Тайная заповедь, или Приключения Мудреца. Роман. Приключения. Фэнтези
- -
- 100%
- +
И связь прервалась.
Сигур на несколько мгновений прикрыл глаза, и незначительные морщинки, которые образовались на его лице за время разговора с Мудрейшим, разгладились, а на губах вновь появилась еле заметная улыбка. Обычный человек никогда не сказал бы, что этот Мудрец сейчас улыбается. Таков уж был Сигур – молчалив и скрытен на первый взгляд, но все, находящиеся сейчас в этой комнате, знали, что в нём есть огромная энергия силы Духа и доброты.
Сигур встрепенулся и посмотрел на одного из Мудрецов.
– Ты примешь мои артефакты, Орлин?
Молодой Мудрец, который и впрямь чем-то напоминал величавую птицу, степенно кивнул головой:
– Ты прав, ни к чему гномам отдавать лишнее.
И пока Сигур снимал с себя различные колечки, цепочки, браслеты и ещё не пойми чего, в комнате остались только он и Орлин.
Через минуту «несколько украшений и каких-то безделушек» – как сказала бы простая женщина, лежали на столе небольшой кучкой. В руках Сигура остался лишь крохотный ключик на цепочке. Орлин расстелил на столе носовой платок, Сигур уложил в него снятые артефакты и, завязав их в узелок, протянул Орлину.
– Для меня огромная честь – сохранить их для тебя, – Орлин взял узелок и спрятал его за пазуху.
– Пришли ко мне трёх эльфов, которые согласятся отправиться к гномам, чтобы охранять влюблённых.
Орлин вновь совершил головой свой неповторимый кивок.
– Желаю удачи! – повторил он слова Мудрейшего и направился к выходу.
– Спасибо, – ответил Сигур, оставшись наедине. – Она нам очень пригодится!
Если бы кто-нибудь из жителей Заповедного края слышал сейчас Сигура, то очень бы удивился такой его разговорчивости.
А Сигур зажал ключик между ладонями, согревая его теплом своих рук, и принялся что-то нашёптывать.
Мирон грубо вторгся в сознание Дарьяна и чуть было не получил заслуженную сдачу.
– В следующий раз будь поаккуратнее, – буркнул Дарьян.
– Где они? – спроси Мирон.
– На Медвежьей поляне. Веста стоит на вашем месте. Рядом с ней никого.
– Иду, – ответил Мирон, и в ту же секунду очутился возле Весты.
– Ты под защитой, стой на месте! – крикнул он любимой и побежал на выручку другу.
«Бог троицу любит! – подумала Веста, и на мгновение ей стало немного легче, но затем тревога накатила с новой силой. – Мирон! Он-то здесь зачем?»
Веста видела, что Дарьян не может совладать с этим ужасным человеком. Между ними шла какая-то странная борьба: они стояли друг против друга на приличном расстоянии (при этом Дарьян закрывал собой Лету), и не двигались с места. Время от времени они делали руками почти незаметные движения, но Веста поняла, что Дарьян быстро теряет силы. В какой-то момент незнакомец вновь пошевелился, и Дарьяна качнуло так, что он еле устоял на ногах.
«Только не падай!» – подумала Веста.
«Не боись!» – пришёл ей нарочито бодрый ответ.
Дарьяну конечно же нужна была помощь, но Мирон!..
«Только не Мирон! – взмолилась Веста. – Господи, помоги ему!»
Мирон был ошарашен: сам Повелитель тьмы стоял сейчас на поляне и выжимал из Дарьяна последние соки. Он хотел предупредить Мудрейшего, но не смог: Мудрейший не отзывался, видимо, говорил с кем-то другим. Времени на размышление не оставалось. Изменив гравитацию, Мирон увидел, что Повелитель тьмы падает на колени, и тут же услышал голос Дарьяна: «Вместе!»
