Цена изменения

15

Малыш грайси сидел посреди улицы, как у себя дома. Он яростно вылизывал шерсть на спине, вывернув голову и не обращая внимания на изменяющую. Аори замерла в немом изумлении, тараща глаза на зверька из другого измерения. Как он сюда попал?! Прятался все лето, а теперь беспечно выполз под осеннее солнышко?

Вообще-то, ей доводилось видеть всего одного мелкого грайси. Неужели он тоже шлялся в сознании Калли, и та выпихнула демоненка вслед за остальными визитерами?

Чего ему пугаться знакомого лица.

Вот так и сбежала по маршруту, который никто не должен был угадать. Вот так и прогулялась. Аори присела на корточки рядом с демоненком.

– Эй, привет.

Малыш посмотрел на нее и тихонько пискнул. Носом он коснулся руки подруги, и она почесала макушку между длинными ушами. Грайси подрос за прошедшие луны, пусть ненамного, но явно не страдает от жизни на улицах.

Интересно, когда он превратится в настоящего демона, составит ли компанию изменяющей или предпочтет более приятное и сытное существование?

– Давно не виделись, – пробормотала Аори.

Грайси присвистнул, соглашаясь.

Как тихо. Как ошеломляюще тихо, если ничего не говорить.

Изменяющая подняла взгляд. Улица уходила вперед ровно, как по линеечке. Высокие ступени вели к входным дверям слепленных вместе домов с узкими, на два-три окна, фасадами. На жалких остатках земли жильцы разбили крохотные клумбы, и высокие кусты покачивали багряными ветвями с мелкими, как монетки, листьями.

Владелец одного из домиков, похоже, затеял ремонт. В нескольких десятках шагов тротуар закрывали строительные леса, поднимаясь аж до самой крыши. За ними едва можно было различить пустынный перекресток.

Идеальный пейзаж.

– Ты же понимаешь, что я не могу взять тебя в Арканиум?

Длинные уши хлопнули в воздухе, когда грайси прыгнул вбок. Аори успела услышать только короткий взвизг. Пятясь, малыш выволок из кустов и торжественно положил перед Аори свою добычу.

Крупная крыса, лишь чуть не дотянувшая размером до кота.

Грайси поднялся на задних лапках, открывая уморительное пузо и всем видом демонстрируя, какой он полезный в хозяйстве демон.

– Ты научился убивать живых, – изменяющая прикусила губу и с силой зажмурилась.

Как же хочется, чтобы ты исчез, малыш.

Несколько секунд она слушала тишину. И, когда открыла глаза, грайси все так же стоял столбиком, недоумевая, почему подруга не радуется, не рассыпается в похвалах.

Аори дотянулась до него, погладила по голове, ощущая, как под рукой бьется энергетический центр. Так просто – короткий удар изменением, и от демоненка не останется и следа.

Или просто – удар. Аори вытащила из потайного кармана рюкзака тонкий стилет и посмотрела на грайси.

– Уходи, – попросила она. – Или они убьют тебя. Уходи, слышишь?

Изменяющая взмахнула рукой, осыпая малыша колючими искрами. Он застонал, как человек, прижимая лапки к груди, не понимая, что же сделал не так.

– Прочь!

Из ее глаз брызнули слезы. Грайси бросился прочь по улице, петляя, словно в нем от зайца были не только уши.

Тоненький поводок изменения стелился за ним по брусчатке. И, когда демоненок вырвался на перекресток, Аори прикусила губу и бросила сгусток огня по этой тонкой нити.

Демоненок разлетелся, обжигая мир ошметками энергий, и глухой вопль подтвердил, что изменяющая все рассчитала правильно.

Она рванула вперед изо всех сил. Незнакомый маг корчился за лесами, прижимая ладони к лицу, и Аори с разбега сбила его с ног. Навалившись коленом на грудь, она прижала стилет к его горлу.

Изменение обожгло мага, но не так сильно, как она надеялась. Его темная шкурка быстро заживет.

– Думал, я совсем дура? – заорала Аори и едва удержалась, чтобы не ударить свободной рукой в искаженное болью лицо. – Безмозглая девчонка, которая не запомнила ничего из того, чему ее учили Тени?

– Ты… отпустила демона, – прохрипел маг. – Иди на…

Она таки отвесила ему пощечину. Несильную, но прямо по алой отметине изменения.

Маг зарычал и ударил окутанной пламенем рукой в ответ. Но Аори уже отскочила в сторону.

– Какой, нахрен, демон! Игрушка!

