Верните мне дистанционку!

Глава 6

В отличие от прошлой пары, третий курс встретил меня тишиной. Правильно, их меньше, ведь предмет профильный, они взрослее, уже понимают, что пришли сюда ради себя и поведение соответствующее. Ан нет, создают видимость. Я проследила за вроде как незаметно пролетевшей вдоль пола запиской, отметила обменявшимися взглядами девчонок, ухмыльнувшегося паренька.

– Здравствуйте, третий курс. Меня зовут фри ван Лейтон, хотя вы это и так знаете, и я буду вести у вас криминалистику, – самой не верилось в эти слова, я же школьный биолог. – Хотела начать наше знакомство с чего-нибудь положительного, но не вышло.

– Почему это? – спросила одна из переглянувшихся девушек.

– Сейчас узнаем, – улыбнулась я. – А пока я попрошу вас с подругой встать и подойти ко мне. Девчонки удивились, напряглись, но просьбу выполнили. – Как вам, нравится? Всех видно? – поинтересовалась я у них.

– Ничего так, только сидеть лучше, – ответила любопытная.

– О, прошу, ни в чем себе не отказывай, – я указала на учительский стул.

– Нет, что вы, это же ваше место, – отступила она от меня на шаг.

– А я настаиваю, – мне даже самой стало интересно, права я или нет. Та поникла, подошла к стулу и аккуратно присела на краешек. – Какие стеснительные студенты, – подначила я ученицу.

Девушка упрямо стиснула губы, зажмурилась и села как надо. И тут же у нее в прямом смысле волосы встали дыбом, а блузка истончилась до той прозрачности, когда можно рассмотреть детали бюстгальтера.

– Ах, – вырвалось у подружки, но жертва моего эксперимента и собственной ловушки не произнесла ни слова.

– Можете сходить в общежитие, привести себя в порядок и вернуться обратно, начало лекции перепишите у одногруппников.

– Спасибо, – пробормотала она и пулей вылетела из кабинета.

– Так, теперь ты, – обернулась я к ее подружке. Мне показалось или в ее глазах мелькнул ужас? – Бери мел и иди к доске.

– Что писать? – голос у второй хулиганки дрожал, а это значило, что я мыслю в верном направлении.

– Я позор своей группы, – улыбнулась я. – Начинай.

– А можно что-то другое? – с надеждой посмотрела она.

– Я позор своей группы, – проснулась во мне вредность.

Студентка со слезами на глазах начала выводить буквы на доске. И я даже ни сразу поняла, в чем дело, но когда она обернулась, все встало на свои места. Фраза, которую я потребовала написать, была не только на рабочей поверхности, но и на лбу девушки. Словно черным маркером написанная.

– Простите, – пропищала она.

– Смыть можно? – даже жалко на секунду стало, но дарованная ей сила это большая ответственность.

– Нет… Пройдет через сутки, – слезы покатились градом.

– Так, собирай вещи и, пока идет пара, отправляйся к ректору, передашь ему вот это, – я написала записку Д`амбьеру не наказывать ее очень строго, и попросила его отпустить ее с занятий до завтрашнего утра. – Если повезет, то посидишь в комнате это время.

– Вот попала, – прошептал кто-то, но я точно знала кто.

– Трой Шерер, – смена фамилии парню не поможет, я ведь точно знала, кто его мать. – Прочитай, пожалуйста, записку, что прислал тебе товарищ. Ты так улыбался. Может, мы тоже посмеемся?

Парень молчал, словно ждал чего-то, я подошла ближе, студенты с предвкушением глазели на одногруппника. Вдруг бумажка, что он крутил загорелась прямо у него в руках. Только горела не долго, какой-то добрый самаритянин решил, что это недостойное окончание спектакля и потушил ее, чем вызвал бурю гнева в глазах вампира.

– Благодарю за помощь, но советую в ближайшее время сторониться темных закутков, а то фри Шерер не очень доволен этим поступком. Не так ли? – обратилась я к парню, но он упорно молчал. – Ну так как, смеяться будем?

