Госпожа Злодейка скрывается в тумане

11.В неглубоком тылу

Оставить Лучезару в Синхон Чжень не было никакой возможности! Она всеми силами стремилась как можно быстрее увидеться с братом, и за пару дней до “спецоперации” принялась осаждать мою персону, вооружившись умоляющими взглядами и монологами на тему “Ну возьмите меня!”. Проще было взять. Но сейчас, наблюдая, как брат и сестра обнимаются и плачут, я об этом не жалела, у самой глаза были на мокром месте. Но у меня в отличие от них времени на переживания не имелось, мне надо было проверить, всё ли в палатке целителей готово для приёма пациентов.

На полпути к рабочему месту ко мне подлетела Цяо Янмэй, чтобы спросить, как прошла спасательная миссия, а потом увязалась за мной, горя предвкушением грядущей схватки. Сначала она не знала, к кому присоединиться в борьбе против преступности: к представителями малой родины или к боевым товарищам родного клана — но сентиментальные метания в конце концов разрешились с помощью банальной логики, ведь очевидно же, что от великаньей брони будет больше толку в “чистом поле”, а не в лесу.

— Нас, конечно, не так много, как хотелось бы, — рассуждала моя боевая шицзе, пока я инспектировала “свои владения”, — но мы искуснее в бою и наше вооружение на порядок выше. К тому же нам известны все их возможности и слабые места. А ещё они не ожидают нападения, да и честно сражаться с ними мы не собираемся!

С этим я была целиком и полностью согласна, зачем воевать честно с теми, кто привык обманывать, предавать, нападать из-за угла и бить в спину? Клан Алой Иглы когда-то был слишком благороден и это дорого ему обошлось, так что во всём должна быть мера, а чрезмерная праведность — один из видов гордыни.

Слушая боевые самовнушения Цяо Янмэй из серии “Ух, как мы им наваляем!” и размышляя на тему моральной нравственности, я мысленно отслеживала местонахождение Лучезары через её ошейник. Судя по направлению движения, девушка, наобнимавшись и наплакавшись с братом, повела его мыться. Лагерь скрытого типа, то есть с маскировочного цвета шатрами и без всяких клановые знамён с вымпелами, мы разбили на опушке Проклятого Леса, чтобы далеко не ходить, и импровизированная купальня у нас представляла собой небольшой шатёр, установленный прямо над ручьём.

После гигиенических процедур двойняшки отправились ко мне, вернее, Лучезара тащила сюда Светозара несмотря на его сопротивление.

— Зачем мне к лекарям, сестрица? Лучше бы накормила-напоила да спать уложила!

— Обязательно накормлю-напою, братец, но только после того, как нам расскажут, что тебе можно есть-пить, а что нельзя!

— Да всё мне можно! Я здоров, мне бы только поесть вдоволь да поспать вволю! — парень душераздирающе зевнул, но его сестру это не остановило.

— Не обманывай, а! А то я не знаю, какого тебе в полоне было!

— Да ладно тебе, Лученька! Это тебе со страху показалось!

— Показалось? Ежа тебе под зад! Светик, ты за слабоумную меня держишь, что ли? — с этими словами девушка втолкнула его в целительский шатёр. — Был бы ты здоров, я бы тебя с места не сдвинула!

Светозар был выше сестры почти на голову да и мощнее фигурой, но она действительно легко с ним справлялась.

— Так поддаюсь я тебе, сестрица моя единственная и любимая! Тосковал сильно, душенька за тебя, голубушку, болела, вот и не смею сейчас отпор дать…

Ну да, этот парень из тех, кто не сдаётся до последнего!

За моей спиной две молодые помощницы лекаря обсуждали наблюдаемый перфоманс:

— Что-то демонята разрычались друг на друга! Драться не начнут?

— Да не демонята это! Сама же видела, как встретились и плакали, а демоны не плачут!

— Но рычат же!

А Цяо Янмэй смотрела на блондинистых подростков и умилялась:

— Ну прям я с любым из братьев, шимей! Каждого — представляешь? — каждого приходилось пинками к целителю загонять! Похоже, все парни по сути своей одинаковы, какого бы цвета ни были.

