Продавец фокусов

Глава 5

– Как же так?! – продолжала кипятиться я дома. – Что за странный интерес к фокусам? Им что, делать больше нечего? Скоро все сотрудники правоохранительных органов превратятся в клоунов, мы будем их узнавать на улице по красным носам и рыжим парикам!

– Может быть, в этом и есть некий резон, – увещевала меня баба Вера, подкладывая в тарелку селедку под шубой. – Вон, наперсточники на каждом углу стоят, людей дурят. А ведь это самый настоящий фокус. Его изобрели в Индии в незапамятные времена, и назывался он "игра с кубками". Надувательство тут достигается с помощью так называемых "обманных пассировок", для чего требуется большое мастерство манипулятора. В XVIII веке был известен итальянец Джованни Боско. Он достиг такой виртуозности, что работал не с тремя, а пятью сосудами. До сих пор еще никто не превзошел его мастерства в исполнении этого номера… А кидалы?! Те, которые вместо настоящих денег подсовывают доверчивым простакам нарезанную бумагу. Ведь тоже, ловкие бестии, позаимствовали этот фокус у иллюзионистов… Все газеты кричат, что с преступностью надо бороться активнее. Вдруг сейчас новые способы борьбы осваивают: по принципу – клин клином вышибают.

– В таком случае фокусами должна заниматься милиция. Но я не понимаю, зачем нужны трюки людям из госбезопасности? Не собираются же они защищать интересы государства с помощью иллюзионизма?

– Отчего же – нет? В истории были такие прецеденты. Вот, например, в середине XIX века один из самых популярных иллюзионистов своего времени Бернар-Мариюс Казнев выполнял секретную миссию на Мадагаскаре. В те времена Мадагаскар был островом раздора между Англией и Францией. Франция посылала военные экспедиции. Англия в отместку наводнила страну миссионерами.

Подрывная деятельность миссионеров была настолько сильна, что правительство Наполеона III послало Казнева со специальной дипломатической миссией. Ему было поручено ослабить влияние британского консула на королевскую семью, и сорвать коварный план размещения крупного заема финансовыми воротилами Британии. Казнев с большим успехом выступал перед членами королевской семьи Мадагаскара и дал представления для широкой публики. Британский консул встревожился, что "сверхъестественное могущество" приезжего артиста может высоко поднять престиж Франции, и запросил инструкции у своего правительства. Так вот, в ответе министерства иностранных дел содержался приказ: обучить всех миссионеров на острове иллюзионному искусству. И ведь обучили, как миленьких!.. Это я к тому, что может быть и здесь имеется какой-то государственный интерес.

– Баба Вера, – открыла я рот от удивления. – Только не говори мне, что тебе приходилось выступать на арене цирка с фокусами. Откуда такие познания в области истории иллюзиона?

– Ничего удивительного, – гордо пожала она плечами. – Мой покойный супруг, Петр Силантьевич, как тебе известно, был очень одаренным человеком.

Чем только он не увлекался: и сельским хозяйством, и авиацией, и строительством, и физикой (в зеленом чемодане до сих пор хранятся чертежи его последнего изобретения – вечного двигателя четвертого рода), и оптикой (он придумал очки для слепых)… Ничего смешного в этом нет! – рассердилась баба Вера, заметив мою реакцию. – Существуют же слуховые аппараты для глухих… Однако большинство его изобретений не нашли практического применения в народном хозяйстве. Известное дело, кому нужен нестандартно мыслящий лаборант без высшего образования? Оттого и спился, в конце концов… А ведь какие надежды подавал! Завлабораторией очень хвалил его, и даже некоторые идеи Петра Силантьевича пробил в соавторстве. М-да…

Баба Вера немного помолчала, скорбно поджав губы.

