- -
- 100%
- +
Я опустила глаза — черепица под ногами была неровной, местами оказалась сколота, кое-где поросла мхом, а там, где не поросла, виднелись углубления со скопившейся в них дождевой водой.
Он издевается? Как здесь гулять? Я же грохнусь!
— Но я упаду, магистр, — сказала я сухо, стараясь не сорваться в истерику. Мало того, что я боюсь высоты, так тут не просто высота, ещё и поверхность больше похожа на горку — того и гляди скатишься вниз и свернёшь себе шею.
— Не упадёшь, — возразил Керт, сильнее сжимая мою руку. — Здесь заклинание, оно не даст тебе свалиться. Просто иди, Шайна, не думай ни о чём. Пытайся бороться со страхом, думай об Огне, который тебе придётся подчинить в будущем, и подчини сейчас хотя бы эмоцию.
Хотя бы эмоцию… Нет, он точно издевается! У меня подошвы к полу будто прилипли, а он мне предлагает погулять по крыше!
— Я не могу, — призналась я негромко и закусила губу. — Не могу сдвинуться с места… страшно…
— Понимаю. Но нужно попробовать справиться с этим. Попытайся уговорить саму себя, Шайна. В конце концов, я рядом, держу тебя за руку, вокруг нас заклинания, которые не позволят тебе упасть, даже если ты очень этого захочешь. Бояться на самом деле нечего. Просто держись за мою ладонь и иди.
Просто… нет, это непросто. Головой я понимала, что Керт всё предусмотрел и действительно не позволит мне покалечиться, но страх — иррациональное чувство, которое, видимо, рождается совсем не в голове.
Меня колотило. По коже бежали противные липкие мурашки, несмотря на то, что я вовсе не мёрзла — магистр, как и в прошлый раз, согревал нас магией. Но меня знобило, словно я стояла на холодном ветру.
Я зажмурилась изо всех сил и рвано вздохнула, пытаясь унять дрожь, но не получилось. И самой стало стыдно перед Кертом, взрослым и сильным мужчиной, которому наверняка странно, что можно настолько бояться в подобной абсолютно не опасной ситуации.
— Шани, — послышался вдруг хриплый шёпот магистра возле моих губ, и я даже вздрогнула от неожиданности. И страх на мгновение отступил, уступив место смущению. — Давай же, я держу тебя. Сделай один шаг. Всего один. Ну же!
Он так выдохнул это «ну же!», что мои губы буквально опалило его горячим дыханием, и я действительно сделала шаг. Только не туда, куда было нужно, не вниз по крыше, а вперёд, к Керту. Я желала быть ближе к нему и его обжигающему дыханию, которое отчего-то хотелось выпить, как живительную воду.
Дарида, что со мной?..
— Неплохо. — Вздох, показавшийся мне странно взволнованным, коснулся щеки, и я замерла, почувствовав руку Керта на своей талии. Ладонь скользнула по спине, ласково погладив, и остановилась, так и не нарушив границ приличия. — Но нужно идти в другую сторону. Давай так. Отвернись, а потом пойдём вместе. Ты спереди, я сзади.
— Магистр, — простонала я, открывая один глаз. Керт был близко, настолько близко, что это уже могло считаться интимными объятиями. — Вы издеваетесь? Отвернуться! Это же…
— Ладно, — хмыкнул он, глядя на меня с неожиданным весельем. — Тогда сделаем так.
А в следующее мгновение я взвизгнула, оказавшись у него на руках. Показалось, что мы сейчас вместе упадём с этой жуткой крыши, но ничего подобного — Керт молча пошёл вниз по черепице, держа меня на руках, спокойно и размеренно чеканя шаг.
— Так тоже страшно?
В его голосе не было насмешки, только тревожность.
— Да, но не настолько, как идти самой.
— И всё-таки придётся пойти.
Он неожиданно поставил меня на ноги, и я впилась пальцами в его куртку, как в спасательный круг, осознав, что мы достигли края крыши. На нём и стоим, и под нами — какая-то мостовая со спешащими по своим делам жителями Лианора. Здесь было не так высоко, как в Библиотечной башне императорского дворца, но мне хватило, чтобы нервно сглотнуть, отвернуться и попытаться запрыгнуть обратно на руки магистра.