Светозар, меж тем, картинно бросился мне в ноги:

— Драгоценна Добросветовна! Спасительница ты наша и благодетельница! Спаси меня снова! Скажи сестрице моей, что не нуждаюсь я особо в лечении!

— Ну-у, скажем так, вы оба правы. Тебе на самом деле требуется особое лечение, но не здесь и не сейчас, а когда хоть немного окрепнешь, так что пока ешь и спи — всё, как ты и хотел.

Дальше я начала рассказывать, что можно есть-пить человеку, который некоторое время голодал, а что нельзя, но меня прервала Цяо Янмэй. Услышав, как снаружи заиграла энергичная боевая мелодия, она заявила:

— Всё, мне пора, это наш сигнал сбора, — потом она улыбнулась Светозару с Лучезарой и сказала старательно “рыча”: — Пойду и надеру зад вашим обидчикам, детишки! Пожелайте мне удачи!

“Детишки” с удивлением на неё вытаращились, но удачи всё-таки пожелали, Лучезара ещё и какой-то наговор, привлекающий победу и призывающий беды на головы врагов, прочитала, вкладывая духовную силу в слова. А когда шицзе нас покинула, спеша к месту отбытия, Светозар спросил:

— А эта прекрасная дева-воительница, и правда, будет пороть тех, кто захватил нас в плен?

Пришлось объяснять, что нет, она такое не практикует. А те в нашем клане, кто практикует, с врагами подобным не занимаются, только с клиентами или партнерами на Пути Самосовершенствования.

За неделю общения у нас с Лучезарой частенько возникали такие моменты недопонимания. В общем и целом мы друг друга интуитивно понимали, но порой какие-нибудь такие устойчивые выражения вызывали недоумение, а некоторые слова были и вовсе незнакомы, мои, потому что заимствовались из других языков, её, потому что потерялись при изменении речи, или зародились в других условиях. Нам постоянно приходилось уточнять друг у друга, что значит тот или иное слово или словесный оборот, но это было гораздо лучше, чем ничего.

Отправив детишек кушать и спать, я продолжила инспекцию, потому что придерживалась идеи, что в деле спасения жизни и здоровья лучше перебдить, чем недобдить, и пусть лучше будет и не понадобится, чем понадобится, но не будет. Наши бравые вояки фыркали и считали моё желание перестраховаться везде, где можно, проявлением сомнения в их боевой доблести, но на самом деле я всего лишь поддерживала философию клана Алой Иглы, утверждающую ценность каждого сокланавца для каждого соклановца.

Во всякого синхончженьца вкладывалось очень много сил, энергии и знаний во время ученичества да и потом тоже. Индивидуальный подход к обучению, всяческий тимбилдинг, работа с Мастерами Укрощения Сердечных Демонов, целительская помощь любого рода и свойства, помощь старших в решении личных и семейных проблем и всё такое прочее, о чём в других кланах знать не знали и слыхом не слыхивали, здесь считалось само собой разумеющимся. В Синхон Чжень гнались не за количеством, а за качеством, поэтому адептов было мало, но каждый стоил сотни и никогда бы не стал для остальных разменной монетой или пущечным мясом. Поэтому у каждого нашего бравого вояки была с собой аптечка со всем, чем можно, и останавливающие время талисманы, работающие по типу Кристалла Безвременья моей Шицзунь. Пока мы с ней лечили “спящих красавцев и красавиц”, наши Мастера Талисманов и Артефактов изучали свойства Кристаллов и пытались повторить их своими методами. Талисманы получились проще в использовании и изготовлении, но остановить время для пациента, попавшего в их зону влияния, могли всего на несколько часов. Артефакты были сложнее, но зато давали тяжелораненным пациентам несколько суток, позволяя дождаться помощи. О том, чтобы задержать смерть на несколько лет и речи пока не шло, но то, что было, уже радовало открывающимися возможностями. И я очень надеялась, что останавливающие время талисманы сегодня никому не пригодятся, и что мои специфические навыки тоже останутся невостребованными, но заклинатели-отступники умудрились-таки огрызнуться напоследок.

