- -
- 100%
- +
В которой объявляются кредиторы, на горизонте маячат призрак бывшего парня и вполне телесный дух постылой разлучницы, долги множатся, как грибы после дождя, мать донимает звонками, а вишенкой на торте служит рычащий голос незнакомца
Сообщение во ВКонтакте:
«Уважаемый клиент,
Обращаем ваше внимание, что по вашему кредитному договору № 785432 от 12.05.2025 г. образовалась задолженность в размере 284 650 ₽.
Последний платёж был внесён 15.01.2026. Просрочка составляет 45 дней.
⚠️ Уведомляем: в случае непогашения задолженности в течение 10 дней с момента получения данного сообщения, информация может быть передана в службу взыскания.
Для уточнения деталей и погашения задолженности перейдите в личный кабинет: [ссылка на сайт банка]
Отдел сопровождения клиентов – Банк «Созвездие»
Какое добренькое утро! Удаляю письмо, даже не пролистав до конца. Хочется выть от безысходности.
Не успеваю погасить экран на телефоне, как всплывает уведомление от Госуслуг. Обожаю эру цифровизации и добровольного рабства.
«Уведомление от кредитной организации
Получено: 22.03.2026, 08:32
Отправитель: ПАО «Банк Созвездие»
Получатель: Ефремова Лилия Вадимовна, СНИЛС: 123-456-789 01
На основании договора потребительского кредита...»
И далее по списку. Эти, прости господи, госуслуги, не гнушаются напомнить, что согласно ст. 314 и ст. 819 Гражданского кодекса РФ, я должна исполнить обязательства по возврату кредита и уплате процентов. А ещё рекомендуют погасить задолженность до 01.04.2026 включительно, чтобы избежать передачи дела в службу взыскания и возможного обращения в суд.
На следующее сообщение в мессенджере я уже рычу.
«Банк «Созвездие» — Важное уведомление
Приветствуем, Лилия!
У вас есть непогашённый кредит: (без сопливых – скользко!)
💳 Сумма задолженности: 284 650 ₽
📅 Просрочка...»
Чувствую, что если вездесущий банк пришлёт мне ещё хотя бы одно упоминание, к долгу под три сотни тысяч целковых добавится энная сумма на покупку нового телефона – этот я к чертям пошинкую в шредере.
Но разве неприятности приходят по одиночке? Нет, разумеется, нет. Они таскаются целыми табунами!
Вот сейчас, например, мимо моего стола дефилирует цаца из отдела маркетинга. Кремовый костюмчик, узенькая юбочка, фигурка скрипочка, мордочка курносая, губки наливные, волосики блестят – цокает каблучками, а у меня левое веко подёргивается конвульсивно. Потому что Алечка, курва этакая, пару месяцев назад увела у меня мужика!
Я застукала их прямо на рабочем месте, в миленьком кабинетике нашей офисной фифочки. Скандал, само собой, я устроила грандиозный. Навела падкой до чужих парней крале марафет в лакированных лохмах, расколошматила ей монитор. Хотела её слащавой рожей принтер отполировать, но горе-любовничек – ага, который у нас оказался один на двоих, – не вовремя вмешался.
Ему, гаду из семейства всюду яйцекладущих, пришлось оттаскивать меня от Алечки. Честь и хвала многостаночнику, потому как он умудрялся это делать одной рукой, а второй придерживал спадающие портки.
На счастье, наш генеральный, тот ещё эстет, кстати, украсил стены офиса диковинными штуковинами: на втором этаже можно встретить маски племенных африканцев, обеденная зона оформлена гирляндами из искусственных цветов в духе гавайских ожерелий, а рядом с царством маркетинга у нас выставочная стена с доской для сёрфинга. Вот оттуда я и сорвала огромное двухметровое весло, да как втемяшила в голову ухажёру, что отныне он переведён в ранг бывших...
Короче, в тот памятный день я всласть отвела душу. Спроецировала злость и агрессию на всех виновников.
Жаль, мой запал довольно быстро иссяк. Со Стасиком мы разбежались. Он прихватил с собой свои манатки, моё истерзанное самолюбие и кредит на автомобиль. Последний, конечно же, улетучился вместе с новеньким китайским кроссовером. А мне достались оголённые нервы, попранная гордость и «новорождённый» кредит, который мы брали для оплаты двух путёвок в ОАЭ.