Она зло сплюнула на землю.

Грайси, ее малыш-грайси, пашти, тысячи других демонов… Они никогда не молчали. Вместо тишины на задворках сознания звучал тихий шепот, который Аори не могла понять, и который стал таким привычным за прошедшие луны.

Шепот, который она не сочла достойным внимания, о котором не стала рассказывать. Может, маги сумели бы подделать и его?

Ее противник поднялся, шатаясь.

Он уже готов был развеять муляж и вышвырнуть девчонку из Арканиума. Довольный ее неудачей, он подошел слишком близко. И, ослепленный вспышкой, пропустил атаку.

Она убила бы его, вложи побольше энергии во взрыв. Или за один быстрый удар стилетом.

Поменяйся они сейчас местами, маг бы сдерживаться не стал. О да, ему хотелось, чтобы Аори снова попыталась напасть. Когда он готов нанести ответный удар этой недоучке.

– Что ж ты над ним рыдала? Нравится изображать жертву? Да, это тонкое удовольствие – убивать тех, кого любишь!

Маг ждал ответа. Хоть жест, хоть взгляд! Хоть какой-то повод “защищаться”!

Аори подбросила стилет на ладони, переворачивая, и быстрым движением засунула обратно в потайной карман.

– Нет, – усмехнувшись, она посмотрела магу в глаза. – Куда больше я люблю издеваться над людьми.

– Ты врешь!

– Ну-у, – протянула Аори, выпятив губу. – А что я, по-твоему, сейчас делаю?

– Ты провалила экзамен, идиотка!

Боль и злость затмевали разум. Еще немного, еще чуть, и он ненадолго забудет о собственном опыте и ограничениях.

– Достаточно.

Знакомый обоим бесполый голос прозвучал совсем рядом, и, забыв друг о друге, они обернулись, не в силах сообразить, откуда здесь взялся Владыка.

– Ваше Всевластие, я…

– Ты не бери на себя смелость решать, кто у нас чего поднял или провалил.

– Но она отпустила демона! Убийцу! – маг негодующе поднял руки со скрюченными, будто когти, пальцами.

– То, что я попросил тебя об услуге, вовсе не значит, что мне нужно твое мнение, – добродушно заметил Владыка. – Аори, ты отпустила демона?

– Конечно, нет.

– Вот видишь? Надо было просто спросить прежде, чем делать выводы.

Он дружески положил руку на плечо подчиненному. Раны на лице мага моментально затянулись.

– Я все видел, – он скорее умолял, чем требовал. – Она говорила с ним… Плакала…

– И что же это значит? – Владыка подождал ответа и, за неимением оного, закончил сам. – А значит это, что Аори полностью контролировала себя и свои эмоции. Она научилась тому, что превращает нас в изменяющих. Так что, Аори, ты – молодец, ты победила и так далее. А, главное! Ты сдала финальный экзамен.

– Что?! – Не поверила она. – Финальный? Но я же учусь всего несколько лун!

– Забыла, о чем мы говорили? Ты поняла принцип. Дальше – все сама, все сама. Но не обольщайся, рекорд у нас держит обучение длиной в полторы луны. Замечательный парнишка, Эремерт подобрал его в каком-то монастыре, где тот уже успел прославиться чудесными исцелениями всяческих болезней, от кариеса и до бесплодия… эх, хорошее было время. Подойди-ка.

Аори недоверчиво приблизилась.

Как же так? Она ничего не умеет толком… тот же Анатумбари в десять раз умнее, как бы унизительно это ни звучало!

Отпустив мага, Владыка ухватил Аори за руку. В глазах на мгновение потемнело, воздух вышибло из легких, когда тело переместилось на Грань и обратно в реальность.

Изменяющая вцепилась в рукав рясы, чтобы не упасть.

– Присядь, – Владыка подвинул кресло, и, усадив Аори, устроился за столом. Руки он положил перед собой, переплетя узловатые пальцы.

– Я не готова, – выпалила Аори. – Я на Грани всего несколько раз была!

– Да боги, остынь. Никто не собирается бросать тебя на передовую, – отмахнулся Владыка. – Хочешь – хоть до скончания века сиди, книжки умные читай. Но, конечно, после выпуска так называемые изменяющие традиционно проходят так называемую практику в так называемых проблемных точках…

– Шед, – прошептала Аори одними губами.

– Но сейчас мы поговорим о клятве, которую тебе предстоит принести. Присяга Арканиуму – это не простые слова. Это добровольное и полное подчинение Договорам, которые влияют на всех нас. Часть слов ты поймешь нескоро, большую – не поймешь никогда. Не перебивай!

