Встреча в Зазеркалье

Тушь безобразно расплылась вокруг глаза. Я долго пыталась аккуратно стереть ее, но получалось только хуже, поэтому я бросила бесполезное занятие и просто умылась. Глаз стал красным, веки припухли, но ждать, пока лицо отдохнет, было некогда, и я снова взялась за кисточку.

В итоге идея незаметного макияжа потерпела полный провал. Косметика в глаза, конечно, не бросалась, но все равно было заметно – с моим лицом что-то не так. Однако делать нечего, я уже и так потеряла на макияже дубль два кучу времени. Теперь опоздаю, и новый знакомый меня не дождется! Куда и почему он должен деться с дискотеки, я не знала, но ужасно нервничала. Еще актовый зал на третьем этаже искать, не заблудиться бы…

Я переоценила степень своего топографического кретинизма – актовый зал нашелся сразу. Собственно, достаточно было идти на грохот музыки, какой-то жуткой попсы. Но все равно, заслышав ее, я с трудом удержалась, чтобы не прибавить шаг – не хватало еще носиться тут по коридорам, как третьеклассница! По пути мне, кстати, почти никто не встретился, значит, точно опоздала. Теперь и не найду паренька из столовки, в толпе и суете…

Перед входом в зал я притормозила. Ну вот, опять не могу просто взять и войти! Только мысль о том, что, стоя у входа и не решаясь зайти внутрь, я выгляжу намного глупее, заставила меня толкнуть дверь. Внутри было темно, лишь мелькали огни цветомузыки, и в первый момент я ничего не увидела. Зато во второй распахнула глаза пошире – убедиться, что они меня не обманывают: зал оказался пуст! Ну ни единого человечка там не наблюдалось.

Как же я забыла, что у всего прогрессивного человечества не принято приходить на дискотеки вовремя – и в школе, и в летнем лагере народ начинал подтягиваться где-то через час-полтора после начала! Я уже собралась уйти, чтобы вернуться попозже, но заметила, как кто-то машет мне из угла, где стоял столик с аппаратурой. Подойдя, я увидела кудрявую румяную тетеньку в джинсах и ярко-красном свитере.

– Привет! – весело поздоровалась она. – Ты новенькая?

Я кивнула:

– Сегодня приехала.

– Я Светлана, – отрекомендовалась она. – Массовик-затейник местный. То есть по документам моя должность как-то заумно называется, «организатор культмассовых мероприятий», кажется, но мне так привычнее, да и понятнее всем. А тебя как зовут?

– Алиса, – ошарашенно ответила я.

Не часто доводилось встречать, чтобы взрослые так себя вели и запросто с младшими по званию общались!

– Ты не уходи, – тем временем продолжала она. – Сейчас народ подтянется. А пока поболтаем. Познакомилась уже с кем-нибудь?

– С соседями по столу, – на автомате ответила я. Все же общаться в такой манере со взрослыми, притом незнакомыми, людьми я не привыкла. – Мишей и Славиком.

– А, знаю, – весело кивнула Светлана. – Хорошие ребята. И все?

– И еще с одним мальчиком, – выдавила я. – Тоже за нашим столом сидит.

Вряд ли тетя по столь туманному объяснению поймет, о ком речь, но не признаваться же теперь, что я забыла, как искомого мальчика зовут!

– А, Витя, – тем не менее догадалась она, и я облегченно вздохнула.

Он представился «Виктор», как я могла забыть! Ну вот, хотя бы одной проблемой меньше.

– Кто-нибудь понравился? – тем временем деловито задала следующий вопрос культмассовичка. – Я имею в виду, из мальчиков?

Я поперхнулась и замешкалась с ответом, но она ждала, с любопытством глядя на меня, даже музыку убавила, чтобы не мешала увлекательной беседе.

– Да никто не понравился, – пробубнила я. – И вообще у меня парень есть.

– Ну и где твой парень? – весело поинтересовалась она.

– Как где? – удивилась я. – Дома у себя.

– Если бы ты к нему серьезно относилась, то тебя бы сейчас здесь не было! – легкомысленно отозвалась Светлана. – С ним бы Новый год встречала!

– А меня никто не спрашивал! – возмутилась я. – Родители путевку купили и отправили…

Она только рукой махнула:

– Да ладно! Не захотела – не поехала бы.

Слушая ее, я с ужасом осознавала: так оно и есть! Но долго размышлять на эту грустную тему мне не дали – хлопнула дверь, и в зал начал заходить народ.

– Ну вот, что я говорила, – обрадовалась массовичка и прибавила музыку.

Народ зашел знакомый – соседи по столу в компании каких-то девчонок. Они кивнули мне и Светлане, но подходить не стали, сразу приступили к тому, за чем пришли, – танцам.