– Назначьте мне наказание сразу, пожалуйста. Я даже могу сходить к ректору.

– Ишь ты, какой хитрый, – покачала головой я. – И что мы ему предъявим? Вслух и с выражением, фри Шерер.

– Хорошо, – вампир закатил глаза, показывая свое отношение к ситуации. – «Согласен, мордашка классная. Чур, я первый».

– О, как интересно, – такого я даже не ожидала. Стало как-то противно что ли. – И кто же автор этого послания? Хотя, что я спрашиваю… Дятлов никто не любит. Вот теперь к ректору, – я сложила еще один конвертик, с разъяснением ситуации, вложила туда злосчастную записку и пожелала удачи юному ловеласу. Одному из.

– А кто такой дятел? – поинтересовалась девочка со второго ряда, такая плавная, тягучая, что я сразу в ней признала оборотницу-пантеру.

– Дятлы, это птицы такие, они, чтобы пищу из-под коры деревьев извлечь стучат по ней клювом.

– Понятно, – растянулась в улыбке девочка. – Стучат… Спасибо большое.

– А теперь мы начнем занятие…

– А можно еще один вопрос? – Вдруг вскинула она руку.

– Да, конечно.

– А как вы догадались.. О них… О проделках.

– Легко, для этого достаточно быть наблюдательным, – рассмеялась я, а про себя подумала, что еще за спиной нужно иметь педагогический опыт лет в тридцать. – Во-первых, дверь была закрыта, чтобы никто не увидел приготовления, во-вторых, вы так смирно сидели, либо усыпляли бдительность, либо все хотели увидеть момент моего «падения», в-третьих, девочки эмоциями выдали себя как соучастниц, а не заметить летящую бумажку очень трудно.

– Но как вы догадались, где именно ловушки? – недоуменно спросил парень-медведь с последнего ряда.

– А где еще? Даже если не пользоваться магическим зрением, то легко можно понять, что они должны крепиться к тем предметам, которые буду использовать только я. Значит это преподавательский стул, вряд ли кто-то еще сел бы на него, и доска, так как сегодня первое занятие и новая тема. То есть кого-нибудь к доске я не вызову.

– Так просто? – удивился медвежонок.

– Как есть. Вот только один нюанс. Ловушки поставили они, и наказали, по сути, сами себя. Но, вы не остановили их, а с придыханием ждали результата. Поэтому на следующем занятии первые тридцать минут у нас будет экзамен. Не бойтесь. Он не пойдет в табель. Он будет для меня и для вас.

– А как же вы его оцените, ведь мы ничего не прошли еще? – возмутилась все группа.

– Легко, тест либо пройден, либо нет. Кто его не пройдет – получит дополнительный вопрос на экзамене. Готовьтесь, у нас будет веселый семестр, – улыбнулась я. – А теперь начнем. Криминалистика, что это?

– Мы думали узнать это от вас, – хихикнула пантера.

– Так и быть, – кивнула я. – Слушаем, запоминаем, записываем. Это наука, исследующая закономерности приготовления, совершения и раскрытия преступлений, возникновения и существования его следов, собирания, исследования, оценки и использования доказательств. А также, разрабатывающая систему основанных на познании этих закономерностей специальных приёмов, методов и средств, применяемых в ходе предварительного расследования для предупреждения, раскрытия и расследования преступлений, и при рассмотрении их в суде.

Глава 7

Третий курс покинул меня в задумчивости, но это не мои проблемы, я ведь даже форму «экзамена» им не придумала. Вот меня понесло, импровизация это, конечно, хорошо, но у настоящего учителя всегда есть план. Или нет? Может я прожила свою жизнь не так как надо и теперь у меня есть шанс это исправить?

Странно. Я совсем не думала о том, что произошло с моим телом дальше. А в принципе, какая сейчас разница? Чувствую себя то ли крабом, то ли змеей: скинула старый панцирь-кожу и вот теперь помолодевшая начинаю новую жизнь.