И всё бы ничего, если бы сразу после расставания на меня не свалилась новая напасть. В ходе недавней проверки вскрылась теневая схема одного из моих сослуживцев, а на документах стояла моя подпись.
В начале осени, примерно полгода назад, коллега Славик передал мне документы по страховому случаю: пожар в квартире. Я обнаружила в них массу несостыковок. Фото повреждений оказались с другого объекта, акт о причинах возгорания, составленный МЧС, был оформлен с ошибками и ещё кое-какие мелкие огрехи.
Славик, когда я указала ему на неточности, лишь отмахнулся.
– Лиль, да это обычное дело! Там выплата копеечная, самый дешёвый тариф взяли, скупердяи. Отдавай убыточникам (т.е. в отдел урегулирования убытков, которые занимаются выплатами по страховым случаям) и не заморачивайся!
Я обычно выполняю свою работу с дотошностью немецких бюрократов, но в тот раз... На меня столько всего навалилось. Болезненный разрыв отношений, необходимость ежедневно сталкиваться с разлучницей, дрязги с роднёй из-за квартиры, которую бабушка отписала мне. Добавьте сюда весеннюю хандру, и получится лучший коктейль из безалаберности, помноженной на идиотизм.
Бумаги я подписала и передала в нужный кабинет. Внутренний аудит, хоть и с опозданием, но всё же вывел мутную схему на чистую воду.
Суд квалифицировал мои действия как злоупотребление служебными полномочиями. Славик к тому моменту благополучно уволился и переехал в другой город. Само собой, мои свидетельские показания он не подтвердил, наоборот, кричал в три горла, что ничего подобного не происходило в действительности. И на мне повис нехилый долг в размере той самой «копеечной» выплаты. Три миллиона рублей. Плюс оставшиеся 284 650 рублей за поездку на двоих в Дубай.
Чувствуется, правда, что мне по жизни везёт как утопленнику?
Хорошо, что с работы не попёрли. Генеральный поверил моим словам о подленькой выходке Славика и разрешил выплачивать долг частями. Так что последние два месяца я существую на смехотворную сумму, а все премиальные, сверхурочные и львиную долю зарплаты приходится оставлять в бухгалтерии.
Так что рассчитываться с банком «Созвездие» мне нечем. С голоду бы не окочуриться в ближайшие пять лет, пока буду разгребать финансовые затруднения со знаком звёздочки.
Вздыхаю, посылаю мысленные эманации в сторону бесячей Алечки, чтобы облысела к тридцати и грудь обвисла до пупа, и довольно усмехаюсь, когда ухоженная кобылка запинается о провод и всей своей холёной мосей летит к полу. Состыковка происходит с визгливым ором. Натурально потираю руки.
Поднимается она отнюдь не грациозно. Вначале кое-как встаёт на четвереньки, хватается за руку Женьки, возле стола которого растянулась. С отвращением наблюдаю за тем, как ей на выручку бросается добрая половина оупен спейса, точнее все присутствующие мужики.
Матвей, наш айтишник, оттряхивает ей коленки. Костян, сисадмин, придерживает за локоток, пялится на бюст, но чинно вопрошает о самочувствии. Валерка, старший менеджер, предлагает водички и присесть. Тьфу, пропащее поколение подхалимов.
Отворачиваюсь к монитору, только Алечка снова привлекает моё внимание, когда внезапно поворачивается и пялится в мою сторону.
– Ты! Это всё ты подстроила! – цедит она злобно.
Мне недосуг ковыряться в её претензиях, так что наклоняюсь чуть вбок, прикладываю к губам средний палец и отправляю мымре воздушный поцелуй. Та аж звереет от ярости, сжимает кулаки, матерится. Пхах, не комильфо.
В остальном день проходит безрадостно. В обеденный перерыв звонит мамушка, и настроение падает до нулевой отметки.
– Лиль, у меня к тебе серьёзный разговор, – слышу вместо приветствия, когда принимаю пятый по счету вызов.
– Дай угадаю: снова поговорим о Лёне?
Это мой старший брат.
– Умница, дочь. Когда ты съедешь?
– Никогда. Мне некуда, мам. И ты не хуже...
