В выходные отоспаться не получится

Глава 4. Стоит немного подумать

Космическая бездна. Мириады частиц, словно рой светлячков в вечной ночи, мечутся в хаотичном танце, сталкиваясь и разлетаясь искрами в пустоте. Ирония судьбы: мы сами – лишь скопление таких «штучек», связанных воедино ради некой общей цели, о которой порой и не подозреваем.

Полная тьма, пронзённая лишь тусклым светом далёкого, умирающего карлика. Джек, Фогот, Бэнни, Чико – четверо затерянных во мраке, и никто из них не знает, где они. А знание – это власть, особенно в таких обстоятельствах.

Невозможность говорить, видеть… Лишь постепенно в сознании каждого прорастает леденящий вопрос: «Неужели это конец?» Неужели их существование оборвётся в этой безжизненной пустоте из-за какой-то нелепой коробочки, содержимого которой они даже не знают?

– Мы мертвы, – прозвучало эхом в их головах, голосом Фогота.

– Не уверен, – отозвался Бэнни, словно тень сомнения.

– Как я тебя понимаю, если ты молчишь?

– Не знаю… А я тебя? Чико, Чико, ты здесь? – Бэнни попытался пошевелиться, но словно был скован невидимыми узами. Он чувствовал себя беспомощным младенцем, туго запелёнутым в кокон. Ответа не последовало. – Парни, кто-нибудь видит Чико?

– Нет, – ответил Фогот, его голос дрожал от неизвестности.

– Нет, – эхом повторил Джек.

– Джек, что ты натворил? Что ты загадал? Почему мы здесь? Где это «здесь»? – в голосе Фогота сквозило отчаяние.

– Я хотел, чтобы мы оказались в месте, где царит тишина, – прошептал Джек, – Простите, парни, я подвёл вас.

– Не спеши с выводами. Похоже, мы именно там, где тихо. Может, ты нас спас? Слышишь выстрелы? Голос судьи?

– Нет, – ответил Джек, и в голосе его послышались слезы.

– И я не слышу. Значит, все получилось.

– Чико! Чико! – продолжал безуспешно звать своего друга Бэнни, – Где же ты, мальчик?

– Бэнни, ты и правда хотел меня застрелить? – вдруг в голосе Фогота прорезалась агрессия.

– А? Нет, конечно, просто хотел припугнуть. Зачем мне тебя убивать? – ответил Бэнни отстранённо.

– Тогда какого черта ты целился в меня? – не унимался Фогот.

– Ты должен понимать, что пиратство – это не только ром и весёлые приключения. Это суровая жизнь.

– Спасибо, капитан Очевидность. Без тебя бы не догадался, – огрызнулся Фогот.

– Ты обижаешься?

– А как ты думаешь?

– За что? Подумаешь, ткнул в спину пистолетом, пригрозил смертью… С кем не бывает? Я бы тебя отпустил, честное слово! – пытался оправдаться Бэнни.

– Да толку? Без этой чертовой коробки мне в школе делать нечего. Директор грозился отправить меня на «губу».

– Директор? Ты не шутишь?

– Мы не в том положении, чтобы шутить. Согласен?

– Директор Зайла, этот старый мерзавец? Да чтобы его акулы разорвали!

– Вы знакомы? – удивлённо спросил Джек.

– Ну конечно, Джек! Бэнни же уборщик, очевидно, что его директор на работу брал, – саркастично ответил Фогот.

– Не совсем, – перебил их Бэнни, – Директор не знает, что я работаю в его школе. Мы знакомы давно. Гораздо раньше. И в другом качестве. Парни, я могу вам доверять?

– Странно слышать это от тебя. Не мы же тебя предали, – отрезал Фогот.

– А вы задумывались, что такое доверие? Как оно возникает? Почему исчезает? Мне кажется, это что-то эфемерное… Как и мы сейчас. Вроде бы есть, но я вас не вижу и даже не уверен, слышу ли я вас на самом деле. Может, вы просто часть моего сознания? А вдруг мы все – часть сознания какого-то другого существа, которое управляет нами, пишет нашу историю? Как думаете?

– Кажется, Джеку совсем плохо?

