- -
- 100%
- +
Это не история болезни.
И не история выздоровления.
Здесь нет попытки доказать, что со мной всё в порядке.
И нет желания убедить, что было не в порядке раньше.
Этот текст – о пути, который обычно стараются сократить.
О чувствовании, которое принято регулировать.
О том, что происходит, когда внутреннее оказывается громче допустимого.
Здесь не будет объяснений, удобных для всех.
И не будет ответов, которые можно применить универсально.
Есть только опыт – прожитый, пройденный, сохранённый без украшений.
Когда что-то внутри становится слишком живым, мир начинает искать способы это упростить.
Назвать. Ограничить. Встроить в рамки.
Иногда – из заботы.
Иногда – из страха.
Я долго принимала эти рамки за спасение.
Долго училась быть тише.
Достаточно нормальной.
Достаточно понятной.
Этот текст начинается не с боли.
Он начинается с момента, когда становится ясно:
терять чувствование – не менее опасно, чем чувствовать слишком много.
Если здесь что-то откликнется – это не призыв следовать за мной.
И не попытка быть узнанной.
Это лишь фиксация маршрута.
Дальше – не выводы.
Дальше – движение.
ВНЕ НОРМЫ
Глава I
Со мной что-то не так
Музыка приходила ночью.
Не тогда, когда её ждали, и не тогда, когда было удобно. Она не спрашивала, готова ли я. Она просто была – внутри, сразу вся, без пауз и объяснений.
Иногда это были мелодии. Иногда – нечто большее, чем звук. Музыка требовала формы и выходила словами, строками, обрывками фраз. Будто внутри открывалась дверь, и через неё лился поток. Он не умещался. Его было слишком много. В такие моменты становилось ясно: остановить это невозможно.
Я лежала в темноте и думала:
неужели со мной что-то не так, если во мне так много?
Днём это казалось странным.
Ночью – неизбежным.
Были попытки объяснить окружению. Сказать, что музыка не «придумывается», она случается. Что стихи не пишутся – они приходят. Но любые слова звучали слабее того, что происходило внутри. Люди слушали, кивали, а потом смотрели иначе. Осторожно. С подозрением. Иногда с жалостью.
А иногда – с отвращением.
Оно проявлялось не сразу. То в словах. То в деталях. Приподнятая бровь – не от удивления, а оценивающая. Лёгкое напряжение в уголке рта, будто увидели что-то неприятное и стараются это скрыть. Чуть сморщенный нос – жест, который невозможно упрекнуть, но невозможно не заметить.
Потом – пауза.
И шёпот, произнесённый не для меня, но достаточно близко, чтобы услышать:
«Мда… тебе бы полечиться».
После начиналось другое. Переглядывания. Приглушённый смех. Разговоры, которые обрывались при моём появлении и продолжались сразу после. Я не знала, что именно обсуждают, но знала – обсуждают меня.
Это не было открытым унижением.
Это было тише.
И именно поэтому – болезненнее.
– Ты странная.
– Ты слишком закрытая.
– Ты слишком в себе.
– Ты депрессивная.
Формулировки были разными, но смысл оставался один:
ты больна.
Постепенно возникло ощущение пустоты. Не той, что приходит после усталости, а другой – когда между собой и миром появляется стекло. Видно всё. Слышно всё. Но прикосновения нет. Чувства есть – и они никому не нужны.
Становилось ясно: существует выбор.
И он жесток.
Либо остаться – с ночами, музыкой, этим странным счастьем, которое накрывает, когда изнутри что-то рождается. Эйфория, в которой слишком много жизни.
Либо сделать то, что делают все:
глушить.
игнорировать.
переключаться.
Был выбран второй путь.
Появилась занятость. Работа. Действия. Функции. Внимание всё чаще уходило наружу. Контакт с внутренним ослабевал. Окружающим становилось спокойнее. Вопросов – меньше.
Принятие приходило вместе с утратой.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.