– Что значит, некуда? Возвращайся к нам с отцом, мы всегда тебе рады! А у Ленёчки молодая семья, ребёнок на подходе, неужто ты допустишь, чтобы твой собственный племянник родился в облупленных стенах...
– Вообще-то сейчас рожают в роддоме, – перебиваю, потому что устала от однообразия материнских аргументов. Всегда одно и то же. Ленёчке нужнее. У него семья, у него слабое здоровье, у него неурядицы, у него нет постоянной работы. У него, у него, у него.
Сотню раз пыталась втолковать, что у Ленёчки банальная зажратость. Привык выезжать за счёт других людей. Всю жизнь мама вокруг него соломку стелет, и вообще всячески старается огородить от волнений, да ещё подключила к ухаживаниям невестку Олеську. И теперь они в две пары рук взбивают перинку для раскабаневшего братца-олуха.
– Лиля, что ты мелешь?! Зачем тебе одной трёхкомнатная квартира? А у них семья, ячейка общества... Если бы бабушка была жива, она непременно поддержала бы моё решение. Ленёчке нужнее...
Сил моих больше нет. Зажмуриваясь и отключаю соединение. Хоть бы раз поинтересовалась, что происходит у меня в жизни!
По дороге домой ухожу глубоко в себя и цепляю наушники. В маршрутке не протолкнуться. С трудом втискиваюсь на вторую ступеньку, с усилием закрываю дверь и наваливаюсь на поручень. Выть охота от безысходности.
Когда-то я наивно полагала, что перипетии судьбы похожи на шкуру зебры: за чёрной полосой непременно следует белая. Ничего подобного. В моём случае имеет место безграничный отрезок темноты, а за ним хвост и полная жопа.
На остановке внутрь салона пытается залезть пробивная старушенция. Пассажиры вокруг меня свирепствуют, устраивают скандал с водителем. Гвалт стоит такой, что хочется выйти, махнуть на всё рукой и шлёпать по апрельским лужам пешкодрапом. Да только на мне прохудившиеся ботинки, и эта прогулочка закончится соплями и больным горлом. А сие означает недельное отстранение от работы и затраты на лекарства. Могу я позволить себе такую роскошь? То-то и оно.
Смердящий потом мужик в не по сезону тёплом пуховике пихает бабульку в грудь и с матершиной захлопывает дверь «Газели».
В этот же миг плавный ручеёк мелодии у меня в ушах прерывается. Телефон издаёт характерное билинь, и я вздрагиваю от звука мужского голоса.
– ...В прошлый раз всё пошло по одному месту. Спрашивается, почему? – секундная заминка и говорящий рявкает, что есть мочи. – Да потому что ты нашёл халтурщика! Мне такие люди в стае не нужны. Замени этого пустозвона до следующего полнолуния.
Что за ерунда?! Откуда? Кто?
Выхватываю телефон из кармана и с удивлением смотрю на экран. Мои наушники подключены к устройству с названием «Redmi Note 14 Pro», а у меня совсем другая модель. На экране блокировки находится оконце плеера, где отображается проигрываемая аудиозапись под названием «voice 056».
Не успеваю понять, что происходит, как стартует следующее аудио с номером 057 и всё тот же порыкивающий баритон снова вещает.
– Обсудим это с глазу на глаз. Сейчас я не в настроении. Ты знаешь, как на меня влияет близость полнолуния.
Наступает тишина, в которой слышны отголоски ленивых интонаций. Меня пробирает до дрожи. Воображение невольно рисует брутального альфача, крепкого, накачанного тестостероном под завязку. С квадратной челюстью, огромными жилистыми ручищами и недельной щетиной.
– Ахинею городишь! Мы не просто вляпались. Аш чуть не прикончил двух охотников. Одному отгрыз руку, второго изувечил. Он без тормозов, как и все тигры.
Молчание длится вечность. Я добавляю звук на максимум и едва не рычу от досады, когда меня пытаются вытеснить из маршрутки. Пропускаю всех желающих выйти. И бесцеремонно занимаю первое освободившееся место.
У окна сидит хорошенькая девица с пышной гривой смоляных кудрей. Яркий макияж, кричаще-розовые когти, которыми она тычет в экран смартфона. Краем глаза подглядываю за её движениями. И всё жду, когда же вновь заговорит этот тип со звериным порыкиванием.
