Заноза для военачальника

– Подожди! – все еще звенел мой голос. – Вы все мне объясните, – обвел я свой отряд взглядом, – но сначала: это может говорить и навредить нам? – указал на банши.

– Нет конечно, – закатила глаза ведьма. – Это, как ты выразился, несчастное существо лишено голоса. Как только я воспользуюсь всем необходимым, то верну что украла и отпущу в лес.

– Зачем? – хором спросил я, Джеймс, эльфы и остальные, включая солдат, которые стояли рядом, но в вылазке не участвовали.

– Что значит зачем? – возмутилась девушка. – Эта дама несправедливо мною обижена, а в клетке сидит, потому что не умеет себя вести. Не стала бы ее приводить, но не уверена, что переживу второй поход в Кричащий лес. Ищи ее потом там, насильно голос возвращай.

Банши кивнула.

Я не поверил своим глазам. Банши кивнула.

– Да-да, милая, – протянула ей руку Улисса, – прости, постараюсь возместить.

И это привидение не стало вгрызаться в предложенную плоть. Оно ответило на ласку ведьмы.

В голове не укладывалось, что сейчас произошло. Если так пойдет, я эту ведьму одну отправлю на передовую. Она просто подружится с ваохцами.

Ко мне подошел Грегор и очень тихим голос произнес:

– Юэн, она чокнутая, – и поводил указательным пальцем у виска, показывая один не очень красивый жест.

– Ты не знал? – выгнул я бровь.

– Откуда? – схватился погодник за сердце.

Так мы и стояли, долго глядя друг на друга.

– Отвезите банши к ведьме, – приказал я воинам, которые находились поблизости.

– А она нас не съест? – выступил вдруг кто-то.

– Что за цирк, – возмутилась ведьма, – она молчалива, вы только конечности к ней не просовывайте, тогда она точно не опасна. И да, везите ее ко мне, не с мальчиками же ей жить.

– Улисса, – устало начал я, – ты же не собираешься ее выпускать?

– Может, пойдем? – перевела она тему. – Уже половина ночи прошла, ты наорать на нас еще не успел, а я так хочу выспаться.

– Улисса?! – взревел я.

– Уль, да ответь ты ему, меня это тоже интересует, – влез в наш разговор Джеймс.

– Пока нет, – поджала ведьма губы, – но если приручу, то у меня будет маленькое ручное приведение.

– Маленькое? Она сказала – маленькое? – вскинулся Грегор. – Уля, ты точно чеканутая.

– Обзываться нехорошо, – обиделась эта заноза.

Мое терпение лопнуло. Клетку отвезли уже на приличное расстояние, солдаты разошлись по палаткам, дозорные находились на своих местах, так что я мог приступить к словесному избиению младенцев.

– Быстро! Все! Ко мне! – кричал я что есть мочи.

– Не выспимся мы, хозяйка, – подал голос ее кот.

– Сэлем, заткнись, – испуганно произнесла де Ламар, увидев мое выражение лица.

А бояться стоило. Ценю порывы этой ведьмы и энтузиазм, но должно же в ней жить хоть какое-то чувство самосохранения. Этой ночью она вывела отряд из пяти человек, и вышла сама в Кричащий лес. Они же могли не вернуться. Эта дура понимает, что творит?

– Как? Как вы на это согласились? – спустил всех собак на свою команду, когда мы пришли ко мне и я выстроил их по струнке, включая саму ведьму.

– Вообще-то, ты сам сказал, что на эту ночь мы в ее подчинении, Юэн, – оправдывался Джеймс, – а мы и рады стараться.

– Это я уже заметил, – скривился я, – но должны же быть хоть какие-то рамки.

Де Ламар подошла и потыкала пальцем в мое плечо. Видит Гелиос, я так стараюсь не придушить одну ведьму.

– Все, что попросит – исполнять. Твои слова? – уставилась она на меня.

– Мои, – нехотя признался в ее правоте.

– Ну и чего ты тогда выступаешь?

Вот теперь я был по-настоящему зол.

– Все вон! – рассвирепел и выгнал свою команду прочь.

– Юэн, может, не надо? – спокойно спросил Аарон. – Ну, поругаешься ты с ведьмой, она же тебя сама и проклянет.

– Я непонятно приказал? – даже не повел взглядом, все еще всматривался в выражение лица Улиссы.

Та не дрогнула; так же сопела, как и я, и, возможно, находилась в таком же бешенстве.

– Мы будем помнить тебя, ведьма, – напутствовали ей братья де Эрдан, – помнить и слагать о тебе легенды.