– Это космическая болезнь. Я такое видел… Очень похоже на депрессию. Человека тянет на философию. И не только человека, даже роботы от этого не застрахованы… Однажды я познакомился…

– Бэнни, притормози! Какие роботы? Ты в какой вселенной? У нас тут люди в пиратов играют!

– Точно! Значит, где-то прочитал… Болезнь и меня накрывает… Надо что-то делать!

Какое-то время они молча висели в пространстве, пытаясь осознать, где они, кто они и могут ли они доверять друг другу. Джек размышлял о концепции жизни, Бэнни рассказывал о болезнях, которые, как ему казалось, он видел лично, а Фогот силился собрать остатки разума в кулак и придумать, как им выбраться из этого «незнамооткуда» хоть куда-нибудь. Ему нужно было забрать брата, получить диплом и, что ему сейчас хотелось больше всего, врезать этому старому «учителю», который целился ему в лицо и из-за которого они все здесь оказались.

– Чико! – вдруг заорал Бэнни, прервав лекцию о болезнях.

– Что? – резко ответил Чико.

В космосе повисла тишина. (И не важно, что она там всегда, вы поняли, о чем я! Не кричите!)

– То тараторим без умолку и несём какую-то чушь, то вдруг все разом замолчали. А надо было раньше, я только проснулся. Парни? Эй? Вы чего молчите? – с напором спросил Чико.

– Ты говоришь? – удивлённо спросил Фогот, – Бэнни, ты знал?

– Не-а, – выдавил из себя Бэнни.

– А я и не говорю, – ответил Чико, и в его голосе прозвучало нечто такое, что обычно выражают жестом, прикладывая руки к лицу, – Это мысли. Вы до сих пор не поняли? Вы слышите мысли, и я, к сожалению, тоже. Или вы думали, что мыслить умеют только люди? Я вас разочарую, это не так. Есть ещё дельфины, кстати, дико угарные ребята, простите за эвфемизм. Вороны тоже умные личности, только очень агрессивные. Мыши и крысы – те ещё шутники. В общем, вы понимаете, о чем я, надеюсь. А то, что мы где-то в космосе, мне кажется почти невероятным. Кстати, Фогот, спасибо за шутки на корабле и за сухпай. Было вкусно, давно не ел.

– Чико, мальчик мой, где ты был все это время? – спросил обезьянку Бэнни.

– Подожди, скоро расскажу. Пока вы меня понимаете, мне нужно вам кое-что сказать. Бэнни – мой старый добрый друг, спасибо тебе за спасение в детстве, но не дай Бог ты ещё раз меня где-то оставишь или попытаешься наставить на кого-то из присутствующих оружие, я тебе нос отгрызу. Сам знаешь, как это неприятно.

– Бэнни что-то пробурчал в ответ, а Чико продолжил свой монолог.

– Парни, я очень рад, что с вами познакомился, но запомните: каждый из вас получит от меня лично, если не научится слушать друг друга. Да, Джек, доверие эфемерно, но оно есть, и на нем строятся взаимоотношения. И да, оно – одна из самых хрупких вещей, поэтому надо сильно постараться, чтобы его не подорвать. Как говорил один из моих сокамерников: «Друг – профессия круглосуточная». Так что имейте в виду: когда мы отсюда выберемся, мы должны помириться и наконец закончить это дело с коробкой.

– Я не отдам её Зайла, – жёстко ответил Бэнни, – Хоть убейте.

– Бэнни, друг мой, я понимаю, что за этой коробкой мы гонялись чуть ли не вечность, и из-за неё мы потеряли всю команду, корабль, да и мы с тобой на какое-то время расстались. Честно, думал, что больше не увидимся, но потом, сидя в этой промозглой камере, я понял, что мы обязательно встретимся и закончим наше путешествие, как ты хотел. Но сейчас, друг мой, от неё зависит жизнь Фогота и его брата. Сколько ты его уже не видел? – обратился Чико к Фоготу.

– Почти с рождения. У меня в нагрудном кармане есть его фото.

– Вот видишь, Бэнни, нам надо помочь мальчикам, – продолжил Чико.

– Но мы же…

– Ты знаешь, что в ней? И я… Мы даже не знаем, как её открыть.