Потом народ начал стекаться непрерывной волной, словно где-то прозвенел звонок на дискотеку. А я по-прежнему стояла возле Светы – называть ее полным именем не хотелось, не говоря уже об отчестве. Танцевать я любила и самонадеянно полагала, что у меня хорошо получается, но сейчас почему-то не могла сдвинуться с места. И даже не потому, что никого не знала – в летнем лагере поначалу было то же самое, но это не мешало мне посещать дискотеки и вполне комфортно там себя чувствовать. А здесь… я сама не понимала, что творится! Я жду этого замухрышку с дурацким – у меня ни одного знакомого с таким нет – именем Витя? Ну и зачем, спрашивается? Он придет, а я у стеночки стою, его дожидаюсь. Как трогательно! Да, но он же меня пригласил. Он – пригласил? С чего я взяла? Просто из вежливости рассказал, какие здесь бывают увеселения…

Ну хватит. Я решила подойти к Мише со Славиком и их подружкам – какие-никакие, а знакомые – но быстрая песня, как назло, кончилась, и все остановились, ожидая, что заиграет дальше. По закону подлости Света включила первый за весь вечер медляк, и я столбом застыла посреди публики, стремительно формирующейся в пары. И за что мне так не везет? Проклиная все на свете, я стала пробираться к выходу, с неожиданной теплотой и нежностью вспоминая своего Сережку. С ним я никогда не простаивала в одиночестве во время медленных танцев! Сейчас приду в комнату и напишу ему эсэмэску…

– Далеко собралась? – нарушил мои добропорядочные планы знакомый ехидный голос. – Пошли танцевать!

Я хотела высказать Витьке все, что думаю о его манерах, но вместо этого послушно пошла танцевать. С языка рвался вопрос: «Ты всегда опаздываешь?» – но я не задала и его. Что со мной творится сегодня? Неужели перемена мест так подействовала?

От своих депрессивных размышлений я очнулась из-за оклика:

– Не веди.

– Что? – растерялась я.

– Ты разве не знаешь, что вести в танцах должен партнер? – невозмутимо осведомился Витька.

С ума сойти – партнер. Можно подумать, мы на балу!

– Знаю, конечно, – небрежно дернула плечом я. – Но партнеры, – я ехидно выделила это слово, – обычно двигаются мимо музыки и наступают на ноги. Приходится их направлять, чтобы хоть подобие танца наблюдалось.

Что правда, то правда – Серега танцевал именно так, вот и пришлось научиться исподволь им руководить.

– Я двигаюсь мимо музыки? – поинтересовался Витька.

– Ты – нет, – вынуждена была ответить я.

А еще через несколько секунд признала:

– Ты вообще здорово танцуешь. Занимался?

– Угу, бальными танцами, – отозвался он.

– Ничего себе! – от неожиданности я чуть не остановилась. – Что, правда? Настоящими?

– А ты знаешь ненастоящие?

Обычно я в карман за словом не лезу, но сейчас не нашлась, что ответить. Этот невзрачный на вид парень удивлял меня все больше и больше. Цирк, бальные танцы – что дальше?

Медленная песня тем временем кончилась, началась быстрая. В процессе танца мы сместились и оказались рядом с компанией Миши и Славика, в которую и влились. Я украдкой наблюдала за Витькой. Двигался он обычно, как все парни, но я ни с того ни с сего начала смущаться – а вдруг он меня тоже потихоньку оценивает? Вполне может статься, что я свои танцевальные таланты переоценила, особенно в глазах знатока, специалиста по бальным танцам…

– Алис, как дела? – неожиданно наклонился и проорал мне в ухо Миша.

– Нормально, а что? – удивилась я.

– Да у тебя лицо такое напряженное, – не сбавляя тона, пояснил он. – Я и подумал – может, проблемы какие.

Я нервно оглянулась: не слышит ли кто-нибудь наш увлекательный диалог? Поняв, что на этот счет можно не волноваться – я сама едва разбирала его слова, – я кивнула Мишке, мол, все в порядке. И, постаравшись попрочнее приклеить улыбку на лицо, задумалась: почему у меня вечно все на физиономии написано? Мне кажется, я танцую и веселюсь, а люди считают, что у меня проблемы… И Миша тоже хорош – вместо того чтобы самому танцевать и веселиться, он мое лицо разглядывает и с простотой, которая хуже воровства, сообщает о результатах своих наблюдений. Надеюсь, ему хватит ума не делиться подобными соображениями, например, в столовой! Опять простодушно заявит, что думает о выражении моего лица, а Витька услышит и решит…

Ну вот, опять меня куда-то занесло. Вечно я напридумываю за других, всем, включая себя, роли и реплики раздам и чуть ли не целый сценарий распишу. Хорошо, что ничего из этого обычно не сбывается… Я тряхнула головой, отгоняя дурацкие мысли, и бросила взгляд в Витькину сторону. Надеюсь, он-то мое лицо не изучает?

Витька оживленно переговаривался с девчонкой из Мишки-Славиковой компании, танцевавшей рядом с ним. Я сразу пожалела и о том, что из-за грохочущей музыки ничего не слышно, и что моей личностью интересуется только странноватый Мишка…

Я ждала следующего медленного танца, но так и не дождалась. Видимо, Света решила, что и без того слишком побаловала публику. А вскоре дискотека вообще кончилась – с отбоем, в отличие от тихого часа, здесь было строго, как в летнем лагере. В десять хождения по зданию прекращались, а переход между корпусами запирался. Так что Витьке надо успеть к себе до десяти, не то его карета превратится в тыкву.

Все это он поведал мне по дороге из актового зала. Мы остановились в переходе. Я задумчиво покачала огромного белого ферзя, сосредоточенно изучая кем-то оставленную на гигантских шахматах комбинацию и боясь признаться себе, что не хочу расставаться с Витькой. Несмотря на все его подколки и дурацкие шуточки.

– Тут по утрам зарядка, – тем временем сообщил он. – На втором этаже спортзал. Давай, подходи к восьми.

«А ты снова придешь на час позже?» – чуть не сорвалось с языка. Но я опять неизвестно почему промолчала.