Повелитель упал, а Мирон побежал к другу, чтобы заслонить его. Мирон чувствовал, что тот держится на пределе своих возможностей. Но на полпути он вновь услышал Дарьяна: «Я подчиняюсь тебе!» И они ударили!
– С ума сошёл! – закричал Мирон.
– От меня теперь мало проку… Действуй, пока он не очухался!
Увидев, что Дарьян медленно оседает на землю, Мирон принял его подчинение и в ту же секунду почувствовал, как в тело вливается мощный поток энергии. Таков уж закон власти: подчиняющийся теряет свою силу, зато принимающий подчинение становится сильнее. Проблема в том, чтобы совладать с этой энергией, удержать в себе, в прямом смысле не пустить на ветер. Мирон увидел, как облачко пыли образуется у его ног, и полностью сконцентрировался на себе. Внутренним взором он просматривал свои ноги, туловище, руки и впитывал, впитывал в себя новые возможности. «Всё внимание на себя!» – твердил Мудрец как заклинание, хотя ему было сейчас очень сложно не думать о других. Рядом с ним находились близкие люди, жизнь и здоровье которых теперь целиком зависели от него, и за которых он нёс теперь полную ответственность. в несколько раз
Увидев боковым зрением, что Повелитель встал на ноги, Мирон заскрипел зубами: «Всё внимание на себя!» И когда он почувствовал, наконец, что настало время вступить в сражение, яркая молния полетела в сторону Дарьяна. Ставить защиту было поздно, и Мирон попытался рассеять молнию, но не успел сделать это в полной мере. Удар, конечно, оказался не столь мощным (слава Богу, не смертельным!), но Дарьян всё равно скорчился от боли. Взмахом руки Мирон предотвратил очередную вспышку молнии и обездвижил Повелителя тьмы. Он сковал Тэка железной хваткой, заставил его закрыть глаза и контролировал сейчас каждый мускул, каждую клеточку его тела. Но только тело!.. Силою мысли (огромной силою – Мирон ощущал это) Повелитель тьмы мог телепортироваться в любой момент куда угодно, но почему-то медлил. Тэк выжидал, и это не нравилось Мирону. «Вот бы заставить его сейчас сплясать вприсядку!» – мелькнула в голове Мудреца взбалмошная мысль, и он чуть не расхохотался. «Не расслабляйся! – тут же одёрнул он сам себя. – Этот гад чего-то задумал!» Повелитель тьмы очень хорошо умел защищать свои мысли. Мирон опять не мог связаться с Мудрейшим, потому что боялся отвлекаться. совсем
И вдруг на небе появился какой-то шарик, который приближался к ним с неимоверной скоростью.
– Это что ещё за невидаль? – спросил он у Дарьяна и тут же пожалел об этом. Друг лежал на земле, прижимая руки к расползающемуся на груди синяку, и еле дышал.
– Потерпи, я сам разберусь с этой штукой!
Но разобраться «по-хорошему» не получилось. Тонкий луч направился из этой круглой железяки в сторону Леты, пройдя сквозь защиту, поставленную Мироном на его пути, словно разогретый нож через масло. В последний момент Мудрец успел-таки шандарахнуть ударной волной по зловредному шарику. Чиркнув по кроне тополя своим смертоносным лучом, непонятная штука с огромной скоростью полетела куда-то в сторону, и вскоре скрылась из виду. Всё это Мирону приходилось делать, удерживая ещё и Повелителя тьмы!
Старое дерево, возле которого лежала Лета, вспыхнуло как огромный факел, и Дарьян дёрнулся в сторону огненного столба.
– Спокойно, я справлюсь! Это конечно не свечка, понадобится минут пять, чтобы потушить! – крикнул Мирон другу, так как не мог уже внедриться в его сознание, и, продолжая контролировать Повелителя тьмы, сосредоточился на пламени.