И в этой жизни меня ждал обед, практика и боевое искусство, последнее почему-то пугало. Не понятно, что я на нем буду делать. Разум подкидывал в виде ассоциаций что-то вроде восточных единоборств, средневековых битвах на мечах и даже обычный мордобой.

Обед прошел в компании фрэна Кирка и фри Лоры, когда я пришла в столовую, они уже сидели за столом.

– Слушайте, а не вредно столько мяты в пищу употреблять? – повела носом лиса.

– Я немного, сейчас войду в колею, пойму, что от кого из учеников ждать и перестану.

– Уже наслышан, первокурсники только о тебе и говорили, – хмыкнул волк. – Спасибо, кстати, шепотки о твоем напутствии девочкам я тоже уловил.

– Не за что. Кстати, может, окончательно перейдем на «ты»? – эти фри, фрэн и фру были непривычны до ужаса.

– Я только за, сама знаешь, носители дара воздуха официоз не любят.

– Да, волк – воздушник, это зрелище не для слабонервных, – ухмыльнулась водница. – Но согласна быть для вас просто Лорой. Большинство старших преподавателей старые интриганы и лицемеры, вдвойне приятно пообщаться с нормальными существами.

– Спасибо, Лора, кстати, ты преподавала у третьего курса?

– Да, на первом курсе основы стихийной магии замещала несколько лекций, на втором уже только водников вела, сейчас практические занятия с ними прохожу. Есть неплохие ребята, но основная часть считает себя чуть ли не архимагами, потому будь осторожна.

– Справлюсь, они просто дети, метами избалованные, местами недолюбленные, немного ленивые, но мало кто предпочтет отдыху учебы.

– Ты, – посмотрел на меня Кирк. – Ты предпочла.

– Не скажу, что это было идеальное решение, но почему-то мне кажется, что верное, – пожала плечами я, а волк с лисой расхохотались.

– Фри ван Лейтон, – грозно послышалось у меня за спиной, да так, что мороз по коже пробежал, но я быстро взяла себя в руки и повернулась.

– Слушаю вас, фри Ригетти? – надеюсь, что улыбка вышла не пластмассовой.

– Как прошли занятия? – он подошел к столу и поставил поднос с едой. Много мяса, сырники со сметаной и пучок петрушки с укропом. Оригинальный обед.

– Присаживайтесь, пожалуйста, – предложила я ему очевидное, но лисица хихикнула так, словно я сказала: «Садись раз приперся». – Студенты чудесные, обе пары прошли замечательно.

– И потому трое третьекурсников покинули аудиторию, причем двое прямиком к ректору? – он прикрыл глаза и странно подался на меня.

– Но фри Ригетти, что же еще я должна была сделать с нарушителями дисциплины? – я глянула на друзей, они скосили глаза на мой компот. Мята! Как же я сама не догадалась.

– Что вы, – муркнул декан. – Просто я удивился, раньше вы не были такой строгой, – посмотрел мне в глаза.

– Все течет, все меняется, – от его взгляда мне стало не по себе, запершило в горле.

Я схватила злополучный стакан и осушила его в пару глотков. И потом лишь поняла весь риск своего поступка, когда ощутила, что маленький листочек мяты прилип к нижней губе и осознала с каким желанием смотрит на него мой куратор. К счастью, Кирк вовремя понял, что меня пора спасать.

– Эллион, тебе же на лекарскую практику?

– Точно! А потом на боевое искусство, нужно переодеться! – спохватилась я. – Приятного аппетита, фри Ригетти, – протараторила и выскользнула из практически обнявших меня рук.

Я очень радовалась, кто-то догадливый поменял мое расписание, и боевое искусство шло после практики. Все же идти вспотевшей и запыхавшейся к больным не очень гигиенично. Но если честно, даже с учетом всех знаний, что начали потихоньку укладываться в моей голове так, что уже было не отличить, где мои родные земные, а где местные от Элли, я не понимала, как буду лечить кого-то. Я же не врач, я – учитель. Несомненно, много знаю и о строении человеческого тела и разных травах, и отличить простуду от аппендицита в состоянии, но не более того. Хотя, остается еще дар. Им я так почти и не пользовалась в эти дни. Не считая работы с магбуком, но им и существа без дара могут пользоваться, с помощью специальных активизирующих артефактов.

