Мама для Одуванчика

Глава 9. Варя

Неделя.

Пролетела целая неделя, за которую я, честно говоря, успела вымотаться, как за целый учебный год. И в большинстве своем так тяжело она мне далась только потому, что упрямая девочка Ася не давала выдохнуть и выпустить ситуацию из-под контроля хотя бы на пару минут.

Нет, она не ругалась, не дралась, за исключением эпизода первого дня, но и в жизни класса она не участвовала. И если преподаватели кружков были готовы первые дни терпеть ее отстраненность и отсутствие интереса, списывая на стресс и новую обстановку, то с начала этой недели они уже начинали злиться и выговаривать мне. А я что? Меня она не слышит, как бы я ни пыталась к ней подойти.

Разговоры с Никитой, которому мне все-таки пришлось позвонить, тоже оказались недейственны. А отцу или матери девчонки я пыталась дозвониться, наверное, с сотню раз. И каждый мне отвечал автоответчик. Да кто же они у нее и где вообще? Почему ребенок на полном попечении родственников?

Сегодняшний день стал последней каплей.

То, как Ася рванула из класса, а я за ней на высоченных каблуках, которые зачем-то напялила в лагерь, видел, кажется, весь учительский состав и директор в том числе. Благо, на глаза попалась Оля, которая смилостивилась надо мной и не дала убиться во время погони. А потом и подавно эта проказница уехала с отцом.

Затем поймала на себе недовольный взгляд Игоря Владимировича и ехидный смешок в спину от Ксении, заведующей по лагерю. Кажется, моя карьера закончится, даже не успев начаться.

Домой в свою тихую квартирку захожу уставшая и выжатая, как лимон. Присаживаюсь на тумбу в коридоре и со злостью скидываю каблуки. Голова гудит, ноги болят, а руки трясутся. Очень не понравилась мне реакция директора, как бы не подопнули с разбегу. А я только поверила, что попала в сказку.

Скидываю свой легкий сарафан и иду в душ. Все мышцы в напряжении, словно скованные плохим предчувствием. Пока стою под теплыми струями, из головы не выходит маленькая бандитка с добрыми, потерянными серыми глазами.

Я ведь даже не могу на нее злиться, как другие учителя. Скорее, мне ее жаль. Очень. Хочется чем-то помочь, поддержать, заставить этот упрямый цветочек раскрыться, но она не дает даже близко подойти.

Выхожу из душа и, заварив травяного чая, что остался из привезенных от бабули запасов, усаживаюсь на подоконник у открытого окна и решаюсь еще раз набрать отцу Аси.

Каково же мое удивление, когда буквально после пары гудков я слышу в трубке приятный мужской голос:

– Слушаю? – тихое, предельно деловое, с легкими грудными вибрациями, что немного парализуют и мысли, и действия.

Ну же, Варя, возьми себя в руки.

– Здравствуйте, Владислав Романовский?

Взяла.

Мужчина подтверждает, что я не ошиблась и дозвонилась по адресу, и я начинаю нервничать пуще прежнего. Спасибо мозгу, что представиться не забыл. Вот только начала сам разговор совсем не с той темы, с которой планировала.

Почему-то, услышав голос отца Аси, мне стало неловко от даже потенциальной возможности лезть к мужчине с нравоучениями и лишними вопросами. По голосу и односложным ответам слышно, что он человек серьезный и предельно собранный. Рано, конечно, судить, но мне кажется, и закрытость Аси было от кого взять.

В итоге сама не заметила, как провисела на телефоне с Владиславом Романовским почти час, а мой чай успел остыть.

– В общем, я буду очень рада, если вы с Асей все-таки пойдете в поход, – подвожу итог нашему разговору, только потом сообразив, как двусмысленно это прозвучало.

– Хорошо, – кажется, не придал этому особого значения мужчина. – Спасибо за звонок, Варвара Дмитриевна. И… – небольшая заминка, – я прошу у вас прощения за поведение Аси.

Ну, вот же, Варя! Самый момент, чтобы поднять тему, ради которой набрала его номер.

Но официально заявляю, что Варя – трусиха.

– До встречи, Владислав Станиславович, – улыбаюсь и киваю куда-то в пустоту, а услышав в трубке:

– До встречи, Варвара Дмитриевна, – не могу не отметить промелькнувшее в душе странное чувство. Словно слышала я этот низкий, приятный голос.