– Я не сяду на цепь! – яростно припечатывает обладатель хищных интонаций. – Ни на одну ночь, ни даже на один час. И никто из моей стаи не согласится, так что заруби на своём тупорылятском носу: через три дня у меня на столе должны лежать координаты толкового смотрителя. Не справишься, ответишь своей башкой. Всё, отбой.
Монолог обрывается на звуке глухого удара. Кажется, будто рассерженный босс не просто отпустил значок с изображением микрофона, а швырнул телефон в стену или конкретно приложил его кулаком.
А вот и герои
Лилия
_____________________________________
Кай
_______________________________
Аш
Делитесь коммами, как вам мои красавчики?)
Глава 2
В которой в телефоне появляются новые голосовые от хищного незнакомца, а в полночь объявляется говорящая лиса по имени Хренснег и требует свою порцию виски со льдом
Над смыслом загадочных голосовых посланий голову ломать не приходится. Итак ясно, что это отрывок из какой-то фэнтезийной истории об оборотнях. Но прочитано великолепно, с душой и той порцией харизмы, что заставляет переслушивать снова и снова. Чем я и занимаюсь, пока на скорую руку готовлю для себя ужин.
Перед сном заглядываю в телефон, чтобы поставить будильник, и обнаруживаю ещё три скачанных файла с именами «voice» и хаотичной нумерацией 017, 097 и 107. Немного удивляет, что на конце везде семёрки.
Нажимаю воспроизвести:
– Кто посмел запечатать её воспоминания?! Кто посмел отрезать её от стаи?! – надрывает лужёную глотку всё тот же порыкивающий баритон. – Я знаю, кто это сделал. Я чувствую его запах. Шаман, старый предатель, он думает, что спасает нас. Он думает, что она – опасность.
А я скажу тебе, Аш, кто на самом деле таит в себе угрозу. Мы с тобой.
Мы для неё опасность. И если к рассвету её память не вернётся…
Я вырву твой поганый язык, голыми руками выдеру из груди сердце и брошу их в костёр. Пусть сгорят вместе с твоими тупыми эмоциями.
От звуков следующего послания меня пробрало до мурашек:
– Слушай, где бы ты ни была. Я знаю, что ты слышишь. Ты чувствуешь это как зуд под кожей. Как тень в углу. Как голос, который не даёт уснуть.
Это – я. И я не отстану. Ты думаешь, что в безопасности? В своей душной клетке, в своей жалкой, серой жизни – как бы не так! Я разрушу всё. Я приду. Я найду тебя. И ты вспомнишь, кто ты. Даже если для этого мне придётся выгрызть твою человеческую память клыками. Полнолуние близко. Испугалась? Хорошо. Значит, скоро мы увидимся вновь.
Холодок струится вдоль позвоночника от интимности этого обращения. В нём нет имен, но всё же воспринимается оно очень личным, словно действительно адресовано мне.
С трудом заставляю себя дослушать записи.
– Если ваша тень остаётся на стене, когда вы уходите – не паникуйте. Не бейте её. Не пытайтесь смыть. Просто скажите: «Я – твой хозяин». И дайте ей кусок мяса. Сырого. Без соли.
Невольно вырывается смех. Ну точно отрывок из какого-то чудного произведения. На этой разудалой ноте заворачиваюсь в одеяло и с улыбкой закрываю глаза.
Вот бы в жизни повстречать кого-то, кто умеет так же порабощать голосом!
Последняя мысль «Надо поискать эту книгу в интернете» мелькает с яркостью молнии. Соглашаюсь и засыпаю.
Очухиваюсь будто через пару минут. В спальне кромешная тьма. На кухне что-то гремит и слышен странно хрипловатый женский голос. Слов не разобрать, напоминает причитания или свирепую отповедь – не могу разобрать.
– Бу-бу-бу, – и звон стекла.
Потом:
– Кхех, бу-бу-бу, совсем уже! – и на линолеум падает что-то тяжёлое.
Сердце пускается вскачь. В квартире грабители! Одна из них женщина, забулдыга, если верить низким шипящим интонациям.
Хватаю с зарядки телефон и пытаюсь набрать «102», когда слышу:
– Вконец охамела, дрянь подзаборная! Ни грамма алкашки, зато молока насовала! Я, что, должна опохмеляться этим пойлом для Барсиков?! Никакого уважения к почтенным рыжинам!