– Главное, приличные, – отвернулась в их сторону заноза.

– Твоего фамильяра это тоже касается, – высказался я насчет ее мохнатого друга.

Кот спрыгнул с ее плеч и тихой походкой двинулся к выходу, напевая:

– Изле-е-е-е-чит любые а-а-а-мбиции го-о-рячий косте-е-ер инквизиции.

– Не к месту, Сэлем, – выкрикнула ему вдогонку девушка.

– Как знать, – заключил хвостатый и скрылся за занавесью.

Я подошел к этой девице вплотную, стараясь напугать, подавить своей мощью.

– Улисса, есть хоть какое-то оправдание твоим действиям?

Она не растерялась, а даже как-то подобралась.

– А я разве должна перед тобой отчитываться? Ревенер давал мне совершенно другие инструкции.

– Ты поставила под удар жизни людей.

– Ты каждый день так делаешь, – парировала ведьма.

– Я военачальник, – рыкнул на нее.

Улисса вдруг отошла от меня, села на стул, стоящий около большого стола, поникла и замолчала. Такого от нее я не ожидал и подошел поближе, пытаясь понять, чем грозит мне ее странное поведение.

– Юэн, – обратилась она, – я знаю, что рисковала. Но, поверь, рисковала не твоими людьми, а собой. Еще до выхода я наложила на них кровавое заклятие привязки. Все раны, которые бы им нанесла банши, пришлись бы по мне. Никому из них ничего не грозило. Я знаю, ты думаешь, я безбашенная, но я правда позаботилась об их безопасности.

Я тоже сел напротив, обдумывая слова де Ламар. С одной стороны выходило, что она герой, про доблесть которого не стыдно рассказать всей стране. С другой, идиот я, что доверился этой ведьме. Ревенер не похвалит меня, если с Улиссой хоть что-то случится. Он давно поет ей дифирамбы, и даже я не пытаюсь умалять ее талант. Заклинания, зелья и прочее, над чем она работала, – все действовало отменно.

– Улисса, – вкрадчиво начал я, – а когда ты успела собрать у них кровь?

Она немного растерялась, не ожидая такого вопроса.

– Ну, они же сами пригласили на попойку. Вот я и подумала, что пригодится.

Я сузил глаза.

– А со мной? Со мной ты тоже так поступила?

– Нет, – покачала она головой.

Я выдохнул. Слава Мире и Гелиосу. Кто его знает, что в следующий раз придумает эта ведьма.

– Юэн, ты же мне почти сам чешуйку отдал. Это даже лучше, чем кровь, – радостно закончила она.

Я вспомнил момент, когда поделился таким сокровищем. Не припомню, что сам. Помню, как эта заноза вырвала ее у меня, не спрашивая разрешения. Пора ей ответить за все свои поступки. Хоть кто-то должен воспитать в де Ламар чувство почтения, самосохранения и заставить проявлять уважение к тем, кто старше по званию.

Я опрокинул стол, за которым мы сидели. Девушка вздрогнула от громких звуков, а может, и от страха. Мне хотелось на это надеяться.

Я в пару шагов приблизился к ней, подхватил за талию и прижал к стенке шкафа, который находился позади нее.

– Ты хоть понимаешь, что натворила? – взревел я, пытаясь напугать Улиссу.

Она поводила взглядом вокруг и обескураживающим тоном спросила:

– А тебе точно нужно становиться военачальником? Ты какой-то не стрессоустойчивый.

Диалога у нас не получится. Я или испепелю ее, или заноза подавит меня своими словесными изысками.

Глава 3

Улисса де Ламар

Ночь была непростой. Сначала я отбивалась от отряда Юэна, члены которого ни в какую не хотели ловить проклятое привидение. Потом это самое приведение устроило нам веселую заварушку, но проиграло, недальновидно решив разозлить медведя. Теперь всегда буду помнить, что с Джейми шутки плохи. А вишенкой на торте стали крики военачальника, которого я, возможно, лишила голоса.

Дар у меня такой. И очень сильный. Мне достаточно напугаться, и я уже наложила заклятие на обидчика. При том что Юэн прекрасно осведомлен о моих способностях, он все равно решил поиграть мускулами.

Практически выбегая из его палатки, спасаясь от гнева молчаливого дракона, я скинула темное плетение, пытаясь освободить жертву от заклинания. Надеюсь, что сработало. Возвращаться и проверять не стала. В конце концов, сам виноват.