Владыка приподнял сцепленные руки, и Аори захлопнула открытый для очередного возражения рот.

– Ты услышала про добровольное? – Он дождался кивка. – Отлично. Я хочу получить твой ответ здесь и сейчас. У тебя есть одно волшебное желание, Аори. Хочешь – я навсегда заблокирую дар и Арканиум забудет о твоем существовании. Или сама придумай, чего хочешь, но в остальных случаях ценой твоего желания будет присяга.

Аори опустила взгляд. Пушистый ковер под ногами наверняка мягкий, но в сапогах этого не понять. Он был единственным, что Аори могла рассмотреть, когда пряталась за гардиной. Когда задерживала дыхание, стараясь не обращать внимания на щекочущий нос запах полыни.

Когда еще не знала, что может быть счастлива, но до того, как перестала в это верить.

– Я хочу стать изменяющей.

– Но?

– Но не Ори. Откатите наш брак с Лейтом.

– О, дитя, – Владыка тяжело навалился на стол, и тень под капюшоном стала совсем непроницаемой. – Ты правда думаешь, что это сотрет ваши чувства? Да и никто не может отменить обряд, только дополнить. Дочь Тройна могла стать супругой Ори, но никак не в обратном порядке.

– Тогда разорвите договор Лейта с Арканиумом! – В глазах закипали злые слезы. – Я не хочу быть ему должна!

– Вот прям настолько?

Легкая, мудрая насмешка в голосе Владыки мгновенно притушила гнев.

– Да.

– Ох, Аори, знала бы ты, какую кикимору нам подкладываешь.

– Лейт и так не откажет в разумной просьбе, – тихо сказала она. – Просто придется потратить на пять минут больше, чтобы что-то доказать.

– Непривычное дело, – хихикнул Владыка. – Ну да ладно. Даю тебе слово: Арканиум больше никогда и ничего не потребует от Лейта Ори, даже если ему случится сменить имя, должность, и так далее, и тому подобное. Не в конкретных словах дело, а в намерениях. Мир слушает их.

Он протянул вперед руку, и между пальцев загорелся огонек.

Аори беззвучно поднялась с кресла, посмотрела на Владыку. Тот кивнул, и она открыла ладонь.

Пустую.

– Намерения, дитя, намерения. Если ты думаешь ,что можешь как-то обмануть суть мира, то лучше оставь эту мысль. Хорошая ложь требует четкой цели и выстроенного плана.

Аори невольно скривила губы, представив, сколько раз поспешно придуманная и рассказанная во дворце ложь меняла судьбы людей. Владыка, конечно, все заметил.

– Если обман выстроен на случайном успехе – ты провалишься. Да, поначалу засветишься ярко и удачно, но вот с последствиями уже не справишься.

– Я не собиралась врать.

– Тогда повторяй за мной. Ради баланса и гармонии, ради того, чтобы существовали Сущее, Грань и Сомниум…

– Ради баланса и гармонии, ради того, чтобы существовали Сущее, Грань и Сомниум…

– Я признаю себя изменяющей, и все, что я сделаю, не будет ранить душу мира.

Горло перехватило неожиданным горьким спазмом, но Аори смогла выдавить нужные слова.

На ее ладони тоже появился трепещущий огонек.

– И жизнь станет платой, когда не будет иной возможности спасти этот мир.

Если повторить это простое обещание и соединить ладони, пути назад не будет. Владыка ждал, безмолвный и бесстрастный, и протянутая рука не дрожала так, как ладошка Аори.

Я не знаю, как быть изменяющей. Я не знаю, как ей стать. И, наверно, это невозможно. Знать. Так же, как и понять, как это – быть человеком. Или Тенью. Или кем угодно.

Им нужно просто быть. Как умеешь. Потому, что невозможно не быть собой.

– И жизнь станет платой, когда не будет иной возможности спасти этот мир.

Огоньки умерли, сжатые меж двух ладоней.

– Метки и доступы получишь, когда вернешься из Мишруми, – сказал Владыка, сделав ударение на последний слог.

– Откуда? Это город?

– Это мир, – он улыбнулся во тьме капюшона.

– И что я должна там сделать?

Аори заметно напряглась. Что, не ожидала, что сразу получишь задание? Так-то, девочка.

– Астраль – мир трех сфер, трех сбалансированных пространств. А Мишруми – мир, где Грань имеет наибольшее влияние на реальность. Там расположен форпост и учебная база Искателей. Я хочу, чтобы ты прошла курс обучения.