Утро не могло начаться хорошо. Утро вообще, по определению, не может быть хорошим!

– Да, мам, привет.

Отвечаю на звонок, выходя из ванны и накидывая халат. Теплый, махровый, мой подарок бывшему молодому человеку, который так и не удалось вручить.

– Варя, сегодня ужин. Ты помнишь?

Конечно, забудешь тут.

– Помню. Но быть на нем не обещаю, – строю недовольную гримасу своему отражению и плетусь на кухню готовить свой скудный завтрак. Запасы наличностей на исходе, а до первой зарплаты еще нужно дожить.

– Что значит «не обещаю»?! – чуть ли не взвизгивает от недовольства маман, – я этот ужин и все эти приготовления терпела только ради тебя, Варвара!

– Я тебе говорила, мам, что не нужно идти на такие жертвы.

Конечно, куда там, ради меня! Ради себя и своих денег.

– Ничего не хочу слышать. Твое будущее – моя забота, и я хочу, чтобы оно было сытным и обеспеченным, – чеканит матушка слова.

– Мам..

– Я молча проглотила твое поступление в универ! – не дает вставить и слова, остается только молча беситься от бессилия. – Скажи мне, Варя, кто вообще мечтает в наше время быть учителем? Получать копейки и целыми днями воспитывать этих маленьких ужасных спиногрызов?! При твоем статусе и наших деньгах ты могла выбрать любую специальность!

– Я…

– Но я ни слова не сказала, когда ты поставила нас с отцом перед фактом! – перебивает так резко, что я аж, как рыбка, стою, открываю и закрываю рот от удивления. – Думала, перебесишься, бросишь… – вот досада, а я не бросила, а еще и с красным дипломом умудрилась закончить. Неприятность! Дура-дочь в богатой семье – это беда. И ведь не объяснить, что детей я люблю, и о такой работе мечтала чуть ли не с детства.

– Поэтому, дочь! – продолжает ма уничтожать мои надежды выйти замуж по любви, а не по расчету. – Я пошла на уступки тебе, ты пойдешь навстречу мне и явишься сегодня на ужин. Адрес и время сейчас скину сообщением! – И бросила трубку.

Прекрасно!

Отлично!

Ненавижу утро!

Глава 10. Варя

Выбора мне не оставили, делать нечего, и, чем потом годы сносить дутки матери, я решаю появиться на этом проклятом ужине и ровно к семи часам приезжаю к дому родителей. Изначально запланированная встреча в ресторане резко перенеслась к нам. Туда, куда ехать не было совсем никакого желания…

Дорогой, элитный загородный поселок, куда даже не ходят автобусы. Пришлось вызвать такси, потратив чуть ли не последние, кровные, честно заработанные деньги, чтобы явиться на такой ненавистный мне вечер.

В дом захожу, не испытывая особого восторга. Возможно, когда-то глубоко и далеко в детстве мне нравилась такая жизнь: роскошная, дорогая, кричащая и до скрипа зубов интеллигентная, но в тот день, когда я приняла решение поступить в педагогический ВУЗ, двери этой жизни закрылись для меня окончательно.

Ссора, скандал, истерика матери, грозное шипение отца, собранный чемодан и снятая на имеющиеся последние копейки небольшая комнатушка в общежитии.

Я, может, и тихая, и скромная, и многого боюсь, но упрямая и привыкла идти до конца.

– Варенька, здравствуй, дорогая! – встречает на пороге мама, расцеловывая в обе щечки, несомненно, уже начав играть на публику свою роль заботливой хозяйки дома.

– Здравствуй, мам, – улыбаюсь как можно вежливее. Хоть отношения в последнее время у нас и натянуты, но это мама и долго дуться или злиться на нее я не могу, – надеюсь, не опоздала.

– Нет, что ты, мы только сели за стол. Проходи, дорогая, – я уже дернулась в сторону большой гостиной, когда родная женщина цепляет за локоток и шепчет на ухо:

– Варя, ну неужели нельзя было надеть что-то более… изысканное, – и морщится так, будто я в купальнике пришла!

Вздыхаю и зло поджимаю губы.