– Так вот, я Пете немного помогала: подыскивала подходящую литературу в нашей библиотеке… Фокусами супруг мой тоже интересовался, но с точки зрения не техники исполнения, а использования оптических, химических, электрических и других достижений науки в эффектах и реквизите. Особенно его увлекали те фокусы, загадка исполнения которых, еще не разгадана. Вот, например, трюк "Индийский канат" упоминается еще в Сутрах веды – древних священных санскритских текстах, то есть его возраст составляет больше тысячи лет! Фокусник подбрасывал вверх круг каната, тот разворачивался, устремляясь в высоту, а потом замирал и оставался стоять вертикально. Мальчик, ассистент фокусника, взбирался по нему вверх и исчезал из виду, вслед за ним взбирался и фокусник. Сверху доносились звуки борьбы. На землю падали окровавленные части тела мальчика. Факир спускался вниз, вытирая окровавленный нож, собирал останки в плетеную корзину, совершал магические пассы и из корзины выскакивал ассистент, живой и невредимый. Вице-король Индии лорд Ленсдаун предложил премию в десять тысяч фунтов стерлингов тому, кто продемонстрирует этот трюк. Премия до сих пор не затребована. Хотя и были попытки разгадать тайну каната. Иллюзионисты разработали на сегодняшний день около тридцати модификаций внутреннего устройства каната. Но все дело в том, что индийские факиры использовали не только канат, или шнур, но и кожаный ремень, в который невозможно что-либо вставить в качестве опорной конструкции… Петр Силантьевич решил эту проблему. В одной из шляпных коробок в кладовке лежит ремень коровьей кожи, который принимает вертикальное положение, становясь похожим на шест, и выдерживает вес двух человек на высоте третьего этажа…

Надо будет его смазать глицерином, чтобы не рассохся…

В прихожей тренькнул звонок, прерывая наш задушевный разговор. Дверной глазок продемонстрировал широко известного в преступных кругах Скелета, который топтался на площадке перед дверью и смущенно надраивал свой перстень об свитер на широкой груди.

– Здравствуй, Витя, – открыла я дверь.

В руках он держал длинный газетный пакет. От хитрого и вероломного братка почему-то несло рыбным духом.

– Я… это, вот… Палычу гостинец принес, – застенчиво дернул он щекой. – Как он себя чувствует?

– Лаврентий Палыч, – позвала я. – К Вам посетитель.

Лаврентий уже трусил по коридору на запах свежатины. Скелет сунул мне в руки тяжелый сверток, присел на корточки и нежно потрепал кота по загривку.

Палыч благодарно ткнулся лбом ему в ладонь и заурчал.

– Может зайдешь, чаю выпьешь? – любезно предложила я.

– Не, дела у меня, – выпрямился он и повел покатыми плечами под кожаной курткой. – Я на минуту заскочил…

Беспринципный садист мило ухмыльнулся одной стороной рта и побежал вниз, громко стуча ботинками по ступенькам.

На кухне я развернула газету, баба Вера ахнула, а Лаврентий победно посмотрел на нас с буфета: Скелет принес свежую севрюгу, метра на полтора длиной.

– Лаврентий Палыч, вряд ли, Вы осилите такую рыбину в один присест.

Предлагаю поделить поровну, – внесла я предложение, но кот коротко мяукнул в знак протеста. – Ну, хорошо, будем делить по-братски.

– Да, повезло некоторым котам, такого щедрого споснора приворожить, – почесала нос баба Вера. – Видно, полюбился ему фикус, как родной.

– Баба Вера, – озарило меня. – А, ведь, братки не фикус покупали, а фокус. За что же они десять тысяч отвалили? Каким образом сработало дерево?.. Я готова поверить, что правоохранительные органы интересуются трюками для решения важных государственных задач. Но зачем бандитам из группировки Куприяна понадобились сундуки, в которых ассистентки фокусников превращаются в тигров, шкафы, из которых пропадают добровольцы из публики, и женщины, замирающие в неестественных позах на спинках стульев? Было бы логичнее, если бы они изучали опыт Гарри Гудини, его феноменальную способность вскрывать сейфы и выбираться из запертых камер в тюрьмах.