Светозар и Лучезара встретились

12.Чем дальше в лес…

Цяо Янмэй вынесла Ци Юньсяо с поля боя на руках. Лёжа без движения на золотистых наручах энергетического гиганта, взрослый мужчина казался ребёнком в объятиях матери. Увидев эту картину, я подумала, что примерно двадцать лет назад Ци Юньсяо точно так же вынес с кладбища малышку Янмэй, нарушая приказ о ликвидации неудобного ребёнка. Ступив на территорию лесного лагеря, гигант стал уменьшаться в размерах, но золотистое свечение поддерживало пострадавшего человека, пока шицзе несла его в палатку целителей.

— Что произошло? — спросила я, оглядывая мёртвенно-бледного Ци Юньсяо и не замечая каких-либо серьёзных внешних повреждений.

— Грёбаный мудила в особняке, главарь этих отбросов, сношать его со свиньями и собаками три дня без продыху! — от переживаний моя подруга перешла на “родную речь” бедняцких районов. — Устроил нам под конец самоубийственную атаку по площади! Это запретная техника, я про неё читала только! Нас бы ничего не спасло, но господин Ци что-то сделал, и у того сучары ничего не получилось, вся собранная энергия будто рассыпалась! Но… но господин Ци просто упал и его меч…

Заклинательский меч у Ци Юньсяо заметно растрескался и грозил вот-вот развалиться на осколки, а это лучше всякой диагностики говорило, насколько всё плохо. Только Талисман Безвременья удерживал заклинателя на этом свете. Если бы у меня не было обширной практики под руководством Шицзунь по возвращению к жизни товарищей-старейшин, стоящих одной ногой в могиле, я бы, наверное растерялась и не сразу решилась действовать, но, слава местным Богам, опыт у меня имелся, поэтому я уверенно взялась за диагностику.

— Ну что? — взволнованно переступая с ноги на ногу, спросила Цяо Янмэй.

Чтобы её успокоить, я сразу сказала:

— Поправимо, но долго, поэтому клади его сразу на ту кровать.

Кровать, на которую я указала, представляла собой тот самый Артефакт Безвременья — самый мощный из сделанных трёх, энергии он потреблял немерено, но зато позволял задержать человека на этом свете на целую неделю, а потом драгоценный камень-накопитель, установленный в изголовье, приходилось месяц заряжать. Каждый раз, когда я смотрела на крупный синий самоцвет, я вспоминала призрак мальчика Дин Синя, который его нашёл и который из-за него погиб. Теперь этот роковой камень будет спасать человеческие жизни, надеюсь, в следующем рождении парню это зачтётся.

Энергия Ци Юньсяо, вся, во всей системе разом, почему-то потеряла плотность и норовила расползтись и истаять, как туман на рассвете. Я уже встречала подобное рассеивание у некоторых пациентов с искажением Ци, и знала, что есть кое-какие боевые техники, которые могут довести энергосистему противника до такого состояния, но где-нибудь в одном месте, ну или в нескольких местах, а не вот так, чтобы ни одного целого участка… Ладно, метод уплотнения Ци мне был известен, так что я принялась за работу, по сути своей немудрёную, но энергозатратную, долгую и кропотливую, и пока руки были заняты, размышляла, что же такое сделал Ци Юньсяо, чтобы дойти до подобного состояния? Очень было похоже на ещё одну самоубийственную технику, только не бьющую по площади, а сконцентрированную на одном человеке. Не сомневаюсь, что его такому учили и морально готовили к возможности самопожертвования, вот наш благородный разбойник и остановил атаку главаря подонков-заклинателей ценой такого саморазрушения.

Постепенно в целительский шатёр начали прибывать другие пострадавшие. Слава местным Богам, среди них не было тех, кому не могли бы помочь обычные целители, я не знала, хватило бы меня на кого-то ещё. Доподлинно ясно было одно — я не смогу выпустить Ци Юньсяо из Безвременья, пока не верну нормальную плотность всей его системе Ци, да и потом надо будет много чего сделать, чтобы привести его Самосовершенствование в норму.

Из разговоров окружающих людей я узнала, что во-первых, наши “выиграли всухую”, во-вторых, захват стратегически важных объектов прошёл почти по плану, за исключением пары моментов, в-третьих, хорошая разведка — это половина успеха, в-четвёртых, Ци Юньсяо крут и, если бы не он, “выиграть всухую” не получилось бы, а получилась бы гора заклинательских трупов.