Поутру, изрядно разбитая, я сразу же занялась подготовкой артефакта, который бы мог помочь солдатам в захвате и допросе кого-нибудь из ваохцев.

В этой науке я была не сильна, но не выходить же мне самой на передовую? Приказам подчиняться я не умею и буду там только мешаться. Главное – точно прописать формулы, все выверить и подготовить подходящее вместилище для голоса банши. А еще предупредить тех разведчиков, чтобы наложили на себя плетения неслышимости. Вой будет стоять знатный.

– Что ты задумала? – настороженно подошел к моему рабочему месту фамильяр.

– Уверена, ты в курсе, – отмахнулась я от кота, боясь упустить что-либо в своих расчетах.

Сэлем вспрыгнул на стол, посматривая на выписываемые мною знаки.

– Знаешь, Уля. Математика всегда помогала мне понимать, насколько я творческий гуманитарий.

– Не могу не оценить твою самокритику, но сейчас ты меня отвлекаешь.

– Вот так всегда, – закатил глаза мой друг, – стараешься развлечь ведьму беседой, помочь ей, а она отсылает тебя подальше, пытаясь получить одобрение от одного психованного дракона.

– Да-да, – вполуха слушала его.

С окончанием фразы не могу не согласиться, но все потом. Сейчас был ответственный момент. Я как раз запечатывала крики банши в амулет.

– Ты занята? – ворвался ко мне Юэн.

От испуга я выронила артефакт и зажмурилась. Кто же так заходит к темной ведьме? Жизнь ничему не научила? Так и сейчас не научит, мы в одном падении от верной смерти.

Но ожидаемого воя не случилось, поэтому я сначала открыла один глаз, а потом уже второй.

Военачальник заключил амулет в стазис и держал над полом, не двигаясь.

– Ты дурак! – воскликнула я. – Зачем врываться ко мне, зная, над чем я работаю?

Он засопел, собираясь ответить, но решил не тратить эмоций.

– Улисса, что теперь? Ты подумала о защитном пологе хотя бы?

– Да, – изменила свой голос на противно-ехидный. – Который ты сорвал своим появлением. Неужели не заметил?

– Прости, – вдруг повинился Юэн, – я действительно не подумал.

Я аж прослезилась. Джосселин – и извинился. Того и гляди, на границе выйдет рак и во весь голос свистнет в сторону Ваоха.

– Что делать, Улисса? – вернул меня мужчина из моих красочных фантазий.

– Не двигаться и не двигать амулет. Закончу в твоем стазисе. Только…

Я обеспокоенно посмотрела на него.

– Что? – не выдержал молчания дракон.

– Будет тяжело, заклинание мощное, а тебе все удерживать на весу, не давая упасть. Справишься?

– Я же не первокурсник, – расправил он плечи.

– Начинаю, – скомандовала я и опять оплела сеткой магических вихрей амулет, прорываясь сквозь волшебство Юэна.

Через десять минут активной работы мы оба, потные и усталые, смогли, наконец, подхватить опасный артефакт и не бояться, что кто-то неподготовленный его активирует.

На нас очень заинтересованно уставилась хозяйка голоса, сидя в своем временном пристанище, а недалеко от нее лежал и тоже пялился на нас фамильяр.

– Какая слаженная работа у вас получилась, – удивился он.

– И не говори, – хлопнул в ладоши мой новоявленный подмастерье. – Десять минут, а мы даже не поспорили.

– Ага, – мрачно отозвалась я, – и все это под страхом возможной смерти.

– Ты просто пессимистка, – он вдруг тепло улыбнулся.

Батюшка Ведьмак в туфлях на босу ногу, я что, заклинание неправильное наложила? Юэн теперь добрый?

– Что тебе нужно, демон хвостатый? – прищурилась я сразу.

От Джосселина можно ожидать всего.

– Почему ты решила, что мне что-то нужно? – он также сузил глаза в ответ.

– Слишком добрый, – бодро выговорил Сэлем, сразу понимая, отчего я так напрягалась.

Теперь я и дракон в удивительном синхронном жесте воззрились на черного пушистого упитанного кота.

Военачальник повздыхал несколько раз, настраиваясь на разговор. Понимаю, и я так делаю.

Интересно, случится что-то в этой вселенной, чтобы мы не взрывались ехидными замечаниями, едва услышим голос друг друга?

– Нам надо обсудить наши проблемы, – твердо отозвался дракон.

Я фыркнула, точно мой фамильяр.

– Я не обсуждаю проблемы, я их испепеляю, – высказалась зловеще.