Когда молния ударила Дарьяна в грудь, Веста невольно вскрикнула и замерла, прислушиваясь к своим ощущениям: он всё ещё был жив. «Дарьян, Дарьянушка!» – тихо позвала девушка, но ей никто не ответил.
Но вот облачко пыли, клубившееся у ног Мирона, осело, и ход битвы переменился. Мирон взмахнул рукой, и незнакомец замер как-то неестественно, словно его заморозили. «Это Мирон! – обрадовалась Веста. – Он сильный, он справится с этим гадом!»
В следующую секунду на небе что-то заблестело и быстро-быстро полетело на них. Веста смотрела во все глаза, когда эта круглая вещица зависла над поляной и выпустила из себя тонкий и очень прямой луч, чуть не спаливший Лету. Но луч почему-то дернулся и вонзился точно в дерево. Шарик тем временем куда-то делся (Веста не успела заметить куда), а сестре Мирона угрожала новая опасность – старый тополь вспыхнул, как новогодняя ёлка. Дарьян попытался подползти к Лете, но у него ничего не получилось. Мирон что-то кричал ему, однако Веста не смогла ничего понять из-за зловещего потрескивания, издаваемого будто бы взбесившемся пламенем. Что Мирон умеет управлять огнём, Веста знала, помня, как быстро он затушил свечу в сарае Платона. Но время шло, а дерево всё горело и горело.
«Наверное, Мирон не может справиться с таким большим пламенем, да этот мерзавец ему ещё мешает! – в ужасе думала девушка. – Лета, Леточка! Она же сгорит живьём! Дарьян сам беспомощен, как младенец, и у Мирона не получается её спасти!»
– Стой! – услышала она отчаянный крик Мирона, но было поздно – Веста уже сделала шаг, и тьма охватила всё её существо.
– Стой! – заорал Мирон, но Веста сошла уже со спасительного клочка земли, где её защищала магия Заповедного края. В тот же миг Повелитель тьмы телепортировался, с лёгкостью высвободившись из-под власти Мудреца, а вместе с ним исчезла и Веста…
– Этого не может быть! – застонал Мирон. – Это просто невозможно!
Но громкий треск позади него заставил Мирона оглянуться и отбросить в сторону горящую ветку, которая падала прямо на Лету. Мирон собрал всю свою волю и вновь сосредоточился на пламени. Через несколько минут почерневший ствол источал из себя только тонкие струйки белого дыма. Обугленное дерево больше не несло в себе никакой угрозы.
– Каждому своё! – громко произнес Мирон волшебную фразу, и чуть было не упал. Он и не подозревал, что так устал! Зато Дарьян задышал ровнее и даже приподнялся на локте. Мирон снял с друга подчинение и сразу услышал его окрепший голос:
– Что ты собираешься делать?
– Пойду за ней.
– Куда?
– Не знаю…
Мирон подошёл к тому месту, где Веста стояла в последний раз, и вдруг почувствовал еле ощутимое присутствие своей возлюбленной – в пространстве ещё оставался её след.
– Береги сестру! – сказал Мирон на прощание и… прыгнул в неизвестность.
– Желаю удачи! – крикну Дарьян ему вслед. Это было единственное, чем он мог сейчас помочь другу.
Однако рядом без сознания лежала его жена и, пошатываясь, Дарьян направился к Лете.
Снова спит волшебный лес,Полон сказок и чудес.Спит и зайчик под кустом,Спит и ёжик под листом.Даже месяц хочет спать,Лёг он в звёздную кровать,Вот и ты скорей усни,Глазки ясные сомкни.Спать пора уже давно.Слышишь, сон стучит в окно?Под окошком старый клёнНизкий шлёт тебе поклон.Ветер в листьях шелестит,Спать малышечке велит.Засыпай же, засыпай,Крепко глазки закрывай.Пусть приснится сладкий сон,Что навеет мудрый клён.Спать пора уже давно.Слышишь, сон стучит в окно?Снова спит волшебный лес,Полон сказок и чудес…
Глава 2
Ах, как она любила!!!