Меня не мучили вопросами, как там наш герой, только потому, что Цяо Янмэй взяла любопытствующих на себя и крепко держала оборону.

***

Итак, из-за Ци Юньсяо я застряла в лесном лагере, предположительно не меньше, чем на неделю. Со мной вместе остались, конечно же, Ван Мэй и Хуан Чжу, а так же блондинистые двойняшки, остальные наши красно-чёрные подлечились и отбыли в родные пенаты.

Заклинатели из трущоб тоже подлечились, но никуда не ушли, а принялись бодро и энергично осваивать “завоёванную” территорию. Да, это было именно завоевание или захват территории в лучших средневековых или криминальных традициях. Для того всё и затевалось именно таким образом — без привлечения других кланов или того же Генерала Шао, который постепенно стал в мире заклинателей кем-то вроде Праведного Авторитета — высшей инстанцией, обеспечивающей соблюдение закона и порядка. Но в данной ситуации люди Господина Ци сами разобрались с преступниками, а за это присвоили себе клановые земли с неплохим Духовным Источником, а так же несколько подопечных городов и деревень, на территории которых им надо будет решать сверхъестественные проблемы и принимать благодарность от населения. Короче, Господин Ци рискнул, чтобы обеспечить своим братанам достойную заклинательную жизнь, и едва не надорвался.

— Ну, он не столько своим братанам хотел достойную жизнь обеспечить, сколько посвататься к своей Кулинарной Фее как Глава нормального Клана, а не как Лидер Заклинателей-Отбросов, — пояснила мне Бай Шэ, которая прибыла в Проклятый Лес вместе с алхимической исследовательской экспедицией, проверить, растёт ли здесь что-нибудь интересное. К Ци Юньсяо она относилась как к старшему брату, и конечно же за него переживала.

Упомянутая Кулинарная Фея, она же моя шицзе Линь Сян, тоже явилась почти сразу, чтобы следить за выздоровлением своего рыцаря и готовить для меня еду с повышенным содержанием Ци. Поклонник Бай Шэ музыкант Ло Хуань примчался под предлогом благородной миссии по очищению местной энергетики. В бывшем разбойничьем логове действительно наблюдался повышенный фон Тёмной Ци, всё же там далеко не благими делами занимались, к тому же окружающие люди уже давно считали лес проклятым, а это тоже вносило свой вклад в дисгармонию. Как результат этого всего в будущем там произошёл бы прорыв в демонический мир, так что принять превентивные меры было не лишним. Люди Ци Юньсяо рассказывали в соседних деревнях, что очистили лес от проклятья, а музыканты, исполняя мелодию “Очищение”, возвращали гармонию природному объекту. Я подкинула алхимикам и талисманщикам идею очищающих Ци зелий и талисманов и они приступили к экспериментам, используя эту территорию как исследовательский полигон. Так что скучать нам не приходилось. Плюс к этому стервозная красотка Бай Шэ не сообщила Ло Хуаню и Линь Сян, что не имеет к Ци Юньсяо никакого романтического интереса, что добавляло мыльно-оперных страстей в отношения этой троицы. Каждый развлекается как может!

Ещё прибыли пять моих нынешних наставников Мастеров Исцеляющей Боли, помочь пока они могли мне разве что советом, но я и тому была рада, всё же не на мне одной будет лежать ответственность. Проконсультировав меня на предмет, какие участки повреждённой системы надо “уплотнить” в первую очередь, а какие потом, старейшины со скуки разбрелись по соседним деревням и принялись лечить простых людей, это было вполне им по силам, потому что почти не требовало использования Ци.

13.Межнациональный детский лагерь “Лесная сказка”

Минуло три дня моего пребывания в лесу. Хорошенько поработав “энергетическим скульптором”, я решила, что на сегодня хватит, и пошла в купальню, что представляла собой шатёр над ручьём, когда начала развязывать пояс ханьфу, услышала позади себя плеск воды. Обернувшись, я обнаружила стоящего в ручье Ху Шуйшэ и чуть не заорала от неожиданности, а он лишь невозмутимо произнёс:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.