Давай попробуем!

Глава 5. Агата

- Барсик спокойнее… Тузик не беги так… Да что же это такое?! – кричу на всю улицу, стараясь не упасть, запутавшись в собственных же ногах.

Это последняя собака, которую мне нужно не просто выгулять сегодня, а еще и доставить владельцу. Как это сделать, непонятно. Ехать к черту на кулички. Собака не мелкая. Сантиметров так семьдесят в холке. Не я его на поводке веду, а он меня… Потому как весит псина раза в два больше.

Большой швейцарский зинненхунд…

Непонятно только, какой смысл был добавлять к названию породы собаки приставку «большой»? Здесь и так все прекрасно видно. Вряд ли люди желают увидеть собаку еще бОльших размеров.

- Мурзик… Тьфу! – не сразу понимаю, что я начинаю уже звать собаку кошачьими кличками.

Ругаю себя за плохую память. Это ж надо было умудриться забыть имя собаки! Ну или не расслышать его…

Какое неуважение к животному! Эти четвероногие порою умнее людей. Сообразительнее. А главное, добрее и терпеливее к своему хозяину. Но, правда, только к хозяину. Вот уверена, что этот пес просто обожает своего хозяина! Не зря же он решил показать всю свою дурь незнакомой тетке?!

Мы уже больше часа идем от парка до… неизвестно куда. Я вообще потерялась. Я перестала соображаться и ориентироваться. Моя задача лишь крепко держать поводок и молиться, чтобы толстая кожаная шлейка не лопнула! Иначе не догоню мальчишку. Да если и догоню, толку-то? Что я смогу с ним сделать?

- Виталик… блин.., - про себя ругаю мужа, который придумал всю эту ерунду.

Нет, мне и раньше попадались необученные командам собаки. Или просто слишком веселые животные, с которыми приходилось туго. Но этот… Стал первым в моем весьма скромном опыте общения с животными. Это Виталик в течение всего дня выгуливает одних, возит на стрижки других. Я же помогала мужу только в выходные. Брала не самых больших, не самых резвых. Вот и этот мне показался спокойным. Впрочем, ведет-то себя собака спокойно. Просто идет. Носом в асфальт уперся и идет напролом. Среди людей, среди толпы.

- Извините! – кричу, не оборачиваясь, когда задеваю очередного прохожего.

Ух, и угораздило же меня…

Хотя с той сворой, что осталась сейчас в руках Виталика, мне пришлось бы еще тяжелее. У него сейчас целый выводок чихуахуа на поводках в двух руках. Мелкие, шумные. Постоянно тявкают. Это Виталик такой крупный заказ от заводчиков получил. У них случилось какое-то ЧП в родне, поэтому пришлось срочно уехать на несколько дней. Оставить животных было некому. Достался заказ моему мужу. Тот в восторге. Его совсем не беспокоит, что в руках сразу семь песиков, тянущих каждый в свою сторону. Виталик быстро нашел с ними общий язык, и, сделав пару кругов вокруг пруда в парке, повел домой.

Всучив мне самого спокойного…

Нет, этот зинненхунд действительно спокойно сидел на траве, когда на него чуть ли не запрыгивали мелкие козявки породы чихуахуа. Я и не подозревала такого подвоха. Схватила поводок и… побежала за песиком, который решил, что сегодня он сам ищет дорогу домой, да еще и возвращается пешком.

- Да куда ж ты прешь! – кричу собакену, кличку которого не помню.

Точнее толком и не расслышала. Виталик уже в спину мне крикнул. Когда было совсем не до имен…

Время уже вечер. Стемнело. А мне еще ехать куда-то за город. Виталик предупредил, что там просто огромнейший особняк. Чтобы я вела себя прилично. Чтобы рот не разевала от увиденной красоты, и не позорила его. Чувствую, с этим Тузиком мне будет совсем не до красоты дома. Да и темно уже.

- Тише-тише… Да не беги ты так! Я же не поспеваю! – выкрикиваю громче, забыв о приличиях и не обращая внимания на окружающих людей.

На удивление, пес послушался. Стал идти гораздо медленнее. Больно осознавать, что его даже неспешный шаг вынуждает меня бежать… Эх, или старость, или ноги короткие. Ни то, ни то не радует.