– Я люблю этот сарафан. А на улице лето. А у нас здесь не светский раут! – выпаливаю, задетая замечанием до глубины души. В конце концов, мой сегодняшний наряд – очень даже приличное и изысканное платье мятного цвета, на тонких бретельках и с летящим подолом, отлично смотрится и прекрасно сочетается с моими глазами. – А на пышные юбки с кринолинами и россыпью бриллиантов я еще не заработала, – бросаю обижено, на что родительница предпочитает промолчать. Знает: только задень тему – и скандала не миновать.

Мы проходим по длинному и отделанному под мрамор холлу. Мамины каблуки стучат по каменному полу, а мои скромные босоножки на танкетке шлепают почти беззвучно.

В большой гостиной, которая в такие вечера званых ужинов нам служит еще и столовой, сегодня стоит длинный стол, и уже на подходе я насчитываю примерно с десяток гостей. Мужчины в костюмах, женщины в платьях… изысканных, как выразилась ранее матушка. Чинно восседают с бокалами и фужерами и ведут оживленную беседу.

Уже на пороге я ощущаю на себе заинтересованные взгляды и готова залезть под этот самый стол из белого дерева, только бы исчезнуть с этого фальшивого и лицемерного сборища.

– Варенькая, доченька! – завидев меня, встает из-за стола и подходит ко мне отец. Приобнимает и целует в щеку, щекоча своими усами. Пожалуй, с папой у нас всегда были более терпимые и хорошие отношения, чем с мамой. Мы лучше понимали друг друга и почти никогда не ругались. Почти, потому что за последний год его взгляды на мое будущее стали совпадать со взглядами любимой жены, и мысль выдать меня замуж выгодней стала казаться ему не такой уж и плохой. А о сердце, чувствах и моем душевном состоянии в таком браке никто не счел нужным подумать.

– Привет, папуль.

Церемония представления такой забавной и диковинной зверушки, как Варвара Дмитриевна, проходит быстро, и я наконец-то, отправив с десяток фальшивых улыбок гостям, могу сесть за стол и пригубить шампанского. Желания пить нет, но шампанское подходит как никогда лучше, чтобы хоть как-то притушить волнение, что разрастается, подобно пламени, под внимательным и пристальным взглядом одного из гостей.

И надо полагать, этот гость и есть тот самый Денис.

Во время ужина стараюсь сильно на парня не глазеть, и вообще подчеркнуто игнорирую любые намеки матушки завести с “женихом” разговор. Но зато, когда наступает часть десертная, да-да-да, у нас в высшем обществе есть и такое, так вот, когда подходит время десерта, парень сам подсаживается ко мне и одаривает шикарной голливудской улыбкой. Ни дать ни взять – звезда кино.

– Нас не представили, – начинает самоуверенный парнишка, – я Денис, – протягивает мне ладонь, которую я пожимаю и молю провидение, чтобы это сватовство как можно быстрее закончилось.

– Рада знакомству, Денис. Я…

– Варвара, помню.

А вот перебивать – дурной тон, мистер индюк с обложки Форбс!

– Я рада, что с памятью у вас все отлично, – откашливаюсь и округляю глаза, понимая, что ляпнула это вслух. Смотрю на парня, прячась за бокалом и ожидая колкости, но он вдруг начинает хохотать. Да так искренне и от души, что я даже не могу сдержать улыбки.

Нет. Если откинуть всю мишуру, Денис вполне симпатичен. Такой типичный сын богатых родителей. Вылизанный, выглаженный и до ужаса “идеальный”, как и его черный смокинг. С модной укладочкой и белоснежными винирами, что и правда могли бы быть с рекламы “Колгейт”. От него приятно пахнет дорогим парфюмом, а еще фонит самоуверенностью.

– Вы забавная, Варя. Можно так?

– Можно.

– Родители уже давно хотели познакомить нас, и если бы я знал, что встречу такую утонченную красавицу, то отложил бы свою поездку в Лондон.

Для чего это было сказано? Чтобы впечатлить меня? Промах. Никогда не впечатляли мужчины, что судят о девушке только по ее внешним данным. И тем не менее:

– Спасибо за комплимент, – выдавливаю из себя вежливое и делаю глоток шампанского, мысленно умоляя его отстать.

– Может, прогуляемся? – кивает головой на задний дворик Денис, а у меня уже на кончике языка вертится отказ, когда ловлю прожигающий взгляд матери.

– Прогуляемся, – кидаю односложный ответ и подскакиваю с места первая. Потешу мамины надежды на победу в этой войне.