На мою спортивную форму покосились в приемной лекарского крыла, но бледно-зеленый халатик прикрыл неподобающую одежду.

– Фри ван Лейтон, я поговорю с вашим куратором, чтобы вам попробовали изменить расписание, все же соседство с боевкой не рационально, вы тратите силы в лекарском корпусе, и на все остальное их уже не остается. У меня нет больше желания восстанавливать каждый раз вашу тщедушную тушку, – произнес, словно выговор сделал, фри Амос. – Поэтому на вас пара чучел с третьего курса, а потом можете быть свободна. Передайте только декану Ригетти, что я жажду его видеть.

– Хорошо, фри Амос. Спасибо, – кивнула я своему наставнику, а он махнул рукой в сторону коридора.

– В третьей палате, – указал он мне направление.

И каково же было мое удивление, когда в комнате я обнаружила Шерера и еще одного парня. По тому, как они общались, можно было судить, что ребята дружат, причем, очень прочно. И да, второго я видела у себя на лекции.

– Какая встреча. И куда вас угораздило вляпаться за то непродолжительное время, что мы были в разлуке?

– А вы по нас скучали, фри ван Лейтон? – хитро улыбнулся вампир, приподнялся и тут же, охнув, рухнул обратно на кровать.

– Не настолько, чтобы желать видеть вас тут, – покачала я головой. – Как это вышло?

– На боевке Ульрих выбил землю из-под ног, и слетел щит, Гарс тут же закидал нас огнем, – второй студент. – Я Сэм Корнеги.

– Второй участник переписки? – лукаво поинтересовалась я, осматривая рану вампира.

– Да, – расстроено произнес парнишка, я же даже не посмотрела в его сторону.

– Так, раздевайтесь, снимайте все что можете, что не сможете – срежем, – вздохнула я. Ожоги были сильные, и я понятия не имела, как с ними справиться. – И почему вы так спокойны, это же больно?

– А нам дали лекарство…

Я посмотрела на столик, там стояло несколько стаканов. Принюхалась, пахло ромашкой, шалфеем и чем-то странным. Но после ревизии посуды оказалась, что парням принесли кроме настоев еще и кровь. Логично, чем еще можно вылечить вампира?

Пока я осматривала «свои» владения, парни разделись и довольные лежали, поигрывая мышцами, насколько позволяли ранения. Но лечить сразу не вышло, так как к ранам прилипли частички одежды и куски земли. Пришлось обмыть и очистить.

– Если б я знал, что меня будет ласкать сама преподавательница по криминалистике, то я бы подготовился, – попытался то ли пошутить, то ли пофлиртовать Шерер, но тут же словил от меня подзатыльник. – Эй, разве так можно с больными?

– А это в профилактических целях.

– И чего же это профилактика?

– Глупости, фри Шерер, а теперь молчите, мне нужно сосредоточится, – попросила я его и наложила руки на рану, представляя, как белая энергия исходит от моих рук и обволакивает обгоревший участок, как возвращаются в первоначальное состояние мышцы, нарастает кожа. – Все, лежите еще час и пейте побольше. Теперь ваша очередь, фри Корнеги.

– Я не смог снять штаны, штанина прилипла, – покаялся студент.

– Придется с ними попрощаться, – я взялась за ножницы и потянулась к брючине. – Да не вжимайтесь так в кровать, вас резать не буду.

Еще через полчаса я закончила и с ним.

– Спасибо, фри ван Лейтон.

– Пожалуйста, мальчики, и прошу вас, будьте в следующий раз предельно внимательны. Я бы хотела видеть вас на следующем занятии в полном здравии. Разве вам не интересно, что на нем будет происходить? – заинтриговала их и ушла. У меня впереди маячила боевка и теперь я ничего хорошего от нее не ждала.