От отвращения Тэка всего передёрнуло. Почти в полном изнеможении он лежал на диване в своём доме и отдыхал после нелёгкой, но успешно выполненной работы. Тэк с наслаждением потянулся. Теперь он мог позволить себе расслабиться. Место для своего постоянного пристанища Тэк тщательно искал по всей Вселенной, пока его выбор не остановился на мало чем примечательной планетке под названием Зариана. Дело в том, что зарианцы строили для себя многоэтажные дома в высокотехнологичных городах, за пределы которых предпочитали не соваться. Так что крохотный островок, поросший лесом, вдалике от всех городов не представлял для местных жителей никакого интереса. К тому же, стилизованный под природный ландшафт, дом был неразличим с воздуха, поэтому вот уже много-много лет так и оставался тайной для этой цивилизованной планеты.
На Зариане жили такие же люди, как и на Земле, только в своём развитии они пошли несколько иным путём. Здесь не было Мудрецов, зато было много всевозможных машин. Машины для передвижения по суше, машины для передвижения по воде, воздуху, машины для помощи в домашнем хозяйстве, на работе, машины для детей, машины для взрослых, для игр тех и других… Они даже умудрялись летать на машинах в Космическом пространстве! Правда, недалеко, – Тэк следил за этим, и радостно потирал руки: чем больше машин, тем меньше необходимость обращать внимание на свои природные способности.
Так же как и на Земле, эти жалкие людишки грустили и радовались, боялись и боролись со страхом, ненавидели! и … Да, Тэк позволял им и эту вольность, хотя мог бы превратить в прах их всех одним щелчком свои пальцев, НО… любили
«Пусть живут, – вздохнул Тэк огорчённо. – Никто и не подумает, что на этой тихой планете свил своё гнездо Повелитель тьмы».
Тэк слегка пошевелился и невольно поморщился – всё тело болело. Противная девчонка, она заставила его потратить огромное количество жизненной энергии!
Пожалуй, во всей Вселенной Тэк был единственным, кто накопил в себе достаточно сил, чтобы смочь телепортировать другого человека. Однако для этого Повелителю тьмы пришлось как бы слиться с простолюдинкой. И они едва не погибли… АХ, КАК ОНА ЛЮБИЛА!
Огромное чувство благодати влилось в Тэка вместе с чужой плотью, и чуть было не выжгло его изнутри. А ещё эта маленькая сучка по имени Веста (тьфу ты! – у Тэка даже язык зачесался) звала за собой своего ненаглядного Мудреца! И это было тоже весьма опасно, ведь мысли не пропадают бесследно…
И Тэку пришлось срочно менять свои планы. Вместо того чтобы сразу появиться у себя на острове, он выпрыгнул в лесу, почти на другой стороне Зарианы. Правда, спешное приземление получилось не слишком удачно, и они шмякнулись на траву с двухметровой высоты. Как мог, Тэк смягчил падение, опасаясь за жизнь ребёнка, но от удара о землю Веста всё-таки потеряла сознание, и это было даже к лучшему. Потому что в тот момент Тэк готов был уже придушить её собственными руками! Телепортировать бесчувственное тело оказалось намного проще. И вот он дома, и совсем рядом, в комнате, из которой невозможно сбежать, сидит под замком эта гадкая дрянь со своим детёнышем.
«С детёнышем!» – эта мысль придала Тэку немного сил. Всего через девять месяцев на свет появится ребёнок, способный претворить его мечту в жизнь и полностью сконцентрировать всю Вселенскую энергию в руках Повелителя тьмы! Ради этого стоит поднапрячься, и создать для его мамаши благоприятные условия: хорошая пища, свежий воздух, поменьше волнений… С последним, правда, могут возникнуть проблемы… моим
Хочешь – не хочешь, а ему придётся ещё раз встретиться со своей пленницей, чтобы пообещать ей, что с её мальчиком ничего не случится, если она будет вести себя разумно. Что после родов и она, и ребёнок не будут ни в чём нуждаться, и (чего не скажешь ради собственной выгоды?) что время от времени она сможет видеться с сыном.