– Фогот сказал, что знает.

– Ну, и да, и нет. Я думал, что ты меня пощадишь, если я это скажу, – виновато произнёс Фогот, – Но я помогу её открыть.

– Ах ты!.. Молодец, правильный приём, Фогот. Сработал. Тогда можем отдать коробку Зайла.

– Бэнни, – тут довольно ясно произнёс Джек, – Директор Зайла – твой квартирмейстер, который тебя предал, так?

– Как ты понял? – ответил Бэнни.

– Какой разумный юноша, – с гордостью в голосе сказал Чико.

– Ты же помнишь, что у нас была связь все это время. Я просто сложил два и два и решил спросить. Значит, Зайла, который был капитаном «Чайки», притворился твоим квартирмейстером, втёрся тебе в доверие, и когда ты уже был в шаге от победы, предал тебя вместе со всей твоей командой, как я понял. И если бы не эскадра правоохранительных органов, которая, как я понял, арестовала твой корабль и Чико, то он завладел бы этой коробкой, которую никто не может открыть, поэтому всех и интересует её тайна, и все думают, что она исполняет желания. Так или иначе, Зайла сбежал и стал директором, а ты после побега, не знаю, как, устроился к нему в школу уборщиком, чтобы следить за ним, так? А тут Фогот, который ищет твой корабль, попадается тебе в коридоре, и ты соглашаешься ему помочь, чтобы опять попасть на свой любимый корабль и забрать эту магическую… тьфу… коробку. Я же правильно все понял, парни?

– Получается, что так, – ответил Фогот.

– Несколько неточностей есть, – ответил Чико, – Но в целом правильно.

– Очень похоже», – сказал Бэнни.

– И кто придумал такой сюжет? Эй ты, если ты меня сейчас слышишь, верни нас туда, где мы можем решить эту головоломку, которую ты нам задал, очень тебя прошу. Мне дико надоело висеть в вакууме, – уверенно выпалил Джек.

Ну что ж, в целом могу. Но стоит ли? Все ли вы вопросы решили?

– Остальные мы решим, когда твердо встанем на ноги, – продолжал диалог Джек, который, собственно, сам и начал. Все остальные молчали, так как совершенно не понимали, что здесь происходит.

Как скажете. Считайте до десяти.

– Десять, – начал Джек.

– Девять, – подхватил Чико.

– Восемь, – вступил в игру Фогот.

– Семь, – наконец произнёс Бэнни.

Шесть…

– Пять.

– Четыре.

– Три.

– Два.

Один

Глава 5. Заскочите на праздник

Поле, Русское поле… ещё раз прошу прощения. Свет предрассветной звезды, едва коснувшись земли, словно крадучись, ласкал все живое и неживое. Мир пробуждался. Тонкий луч, словно выстрел снайпера, вонзился Фоготу прямо в левый глаз, заставив его резко подскочить. Судорожно озираясь, он прохрипел:

– Где мы? И… где все? Почему я один? Парни? Джек? Бэнни? Чико? Ау!

В ответ – тишина. Фогот вскарабкался на огромный валун, пытаясь охватить взглядом окрестности. Куда ни глянь, до самого горизонта – бескрайнее море травы и цветов. Тщетно он искал хоть что-то, выбивающееся из этой идиллической картины. Вздохнув, он опустился на камень.

– И что теперь? Как я доберусь до школы, а потом к брату? Тяжело…

Его тоскливый выдох вдруг перебил знакомый писк.

– Чико? – Фогот, едва не кубарем скатившись с валуна, помчался на звук. Его верный друг оказался зажат между камнями. Не теряя ни секунды, Фогот принялся разбрасывать булыжники, пока Чико, наконец, не смог выбраться из каменного плена и юркнул на плечо к Фоготу.

– Ты все ещё можешь говорить? – спросил Фогот обезьянку. Чико отрицательно покачал головой. – Жаль, это бы нам сейчас пригодилось.

Чико лишь пожал плечами.