Выходим на улицу и, миновав ворота, бредем рука об руку по небольшой дорожке. Одно и самое прекрасное достоинство этого поселка богачей – собственный небольшой парк с прудом и минимумом народу.

– Чем ты занимаешься, Варя? – начинает парень разговор с казалось бы невинного вопроса. Но я вполне понимаю, что она просто элементарно просчитывает свою выгоду с нашей свадьбы.

– Учитель. Начальных классов.

– Оу… так, значит, ты любишь детей?

– Люблю. И хочется верить, что они меня тоже. А ты, Денис? – бросаю взгляд на парня по левую руку от меня, – чем занимаешься?

– Я в бизнесе отца.

Да кто бы сомневался!

Так дальше и бредем, перекидываясь какими-то глупыми фразочками и не особо охотно узнавая друг друга. Ну, я так точно желанием не горю.

Когда обошли весь парк, я поглядываю на мобильный. Время ближе к десяти, вечер начинает клониться к закату, а мне еще черт знает сколько ехать до дома.

– Я, пожалуй, поеду, – улыбаюсь как можно более вежливо, уже минут двадцать назад вызвав для себя такси. Благо, сумочка со мной, в дом заходить не нужно.

– Куда поедешь? – удивленно взлетают брови на идеальном лице парня. – Ты же дома.

– Я не живу с родителями.

– Хм, так у тебя своя квартира?

Улыбка, больше похожая на оскал и кивок.

– Своя. Съемная. Однушка, метр на метр в самом удаленном от центра районе, – с каждым новым словом все такие же идеальные брови ползут выше и выше.

– Неожиданно, – замирает парень, но, видно, сообразив, что выглядит со стороны это так себе, предлагает:

– Давай я тебя отвезу. Я все равно на машине и, честно говоря, тоже пора уже.

– Нет, спасибо, Денис, но… – машу головой, не в силах собрать слова в предложения, и уже открыла дверь подъехавшей светлой машины такси, как резко оборачиваюсь. – Скажи, зачем тебе это? – щеки мигом становятся краснее самого красного под таким изучающим взглядом молодого человека.

– Что?

– Свадьба, – выпаливаю и наблюдаю потрясающую смену в выражении его лица. Маска учтивости и легкой простоватости слетает, заменяясь ехидной ухмылочкой и взглядом полного превосходства. Денис окидывая меня жарким, голодным взглядом, словно раздевая, отчего хочется поежиться.

Ну, вот и ответ. Запал на красивую обертку, а что там внутри – плевать.

– Может, я влюбился? – пожимает плечами.

– Такие, как ты, не влюбляются. Они используют девушек, а потом выкидывают, как надоевшую игрушку. Так что это тогда? Шантаж или условие отца? – все еще не теряю надежды достучаться и найти союзника в лице “женишка”.

– Личный опыт? – говорит, пряча руки в карманы брюк, явно желая задеть. Но укол не достигает цели.

– Личный мир. Сама росла в таком и всегда с отвращением смотрела на богатеньких сынков.

– А ты, надо полагать, праведница, Варвара? – неприятный, похотливый взгляд гуляет где-то в районе выреза декольте, и хочется прикрыться руками, но я стою и упрямо принимаю брошенный вызов. – Отреклась от папиных денег, бросила свою жизнь и думаешь, что сможешь прожить на какие-то копейки?

– По крайне мере, я не строю из себя непонятно что и не готова продаться тому, кто готов выгодней купить, – морщусь. – Всего хорошего, Денис. Надеюсь, мы больше не встретимся, – заскакиваю в машину и почти уже закрыла дверь, когда парень ее перехватывает.

– Нравится тебе это или нет, но свадьбе быть, Варвара! – и с этими словами громко хлопает дверцей авто. Так, что я от неожиданности подпрыгиваю, вжимаясь в сиденье.

Нет. Свадьбы не будет. С таким как он, точно!

Такси останавливается у подъезда моего дома, когда на улице уже стемнело. Расплачиваюсь, с сожалением представляя, на что я могла бы потратить эти деньги и выхожу, захлопнув дверь.