А что? Пусть готовится к худшему.

Если бы Юэн мог закатить очи еще выше, то, возможно, его глазные яблоки выпали бы. Но он не мог, а я таки лишилась потрясающих реактивов для зелий.

– Улисса, – подошел он ко мне вплотную, – мы обязательно поговорим, и ты, – ткнул в меня пальцем, – совершенно точно ко мне прислушаешься, – уверенным тоном заявил мужчина.

– Да, конечно, – уже потеряв интерес к нему, я смотрела во все глаза на банши, раздумывая, чтобы такого сотворить, пока она здесь.

Дракон – глава армии не растерялся. Наоборот, решил меня приобщить к местным порядкам.

– Я принес тебе военный устав, – кинул на мой стол внушительный фолиант.

– Это еще зачем? – выгнула я бровь.

– Должна же ты изучить порядки в том месте, где оказалась, – припечатал вдруг воин. – Но и не удивляйся, если эта книга, – бросил на нее заботливый взгляд, – сделает из тебя честную женщину.

– А, – махнула я рукой, – была не была.

Это, конечно, не в моей натуре, да и росла я в ковене – а там выживают только тихие лицемерные властолюбивые девицы. Ну, хочет этот аристократ сделать из меня послушного солдафона, кто же против?

– А, – дернул лапой Сэлем, – готов поспорить, что не сделает.

– Кому я что доказываю? – как-то неуверенно помотал головой Юэн.

Я решила прервать его стенания.

– Иди, глава армии, – уже выгоняла его, – буду читать твою книгу и вдохновляться.

– И дохнуть, – продолжал ехидничать кот.

– Улисса, по возвращении поговорим, – пропустил дракон мимо ушей замечание неугомонного Сэлема. – Не вздумай выпускать банши, – пригрозил он напоследок.

– Выпускать? Ты что? Конечно, нет, – взялась я за сердце. – Обещаю.

Военачальник медленно выходил из палатки, всматриваясь в искренне-фальшивые лица меня и моего фамильяра.

Когда Юэн окончательно покинул нас, Сэлем тут же произнес:

– Ну ведь выпустишь?

– Пф-ф, конечно, посмотри на нее, – указала на белесое привидение, – разве она опасна?

В этот момент проклятая ведьма, почувствовав наше внимание, бросилась к краю клетки и забилась в истерике.

Коты морщиться не могут… кроме этого.

– Ты экспериментируй, главное, вытащи золото и отпусти меня, – заключил хвостатый, наблюдая за движениями банши.

– Не-е, дорогой, – помотала я головой, – есть одно дело.

– Что за дело? – навострились черные ушки.

– Настолько серьезное, что разумнее держаться от него подальше, – напутствовала я.

– Запугиваешь? – усмехнулся Сэлем.

– Пф-ф, Благая Мира, конечно, нет. Пытаюсь втянуть.

– Выкладывай, – сразу же согласился азартный котик.

Я выдохнула, обошла клетку с другой стороны и обрисовала ситуацию.

– Мне капец как надо увидеть, сработает ли мой артефакт, чисто для научных целей.

– Ой, – бросился на спину пушистый фамильяр, всем видом призывая почесать ему живот, – мне-то не гони.

– Ну и из чисто шкурных интересов, – согласилась с его доводами. – Но нас никто на передовую не пустит и верхом не возьмет.

– А как же твой медвежий друг? – не согласился кот.

– Там очень маленький обзор, – отмела его идею, – я уже думала над этим. Нам нужен кто-то, кто поможет наблюдать с воздуха.

– Чего ты хочешь, Уля? – просек мой проницательный друг. – Я почти уверен, что в твоем замысле участвует она, – указал он лапой на клетку.

– Ага, – я довольно кивнула. – Я почти понимаю их язык. И Кина, так назвала себя банши, обещала, что доставит нас без проблем.

– Только сожрет по дороге, – как-то мрачно отозвался фамильяр.

Привидение в клетке заурчало.

– Сэлем, – прикрикнула я, – ты ее обидел, они даже людей не едят.

– Ага! – не поверил хвостатый. – А кого они едят? Зачем тогда глушат людей и утаскивают в глубь леса?

Я прислушивалась к ворчанию привидения. Я легко обучалась темной магии. Проклятийники – они такие. Кто же знал, что за двенадцать часов с проклятой ведьмой я начну разбирать их язык. У этих женщин такие же проблемы, как и у живых – недовольство мужчинами, бешенство из-за непонимания и почему-то в определенные дни, раз в месяц, их пытаются убить.