Ещё раз встретиться с Вестой, говорить, видеть её… Странное дело, но Тэк, кажется, боялся этой встречи. Чувство страха возникло в нём впервые и принесло что-то новое в его монотонное существование. Нет, правда, прежде, предвидя ситуации, которые создавали угрозу для его жизни, Тэк мог опасаться и не рисковал понапрасну… Но всё это – результат элементарного расчёта, никаких чувств. Страх же даже в самый рациональный расчёт привносил долю неуверенности, и это возбуждало и приятно щекотало нервы Повелителю тьмы. В его жизни появился азарт – победить, обыграть, потому что противник – маленькая простолюдинка! – непредсказуем! Да, он боялся этой встречи и в то же время желал её! страстно
Как только Мирон очнулся, то сразу же понял, что находится не на Земле. И тут же поставил защиту, даже не успев открыть глаза. Почему он это сделал? Мудрец и сам не смог бы толком объяснить – просто сработала интуиция. Он по-прежнему продолжал лежать неподвижно, прислушиваясь к окружающему его миру и к себе.
Нога болела. Видимо, он подвернул её, когда падал. Откуда? Мирон медленно открыл глаза. Над головой в голубом небе бежали белые облака, зелёная листва шумела в вышине леса, в котором он сейчас лежал на зелёной траве, но это была не Земля! Мудрец понял, что начинает потихоньку сходить с ума из-за того, что всё его тело кричит: тебе здесь не место! Необходимо было срочно настроить свой организм на другую, совершенно неизвестную ему планету. Когда балансировка завершилась, Мирон почувствовал, как рядом кто-то зашевелился. Повеяло агрессией. Стараясь как можно меньше двигаться, Мирон слегка повернул голову. Два жёлтых глаза смотрели на него из-за куста.
Зверь. Дикий. Напуганный, а потому озлобленный. Мирон аккуратно расширил поле своей защиты так, чтобы в него вошло и животное. А затем осторожно стал ласкать лесного жителя своим взглядом. Теперь, когда он начал снова соображать, Мудрец понимал, что даже незначительное проявление энергии мысли, а тем паче – энергии любви, может привлечь к нему внимание, а этого нельзя было допустить. На этой планете находится Веста, – после балансировки Мирон явственно ощущал это, а значит, и Повелитель тьмы, который, возможно, не ожидает появления здесь Мудреца. Следовательно, этим стоит воспользоваться, а главное – не навредить Весте, обнаружив своё присутствие.
Животное вновь зашевелилось, зарычало. Мирон почувствовал, как шерсть встала дыбом у неё (это самка!) на загривке.
«Ну, чего ты боишься, милая?» – Мирон слегка усилил свои чувства. Ласково посмотрел в глаза: «Видишь, мне нужна твоя помощь?» И продолжил уже немного требовательно: «Подойди, согрей меня!»
Только теперь Мирон понял, что дрожит от холода. Может быть он довольно долго лежал здесь без сознания, а может быть просто потерял слишком много сил, летя через Космическое пространство? Мирон усмехнулся: «Ещё бы, скажи мне кто-нибудь совсем недавно, что такое в принципе возможно, я от души посмеялся бы над фантазёром!»
Кусты вздрогнули, и из них осторожно высунулась морда волчицы.