- Молодец, - уже запыхалась от такого марафона, - хороший мальчик…

Снижение скорости позволяет достать из кармана платья телефон. Толпа людей, спешащих по своим делам и идущих вдоль проезжей части, заметно рассеивается. Теперь я даже не боюсь разблокировать экран и прочитать сообщение от Виталика, в котором он написал мне адрес, куда везти пса. Я планировала вызвать такси. Но вот как это сделать с собакой, которая все это время только идет, видя цель, не видя препятствий?!

- Ты не хочешь остановиться? – спрашиваю как можно вежливее и ласковее. – Ой!

Практически вскрикиваю, когда пес резко останавливается.

- Вот это да.., - бормочу себе под нос.

Наверное, собака больше реагирует на моральное состояние человека, плетущегося на поводке. Иначе я не могу объяснить его резкую смену настроения.

- Молодец! – хвалю собакена, сохраняя спокойствие и вбивая адрес места назначения. – Ого…

Ехать почти час. Это только туда. Да еще и ждать такси, который может перевезти собаку, минут сорок.

- Да блииин.., - тяну недовольно, поскольку времени это займет весь вечер, как минимум.

А уже и так почти девять часов. Ехать в какой-то там загородный дом, где я ни разу не была, просто страшно! Решаю позвонить Виталику и твердо заявить, что никуда не поеду. В конце концов, мне сейчас нужно думать о будущем ребенке и его состоянии. И так после вчерашнего неприятного разговора с мужем не спала полночи. Низ живота немного тянет. Возможно, это так и должно быть, но меня все же беспокоит. Мне до дома-то теперь добираться долго придется. А тут еще собака. Проще его сейчас к себе домой забрать. Бесплатно. И завтра с утра отвезти.

Когда Виталик и на третий звонок не отвечает, решаю сделать именно так. Перезабиваю в приложении адрес и облегченно выдыхаю. И машину ждать меньше по времени, и ехать гораздо ближе.

- Часам к десяти уже дома будем, - радостно заявляю Тузику-Мурзику-Барсику. – Правда, у меня дома. Но ничего. Посмотришь, как я живу. Не твои, конечно, хоромы, но жить можно.

Глажу по голове рукой, в которой держу телефон. Случайно нажимаю на кнопку заказа такси.

- Черт.., - бормочу под нос опять, проверяя верность маршрута, как вдруг…

… собака резко срывается с места и бежит на проезжую часть.

- Стой! – только и кричу, когда поводок дергается и я вместе с ним.

Смотреть по сторонам? Извините, не успела…

Мы с собакеном просто молниеносно оказываемся на середине огромной проезжей части. Чудом уцелев в преодолении нескольких полос движения машин в одну сторону, и… потерпев неудачу на какой-то там полосе встречного движения…

- Ай! – выкрикиваю, когда чувствую сильную боль в бедре.

Не сразу понимаю, что это меня так бампером ударило. Но мне удалось устоять. В отличие от пса…

Этот четвероногий негодник принял удар на себя… Вместе с поводком, который выступил сейчас моей личной подушкой безопасности.

- Тузик! – кидаюсь к собаке, лежащей на дороге без движения и признаков жизни. – Мурзик!

- Вы офигели что ли совсем?! – рявкает мужской голос где-то рядом.

Не обращая внимания, присаживаюсь возле собаки, намереваясь проверить пульс. Дотронувшись до пса, понимаю, что не знаю даже, с какой стороны к нему подступиться. Как у собак пульс-то проверяют?!

- Барсик…

Комок слез мгновенно подступил к горлу. Мы ведь были знакомы с ним больше часа. Да мне ничего доверить нельзя! Такое животное загубила… Такой породы!

- Очнись.., - слегка тормошу его, гладя по густой шерстке.

Почему-то трогаю нос. Знаю, что по нему что-то там у собак определяют. Только вот что именно сейчас и вспомнить не могу.

- Дайте-ка.., - мужской голос, где-то совсем рядом, и я становлюсь чуть дальше от головы собаки.

Это какой-то незнакомый мужчина присел рядом с собакой, чтобы как раз-таки и проверить, жив пес или нет.

- Не понял.., - все тот же голос, только теперь слышится отчетливее. – Кибрит? Это же Кибрит!

Поворачиваю голову, отрываясь от пса. Передо мной в том же положении, что и я, на корточках, сидит мужчина. Вот только из-за слез в глазах я не могу его разглядеть.