Глава 8

Вокруг меня хлопотал фри Амос, я же только стонала и стискивала зубы.

– Ненавижу, как же я его ненавижу! – вырвалось у меня, когда лекарь решил повернуть меня на бок.

– Есть за что, фри ван Лейтон, – поддержал меня он. – Где это видано, что на практике целитель получает огненным шаром по… Мягкому месту. Да еще и при учениках.

– Это не педагогично, – жаловалась я вслух, про себя придумывая планы мести.

– И вы ему ничем не ответили? – поинтересовался фри Амос. – У вас же такой дар. Хотя о чем я, вы всегда спускали подобное всем, – да, я помню.

В воспоминаниях Элли это значилось как само собой разумеющееся. Зато теперь я понимаю, почему у нее не было авторитета среди учеников. Мой балбес Каршин сказал бы, что трудно выражать «респект тому, кто не может раскатать обидчика в асфальт». Нет, наверное, даже не так, но в сленге моих старшеклассников столько непонятных слов появляется чуть ли не каждый день.

– Это был последний раз, когда я позволила так с собой поступить, – зло проговорила я, и это была чистая правда. Такое поведение куратора оказалось неожиданностью. Память – штука избирательная, то, что не захочешь вспомнить, может не всплывать очень долго. Например, то, что защиту нужно держать рядом со студентами и на полигоне всегда. А я так безалаберно ходила по коридорам без нее, и мне просто повезло, что не пострадала раньше. И те слова, что я сказала первокурсникам на автомате, что они будут травить и лечить… Травить! Студенты буду поить друг друга ядами. Уму непостижимо!

– Фри ван Лейтон, я рад, что вы так настроены, но предупреждаю, если вы станете уделять время боевым искусствам в ущерб нашей практики…

– Я поняла вас, фри Амос.

– Тогда я закончил, будьте осмотрительнее. Через полчаса все подживет, и можете покинуть лекарский корпус.

– Благодарю, – сказала я уже закрытой двери. – Как же я хочу домой! Хочу свою дистанционку! – слезы покатились градом. – Ну заяц… кот… Погоди! Полетят еще клочки по закоулочкам. Надо просто найти твое слабое место.

Нас было человек двадцать, кого-то я узнала, кого-то нет. Вел занятие фрэн Дэвер, крупного телосложения волк, требовательный, но спокойный. Сначала все было как на физкультуре в обычной русской школе: побегали, попрыгали, поотжимались. Ничего, на мой взгляд, из ряда вон выходящего, разве что напоминание о технике работы и безопасности.

– Заниматься нужно в полную силу и «еще немного сверху», то есть если вы устали и хотите упасть, то делаете сначала двадцать шагов, потом думаете, можете ли сделать еще двадцать, и если ноги подкашиваются сами, то падаете. Если нет, то бежите еще. И так с каждым упражнением. Но при этом не перетягивайте энергию из магической сущности. Эти силы вам пригодятся после разминки, – жаль, что когда я поняла, о чем он говорит, было уже поздно.

Тело оказалось вполне подготовленное к подобным нагрузкам, впрочем, как и у остальных аспирантов. Может я бежала не так быстро, как оборотни или вампиры, но им и накинули пару кругов в качестве бонуса. Как там мои говорили? А, вспомнила, за «читерство». Хотя не знаю, можно ли считать за него рождение в заведомо физически сильной расе.

Бегали мы вокруг каскада строений: балки, веревки, лестницы, стены – они нагромождались друг на друга в невероятных комбинациях. И очень смущали. Воспоминания подсказывали, что это полоса препятствий, но проходила ли ее Элли – я не помнила.