«Ах, ты моя красавица!» – Мудрец продолжал мысленно общаться с животным, чувствуя, что голос всё ещё может напугать и без того неспокойного зверя. Волчица плохо шла на контакт, никак не поддавалась усилиям Мудреца. Видимо, животное никогда не знало человеческой ласки, и не понимало сейчас, что происходит. Требовалось время, чтобы разбудить божественное предназначение. Но времени-то как раз и не было. Человеку срочно нужна была помощь! Ещё чуть-чуть, и он совсем ослабнет, !.. совсем
И Мирон рискнул! Он закрыл глаза и представил, что волчица лежит рядом с ним. Такая тёплая, пушистая. А он гладит её, чешет за ухом, и как им хорошо обоим! Конечно, это было насилием над животным, и оно могло взбунтоваться, но… Через несколько минут лицо Мудреца лизнул тёплый, влажный язык дикого зверя.
– Вот и умница! Вот и хорошо! – Мирон заговорил почти шёпотом, но волчица, вздрогнув, отпрянула.
Однако человек продолжал говорить – тихо, ласково. Этот голос успокаивал, согревал, к этому голосу хотелось прижаться. И волчица легла рядом с человеком, лишь бы только он продолжал издавать свои странные звуки. А человек повернулся и начал шептать ей что-то в самое ухо, легко прикоснулся к её шерсти. Дрожь удовольствия пробежала по всему телу лесного зверя от кончика носа до самого хвоста. Затем человек принялся чесать её за ухом… Приятно… Глаза начали слипаться… «Странный человек! – подумала волчица перед тем, как заснуть. – Но я никому не дам его в обиду!»
Мирон проснулся, когда яркие лучи незнакомого солнца коснулись его лица. Он сразу понял, что проспал весь вечер, ночь и даже бльшую часть утра. «Почти сутки!» – удивился Мудрец и слегка пошевелился. Тело затекло, мочевой пузырь готов был вот-вот лопнуть… о
«Человек пометил свою территорию», – подумала волчица и принюхалась. Ему надо было пожевать травки. Той, что растёт неподалёку, на бугорке. Животное сделало несколько шагов и оглянулось: «Пойдём!»
Волчица явно его куда-то звала. Согревая, она очень долго пролежала рядом с человеком по доброй воле и, скорее всего, впервые действовала вопреки диким инстинктам.
– Ты хочешь, чтобы я пошёл за тобой, милая? – Мирон отметил про себя, что всё это время (даже во сне) продолжал держать защиту над собой и животным. «Правильно! – решил он. – Осторожность сейчас просто не может быть лишней». Волчица отвернулась и медленно стала удаляться. «Ишь ты! – удивился Мирон. – Чует, что я ещё не в состоянии бегать…», и пошёл за зверем.
Человек прихрамывал, но запаха крови волчица не чувствовала. «Сильный, поправится быстро», – подумало животное. При воспоминании о крови у волчицы громко заурчало в животе.
– А ты ведь голодная, девочка моя!
Человек снова начал издавать свои странные звуки. Приятно… Ради этого стоит и потерпеть.
Животное село возле нужной травки и посмотрело на человека: «Жуй!»
Человек не двигался с места. Как объяснить ему, что надо жевать? Волчица укусила травинку и выплюнула (сейчас ей самой не требовалось лечиться, а вот человеку…): «Жуй! Надо жевать!»
– Ты хочешь, чтобы я съел это? – Мирон опустился на землю, сорвал несколько былинок незнакомого ему растения, растёр между пальцами и принюхался. Организм сразу подтвердил ему: «Да, это то, что нужно!»
– Ах, ты моя умница! – поблагодарил волчицу Мудрец и положил траву в рот. – А теперь и ты иди, поешь чего-нибудь. Давай, поохоться!
Мирон слегка взмахнул рукой, прогоняя голодного зверя. Не потому, что опасался за свою жизнь. Мудрец чувствовал: даже с голоду, животное его не тронет, только вот волчице тоже требовалось подкрепить свои силы. умирая
Человек отпускал её. Да, она может пойти и поймать себе добычу. Человек будет ждать её здесь. Волчица встала и внимательно огляделась по сторонам, принюхалась – поблизости никого не было. «Ему ничего не угрожает, – подумала она, – а значит, я могу пойти поохотиться». И, не спеша, животное стало уходить.