– Кто ж их знает, – проворчала тетушка, надевая фартук и вооружаясь тесаком. – Может, Куприян перед смертью решил исправиться, и встать на честный путь фокусника и трюкача… Часть рыбы пожарим, часть на уху пустим, а что останется – на заливное пойдет… Ты мне, лучше, вот что скажи, почему гражданин с рыбой пришел в нашу квартиру, а не к Любаше? Фикус же он из той квартиры выносил.

– Любаша! – ужаснулась я. – Надо ее проведать!

Соседка выглядела, как действующая модель вулкана. Любаша приветственно кивнула мне и встала в позу гордого революционера, скрестив руки на груди и откинув голову назад. Ноздри ее раздувались, а глаза метали молнии.

– Хам! – сказала она с возмущением. – Это надо же, обозвать меня «бабкой»! Открываю дверь, на пороге стоит мужик, здоровый, как сундук.

"Здорово, говорит, бабка, Лаврентий Палыч дома?" Я ему: "Здорово, внучек, он на четвертый этаж переехал". "А Маша?". "И Маша там же". Повернулся и ушел.

Мария, где ты такого хамского знакомого отхватила? Стоит на неделю уехать, и – на тебе! Бабкой называют!

– Любаша, ты на себя в зеркало посмотри, – вступилась я за Витю-Скелета.

– Причем здесь зеркало! Ну, подумаешь, на голове бигуди, на лице маска из проросшей пшеницы, на теле старый халат. Зато фигура стройная и душа молодая. Неужели не видно?! Я – женщина в самом соку!

– Между прочим, – сделала я еще одну попытку. – Это он купил твой фикус и лично вынес из подъезда.

– Неужто сам с ним справился? – изумилась Любаша физической подготовке покупателя. – А что ж так мало за дерево дал? Всего тысячу рублей! Жмот!

Я пожала плечами, скосила глаза к носу и изобразила святую невинность.

Как и следовало ожидать, львиная доля Любашиного коэффициента полезного действия ушла в гудок, как у паровоза. Она успокоилась и перестала искрить.

– Тебе кофе со сливками или с лимоном? – уже человеческим голосом спросила она и, не дожидаясь ответа, ушла на кухню, ставить чайник.

Без вечнозеленого шатра комната выглядела пустовато. Зато света прибавилось. Любаша повесила на окно занавески, и квартира приобрела черты уюта и женской заботы. Мебель равномерно распределилась по всей жилплощади, а место, где стояла кадушка, прикрывал лохматый коврик.

На кухне заверещал свисток чайника. Мы чинно уселись за стол, на котором уже стояли чашки с блюдцами, сахарница, коробка вафельного торта и конфеты в вазочке. Хозяйка добавила к натюрморту глиняную миску грубой лепки и достала сигареты.

– А где твоя красивая пепельница муранского стекла? – поинтересовалась я, брезгливо рассматривая миску.

Сосуд напоминал пиалу, выполненную руками ребенка. С внешней стороны по кромке шел немудреный узор из палочек, закорючек и крючочков. Внутри миску покрывал коричневый налет непонятного происхождения.

– А-а! Разбила! – с сожалением призналась Любаша. – А эту штуку Тенгиз откуда-то притащил в тот день, когда мы улетали в Сочи. Сказал, что подарок судьбы. Я так понимаю, он эту штуковину в беспроигрышной лотерее на улице выиграл.

Она с наслаждением закурила и открыла банку растворимого кофе.

– Любаша, – осторожно начала я. – У тебя есть знакомый циклевщик?

– Нет. А тебе зачем? Ремонт делать? Так, ведь, не сезон. Полами надо летом заниматься, в период естественной вентиляции.

– А кто тебе пол отциклевал, пока ты в Сочи гуляла?

У Любаши дрогнула рука, и вторая ложка растворимого кофе просыпалась мимо моей чашки.

– А, разве, это не ты отскребла пятно из-под кадушки? Я уж хотела поблагодарить тебя.

– Может быть, твоя генеральская родня сподобилась? Или бывшие мужья?