- Откуда у вас моя собака?! – рявкает на меня так громко, что слезы мгновенно исчезают.

Ясным взором могу разглядеть его.

Злой. Все. Дальше рассматривать бессмысленно.

- Я ВАС спрашиваю, - говорит медленно, чтобы до меня дошла суть его вопроса. – Откуда у вас моя собака?

Хлопаю глазами. Один раз. Потом второй. Комка в горле уже нет. Только некое оцепенение под его взглядом. Глаза у него какие-то… парализующие. «Выбивающие» из головы все, что там было до этого.

- А? – только и могу произнести, продолжая хлопать глазами, и сидеть не шевелясь…

**********************************

От тяжелой мелодрамы к легкой комедии!

Аннотация

- Артем Артеемоовиич… Просыпаемся… Глазки открываааем…
Яркий свет пробивается даже через опущенные веки. У меня нет сил их поднять, но кто-то настойчиво это требует. Даже по щекам начинает бить.
- Артем Артемович, надо вырываться из пучины, - просит мужской голос. – Понимаю, не хочется. Но это просто необходимо. Мы вас заждались уже. Переборщили в итоге, - говорит он кому-то с претензией. – Вот. Поддались общей панике.
- Можно я попробую?
Мне показалось, или это детский голос?
- Паааапааа… Просыпаааайся… Не заставляй нас с врачом хлопать тебя по щекам еще сильнее, - раздается над ухом писклявый голосок.
Смотрю на белое полотно.
- Где я? – с трудом удается произнести.
- Ты в больнице, пап! – надо мной склоняется счастливое лицо незнакомой мне рыжей девочки.
- У меня нет детей, - пытаюсь противиться новым обстоятельствам.
- Есть! – заявляет девочка.
- Сколько лет я пролежал в коме? – паника начинает охватывать.
- Двенадцать, пап!

Жмите сюда и добавляйте в библиотеку! https://litnet.com/shrt/nuVV

- Как тебя зовут? – спрашиваю тихо.
- Вера, - заявляет ребенок с улыбкой.
- Сколько тебе лет?
- На днях исполнилось двенадцать.
- Откуда ты? – задаю самый страшный для меня вопрос.
- Из Нижнего Новгорода!
На секунду сердце останавливается. Потом начинает резко и быстро пульсировать, вызывая у меня отдышку. Наверное, я поседел сразу, в одну секунду, поскольку девчушка начала за меня беспокоиться:
- Пап, ты чего?
Она подскакивает на стуле, тут же хватает стакан с водой, стоящий на тумбочке возле кровати, и подает мне. А я в этот момент даже вдоха сделать не могу.
- Вот, пап, выпей! – подсовывает мне стакан под нос.
Но у меня будто самый настоящий приступ паники, поскольку только хуже становится. От ее «пап» в груди все гореть начинает. Давно еще читал, что когда у человека горит в груди – это первый признак инфаркта. Не обманули. Скорее всего, так и есть, потому как перед глазами все плыть начинает. А вода в меня так и не влезает. Я даже глотка не могу сделать.
- Пап, я сейчас за врачом сбегаю! – практически кидает в меня стаканом Вера и уже стартует в сторону двери, но я ее быстро останавливаю, удержав за руку.
- Не… Не…, - из меня только слабый шепот идет.
- Тогда пей водички, - уже настойчиво просит Вера, обхватив стакан одной рукой и практически прижав к нему мою голову второй.
А девочка умеет быть настырной. Во всяком случае в меня все же влилось пару глоточков воды, отчего стало значительно лучше.
- От-ку-да?.. – еле слышно опять интересуюсь.
- Из Нижнего Новгорода, - говорит она уже тише.
Я невольно икаю. Это мой город. Я в нем родился. Девчушка рыжая. От слова «совсем». Поэтому становится страшно от мысли, что я могу быть папой. Самым настоящим.
Дальнейший разговор не клеится. Точнее, я молчу, попивая водички из стакана, а Вера рассматривает меня с легкой улыбкой. Чую, что хочет сказать мне что-то колкое… И не ошибаюсь.
- А у тебя такая реакция от осознания того, что это может быть правдой? – лукаво интересуется девочка.
Для своих двенадцати она совсем какая-то взрослая.
- А тебе точно двенадцать? – уточняю на всякий случай.
- Да, - протяжно отвечает, принимаясь наматывать локон на палец. – А тебе свидетельство о рождении показать?
- А оно с собой что ли? – вскидываю бровями.
- Конечно! – Вера смотрит на меня как на дурака. – Я что, по-твоему, должна без документов по Москве гулять?
- Логичнее, что документы будут у твоей мамы. Пока вы вместе по Москве гуляете, - уточняю, даже приподняв указательный палец. – Где твоя мама?
Реакция девчушки заставляет скукожиться изнутри. Вера смотрит на меня то ли испуганным взглядом, то ли взглядом сожаления. Еще мгновение и будто заплачет.
- Вера.., - начинаю осторожно, - твой взгляд меня пугает…