Но вспомнила очень быстро. Примерно с третьего падения в пыль с высоты собственного роста. А после каждого нужно было начинать сначала. И какими при этом глазами на меня смотрела моя «команда», словами не описать. И надо было придумать такое издевательство? После нашей «разминки» на полигон пришли кураторы, в том числе и Ригетти, они разделили нас на группы по четыре-пять человек, и поставили условие: у какой команды первой все участники дойдут до финиша, та и отправится в общежитие. Всех остальных ждало дополнительное испытание. И надо ли говорить, что я пришла если не последней, то предпоследней точно.

Не спорю, тело Эллион было физически сильным, выносливым и достаточно ловким, не смотря на всю его тщедушность. Вот только управляла им я, а не она. И если в лекарском корпусе ее знания использовать было достаточно просто, они, может, и требовали практики, но тело сделало все практически на автомате. От меня нужна была только концентрация. То тут… Я уже давно не играла в подвижные игры, не скакала молодой козочкой в походах, да даже на фитнес не было ни времени, ни желания, ни сил. А потому с координацией движений было не все так гладко. И раз за разом я оступалась, спотыкалась и падала.

– О, фри ван Лейтон, наконец, вы добрались до нас, – ехидно прищурился куратор. – Сожалею, но дополнительный забег вы себе гарантировали. Теперь каждый бежит за себя.

– Словно раньше было иначе, – пробормотала я.

– Что ты говоришь? – подошел Фри Ригетти ближе.

– Говорю, что команда это когда поддерживают друг друга, помогают отстающему, мотивируют, подбадривают, а не просто зло косятся, как на врага народа, – вот иногда лучше молчать, чем говорить, но мне было так обидно. И стыдно, что я подвела ребят и теперь виню их в своей неудаче. – Так что, по сути, мы так и бежали, каждый за себя.

– Что же, ты, несомненно, права, фри ван Лейтон, и случись что-то страшное, вы бы были уже мертвы. Но раз ты такая смелая и первая об этом заговорила, да еще не с товарищами, а со мной, то тебе первой и бежать, – к нему подтянулись остальные кураторы. И в меня полетел маленький светлячок, больно обжегший руку.

– Ай! Что вы делаете? – не поняла я.

– Беги, ван Лейтон, беги, – крикнул он и выпустил из рук черную кляксу, от которой я еле увернулась и пустилась со всех ног на полосу препятствий.

Мои «коллеги по несчастью» кричали мне вдогонку что-то про защиту, но мне было не до этого. А на верхней перекладине лестницы меня догнал огненный шарик, попал чуть пониже спины, я, разжав от боли руки, рухнула на землю, стукнулась головой и отключилась. В себя пришла уже только в лекарском крыле.

Глава 9

Уже поздним вечером, оказавшись в своей комнате, я открыла лекции по защитным чарам, которые предыдущая владелица моего тела сохранила на магбуке. Бесчисленное количество страниц текста и схем, хорошо хоть у них тоже существует поиск по документу, только выглядит это не так, как у нас. Мне просто пришлось закрыть глаза и четко сформулировать, что именно я ищу. Способ постановки простейших щитов. Вариантов поисковик выдал несколько. Первый: с помощью заклинания, универсальный, то есть им мог воспользоваться маг, обладающий любым даром, но соответственно и разрушить могли все одинаково при должном умении. Это был, конечно, минус. Крепость подобного щита зависела от силы самого мага, и накладывать его предполагалось заранее. Единственный нюанс был в том, что его можно было теоретически подвязать к магической сущности и тогда он, ослабевая, подпитывался от нее напрямую. Но вместо того, чтобы контролировать, разрушили его или нет, приходилось следить за тем, сколько сил он «выжрал». Второй способ оказался тоже заклинательный, но требовал достаточное время для подготовки и определенных условий. Им пользовались, если бой предполагался с магом, имеющим такой же дар. Этот щит поглощал магию противника и усиливался за счет нее. Интересный, но в условиях полигона бесполезный. Третий способ предполагал интуитивное использования своего дара, его особенностей, в нем пространно описывалось что-то про медитацию, концентрацию, свободу энергетических сущностей и внешние оболочки. И что, поймав нужное состояние, маг сможет ставить его одним желанием.