– Ха! – скривилась подруга, и я поняла, что моя идея была абсурдна.

– Ты бы замок сменила, – посоветовала я. – А то ограбят.

– Кстати, – хлопнула она себя по лбу. – Ты читала сегодняшний выпуск "Московского комсомольца"? Вот тут внизу: "Жертва ограбления".

Под рубрикой "Срочно в номер" я прочла коротенькую заметку о том, что возле железнодорожной насыпи узкоколейки, которая проходит рядом с общежитием Пищевого института, был найден труп мужчины кавказской национальности. Сотрудники милиции предполагают ограбление, так как ни документов, ни денег, ни ценных вещей у пострадавшего не обнаружено.

Вызывает глубокую озабоченность то обстоятельство, что это уже не первый случай ограбления со смертельным исходом в данном районе. Аналогичный случай произошел несколько недель назад, когда студентки из общежития обнаружили труп неизвестного мужчины с проломленным черепом. Деньги, документы и часы похищены преступником. Не исключена возможность, что в столице объявился новый серийный убийца… Вот такая веселенькая заметка.

– Неужели Тенгиз? – заломила руки в горестном порыве Любаша. – А может быть, и – нет, – передумала она скорбеть. – С этими мужиками всегда так: непременно надо испортить настроение перед праздниками! Кстати, у тебя какие планы на выходные?

Я поделилась своими скромными планами, а подруга перечеркнула их одним взмахом руки.

– Прозвонился один мой старый знакомый, сто лет не виделись. Приглашает на зимнюю дачу, но с подругой! – заговорщицки подмигнула она мне. – Хватит монашкой дома сидеть. Будем кутить!

Любашины наполеоновские планы всегда вызывали у меня некоторые опасения. Ее азартная натура слишком увлекалась сиюминутными удовольствиями и не думала о последствиях. После разговора с ней необходима некоторая доза философских умозаключений. Дома я потеснила Лаврентия, который растянулся на моем пуховом одеяле меховой горжеткой, и раскрыла потрепанную тетрадь:

"Иоанн Креститель родился раньше Иисуса на шесть месяцев. Теперь рассмотрим историю с Непорочным зачатием Христа.

Как известно, Мария была помолвлена с Иосифом. Однако тот тянул со свадьбой по непонятным причинам, что привело к первой накладке со сроками беременности. Конфуз обнаружился, и Иосиф решил расторгнуть помолвку без огласки. Экспериментаторам пришлось срочно проводить с ним разъяснительную работу под видом явления ангела. Иосиф, к чести его сказать, внял просьбе и взял в жены Марию, "но не познал ее, пока она не родила сына".

Здравый смысл подсказывает, что Иосиф и Мария скрывали от родственников и соседей сроки беременности. Воспользовавшись предлогом переписи населения, проводимой императором Августом, Иосиф увел Марию в Вифлеем. По условиям переписи, каждый человек должен был явиться в свой город. Здесь и родился Иисус. Бежав от позора, Иосиф опять невольно спутал все карты Наблюдателям, которым пришлось посылать на розыски Младенца группу товарищей под видом волхвов с востока. Об их бестактных расспросах: "Где новорожденный Царь Иудейский?", конечно же, донесли Ироду Великому.

Своим неосторожным поведением волхвы встревожили суеверного царя Иудеи и спровоцировали того на жестокую расправу в Вифлееме: все мальчики в возрасте до двух лет были по его приказанию вырезаны. Вовремя спохватившись, Экспериментаторы успели предупредить Иосифа о готовившейся резне, и он ушел в Египет.

После кончины Ирода Великого, Иосиф с семьей вернулся в Иудею и поселился в маленькой деревне под названием Назарет. О детстве, отрочестве и юности Иисуса практически ничего не известно".