– Ага, – кивнула я своей соратнице, понимая, что она хочет сказать, и повернулась к коту.

– Или ты идешь со мной, – возвестила я,– или твоя ведьма в одиночестве, на спине темного опасного привидения, отправится на фронт.

– Удачи, – пожелал мне Сэлем, – я буду скорбеть и вспоминать тебя.

Мне надоело это препирательство, учитывая, что дракон уже давно улетел восвояси и ждать он точно не станет.

Я открыла клетку и с криком: «Погнали!» оседлала это проклятое существо.

– Прав был Грегор, – заключил фамильяр, – ты че-ка-ну-та-я.

Отвечать на грубость своего пушистого друга я не стала. Вот еще. Как вернусь героем с этого побоища! Ну либо жертвой и не вернусь, либо драконолорд устроит это же самое побоище, но будет использовать меня в качестве спарринг-партнера.

Обдумывать свои планы в стратегическом масштабе я не умела и не хотела. Зачем нам эти последствия? Моя наставница говорила: «В аду все сковородки одинаковые, давайте жечь и зажигать, а не молча следовать этикету». Я ведьма, и я с ней согласна.

Мы взмыли в небо с огромной скоростью. Кто же знал, что банши – быстрое летательное средство передвижения? Не такое удобное, как дракон, конечно, точнее, максимально неудобное. Эти темные души имеют физическую оболочку и больше похожи на людей по силуэту, чем какие-либо другие чудовища, так что смотрелись мы достаточно комично – словно я забралась на спину длинной крючковатой девице-альбиносу.

Она что-то проворчала подо мной, но я ничего не разобрала. Ветер уносил все звуки куда-то вдаль.

Опять этот зловещий пейзаж, и я наблюдаю, как осуществляется вылазка моих уже хороших знакомых. Грегор, Аарон, Джеймс – с высоты замечаю всех. Вон вдалеке засели два брата эльфа. Вот только нигде не видно Юэна, отчего просыпалось беспокойство. Кому он передал артефакт? А передал ли?

Каким-то образом Кина понимала, чего я от нее хочу. Может, я уже не первый ее наездник? Есть ведь у драконов соревнования на скорость. Я такие же хочу? Буду с сестрами устраивать забеги на проклятых привидениях. А то что это – император, значит, скачки на лошадях устраивает, оборотни в силе и ловкости соревнуются, а ведьмы – только в умении зелья варить. А мы, между прочим, в большинстве своем барышни спортивные.

Подлетев поближе и опустившись достаточно низко, чтобы было можно рассмотреть происходящее во всех деталях, я уставилась на передовые позиции.

Надеюсь, я не привлекаю внимания? Зелий и заклинаний, чтобы сделать себя невидимой, у меня нет. Для этого нужны иллюзионисты, которых днем с огнем не сыскать. Будем скрываться, находясь на самом виду. Так все шпионы делают.

Элитный отряд военачальника прошел сквозь незримую завесу, выставленную темным богом. Я увидела легкое мерцание там, где они пересекли границу. Надо будет позже вернуться сюда и изучить все явления. Я обязательно найду решение, как ее снять, чтобы наше войско могло начать наступление.

Моих друзей тут же окружили слуги Ваоха в темных плащах. Их было больше, и намного. В схватке с обеих сторон погибали и люди, и существа. Я старалась не принимать близко к сердцу происходящее, но когда увидела, что один из темных магов хаоса чуть было не ранил Джеймса, дернулась в сторону медведя. Банши опять поняла меня с полуслова.

Надо в этой связи разобраться. У нас с Сэлемом такого взаимопонимания нет. Обычно я прошу – он в ужасе улепетывает. Я тоже иногда убегаю.

Кина подлетела ближе, и мы с ней оказались на другой стороне границы, но пока не опустились.

Да у кого же амулет? Еще чуть-чуть, и я готова сама броситься в бой, чтобы не дать хоть кому-то погибнуть.

В пылу противостояния ребята не заметили одной опасности, что встревожило меня не на шутку.

В воздух поднялся драконолич. Это испорченная душа, на которую наложено огромное количество темных заклинаний хаоситов, дракон, погибший в своей ипостаси. Он приближался, но ни оборотень, ни маги, ни эльфы его не видели.

Да где ваш военачальник?

Не привыкшая сидеть без дела, я решила сама расправиться с этой нечистью. Как я оставлю ребят без помощи, пусть и непрошеной?

Банши что-то забубнила.

