Ведьма: Рожденная заново. Книга 2
- -
- 100%
- +
Внезапно воздух вокруг начал сгущаться, на трех из семи тронов появились полупрозрачные фигуры. Александр почувствовал укол знака на руке. Он не мог поверить своим глазам: боги сидели перед ним, однако их состояние вызывало у волхва панику и жалость одновременно. Лишь тени самих себя, они склонили головы словно во сне. Александр с трудом различал их: Стрибог, Перун и Семаргл. Еще одна призрачная фигура появилась сзади, собака подошла к ней и уткнулась носом в маленькую ладонь.
– Ты пришел, волхв, – произнесла она и Александр узнал давно забытый голос.
– Мокошь, – выдохнул он и глубоко поклонился.
– Зачем эти поклоны и церемонии? – прогремел глава пантеона, слегка касаясь густой бороды.
Александр не мог поверить: некогда гордые, свободные и ведущие за собой людей, славянские боги представляли собой лишь унылые привидения. Волхв взглянул в глаза Стрибога и снова ощутил мороз на коже. Где же Сварог, Хорс, Дажьбог и Чернобог? Неужели они все мертвы? От этого осознания у Алекса свело живот.
– Зачем вы позвали меня? – спросил он, – чтобы показать, как низко пали?
Волхв не мог больше держать себя в руках. Эти существа, сломленные и покинутые, вызывали в нем жалость и презрение, как и Совет волхвов, продолжавший верить в то, что по сути уже являлось ничем.
– Ты зол, – сказал Стрибог, шелестя порывами ветерка вокруг массивной ладони, – именно поэтому мы отдали последние силы, чтобы привести тебя сюда.
– Зачем? – громче повторил свой вопрос Александр.
Волхв чувствовал, как ломается стержень внутри него. Этим стержнем была вера, что где-то в лучшем мире их боги ждут момента, чтобы вернуться и спасти свой народ. Где-то в самой глубине он надеялся, что и Катя где-то здесь. Рухнув на колени, он уперся ладонями в покрытый черной грязью пол, а в горле застрял крик отчаяния.
– Ты нам нужен, – прогремел Перун, – только ты слышишь наш зов.
– Что я могу сделать? – обреченно произнес Алекс, смахивая едва проявившуюся слезинку, – ведь все кончено.
– Ничего не кончено, пока бьется твое сердце, – резко произнес Стрибог и ветерок в его руке стал расширяться, превращаясь в маленький ураган, – ты – мой сын и в тебе есть сила.
– Навь стала шириться, – прошелестела Мокошь, поглаживая уютно расположившуюся у ее ног собаку, – и поглощать Правь. А потом доберется и до вашего мира.
– Но почему? Мара ведь…
– Мара больше не может сдерживать тени, – подал голос Семаргл, – ее силы на исходе, а Чернобог исчез.
Что? Чернобог пропал?
– После того, как он в гневе покинул нас, – сказал Перун устало, – он исчез в мире мертвых. Но Навь требует постоянного контроля и без хозяина она стала поглощать саму себя, а затем принялась за другие миры. Вечно голодная всепожирающая пасть.
– Чернобог исчез, а голодные тени почувствовали вседозволенность, – сказал Стрибог, – после того, как мы запечатали вас, внутри Пантеона началась грызня. Сварог так и не смог простить нашим детям убийства своей ведьмы. Он и Хорс отправились в Явь, чтобы остановить крещение, но потерпели неудачу. Оставшихся волхвов либо казнили, либо они сами себя порешили. Удалось спасти только вас восьмерых.
– Мы пожертвовали своими телами, чтобы сдержать мир мертвых, но силы на исходе. Пришлось закрыть врата нашего мира и сосредоточиться только на его защите. – сказала Мокошь, – поэтому мы все еще живы. Но нужно найти нашего младшего брата, где бы он ни был.
– Где Сварог и Хорс? – Александр не мог поверить своим ушам.
– Где-то здесь, в Прави. Теперь мы отрезаны от мира живых и больше не можем черпать оттуда силы, да и взять-то больше нечего. Наши братья даже несмотря на давнюю ссору отдают все силы на защиту терема Рода.
– Чернобог мертв? – спросил волхв, но его начинали терзать неприятные догадки.
Перун усмехнулся.
– Нет, он жив. Но мы не знаем, где искать, так как заперты тут. Нам нужны глаза в Яви, чтобы вернуть его и остановить Хаос.
– Вы думаете, это он виноват в…
– Нет! – громко произнес бог грома, – Чернобог молод и своенравен, но он предан нашему отцу и Пантеону, как никто другой. Разногласия и ссоры между нами всегда были вызваны лишь разницей методов, но мы оба хотели лишь одного – защитить своих детей.
– Что я могу сделать? – спросил Александр.
Мокошь подошла к нему, касаясь лица теплой рукой. Раны от стычки с Ратибором стали стремительно зарастать, а внутри разлилось тепло, словно его касалась родная мать. Сердце Александра защемило. Почему же все сложилось так неудачно? Тем временем Стрибог тоже подошел к белому волхву и коснулся знака на запястье.
– Ты силен, мой сын, – сказал он ровным, почти прозрачным голосом, – но сломлен. Тебя гложет страшное горе, чувство вины.
Александр молчал. Богиня продолжала мягко касаться его лица.
– Мы знаем о твоей потере. Велес передал нам весточку, – она коснулась взглядом грызущего лапу Грома, – к сожалению, мы не могли помочь…
– Скажите хотя бы, чей на ней знак, – еле слышно прошептал Александр.
– Мы не знаем, – сказал Стрибог, и в голосе бога прозвучала едва уловимая досада, – сейчас мы не можем ничем помочь. Смерть ведьмы – это лишь роковая случайность.