Всё ещё хуже, чем показалось вначале: в мой дом пробрались маргиналы!
От удивления забываю нажать кнопку вызова, подношу смартфон к уху, жду гудки и на подгибающихся ногах крадусь к кухне. Увиденное поражает настолько, что замираю столбом прямо в дверном проёме.
Пол усеян барханами из круп и макарон. Гречка вперемешку с манкой и перловкой рассыпаны вокруг стола. У раковины горстка спагетти. Сахарница опрокинута, дверца холодильника раззявлена и изнутри торчит пушистый чёрно-рыжий хвост. Белка? Собака? Куница?
Животина недовольно фыркает, спрыгивает на пол и поворачивает ко мне узкую мордочку. Большие треугольные уши с тёмными кисточками на концах стоят торчком. Янтарно-золотые глаза с вертикальными зрачками смотрят с укоризной. Она открывает заострённую пасть и выдаёт тем самым прокуренным голосом:
– Ну ты и бесстыжая, Лилька!
Аут. Неужели шампиньоны, которые я ела накануне, оказались ядовитыми, да ещё галлюциногенными?
– Чего вылупилась? – хамит рыжая тварь и манерно переставляет тонкие лапки в чёрных «носочках», подбираясь ближе ко мне.
Задним умом приходит понимание, что передо мной лиса. Говорящая. И приходится смириться с выводом, что я основательно тронулась кукухой.
– Где мой виски, мадемуазель? – язвительно спрашивает зверюга, подлезает под стул, по-кошачьи трётся об ножки и зыркает на меня с ненавистью. – Думала, я навеки останусь невидимой? Вот и хренушки! С тебя компенсация за все причинённые неудобства.
Она приближается на расстояние прыжка. Сверлит во мне сквозные дыры тяжёлым обвиняющим взглядом. Усаживается на задние лапы, передними поправляет хвост, заставляя его обвиться вокруг туловища – понятия не имею, как у неё выходит держать равновесие. Это не лиса в привычном понимании. Тварюга скорее напоминает помесь белки со своевольной кошкой.
– Алё, я с кем разговариваю? – сурово интересуется Рыжая.
– Со мной, очевидно.
– Во! Допетрила. Так что у нас с горячительным? Только не говори, что вылакала всё в одну каску. Ты обещала обо мне заботиться!
– Ага, – киваю и на всех парусах мчу в ванную, где в шкафчике лежит аптечка.
Мне срочно нужен градусник. И зеркало. Безумие ведь как-то должно себя выдавать.
Лиса идёт следом. Вспрыгивает на раковину, кладёт изящные пушистые лапки на полочку и вместе со мной заглядывает за дверцу. Чувствую идущий от её шерсти запах хвои, дыма от костра и густой смрад мускуса. Последний чем-то напоминает перемороженный отварной картофель. Он будто сластит и вызывает отвращение.
– Тебе бы помыться, – выдаю с омерзением и отступаю на шаг.
– Ха, вот ты и займись! Но вначале организуй мне выпивку. С трезвых глаз мне водные процедуры противопоказаны.
– Противопоказаны, – бурчу себе под нос и удивляюсь, до чего докатилось моё воображение.
А бывает так, что от одиночества люди съезжают с катушек и заводят себе воображаемых питомцев?
Неужто пару месяцев добровольной самоизоляции от общества так пагубно на мне сказались? Да я ведь не заперлась в четырёх стенах. Хожу на работу, беседую с клиентами, иногда сплетничаю с девчонками в офисе. Меня нельзя назвать отшельницей.
Любовная драма на сердце тоже не кажется значительной. Да, было неприятно, но чтобы сдвинуться на почве расставания со Стасиком?
Положа руку на сердце, он мне не слишком нравился. Да, эмоции были. В основном в первые месяцы. Он красиво ухаживал, умел налить ароматной розовой водички в уши. А вот внешне ничего особенного из себя не представлял. Обычный мужичок чуть за тридцать. Без карьерных амбиций. В близости тоже звёзд с неба не хватал.
Если бы требовалось охарактеризовать его одним словом, я бы назвала Стасика уютным. Как плед или скатерть. Он неплохо вписывался в интерьер моей жизни, но его предательство ударило лишь по самолюбию. Рассудка я не могла лишиться.