— Шайна, — он засмеялся, не давая мне этого сделать. А мне было плевать, что это неприлично и со стороны выглядит так, будто я домогаюсь Керта, — неважно! Лишь бы подальше от края крыши! — Я на сегодня сделал за тебя первую половину работы, но вторую ты должна сделать сама — дойти отсюда до окна, из которого мы вылезли. Это недолго, всего пятнадцать шагов.
Я едва не захныкала.
— Шайна! — Голос Керта стал жёстче. — Соберись, ну же! Я подозревал, что тебе будет тяжело поначалу, поэтому не удивлён. Но, если ты сейчас не сможешь сделать то, о чём я только что сказал, я буду очень разочарован. Очень. Ты хочешь разочаровать меня?
— Магистр! — Я внезапно разозлилась. — Что за шантаж? Для того, чтобы разочароваться, нужно быть очарованным как минимум, а вы…
— Давай-ка этот разговор мы продолжим в комнате, — решительно перебил меня Керт. — А сейчас иди наверх. Я буду держать тебя за талию. Давай, Шайна, докажи мне, что ты умеешь не только лить слёзы и распускать нюни!
Распускать нюни?!
Я яростно заскрежетала зубами и, вырвав из руки Керта свою ладонь, сделала шаг. Вздохнула, послав к кхарртам приступ внезапной паники, и шагнула ещё раз. И ещё.
Магистр, как и обещал, положил руки мне на талию, и когда он это сделал, я от неожиданности съехала немного вниз и врезалась бёдрами в его тело. Застыла, ощущая, как от этого места по венам и артериям будто расходится чистейший Огонь…
— Дальше, Шани. — Голос Керта звучал сипло, и мне показалось, что с ним происходит то же самое. — Иди.
— Иду, — огрызнулась я, чтобы скрыть смятение от происходящего, и сделала ещё шаг вперёд.
Не знаю, сколько времени длилось моё восхождение, но к середине пути страх почти исчез, вытесненный бешеным возбуждением оттого, что я постоянно непроизвольно тёрлась ягодицами о Керта. Это была какая-то пытка, и я не могла думать ни о чём другом, даже мысли о крыше и высоте куда-то подевались. Я могла рассуждать лишь о том, что будет, когда мы наконец окажемся в комнате.
А было… странное.
Магистр резко посадил меня на подоконник, взял моё лицо в ладони, обжёг губы полным страсти взглядом и прошептал:
— Умница. Завтра продолжим.
Ответить я не успела — он активировал амулет переноса и через несколько секунд просто оставил меня в палате лазарета, даже не попрощавшись.
А я медленно опустилась на кровать, прижимая ладони к пылающим от волнения щекам и пытаясь понять, что со мной происходит, и боясь допустить в сознание мысль, которая терзала меня с момента нашей с Кертом первой встречи.
Почему я реагирую на него как на Норда?..
Дрейк Дарх
В академии Дрейк занимал две комнаты — кабинет и спальню. Последнюю он и отдал Шайне, намереваясь спать отныне в кабинете, где был удобный и вместительный диван. В спальню же, где ранее стояли только кровать и гардероб, перенёс ещё небольшой письменный стол и трюмо, чтобы Шайне было где заниматься и прихорашиваться. Она всё-таки девочка.
Глядя на то, как дочь раскладывает по книжным полкам в кабинете свои учебники, Дрейк в очередной раз порадовался тому, что она согласилась переехать к нему. Вместе им будет не так отчаянно одиноко, как ему теперь было после ухода Эмирин.
— Как всё прошло? Дин и Мирра спокойно восприняли?
— Ну, они расстроились. — Шайна запихнула на полку последнюю книгу, обернулась и бледно улыбнулась Дрейку. — Но не упрекнули. Поняли, что для меня это важно.
— Я рад, что ты встретила в академии таких хороших друзей.
— Да, я тоже. Но меня сегодня очень удивило то, что я нигде не столкнулась с Коулом и Данитой. Я специально не пошла на ужин, а обедала в палате, но никак не ожидала, что не встречу их в общежитии. Странно.
— Ничего странного, — усмехнулся Дрейк. — Это тебе подарок от Эмирин. Она решила отсрочить твою встречу с ними до понедельника. Так что академия просто разводила вас по разным углам.
— Коул, наверное, в ярости…
— Возможно. Но это не твоя проблема. Как прошла встреча с Кертом?
Шайна закусила губу, и в её взгляде появилась какая-то болезненность, будто во время занятий с магистром произошло то, что ей было неприятно вспоминать.
— Сложно. Он вообще сложный. Ты знаешь, как именно он собирается меня учить?
