапа.

Я закрыла глаза и хрипло прошептала:

— И что ты сделаешь, волк?

Он томно засмеялся и сжал мой сосок двумя пальцами.

— Богиня…

— У меня много мыслей на этот счёт, прелесть. У меня богатое воображение и развитая фантазия.

Я повернула голову на его голос и подняла мутный взгляд в его искрящиеся медовые глаза. Наши лица были в каких-то сантиметрах друг от друга.

Я говорила тихо, пока он внимательно изучал мои черты.

— Ты не ответил. Что ты сделаешь?

Я вжалась задницей в его член и немного двинулась.

Эктор быстро выдернул руку из-под одежды, переместил с моей груди к горлу и сжал его большой ладонью. Его черты заострились, я слышала тихие утробные вибрации, исходящие от него, и приоткрыла губы.

Эктор наклонился к моему лицу и говорил, практически касаясь своими губами моих.

— Не дразни меня, маленькая. Ты играешь с огнём, малышка.

— Я не боюсь обжечься, волк.

— А я вот не хочу причинять тебе ненужную боль.

— Почему? Я же часть семьи твоего врага. Ты должен жить с мыслью, как причинить мне боль.

Он слегка отстранился, чтобы глубже заглянуть в мои глаза.

— Ты тоже должна меня ненавидеть. Я обидел твою подругу.

— А я и ненавижу.

— Правда?

— Всем сердцем.

Он надавил на моё горло чуть сильнее и опустил губы на мои, он не целовал меня, просто невесомо касался устами моих, пока продолжал томно говорить, но я всё равно закрыла глаза от трепета.

— Тогда почему ты всем своим видом показываешь, как сильно хочешь, чтобы я тебя трахнул, малышка?

Мой пульс грозил пробить дыру в грудине.

— Я пока сама не могу ответить на этот вопрос.

— Когда ответишь, мы вернёмся к этому разговору.

Эктор отпустил меня и отстранился. Между нами повисла тяжёлая тишина, и остаток пути мы молчали, погрузившись каждый в свои перепутанные мысли.

Мы ехали целый день, волки-хранители оббегали территорию, как и несколько фэйцев на лошадях в чёрной униформе. Остальные шли пешком. Я насчитала четырнадцать мужчин и трёх волков. Горцев не было видно, как и стрёмного Декстера.

Окружение меняло свои пейзажи, мы отдалились от нейтральных земель ближе к владениям Барелия. Единственным живым природным ландшафтом перед бесконечной скалистой местностью был густой еловый лес.

В дороге мы практически не ели и не останавливались. Моя задница стала похожа на оладушек, я всё чаще ворочалась и пыталась сменить положение. Эктор молчал, но я чувствовала, как он тщательно следит за моими потугами. Когда я в очередной раз переместила ноги, он не выдержал.

— Ты можешь облокотиться, я не кусаюсь, Люкс. Попробуй расслабиться и перестань вертеться.

— Извините, Ваше Благородство, но я не привыкла столько ездить верхом без остановок. Ещё пару часов в такой позе, и я не смогу свести ноги никогда и буду ходить как гусыня.

Эктор тихо засмеялся.

— Звучит конечно интересно, но не переживай. Мы прибудем через час в нужное место, и ты сможешь отдохнуть… по крайней мере, спокойная ночь у нас в запасе будет.

Я задумалась и напряглась, может, это и глупо — спрашивать о замыслах врагов у одного из них же, но я не смогла удержать язык за зубами.

— И что будет дальше?

— Ты о чём?

— Ты сказал, спокойная ночь, а потом? Что потом, Эктор? Меня доставят в Амбалдрок или к Горе Кила… что дальше?

Эктор молчал, я перевела взгляд на мрачный вид скал и камней. Прошла минута, а может пять минут, мужчина тяжело вздохнул и возобновил ленивые движения на животе большим пальцем через рубашку.

— Я не знаю, Люкс. Мой король ещё не принял решение насчёт тебя, но он сильно огорчён, что ты создала эту ситуацию. Я не могу сказать, что взыграет в нём больше: благоразумие или желание мести.

Я сглотнула и свела брови. Мои мысли путались. Каков итог у всего этого? Что будет дальше? Неизвестность пугала больше всего. Неизвестность и бессилие — те два ощущения, что я не выносила и всегда от них сбегала, но сейчас у меня нет шансов на побег, я могу только довериться судьбе и молиться Лэйле, чтобы она подкинула мне побольше удачи.

— Мы скоро прибудем в военный лагерь. Здесь всё будет иначе, малышка.

Я чувствовала густую тоску в его голосе, меня пробивала дрожь, ощущая такой поток напряжения от фэйца, я смотрела вперёд и еле слышно спросила, что меня ждёт в этом месте, он говорил с нежной печалью и чуть сильнее прижал меня к своему телу, я не стала сопротивляться и положила затылок на его грудь.

— Этот лагерь не моя территория, лапа. Это нейтральные земли, граничащие со Страной Горного Хребта, это самый ближайший лагерь к столице — Горе Кила. Вероятно, что скоро сюда прибудет свита Барелия, возможно, это будет Коснер или кто-то другой из его приближённых. Синекожий червь не вылезает из столицы лично, он трус, поэтому его тут не будет, но это не делает картину благоприятнее для тебя, малышка.

Эктор словно не сдержал порыва и положил подбородок на мою макушку.

— Молись всем богам, в которых веришь, лапа. Проси, чтобы Дакан отдал приказ о твоём заключении в Амбалдроке и захотел переговоров с Каем, потому что иначе… Барелий заберёт тебя в Килу. Тогда ваши столкновения с Декстером тебе покажутся цветочками.