Не понравилось мне то, что я увидела дома. Не понравилось мне поведение родителей и этого потенциального жениха. Денис? Дурацкое имя. И по внешности, ну, вылитый напыщенный хлыщ. Не мой типаж абсолютно. И никогда в жизни ни за что не соглашусь назвать его своим мужем. Не мое, и это сто процентов. И как бы плохо и тяжело мне ни было, я никогда не пойду на поводу у родителей. Столько пережить и справиться с трудностями для того, чтобы все бросить и… фу, даже думать не хочу.

Зайдя в квартиру в растерянных чувствах, не тороплюсь включать свет. Света уличных фонарей достаточно, чтобы разглядеть все. Снимаю туфли и на цыпочках, словно меня кто-то может услышать, прохожу на кухню, включая чайник. Останавливаюсь у окна и, снова заглядевшись на ночное небо, на котором совершенно не видно звезд, вздыхаю с сожалением. Ни к чему хорошему все это не приведет. Совершенно точно, чувствую одним местом.

Завариваю мятный чай и, немного посидев на кухне, держа кружку в руках и согрев пальцы, отправляюсь в душ и затем в постель. Встану пораньше и тогда соберусь в поход. Сейчас нет ни сил, ни желания.

Глава 11. Влад

– Почему мы должны ехать в этот дурацкий поход? – по обычаю дуется Ася, сложив руки на груди и надвинув кепку чуть ли не на глаза.

– В поход не едут, а идут. Потому что это природа: лес, свежий воздух, костер… палатка. Ты же любишь такое, Одуванчик, – закидываю в багажник наши сумки с вещами и спортинвентарь.

– Давай мы не поедем с классом! – топает ногой госпожа. – Мы можем поехать вдвоем. Зачем с ними-то ехать? – выдает возмущенно принцесса.

– Затем, что так надо.

– Да кому надо-то?

– Ася, сядь в машину.

Бурчит, ворчит, дуется, но садится. Пристегивает ремни и отворачивается к окну.

– Сейчас заедем за твоим маршмеллоу и выдвигаемся к ребятам.

– Не буду я эти противные маршмеллоу!

– Как скажешь, – ухмыляюсь, зная, что минута-две, и ледяная принцесса оттает, и за зефирками мы все равно заедем.

Сбор и собственно сама поляна находится недалеко от города на берегу небольшого водоема. Хоть погода стоит и теплая, но купаться пока рановато. Поэтому купальные принадлежности брать мы не стали, а вот всё для комфортных посиделок на берегу у нас готово.

Да нужного места доезжаем меньше, чем за час, и уже на подъезде я вижу много машин, понимая, что помимо дочери, теперь в коллектив нужно будет и мне вливаться.

По словам Варвары Дмитриевны, на поездку согласилась большая часть класса. Так что толпа будет знатная. Но больше всего мне хочется увидеть ту саму молоденькую учительницу, которая, что весьма странно, после разговора не выходила из головы.

– Мы еще можем уехать домой, – уже смирившись, что ей меня не переспорить, предлагает дочурка.

– Нет, мы останемся и отлично проведем время, – бросаю взгляд в зеркало заднего вида, получая в ответ пожимание плечами.

Паркуюсь у края большой поляны, на которой уже разбивают лагерь родители и носятся дети, и выхожу из машины, оглядываясь.

Берег относительно пуст, и наша компания здесь точно самая большая. Июньское солнце шпарит так, что мои джинсы с футболкой оказались слегка не по погоде. Собственно, как и у большинства здесь присутствующих.

– Здесь жарко и скучно, – выползает за мной дочурка.

– Хватит дуть щеки. Доставай палатку, – командую и под тихое бурчание ребенка лезу в машину за мобильным, чтобы отключить гаджет и забыть про него на весь уикенд.

“Я тебе не прощу такого кидалова, братишка” – открываю еще в дороге полученное СМС от Ника, который до сих пор бесится, что я не разрешил ему поехать с нами в этот поход. Его завидное рвение кажется уже подозрительным.

Отправить ответ даже не пытаюсь, связи здесь нет, и это был еще один повод согласиться на поездку. Лилия, откровенно говоря, вынесла мне весь мозг, обиженная моим отказом взять ее в этот поход. А Ребров как-то после очередного рейса мимоходом обмолвился, что у нас в компании нехватка экипажей. Я небо люблю, но законные выходные забрать не позволю. Мои часы налета и так в полтора раза больше, чем у любого другого пилота в компании, так что в этот раз обойдутся без меня.