— Предполагаю. Я пересмотрел кучу литературы, пока ты была без сознания, — признался Дрейк. — Самой эффективной считается методика эмоциональной концентрации. То есть подавление сильных эмоций до возможности думать и выполнять задачи инструктора.
Шайна вздохнула.
— Он затащил меня на крышу какой-то гостиницы и пытался заставить по ней ходить.
— А, — Дрейк не удержался от улыбки, глядя на недовольную мордашку дочери. — Понимаю, неприятно, но придётся потерпеть. И, Шани, это ведь не самое страшное, что может случиться в жизни.
— Да, — ответила она как-то рассеянно и вдруг спросила: — Пап, а ты уверен, что… император погиб?
Брови Дрейка непроизвольно поползли вверх.
— Что?.. — Взгляд дочери наполнился отчаянием, и он поспешил ответить как можно мягче, шагнув вперёд и сжав её прохладную ладонь: — Да, колючка. От «огненного цветка» нет спасения.
Шайна отвела глаза и прошептала почти неслышно:
— Конечно. Я просто никак не могу смириться, поэтому и ищу его в других людях. Глупо.
— Это не глупо. И со временем обязательно пройдёт, пока же всё случилось ещё слишком недавно. Но давай-ка лучше поужинаем. Будешь овощное рагу?
— Буду.
Иногда ему было жаль, что Шайне не нравится Коул. Если бы эльфёныш смог завоевать её сердце и дочь забыла свою влюблённость в императора, Дрейка бы это полностью устроило. Но пока никаких перспектив к этому он не видел и помогать Коулу не собирался, не желая лезть в личную жизнь Шайны.
В глубине души он был немного рад, что с Велдоном всё получилось именно так — на его взгляд, дочь отделалась наименьшими потерями. И за это чувство Дрейку было стыдно. Особенно когда он смотрел в потухшие глаза Шайны и видел её улыбку — неясную тень прежней.
Время. Теперь поможет только время.
Глава 6
Шайна Тарс
Вечером в воскресенье, после ужина, отец подарил мне переговорник в виде броши. Эти амулеты для связи были популярны, но недёшевы, и цена зависела от того, с каким количеством знакомых можно было связаться при помощи переговорника. В каждом амулете хранилось определённое число ключей для связи, которыми нужно было обмениваться, чтобы разговаривать друг с другом на расстоянии. В моей брошке было десять ключей — много. Особенно для меня. Мне некому было давать ключ от своего переговорника, кроме отца. Но он сказал, что когда-нибудь это непременно изменится, а сейчас ему так будет спокойнее. Я кивнула, поблагодарила за подарок, невольно подумав — а чего обо мне беспокоиться? Кому я нужна? Через меня, наверное, раньше можно было добраться до императора, но теперь поздно.
Вспомнив Норда, я в очередной раз сглотнула появившуюся во рту едкую горечь и поспешно встала с постели, чтобы чем-то занять себя и не лежать под одеялом, уставившись в потолок. На новом месте спалось просто ужасно, и за всю ночь я продремала от силы часа два, а теперь мучилась от рези в глазах. Ничего, привыкну.
Настенные часы показывали полшестого, до завтрака ещё уйма времени. И чем заняться? Учёбой? Или…
— Мр-рм, — фыркнула вдруг Хель, переворачиваясь на другой бок, и приоткрыла один глаз, чтобы многозначительно на меня посмотреть. Порой мне казалось, что она отлично понимает не только то, что я говорю, но и то, что думаю и чувствую. Как сейчас.
— Я бы очень хотела пойти туда, — шепнула я и на мгновение зажмурилась, прижимая ладонь к груди, где отчаянно билось маленькое и глупое сердце. — Но мне страшно.
— Мыр. — Хель махнула лапой, словно говоря: «Нечего бояться». И я действительно не боялась, что меня могут арестовать, если я вновь проникну в императорскую библиотеку. Я боялась, что расклеюсь, оказавшись там, в том помещении, которое в моём сознании было неразрывно связано с Нордом.
Но я должна пересилить себя. В конце концов, библиотека ни при чём, а мне на самом деле необходимо найти ответы на множество вопросов. И не только про «долг души». Я хотела понять, почему Эдриан выжил после применения «огненного цветка», который убил маму? Ведь связь должна быть двусторонней. Он должен был погибнуть! Но он выжил и десять лет скрывался, значит, нашёл лазейку в заклинании. Какую? Я хотела знать. Понятия не имею, зачем мне эта информация, ведь ни маму, ни Норда не вернёшь. Но я всё равно должна знать. Просто чтобы понимать, как так получилось.