Глава 6. Давид

- Ты охренел?.. – слышу от Светы претензию. – Ты чё? Собаку сбил что ли?..

Я и сам не понял. Если совсем быть честным.

В голове сразу загудело. Сердце бешено заколотилось. Еще сидя в машине понял, что «зацепил» бампером и девушку, которая вела собаку на поводке. Пес крупный. Ехал я достаточно медленно. Как мне казалось. Вот только сейчас в лобовое стекло вижу, как девушка присаживается на корточки к сбитой собаке. Значит, та не встает. Совсем.

Сам владея собакой, представляю, что сейчас чувствует девушка. Ведь гибель псины произошла на ее глазах. Почему-то я считаю, что уже произошла именно гибель. При другом исходе событий собака бы уже встала. Или хотя бы заскулила. Но сейчас я слышу голос владелицы и подбежавших зевак. А голоса собаки нет.

На ватных ногах, борясь с тремором рук, выхожу из машины. Понимаю, что сейчас на меня могут налететь с кулаками. Но делаю лицо невозмутимым, поскольку основная моя задача – отбросить эмоции и просто помочь девушке, ревущей над собакой. И самой собаке, если есть еще возможность.

Хозяйка животного совсем в истерике. Сидит перед ней на корточках и просто плачет. Произносит странное прозвище для собаки.

- Барсик…

Все это с всхлипываниями и слезами, градом льющими по щекам.

Понимаю. Сам бы не знаю, как отреагировал на подобное.

Где-то на «задворках» подсознания возникает мысль, сколько мне дадут за сбитое животное? Вот если о людях я еще хоть что-то знаю, то по поводу животных никогда не интересовался. Но мысль эта проходит быстро. Так же, как и пришла. Поскольку девушка, сидящая на корточках, сейчас вызывает больше сочувствия, чем я. Даже если представить меня в зале суда на скамье подсудимых.

- Очнись…

Очередной всхлип хозяйки собаки, продолжающей держать поводок в прежнем положении, совсем приводит в чувство. Начинаю действовать.

- Дайте-ка, - присаживаюсь к собаке, немного оттеснив заплаканную.

Хочу проверить у собаки пульс и… замираю на месте.

- Не понял.., - бормочу под нос, рассматривая ошейник. – Кибрит? – скольжу взглядом по шлейке, затем по поводку. – Это же Кибрит!

Сомнений не осталось. У зареванной девушки почему-то моя собака. Вместе с поводком и шлейкой.

- Откуда у вас моя собака? – спрашиваю настойчиво, глядя в лицо девушки, совсем потерявшейся во времени, положении и, кажется, заблудившейся в уголовной кодексе.

Мало того, что каким-то образом смогла выкрасть мою собаку у кинолога, так еще и не уберегла!

Девушка, не совсем понимая, о чем я сейчас говорю, поднимает на меня голову. Глаза огромные. Смотрит внимательно. Хлопает ресницами, но не взлетает. А, наверное, очень хочет, чтобы избежать уголовного преследования, ведь я этого точно так не оставлю!

- Я вас спрашиваю, - повторяю настойчивее свой вопрос. – Откуда у вас моя собака?!

Та совсем обезумела от ужаса. И до того бледная, стала белой, как ее светлое, практически летнее платье. Продолжает смотреть на меня. Открыла рот, но даже губами не шевелит, чтобы хоть сделать вид, что придумывает правдивую версию. Слезы высохли. Кроме страха и ужаса в ней теперь ничего нет.

- А? – только и слышу от нее невнятное.