– Искатели – это измененные, разве нет?

– Разве да. Никто тебе не предлагает им стать. Но на Мишруми находятся лучшие инструкторы по боевке и некромантии. Давай, девочка, расти.

– Зачем? – поинтересовалась Аори как бы мимоходом, чтобы не сглазить.

– Кто, кроме тебя, может сходу понять чужой язык?

Она едва сдержала тяжкий вздох. Да уж, так Владыка и открыл ей планы.

– Ну, прям сходу…

– Не передергивай! Там, где другой изменяющий потратит луны, ты справишься за день-другой. Ассоциативный перевод… Я невероятно разочарован, что мы не можем всесторонне изучить и повторить эту технологию!

Аори невольно вздрогнула, представив процесс “изучения” с учетом того, что единственный образец находился где-то в глубине ее головы.

– Я могу просто переводить.

– А кто сказал, что ты будешь демонстрировать свои способности посторонним? Ты сбила меня с мысли, мерзавка. Готовься сегодня ночью уйти с Астрали. Попрощайся, с кем там тебе нужно. Командир базы отправляется обратно на Мишруми и оставит тропинку для тебя. Не вздумай с нее сходить, а то потом и косточек не найдут. Но, если уж что случится, возвращайся.

– Я помню, – дерзко вставила Аори. – Стабильные переходы ведут на Астраль.

– Когда вывалишься в Мишруми, стой на месте. – Владыка грозно нахмурился и прожег болтушку взглядом, чего она, конечно, не увидела под капюшоном. – Искатели сами тебя найдут, а вот внимание аборигенов привлекать не стоит. Они научились выживать бок о бок с демонами, и сами, кажется, переняли их повадки. А теперь напрягись и вспомни какое-то безопасное место на Грани. Ну? Откуда Тавиру начинать тропинку?

Деревья, пустившие корни на болотистом берегу, остались такими же, как Аори их запомнила. Серые, бескорые, они баюкали бледно-сиреневые цветы в колыбелях скрюченных, как пальцы, ветвей.

В гладком зеркале реки отражались густо-синее небо, серебристое облако тумана и ничего больше – ни деревья, ни цветы, ни маги, молча стоящие у самой кромки воды.

В конце концов, Марон неловко кашлянул и приобнял ученицу за плечо. Сжав ладонь, маг по-дружески встряхнул Аори и улыбнулся, когда она на него посмотрела.

– Тебе пора, девочка моя. Я горжусь, что учил тебя, и тобой – тоже горжусь.

– Ты говоришь так, словно мы больше не увидимся, – Аори улыбнулась в ответ и шмыгнула носом.

– Увидимся, конечно, и не раз! Я еще столько всего знаю, чего ты не знаешь! Надо только придумать, за сколько я буду продавать уроки, Арканиум-то за тебя платить больше не будет.

– Ах вот оно что! – рассмеялась изменяющая. – Владыка просто решил сэкономить, потому и выпустил меня так быстро.

Аори легко пожала ладонь учителя и высвободилась из его рук. Ее все еще напрягала привычка Марона совершенно спокойно и без задней мысли касаться других людей. Но, кажется, лишь ее одну.

Куда больше Аори нравилась дистанция вроде той, что возникла между ней и Ксаном. Подтверждение и гарантия сугубо деловых отношений.

А вот Марон… Он словно подчеркивал дружбу, понимание. И, пусть маг не ждал ничего в ответ, так горько чувствовать, что больше не способна доверять.

– Само собой, хотя налоги, чтоб ты понимала, ушли обратно в его карман. Ты изучи на досуге политику ценообразования на услуги изменяющих.

– И кто получает больше всего?

Аори и впрямь заинтересовалась. Может, стоило ознакомиться с отчетами пораньше?

– В общей массе – боевые маги, так что без куска хлеба не останешься. Ну, или те, кто обладает уникальными умениями.

– И кто им платил во время прорыва? Реодор?

– Сам Арканиум. Защита Астрали – это одна из наших обязанностей.

Поднявшись на цыпочки, Аори дотянулась до ближайшей ветки и сорвала бледный цветок. Он слабо светился изнутри, словно между сомкнутых лепестков притаился живой огонек.

Изменяющая опустилась на колени и мягко, осторожно разомкнула ладони. Покачиваясь, цветок поплыл по воде. Во все стороны разошлись круги, и они все усиливались, превращались в настоящие волны. Из них одна за другой вынырнули белоснежные ступени, ажурные, тонкие, словно вырезанные из бумаги или сотканные из снега.