Я медленно оделась и выскользнула из спальни в кабинет, где теперь ночевал отец. Покосилась на диван, опасаясь, что Дрейк проснётся, но он дышал ровно, уткнувшись носом в подушку и накрывшись одеялом почти с головой, не подавая никаких признаков пробуждения. Я тихонько прошла мимо и вышла в коридор.
Огляделась. Непривычно было выходить из комнаты и попадать совершенно в другое место, а не в коридор студенческого общежития. На этом этаже находились жилые комнаты и кабинеты тех преподавателей, которые по какой-либо причине предпочитали жить в академии и просили ректора предоставить им помещение. Наверное, и Дарион Керт тоже обитает где-то рядом…
Почему я думаю о нём сейчас?
Я тряхнула головой и решительно направилась вправо по коридору, к лестнице, по которой можно было попасть на первый этаж, оттуда перейти в соседнее крыло, чтобы оказаться в центральном холле, а затем уже очутиться в зале памяти. По пути мне никто не встретился, и через несколько минут я с трепетом распахивала знакомые двери и решительно шагала к портальному зеркалу, стараясь не обращать внимания на сердце, которое бухало так, словно мечтало сбежать из моей груди и никогда больше не возвращаться.
Меня снедала глупая и абсолютно неоправданная надежда, что сейчас, стоит лишь перенестись в библиотеку, как окажется, что всё случившееся мне просто приснилось. Или, может, это была всего лишь жестокая шутка. Или коварный план по поимке заговорщиков. В общем, что угодно, я готова была принять любое объяснение, лишь бы мой император был жив. Мне было абсолютно безразлично, в каком статусе я буду существовать для него дальше, лишь бы иметь возможность вновь видеть глаза Норда, его улыбку, ощущать крепкие и надёжные объятия. Моя обида на него, бывшая ранее столь невыносимо сильной, словно сгорела в огне инициации дара и больше не тревожила. Я даже вспомнить не могла, почему так злилась на Норда сразу после признания. Разве я не поступила бы так же, будь на его месте? Разве не захотела бы сохранить лёгкость в отношениях, пусть даже путём сокрытия тайны своего настоящего имени? Конечно, будь я на его месте, сделала бы то же самое. Но у меня просто не было необходимости.
Возле зеркала я резко остановилась, пытаясь хорошенько продышаться — неслась сюда, не чуя ног и не обращая внимания на нехватку дыхания, так торопилась. Дарида, как это всё глупо… Сейчас я получу очередную порцию разочарований и отправлюсь в комнаты Дрейка и дальше пытаться делать вид, что продолжаю жить нормально, что у меня в сердце нет звенящей пустоты, которая только расширяется с каждой минутой…
Не лучше ли не ходить туда совсем? Надеяться, что Норд по-прежнему там, сидит в кресле, пьёт чай, листает книги. И не ждёт меня, потому что сам просил больше не приходить.
Я всхлипнула, кривя губы, сжала кулаки и решительно шагнула в зеркало.
По ту сторону было темно и тихо. Сильно пахло книгами, а ещё почему-то кофе. Горьким, терпким и безумно дорогим мирнарийским кофе…
Норд никогда не пил со мной кофе, но я всё равно дёрнулась навстречу высокой фигуре, сидящей в том же кресле, в котором раньше сидел он. Даже несмотря на то, что фигура эта была слишком худой, долговязой, и к тому же — с абсолютно белыми волосами.
— Доброе утро, Шайна, — произнёс главный придворный маг, поставив чашку на стол и поднимаясь мне навстречу. — Рад, что ты зашла.
Рад… Я не была рада. Впрочем, встретить здесь живую душу точно лучше, чем оказаться в полном одиночестве среди книжных полок.
— Доброе, — ответила я негромко, разглядывая длинное и тонкое лицо с очень светлой кожей, прозрачными бровями и глазами настолько синими и сверкающими, что они казались двумя сапфирами, вживлёнными в глазницы. Я много раз видела в учебниках портреты Аравейна, главного придворного мага, но они были чёрно-белыми и не передавали даже сотой доли той волшебной энергетики, которую я сейчас ощущала всей кожей.
— Садись, — он кивнул на моё привычное кресло, и я с трудом удержалась от того, чтобы не скривиться. Сидеть здесь с кем-то другим кроме Норда казалось кощунством.