Глава 6

Подготовка к всенародному празднованию пятидесятитрехлетия декана и Дня примирения началась с самого утра. В аудитории рядом с деканатом переставили столы и стулья, спрятали в шкафы наглядные пособия и тематические плакаты, украсили комнату гирляндами и красочно выполненными лозунгами: «Многие лета!», «Сомкнем ряды заздравных чаш!», «Большую жизнь до дна испить!», «Твои года – твое богатство». Основной преподавательский состав весело шушукался, резал салаты и раскладывал по тарелкам салями. Нарядные женщины сновали по коридору и без конца бегали на площадку к чердаку, выкурить сигаретку и хлебнуть коньячка из фляжки.

Среди студенток также царило предпраздничное настроение. Хлебопеки с третьего курса развеселились не на шутку во время лабораторной работы по теме "Сдоба, рецептура и технологический процесс". На стадии формовки хлебных изделий девочки принялись бросаться кусками теста и угодили в бюст ректора, который стоял на почетном месте рядом с доской. Бюст упал, раскололся на мелкие кусочки, и наделал при этом столько шума, что прибежала завкафедрой и сделала мне антипедагогический разнос в присутствии учащихся.

Студентки выразили в мой адрес моральную поддержку после ухода завкафедрой, и попытались склеить бюст с помощью теста. Отдельные части лица ректора затерялись под лабораторными столами в вековой пыли, поэтому новый лик нашегокормчего выглядел, мягко говоря, как произведение скульптора-абстракциониста.

Во время обеденного перерыва я съездила на кондитерскую фабрику «Большевик», где проходят преддипломную практику наши студенты, и по знакомству купила торт небывалых размеров. Только покинув фабрику, я поняла, что совершила величайшую ошибку своей жизни: с коробкой, диаметр которой соответствовал параметрам троллейбусного колеса, в городском транспорте делать нечего. Более того, высота коробки не позволяла видеть дорогу впереди, то есть и пешком до института мне не добраться без потерь.

Оставалась одна надежда на сердобольного частника, но не простого, а с пикапом, так как в другую машину кондитерское изделие таких габаритов просто не поместилось бы. А тут еще и мелкий дождь превратился в первый снег.

Новорожденные снежинки плавно опускались с небес и таяли, соприкасаясь с асфальтом. Под ногами медленно, но верно образовывалась слякотная каша.

Итальянские сапоги, рассчитанные на итальянскую же осень, не спасали мои бедные ноги от промозглого холода. Демисезонное пальтишко на рыбьем меху лишь создавало видимость тепло одетого силуэта. Я пожалела, что не родилась мартышкой: хвост в такой ситуации не помешал бы для удержания зонтика.

Мир не без добрых людей – убедилась я буквально через двадцать минут, продрогнув до костей и прокляв торт, декана и кондитерскую фабрику. Какая-то машина затормозила у моих ног. Мне уже было все равно: я готова была втиснуть торт и в "Запорожец".

– Маша, у Вас опять трудности? – усмехнулся кто-то знакомым голосом, принимая из моих рук коробку.

Я вздохнула с облегчением… И забыла закрыть рот. Нет, только не это!.. Илья, разведенный убийца собственной персоной, уже укладывал именинный десерт в багажник «Вольво» – пикапа.

– Нет, нет, не стоит беспокоиться, – бросилась я вынимать торт. – Мне совершенно в другую сторону.

Дальше последовала небольшая перепалка. Торт переходил из рук в руки вымпелом соцсоревнования и чуть не выпал на дорогу.

– Маша, Вы ставите меня в неловкую ситуацию, – взмолился подозреваемый в убийстве. – Вы что, не доверяете мне торт? Я столько не съем, честное слово!

Тут я поняла, что веду себя совершенно не правильно. С преступниками рекомендуют не спорить, не выводить из себя, а постараться отвлечь их внимание и обратиться за помощью к ближайшему представителю органов правопорядка. Как назло, представители органов правопорядка куда-то подевались.

– Ну, хорошо, – улыбнулась я самой обворожительной улыбкой, на какую была способна, стараясь при этом не сильно клацать зубами от холода. – Довезите меня, пожалуйста, до института, если Вы не очень торопитесь.

