Внутри меня

Глава 1. Как зарождалась боль…

Что остаётся в воспоминаниях с годами? Черты лица, голос, поступки? Может быть . У людей в памяти близкий человек живёт со своим миром, своими прожитыми вещами. Я помню в основном боль. Мне больно вспоминать, доставать из памяти куски прожитого. Да и доставать иногда не хочется, – ранит. Всё связанное с детством в большинстве своём ранит меня изнутри до сих пор. Комок боли, ран, комплексов – моё детство. Мои родители. Всё моё существо кажется мне же таким ничтожным, низким, жалким, что становится мерзко и ощущение не достойного нормальной жизни человека, меня не покидает даже спустя двадцать с лишним лет. Ненавидя и принебрегая своим наполнением, долгое время пускались на самотёк любые начинания и ситуации, определяющие дальнейшую траекторию зачатков столь тогда ещё юной жизни. И впереди вели за собой пренебрежение , безразличие к происходящему быту, поскольку ничего в нём существенного не имелось и произрости не от куда. Пока рана снова открыта и воспоминания сочатся, делают больно, вырисовывается образ его.

Глава 2. Отец

Отец сам не получал, наверное, то, в чем так нуждается ребенок, того ощущения семьи, которое должны давать родители своей плоти и крови.

Чёрствость с какими-то редкими проблесками шизофренической заботы о душевном состоянии чада, всё это смешивалось и ,не кривя душой, лучше бы в сухом остатке была только чёрствость. Не умеющий явно жалеть и нежничать со своим чадом, человек только усугублял и без того искаженное состояние детских мозгов. Инстинктивно велась забота об основных потребностях. В моем случае: еда, одежда, обучение, лечение и воспитание. Казалось основное родительское назначение выполнялось и чего нужно ненасытному дитя?! Чего не хватало?! Но глубже смотря, эта поверхностная забота выполнялась так примитивно и коряво: была сравнима с незаконченным делом. Делом столько безнадежным и провальным, что его лучше было бросить загибаться, нежели самоубыточно доводить до конца. И всё же, отец доводил.

И теперь, спустя столько лет, глядя на себя, до сих пор перекладываю то заботническое отношение, от которого комплексы пожирают моё существо, не оставляя единого шанса. Уважение к себе перекладывается на лицо и я понимаю, как ничтожны эти слова. Хотя так важно уважать себя: себя, своё лицо, данное тебе природой, свой стиль жизни, просто себя принимать полностью. К лицу особое отношение: вспоминая его, я не могу избавиться от воспоминаний горящей щеки, треска тех пары тройки пощечин, отвешенных мне так старательно и звонко. Детские щеки, принявшие эти пощёчины, забыли бы, но пощёчины нашли меня и в возрасте, когда человек изучает себя, ставит себя же перед собой, пробуждая любовь к себе и уважение, принимая себя. Не было принято. Лицо моё до сих пор осталось в памяти тем, "рылом", чем-то страшным, омерзительным, что нужно поднять выше, вытереть после подаренной еле заметной помады. Тем, что нельзя показывать так часто в зеркале, ибо это "рыло" не столько красиво, дабы занимать примного времени перед стеклом.

Так было упущено восприятие себя. Я потеряла ту нитку, которая связывала части моего тела в самодостаточное, уверенное, хотя бы подобное человеку внешне существо.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.