И вот они, двое в бескрайнем поле, полагающиеся лишь на интуицию. «Где же всё-таки „Лебедь“ или корабль Мэннерса, на худой конец?» – думал Фогот. Но горизонт по-прежнему был чист, лишь кое-где из зелёного океана травы и цветов торчали угрюмые валуны. Если бы у кого-то из пиратов были часы, они бы наверняка показали, что прошло уже много времени, но часов не было ни у Фогота, ни, что странно, у Чико. Солнце уже клонилось к закату, когда вдалеке они заметили дым. Переглянувшись, друзья бросились к нему. За грядой больших булыжников открылась небольшая деревня. Её обитатели словно сошли со страниц учебника биологии за пятый класс: бусы, набедренные повязки, а на головах – клочья волос, торчащие во все стороны, словно иглы дикобраза. Фогот и Чико затаились, наблюдая за происходящим. Вдруг Чико издал пронзительный писк. Фогот тут же схватил его за мордочку, и оба замерли за камнем, надеясь, что их не заметили.

– Ты кого-то из наших увидел?

Чико пискнул в ответ.

– Бэнни? – продолжал допытываться Фогот.

Чико повторил писк.

– Не волнуйся, вытащим. Надо только придумать, как.

Фогот лихорадочно соображал, как пробраться мимо нескольких десятков аборигенов, которые, как ему казалось, наверняка были каннибалами. И как только он набросал хоть сколько-нибудь правдоподобный план, на его плечо опустилась тяжёлая рука. Фогот обернулся, но увидеть толком ничего не успел – лишь толстую деревянную шишку, летящую прямо в лицо. И мир погрузился во тьму.

«Звезды… сколько тайн они хранят, сколько всего можно найти на планетах, которые они освещают…» – Фогот словно впал в транс, но из этого состояния его грубо вывела сильная тряска. С трудом разлепив веки, он увидел, что вокруг – ночь. Лишь факелы отбрасывали дрожащие тени на лица аборигенов. Сквозь туман и разноцветный дым от каких-то палок, которые держали в руках туземцы, Фогот разглядел огромный костёр, а рядом с ним – Бэнни, привязанного к деревянному столбу. Он попытался осмотреться и понял, что сам находится в таком же положении.

– Бэнни! Бэнни, проснись! – крикнул Фогот, но Бэнни не отзывался. Одурманивающие ароматы, исходящие от палок, прочно завладели его сознанием.

Фогота поставили рядом с Бэнни, воткнув его столб в землю с такой силой, что он ощутил резкую боль в ногах. И тут он подумал, что его план провалился, ведь одним из пунктов было вырубить кого-нибудь.

Туземцы образовали круг вокруг костра. Сквозь языки пламени Фогот увидел, как вождю что-то несут. Приглядевшись, он понял – это их коробка. Его билет на лайнер к брату. Его ключ от каюты-люкс, в которую он, возможно, уже никогда не попадёт, и придётся взять в руки весла и грести до самой старости. Эта мысль взбодрила его, и он попытался вырваться из плена мёртвых лиан, которые так крепко стягивали его тело, но тщетно – они были слишком прочными.

Вождь, завладев вниманием толпы, поднял коробку и посохом указал на Фогота и Бэнни. Фоготу это не понравилось, и он стал ещё яростнее вырываться.

– Бэнни! Бэнни, ёж тебе за пазуху, просыпайся, они нас хотят сжечь! У них наша коробка, Бэнни! Проснись, старый ты… падальщик! – не прекращая попыток освободиться, Фогот пытался достучаться до своего друга. Но Бэнни пребывал во власти дурмана, на его лице сияла блаженная улыбка чеширского кота. Казалось, он достиг нирваны. Но капитана это нисколько не радовало. Он не собирался сдаваться. Вдруг сзади послышался тихий писк. Фогот попытался обернуться, но верёвки не позволяли, хотя он уже знал, что это Чико. Вопрос был лишь в том, какой план придумал этот маленький хитрец.

А Чико всегда находил выход. Он притащил нож, по меркам Чико – настоящий двуручный меч, которым он и собирался освободить своих друзей.