Я уселась на переднее сидение и защебетала на кондитерские темы, изо всех сил отвлекая Илью, и настороженно наблюдая за его руками: не выхватит ли он на полном скаку гаечный ключ, монтировку или кухонный молоток. Когда кондитерские темы иссякли, я переключилась на погоду и неожиданно для себя брякнула:

– На улице такой холод, а Вы, Илья, без шарфа. Так и простудиться не долго.

Матерый преступник остановил машину на светофоре и хмыкнул.

– Ваш дом, Маша, это какой-то заколдованный замок. Со мной произошел странный случай, когда я возвращался от Вас. За то время, пока мы ели блины, кто-то выкрутил лампочку на площадке этажом ниже. Темень стояла непроглядная. Я обо что-то споткнулся и, чтобы не потерять равновесие, вытянул руку. Под рукой оказалась дверь, которая была не заперта, и я, довольно неуклюже, ввалился в чужую квартиру. Тут на меня набросился людоед и с грузинским акцентом зарычал: "Я тэбя сейчас рэзать буду! Я из тэбя сейчас котлету сдэлаю!". Стыдно сказать, но я перепугался, вырвался из рук людоеда и со всех ног бросился бежать. Шарф остался в той квартире. Кто этот странный сосед? Неужели он на общественных началах сторожит квартиру красивой девушки, набрасывается на ее гостей и поедает их на ужин?.. Так вот почему Ваша бабушка усердно потчевала меня блинами: для повышения калорийности!

– Э-э… Мы уже приехали. Остановите где-нибудь здесь, – увильнула я от ответа, не слишком доверяя рассказу разведенного Ильи.

Галантный убийца помог мне донести торт до холодильника в лабораторном кабинете, где уже сидели студентки-преддипломницы с кафедры "Процессы и производства". Они обступили Илью плотным кольцом и набросились на него с кокетливыми шутками и коварными вопросами: не является ли он нашим новым преподавателем, и хорошо ли разбирается в сортах пшеницы, и какой замес порекомендует для подового хлеба. Я почувствовала небывалое чувство морального удовлетворения, увидев его умоляющие глаза. Знай, Тенгиз, ты отомщен! Еще немного позлорадствовав для усиления эффекта, я утихомирила студенток, и выпроводила Илью из аудитории.

Думаю, он теперь будет меня избегать, так как не каждый мужчина способен хладнокровно выдержать натиск женского батальона скучающих пятикурсниц. На прощание Илья поинтересовался моими планами на праздничные дни, должно быть, просто из вежливости или в надежде воспользоваться благовидным предлогом и еще раз побывать на месте кровавого происшествия, как это принято у преступников по доброй традиции. Разгадав коварство разведенного убийцы, я заверила его, что буду очень-очень занята, и посоветовала держаться подальше от мест обитания людоедов.

Чествование дня рождения декана началось часов в пять, когда радостные студентки покинули родной институт, и оставили преподавателей в неформальной обстановке. Поздравляющих было много. На огонек заглянул преподавательский состав от всех кафедр. Почтил нас своим вниманием и ректор, как всегда, появившись в самый неподходящий момент, когда именинник пил на брудершафт с молоденькой лаборанткой с кафедры "Холодильные установки" и целовался с ней же в засос. Раскрасневшийся декан, с алой помадой на губах и растрепанными прядками волос, прикрывавшими в рабочем положении обширную лысину, скромно принимал поздравления и жал руку нашего кормчего. Преподавательницы с "Начертательной геометрии" подарили имениннику огромный каравай, искусно выполненный из ватманских листов дипломных чертежей. От имени нашей кафедры здравицы произносила завлабораторией Людмила Анатольевна. Она же и преподнесла наш скромный презент: импортный телефонный аппарат в виде нарезного батона.

Часам к девяти вечеринка была в самом разгаре. Ректор больше не смущал нас своим присутствием. Именинник целовался со всеми без разбора. На праздничном столе царил хаос из тарелок, рюмок, бутылок и окурков.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.