Хотелось задать ей трепку прямо здесь, но на мое счастье Кибрит начинает скулить.

- Кибрит, - кидаюсь к собаке, проверяя ее состояние.

Моя бедная сучка хочет встать, но я не даю ей этого сделать. Каким-то чудом мне удается поднять свою маленькую девочку.

- Сейчас-сейчас, - успокаиваю ее, когда она пытается лизнуть мне руку, но устало просто повисла головой вниз. – А вы за мной идете, - командую девушке.

Она все еще держит поводок, боясь его выпустить. Поэтому послушно плетется за мной. Вот так вот на поводке и плетется…

Кладу аккуратно Кибрит на заднее сиденье.

- Это что?! – сразу реагирует Света. – Ты псину в машину тащишь?!

- Это Кибрит, - поясняю, бегло посмотрев на жену, но полностью вкусив ее недовольство ситуацией.

- Еще лучше, - с разочарованием и усталостью выдыхает. – Я вызываю такси и уезжаю.

- Ты сидишь на месте и никуда не уходишь, ясно тебе?! – рявкаю на нее так, как никогда не делал.

Я много ругал Светлану за ее бездельный образ жизни. За ее ночные походы по клубам. Я мог даже повысить голос. Мог допустить грубость в ее адрес. Опуститься до оскорбительных слов. Но так никогда не кричал. Сам себя сейчас испугался. Видимо, ситуация, произошедшая с собакой, меня сильно подкосила.

- И вы садитесь, - довольно строго говорю девушке на поводке.

- Ага, - кивает испуганно и буквально запрыгивает в машину, расположившись возле Кибрит.

Отмечаю, что одной проблемой меньше. Вроде и прыгает девушка резво. И на боли не жалуется. Может быть действительно с ней все в порядке. Но надо бы и ее показать врачу.

- И куда мы? – с ехидством вопрошает Света, сложив губки бантиком в недовольстве.

- В клинику, - завожу машину и давлю на газ.

- В какую? – усмехается только жена. – В собачью что ли?

- Это называется ветеринарная клиника, - прекращаю веселье одной фразой.

Мне неприятно поведение Светы в данный момент. Да, она никогда не любила Кибрит. Порой ее даже боится. Или просто брезгует, не желая находиться с ней рядом. Но сейчас, когда животное лежит на заднем сиденье и не может поднять голову, чтобы просто поскулить, моя жена могла хотя бы просто промолчать.

Смотрю в зеркало заднего вида.

- А вы как? – обращаю на себя внимание и ловлю обеспокоенный взгляд незнакомой мне девушки.

Да нет. Женщины. Со стороны мне показалось, что девчушке лет двадцать. Молода и нерасторопна. Но нет. Здесь вполне себе разглядывается стать, порода, природная женственность, а главное – глаза с интеллектом. Пусть и красные пока от слез, но пронзить взглядом могут любого напротив стоящего. Ну или смотрящего через зеркало заднего вида, как я.

- Чего как? – говорит медленно, и слегка подаваясь вперед.

- Вам помощь нужна? Может быть, вас тоже в больницу отвезти? – продолжаю настойчивее.

Мне уже все равно, как и почему эта девушка оказалась с моей собакой в такой поздний час на проезжей части. Этот Виталий должен был уже привезти Кибрит домой. Но почему-то моя собака оказалась за несколько десятков километров от положенного места назначения. С ним я потом переговорю. А вот за девушку начинаю волноваться. Согласен отвезти ее в ближайшую клинику и просто оставить там для обследования. Кто ее знает, чего она там могла себе повредить. Пусть уж лучше занимается своим здоровьем.

- Давайте сначала с собакой разберемся, - спокойно и тихо, нежно и заботливо поглаживая Кибрит вдоль шерсти.

- Я не собираюсь с тобой по клиникам рассекать, - цедит сквозь зубы, возвращая мое внимание Света.

- Не будешь, - мотнул коротко головой. – Мы сейчас приедем в нашу клинику. Она здесь недалеко. И будем ждать вердикта врачей.

- Что значит «будем ждать»?! – чуть ли не кидается на меня жена. – Мне в клуб надо! Меня девчонки ждут!

- Позвонишь и скажешь, что не приедешь! – рявкаю ей в лицо настолько громко, что вижу в зеркале заднего вида, как девушка испуганно вжимается в сиденье…

******************************************