Лестница вела прямо в туман, повисший над рекой. И он расступился, позволяя увидеть лишенный опор мост, такой же белоснежный и точеный.

Тропинку, отставленную могущественным магом для куда менее могущественной. Бессильной, скорее.

– Владыка пообещал, что ты расскажешь мне про Нексус, – вспомнила Аори. – Что это за артефакт такой у Тавира, что позволяет между мирами шнырять?

– Не у Тавира, – пробормотал Марон, не веря собственным ушам. Она действительно не знает! – Это средоточие силы. Арканиум стоит в точке, где Сомниум соприкасается с реальностью. Помнишь огни в башне? Это и есть Нексус. Он позволяет переходить на Грань из Арканиума, и к нему подключают избранных магов. Тех, что стоят на страже нашего мира.

– Веррейн был подключен?

– И в те годы отключить могли только через смерть. Могущество не бывает бесплатным, и Нексус – это имя проклятия.

По темной воде снова прошли волны.

– Мне пора. Глупо выйдет, если тропинка закроется прямо перед носом.

– Удачи.

Марон коротко обнял ее и, не заботясь о сапогах, зашел в воду. Он подал Аори руку и помог подняться по первым ступеням. Допрыгав до верха, она обернулась, попыталась найти учителя взглядом, но тот уже исчез. То ли вернулся в реальность, то ли отправился в другой уголок этого измерения. Аори сдавленно вздохнула и сделала первый шаг по окруженному туманом мосту.

Она брела по нему, как по единственной путеводной нити в океане безвременья. Грань скрылась позади молочного тумана, наполненного серебристыми живыми искрами. Они, будто маленькие светлячки, неспешно перемещались с места на место. Над тропинкой искр было так много, что даже воздух, казалось, светился.

В какой-то момент Аори поняла, что, если она сейчас закроет глаза, то потом не поймет, откуда пришла и куда идти. Эта мысль наполнила ее страхом. Эта мысль наполнила ее желанием закрыть глаза и повернуться несколько раз, так, чтобы потерять направление. Завершить томительное ожидание, встретить свой страх, взглянуть на него – и будь, что будет.

Наверное, таким же будет ожидание смерти. Страх и стремление поскорее узнать, что там, за порогом.

Если повезет, над головой раскинется не потолок, а небо. Можно будет смотреть в него, вечное и несуществующее, на самом-то деле. Неба нет, люди выдумали его, чтобы не осознавать того, что над ними – одна пустота. Сначала это была плоская синяя скатерть, потом она разом надулась, как мыльный пузырь, превратилась в сферу.

Но синяя высь – это лишь место, где человеческий взгляд проигрывает бесконечности.

Аори встряхнулась и криво улыбнулась своим мыслям. Это уже не ее судьба. Вот оно, то, что будет, прямо сейчас вокруг нее. И не придется ожидать смерти в бессилии. Существование изменяющих прерывают не время, не болезни. Только чужая воля и чужое действие.

Сделав шаг вбок, Аори коснулась перил. Вот так вот. Никто не заметит ее слабость, никто не воспользуется ей.

– Здравствуй, изменяющая.

Она вздрогнула, завертела головой, но так и не увидела говорящего. Тишина, пустота, белая нитка моста над ней. Только серебряное сияние над тропинкой разгорелось чуть ярче.

– Кто здесь?

– Ты сама меня позвала, а теперь не узнаешь, – насмешливо прозвучало со всех сторон сразу со звенящим металлическим оттенком.

Аори, наконец, сообразила посмотреть измененным зрением.

Туман ожил. В самом прямом смысле слова. Его заполнило огромное существо, тысячи потоков, переплетенных в бесконечном движении. Аори находилась посреди них, полностью и безнадежно поглощенная.

Но кого она могла звать? Тар никогда так не разговаривал. И не звала она его с тех пор, как… как предала окончательно.

Не смогла бы посмотреть ему в глаза. Не смогла бы даже находиться рядом.

Как же так? Ну вот как? Даже одного из них хватило бы, чтобы сойти с ума. А она любит двоих, тех, с кем никогда больше не будет. И ничего не может сделать, ни с ними, ни с собой.

Ничего не может изменить.

– Звала? Я никого не звала.

– У людей такая короткая память.

Туман дрогнул и потек. Струи уплотнялись, свивались друг с другом до тех пор, пока огромное серебряное создание не положило чешуйчатую морду поперек моста.