– Давай, давай, ещё немного, – тихо, с натугой говорил Фогот, вырываясь из плена. – Ещё чуть-чуть! И-и-и…

Верёвка лопнула, Фогот рухнул на землю, и из-под рубашки выскользнул зуб тёмно-серого цвета, который он носил на шее как амулет. Аборигены заметили его, вождь что-то яростно выкрикнул и указал на зуб. Вся толпа ринулась к Фоготу. Тот судорожно спрятал зуб обратно под рубашку.

– Нет, нет, нет, я вам не нужен! – пятясь назад, проговорил Фогот. – Заберите лучше Бэнни, он уже старый! – он посмотрел на Бэнни, за спиной которого Чико уже вовсю перепиливал веревки большим кинжалом. Обезьянка осуждающе посмотрела на Фогота. Тот развёл руками, мол: «А что делать? Все равно бы потом спасли».

Полукруг сужался, а за спиной Фогота был валун. Бежать некуда.

– Сейчас бы не помешал дайс, хочу обратно в космос, – с досадой произнёс Фогот, потом нащупал на земле что-то, похожее на палку, и решил отпугнуть нападающих. Они замерли, потом стали произносить что-то нечленораздельное. Сначала – небольшая группа людей, потом – все больше и больше. Наконец, вождь крикнул: «Купигана!» – и все замолчали, расступившись, образовав живой коридор, в конце которого пылал костёр. Вождь ещё раз произнёс это странное слово.

– Я никого покупать не хочу, у меня нет денег, просто отпустите, – не выпуская из рук палку, просил Фогот, но его никто не слышал. В конце коридора, в свете костра, появился огромный силуэт, надвигающийся прямо на него. Страх сковал капитана. Он понимал, что эта палка не только не причинит вреда этому белазу местного разлива, но и может стать гвоздём в крышке его гроба, если в традициях этого племени так хоронят. Битва была неизбежна. Это понимали все, кроме Бэнни, который рухнул на землю, как мешок картошки. Если бы не сложившаяся ситуация, Фогот бы рассмеялся в голос. Чико протянул ему нож, но тот отказался. Сумка все еще была при нем, а в ней оставалась еще одна банка пойла.

– Была не была! – крикнул Фогот, положил палку на землю, достал банку, хорошенько встряхнул её и, открыв, направил струю в лицо надвигающемуся гиганту. Тот зажмурился и бросил на землю свою дубину. Фогот подхватил палку, забежал за спину здоровяку и со всей силы ударил его между ног, а потом толкнул в сторону костра. Тот пошатнулся, но его же дубина довершила начатое Фоготом – великан наступил на неё, она выкатилась из-под его ног, и он рухнул головой в огонь. С диким криком он выскочил из костра и скрылся в темноте.

– Пойло смазало ему лицо, – пробормотал Бэнни в полусонном состоянии.

– Очнулся, наконец-то! У них наша коробка! – выпалил Фогот.

– Попроси её обратно, – посоветовал Бэнни.

– Как я сам не догадался, – иронично ответил Фогот, повернулся к вождю и сказал: – Верните, пожалуйста, коробку, она наша.

Вождь посмотрел на Фогота, показывающего на коробку и что-то говорящего. Повернулся к одному из своих соплеменников, отдал ему коробку. Тот подбежал к Фоготу и, опустившись на колени, протянул ему её, словно просил руки капитана. Потом вождь повернулся к другому аборигену, шепнул ему что-то и крикнул: «Зулу!» Эту фразу подхватили все, и гул нарастал.

– Зулу! Зулу! – поддержал Бэнни, который так и не отошёл от бреда.

– Стукни его, Чико, – попросил Фогот. Обезьянка тут же выполнила просьбу. Бэнни успокоился. Из одного из шатров, самого большого и нарядного, вывели девушку неземной красоты. Нет… Красоты не было видно. Только куча украшений, разрисованное тело, лицо, руки – одним словом, это не описать, нужна пара страниц. Вы когда-нибудь видели цыганскую свадьбу? Так вот, это в два раза «наряднее». Девушку подвели к вождю, а тот в свою очередь подозвал Фогота.

– Спасибо, не нужно, мы пойдём, – стал оправдываться он, но полукруг аборигенов, ещё несколько минут назад вдавливавший капитана в стену, теперь наоборот выталкивал его в сторону вождя и его «куклы».