– В морозилке есть бутылка водки, будешь? – решила я побрататься со своим заскоком.
Авось и я хлебну рюмашку, и наваждение сгинет.
– Спрашиваешь ещё!
И пышнохвостая плутовка радостно пускается вскачь. Я иду следом, позёвывая. Сейчас опрокину стопарик и на боковую. С утреца посмеюсь над приколами воспалённого мозга.
– У тебя кличка есть?
Достаю из загашника ледяную бутыль и наливаю в стакан на два пальца.
– Я тебе не псина какая подзаборная, ясно?! Нет. Есть имя.
– Да, и какое же? – Хочу наплескать огненной воды в блюдце, но горделивая зверюга останавливает.
– Хренснег я. И что это ты делаешь, пустоголовая? Я не кошка, чтобы хлебать их блюдца. В кружку лей! Да льда брось пару кубиков.
Послушно наполняю ещё одну чашку и развожу руками.
– А льда нет.
– Виски нема, мяса я тоже не нашла, – ворчит наглючая меховая тварь. – Ты чем вообще занималась в моё отсутствие?!
Она забирается на столешницу над шкафчиками с кухонной утварью, опять проделывает этот ритуал по укладыванию хвоста вокруг туловища, затем берёт чашку передними лапками и суёт внутрь мордочку. Шумно лакает и восторженно стонет.
– Восхвалим же Ивана Грозного за то, что в далёком XVI веке он открыл на Руси первые питейные дворы и популяризировал алкоголь! – лиса на секунду прерывается для провозглашения тоста и снова ныряет мордочкой в кружку.
Я морщусь от крепости. Перевариваю услышанное с трудом. По всей видимости, мой мозг изобрёл мохнатый аналог умной колонки.
– Как ты сказала тебя зовут?
– Хренснег.
– А сокращённо будет Хреня?
– Сама ты Хреня, двуногая идиотка. К твоему сведению, Хренснег – это не просто имя. Это – философия, это – крик души в полярную ночь, это – революция в шубе.
Хренснег происходит от древнефинно-угро-сказочного корня «хрен бы тебе, а не снег».
Это имя давали тем, кто не верит в Новый год, но всё равно украшает ёлку водкой и пакостями.
Аз есмь воплощение зимнего бунта, дитя метели и перегара.
Сумасшедшая лисица отставляет кружку, разваливается на столе в позе, которую сложно описать словами. Она вытягивает обе пары конечностей в разные стороны, прогибается дугой и заваливается на бок, после чего подпирает мордочку лапой и смотрит на меня с лёгким прищуром.
– Раньше меня звали Лиса Снежана – ну, знаешь, милая, пушистая, «ах, какая нежность». А потом я прочитала Достоевского, полирнула его тяжеловесные мысли бутылкой «Белуги» и сказала: «Хватит быть снежной – пора быть ХРЕНснегом!»
Так появилась новая я. С хвостом, как у кометы, и взглядом, от которого тает асфальт.
Ты, наверное, думаешь, что я грубиянка? – внезапно спрашивает кумушка и жадно пробует носом воздух, словно пытаясь уловить ход моих мыслей. И сама же отвечает. – А ты попробуй пожить в лесу, где все – либо дураки, либо медведи, либо медведи-дураки. Тут без хамства не выжить! С момента нашей разлуки я скиталась, голодовала, бродяжничала и вот, как ты меня встречаешь! Без виски. Без мяса. Без душевных объятий. А я, между прочим, не просто лиса. Я – явление. Я – буря в стакане мартини. Я – причина, по которой у зайцев нашего леса нервный тик.
– Так мы были знакомы раньше? – кое-как умудряюсь вставить несколько слов в пламенный поток речи.
– Тьху ты, – Хреня сплёвывает и таращится на меня с раздражением. – Совсем ты, Лилька, ополоумела. Конечно, были! Я с рождения за тобой присматриваю. Так что смею заявить, раньше ты помнила о благодарности. Да и жила получше, – она обводит янтарными глазами тесную кухоньку, косится на крупяные барханы на полу и вздыхает. – Тебе следует простить Аша. Он погорячился, с кем не бывает. И всё вернётся на круги своя. Чур, только не забывать, из чьих уст ты впервые услыхала сей мудрый совет!