— Спасибо, я постою.
— Хорошо, — он не стал спорить. — Кофе?
— Не нужно.
И вновь он принял мой ответ, спокойно, невозмутимо, будто точно знал, что я ни за что не стану больше есть и пить в этом помещении.
Я ожидала дальнейших вопросов, но их не последовало. Аравейн просто стоял, выпрямившись, и смотрел на меня настолько внимательно, что у меня появилось желание потереть лоб — вдруг там пятно?
Первой не выдержала я.
— Я могу приходить сюда, если захочу?
— Можешь. — Вновь спокойный, ровный голос. Как будто нормально, что в императорскую библиотеку шастает какая-то девчонка без роду и племени. — Но потом я буду отсутствовать, и ты окажешься предоставлена самой себе. Поэтому, если у тебя есть ко мне вопросы, рекомендую задать их сейчас.
Я даже покачнулась, услышав подобное заявление. Вопросы, значит… Наверное, Аравейн думал, что я поскромничаю? Это зря.
— Вы можете рассказать мне, что такое «долг души»?
Он улыбнулся уголками губ.
— Сейчас тебе не нужна эта информация, Шайна.
Я удивлённо моргнула. Как это — не нужна?!
— Очень нужна!
— Сейчас — нет. Это знание тебе никак не пригодится и не поможет, только заставит переживать и нервничать. Но я дам подсказку. — Он провёл рукой по воздуху, прямо над заваленным книгами столиком. — В одной из этих книг ты найдёшь ответ на свой вопрос. Только не торопись.
Я ожидала, что он добавит «всему своё время», но Аравейн вновь замолчал.
— Хорошо, — вздохнула я через пару минут, осознав, что мой собеседник не собирается облегчать мне задачу и задавать наводящие вопросы. — Кроме информации о «долге души» я хочу выяснить, по какой причине заклинание «огненный цветок» сработало не так, как описывается в тех источниках, которые я ранее читала.
Аравейн задумчиво наклонил голову.
— Ты говоришь сейчас не о гибели императора, верно?
— Да. Я про свою маму, Триш Лаиру. Её тоже убили «огненным цветком». По крайней мере, мне так показалось, когда я видела сон про неё. Видите ли, я сновидец…
— Я знаю, — перебил он меня. — И ты хочешь понять, отчего она погибла, а Эдриан остался жив? — Дождавшись кивка, Аравейн продолжил: — Не бывает необратимых заклинаний, Шайна. Так же, как не бывает абсолютно непробиваемых щитов. Твоя мама нашла лазейку в формуле «огненного цветка» и использовала её, желая спасти брата.
Я не стала спрашивать, зачем ей понадобилось спасать собственного убийцу, — понимала и так.
— Какую лазейку?
Я думала, он меня пошлёт. В конце концов, зачем главному придворному магу отвечать на мои вопросы? Но вместо этого Аравейн поинтересовался:
— Показать? Я могу разложить тебе формулу, сама увидишь. Только для этого тебе всё же придётся сесть.
Садиться не хотелось. Я даже думала предложить собеседнику перебраться на другой этаж, но в итоге решила, что не стоит настолько наглеть. Поэтому села в привычное и родное кресло и приготовилась слушать.
Уходила из библиотеки я минут через двадцать, шокированная и словно оглушённая всем услышанным.
Аравейн оказался прекрасным преподавателем, ничуть не хуже Эмирин, — он настолько виртуозно расчертил на листке бумаги формулу «огненного цветка» на составляющие, что и мне, не имеющей никакого таланта к прикладной магии, всё стало предельно ясно. Я даже поняла, почему и Рональдин, и моя мама выбрали именно эту специальность. Что целительство, что боевая магия — статичные дисциплины, требующие точного выполнения определённых действий и начертания формул. Будешь выдумывать своё — скорее всего, либо не добьёшься успеха, либо покалечишься. В прикладной магии всё совсем не так, это творчество, развитие и эксперимент — в общем, то, что так любила мама.
«Огненный цветок» — смертельное заклинание, построенное на импульсе негативной энергии, то есть на ненависти человека, который проклинает. Эта ненависть должна резонировать с чувствами того, кого проклинают, — и взрываться пламенем с обеих сторон формулы, уничтожая и проклинаемого, и проклинающего. В одном из моих снов Триш рассказывала Риланду, что для «огненного цветка» не обязательно испытывать ненависть, но обязательно — сильное чувство. Например, любовь.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.