Мадам, для безголосого привидения вы очень много открываете рот. Но, вообще, в ворчании я разобрала что-то про дурные предзнаменования.

Ха! Дурные предзнаменования! Когда они мешали прекрасным ведьмам рушить мир и таскать за хвост ящериц?

Метким магическим плетением я сбила ваохца-дракона с его траектории. Сбить-то сбила, но обозначила свое присутствие.

Драконолич поднялся на темно-синих крыльях и в два взмаха подлетел ко мне. Мощным движением хвоста он попытался столкнуть меня со спины, уже ставшей такой родной голосистой подруги.

Только не по голове. Она у меня и так плохо думает.

В полете я уже распрощалась с жизнью и завещала все имущество кошкам. Но упасть не успела: чья-то когтистая лапа подхватило мое тонкое девичье тело.

Юэн.

Теперь я даже не знаю – стоило ли меня спасать? Он по головке меня не погладит. Скорее, поднимет, спасет, а потом сам же и отнесет к обрыву, чтобы я, как в преданиях, кинулась в пропасть. Все болезные и сумасшедшие в древности так делали.

Но военачальник поступил иначе. Аккуратно поставив меня на землю вдали от отряда, развернулся и улетел прочь, к ребятам. А уже через секунду раздался оглушительно бодрящий звук – голос моей Кины.

А ее где носит, интересно? Без меня она сокровище не вернет. Ей только в опере выступать, ей-богу. Никогда не понимала этого искусства.

Так как я темная ведьма с сильным даром, песни банши мне не опасны, а вот хаоситы ложились, словно костяшки игры домино. Самое главное, они теряли сознание и не успевали умертвить себя, как делали все предыдущие пленные. Будем надеяться, что это надолго и местные менталисты смогут вытянуть из них хоть какую-то информацию.

– В стазис их! – услышала я голос Джеймса.

Обернулась на звук, но продолжала высматривать Кину. Неужели сбежала? Зачем? Я второй раз в этот лес не войду.

Воины вокруг засуетились, складывая темных магов друг на друга. Интересно, будет ли возможность изучить их? Или Юэн меня на цепь посадит?

– А ты что тут делаешь, бесеняшка? – удивился моему присутствию Берриан.

– Мимо проходила, – развела руками, – дай, думаю, загляну.

– Так это ты зря, девам здесь делать нечего.

– То-то вы без них не справляетесь, – скептически уставилась на него.

Над нами очень низко пролетел золотой дракон, так что можно было рассмотреть чешуйки на его животе.

– Низко летит, – всматривалась я вдаль, – к дождю.

– Не, ведьма, – усмехнулся эльф, – скорее, к слезам, – потом, немного подумав, добавил, – к твоим.

Я печально вздохнула. Полагаю, он прав. Но чего не сделаешь ради своего государства? Должен же дракон это понимать?

Элитный отряд военачальника уже собрал все трофеи, погрузил их и выискивал остатки артефактов, вооружения и прочих необходимых на войне вещей.

Где-то вдалеке я услышала предсмертный рык драконолича. Завалил-таки гада. А через несколько тревожных минут я почувствовала, как воздух разрезают крылья несущегося на меня дракона. Он, не перевоплощаясь, зажал меня лапой и унес ввысь.

– Думается мне, она не вернется, – приложив руку к глазам на манер козырька, всматривался в небо Аарон.

– Ты плохо знаешь Улю, – похлопал его по плечу медведь, – вон и банши ее летит за ними, – ткнул он пальцем в небо, показывая, как мертвое существо устремилось за огромным ящером.

– Тогда может не вернуться Юэн, – обеспокоенным тоном высказался Грегор.

В небе я испытала все пять стадий принятия неизбежного: отрицание, гнев, торг, депрессия и, наконец, кровожадное желание воткнуть вилку в шею Джосселину. Но он сбросил меня на землю, не беспокоясь о жесткой посадке, а сам сразу обернулся в человека.

– В который раз! – кричал он на меня. – В который раз ты ставишь меня в положение идиота?!

Я попыталась было открыть рот, когда отряхнулась от пыли и грязи, но он, готовясь к моим едким высказываниям, просто кинул заклятие молчания.

На меня? На темную ведьму?

Так, Улисса. Месть – блюдо, которое подают холодным. Главное, мыслить в этом направлении глобально, с философским подтекстом, в духе «на том свете встретимся».

– Неужели так сложно выказывать хоть каплю уважения? Не рваться туда, куда тебя не просят? Не рисковать бессмысленно своей жизнью?