Когда Веста очнулась, лёжа на кровати в незнакомой комнате, всё вокруг было настолько непривычным, что она решительно села и огляделась по сторонам.
«Где это я, в Заповедном краю?» – была первая её мысль. Но рассказы Мирона о Заповедном крае плохо вязались с увиденным. «Господи, где же это я?» – подумала она уже с отчаяньем и ещё раз огляделась.
Кровать вроде бы обычная, да не совсем: матрац явно не из соломы. Гладкие стены выкрашены в светло-зелёную краску, – цвет ей понравился, хотя, что под краской, Веста определить так и не смогла: вроде бы не глина. В комнате чисто, светло, окна большие, рамы опять неизвестно из чего сделаны: похожи на деревянные, но нет… И стол тоже… И стул… Ещё Веста отметила, что на окнах – решётки.
– Странно, от кого это здесь за решётками в домах прячутся? – удивлённо спросила она сама у себя и подошла к окну.
Её взору предстал небольшой палисадничек, а за ним – густой лес. «Может, звери дикие шалят, из лесу выходят? Да где это видано, чтоб человек с озлобленным зверьём рядышком жил? На Земле так не принято…» – растерянно подумала Веста, и вдруг новая мысль, как вспышка молнии пронзила её сознание: «Я не на Земле!» Она сразу же вспомнила, как какой-то незнакомец напал на них с Летой на Медвежьей поляне, и как сначала Дарьян, а потом Мирон вступили с ним в схватку. Затем странный шарик прилетел по небу и поджёг тополь, под которым лежала беспомощная Лета. Веста вспомнила, что хотела оттащить подругу в сторону, но стоило ей сделать шаг, как всё померкло перед глазами и тело словно растворилось в чём-то липком и холодном… А спустя несколько мгновений она и этот незнакомый человек повисли в воздухе посреди леса, но уже совсем в другом месте. Затем падение, удар… Темнота…
Веста с нежностью положила руку себе на живот:
– Как ты там, маленький мой?
По телу разлилось приятное тепло, и Веста поняла, что с ребёнком всё в порядке.
– Вот и славно, вот и хорошо… Всё хорошо… – и Веста улыбнулась, – она заговорила словами Мирона.
Тут же в памяти всплыл отчаянный крик мужа (последнее, что она услышала, перед тем, как растаять): «Стой на месте!» И Лета, и Дарьян говорили ей то же самое! Почему она не послушалась?!
Дарьян… Веста вспомнила, как он разговаривал с ней без слов, и прислушалась, позвала молча: «Дарьянушка!..» Где-то в самой глубине её сердца шевельнулась крохотная надежда, что он жив. «Теперь ты сможешь в любое время поговорить со мной и Летой, как бы далеко мы не находились друг от друга», – всплыли в памяти слова Мудреца в первый день их знакомства, и Веста грустно улыбнулась: «Видимо, не „далеко“ ты имел в виду!» И тут же обрадовалась: «Жив, и то хорошо!» такое
В это время дверь открылась, и в комнату вошёл человек в странной одежде с подносом в руках. На подносе лежали фрукты, хлеб, стояли стакан молока и крохотная вазочка с небольшим, но очаровательным цветочком. Человек (она видела его впервые) поставил поднос на стол и молча удалился. Дверь захлопнулась, и Веста услышала звук запираемой снаружи задвижки. Мысль, что она пленница, а решётки на окнах – чтобы она никуда не сбежала, встревожила её. «Зачем я им?» И сразу же сердце ухнуло куда-то в глубину: «Мирон! Через меня и ребёнка его легко связать по рукам и ногам! Почему я не послушалась и не осталась стоять на месте, где Лета расспала землю из Заповедного края?!» Огромное чувство раскаянья сдавило грудь Весты железными тисками. ы