– Поэтому не было знака, – прогремел Перун, – мы отрезаны от Яви и даже не знали о рождении особенного ребенка и не могли защитить ее. Но мы все еще можем вернуть часть своей силы, если ты нам поможешь.
Стрибог выдохнул, и полупрозрачная энергия вошла в знак на запястье Александра. Руку неприятно защипало, и волхв сморщился.
– Это вся оставшаяся сила, – сказал бог, – все, что у меня есть сейчас. Помни, что ветер может не только ласкать кожу в знойный день, но и резать плоть твоего врага не хуже меча или кинжала. Найди Чернобога, верни его в Пантеон и тогда мы сможем сохранить баланс Трех Миров.
Последняя фраза звучала жестко, Стрибог не принимал отказа. Александр поклонился.
– Хорошо.
– Есть еще кое-что, – сказала Мокошь, – волхвы ослабли, потеряли веру. Увы, но возлюбленный Ратибор не справился с возложенной ответственностью. Ты должен возглавить Совет. Ты сияешь ярче всех, Александр.
– Я не лидер, – сказал Алекс, – я не смогу удержать и тем более вселить в них веру.
– Загляни внутрь себя, – шелестела богиня, – и ты откроешь множество спрятанных талантов.
Ее голос, как и все вокруг стал резко удаляться, превращаясь на глазах из реального мира в акварельный рисунок. Затем последовала яркая вспышка. Нет, у него еще столько вопросов! Александр открыл глаза, лежа рядом со своей машиной. Он чувствовал, как влажный теплый язык касается его щеки. Гром? Пес приветливо вилял хвостом. Что же ему теперь делать? Волхв встал, отряхнулся и взглянул на руку. Знак Стрибога стал ярче, сильнее врезался в кожу и сильно болел. Мужчина с трудом сгибал и разгибал пальцы. Катя… он затушил нахлынувшую ярость. К скорби он вернется позже, а сейчас у белого волхва появилось важное дело.
Глава 3
– Алекс, это же самоубийство! – Аня мерила небольшими шагами кухню избы старого шамана, – думаешь, он станет помогать?
– Каин Вуд, конечно, заноза, какую поискать, – сказал белый волхв, – но, думаю, смогу с ним договориться.
– Не слишком ли ты самоуверен, друг? – спросил Чуку, помешивая уже остывший чай.
Все трое помолчали, каждый думал о своем. Александр гнал скорбь и мысли об умершей ведьме, а вот шаман не скрывал грусти. Его печальные глаза рассеянно наблюдали за серебряной ложкой, которая уютно покоилась в руке. Аня же обдумывала свои аргументы против идеи Алекса.
– Он убьет тебя, если ты просто так заявишься. Он волхвов ненавидит, – наконец выпалила она, – ты уверен, что справишься, если что?
– Он потерял свои способности, – сказал Александр, – если придется говорить с позиции силы, я это сделаю. На кону судьба Трех Миров. Каким бы плохим человеком Вуд ни был, вряд ли он откажется спасти собственное благополучие.
– Весьма шаткая позиция, – уверенно сказала девушка, – может, сами поищем Чернобога?
– Ты его по кустам собралась искать, егоза? – спросил Чуку, – Александр, я не одобряю твое решение, но если нет иного выхода, то ладно.
– Увы, – сказал Алекс, – сейчас только Каин Вуд способен нам помочь.
Все это время Гром безмятежно грыз лапу. Когда Александр вернулся к шаману прошлым вечером, пес был рядом и не покидал избы до утра. Белому волхву потребовалась вся ночь, чтобы обдумать услышанное от богов и решить, что делать дальше. На Совет он больше не мог рассчитывать, поэтому все, что оставалось, это выбирать из двух зол. В этой ситуации меньшим злом являлся Каин Вуд.
Александр встал из-за стола и направился к выходу. Оглянувшись, он посмотрел на спальню, где все еще лежала небольшая часть вещей Кати. Волхв не заметил, как сзади подошел шаман и положил теплую руку на его плечо.
– Не слишком ли ты быстро взялся за столь важное дело? – тихо спросил Чуку, – не дал себе время свыкнуться с потерей.
– Какой смысл в скорби? – спросил Алекс, – этим я ее не верну. А если найду Чернобога, может хотя бы ее душа сможет обрести покой. Она же была ведьмой.
– Об этом я и говорю. Каждый должен примириться, у кого-то уходит месяц, а у кого-то – год. Ты сейчас неадекватен, Александр. Я вижу в твоих глазах печаль, а еще ярче – вину.
– Ты решил прочитать мне мораль? – горько улыбнулся белый волхв, прислоняясь спиной к теплому дереву стены, – не надо, я уже вырос из этого.
– Тогда почему ты второй день избегаешь этой комнаты? – Чуку подошел и тихо отворил дверь.
Солнечные лучи из открытой спальни проникли в сумрак коридора, оставляя на полу яркий след. Сердце волхва сжалось, он был готов выть от горя.
– Ты запретил себе думать о ней, – продолжал шаман, – но твоей вины тут нет. Она сама решила поехать туда, ты не мог знать о готовящемся нападении.
– Нужно было просто запереть ее в доме, – Алекс сильно сжал кулак, впиваясь ногтями в кожу и со всей силы ударил по стене.
– Это методы изгнанника, не твои, – Чуку говорил спокойным, но печальным тоном, – ты дал ей выбор, а она просто не могла поступить иначе, ведь погибли ее близкие друзья.
Еще пара слов и белый волхв не смог бы больше сдерживать себя. Разъяренный, словно раненый бык, он выскочил на улицу под ледяное дыхание ветра. Лишь оно могло ненадолго унять ноющую боль внутри. Дойдя до машины, он даже не обернулся. Чуку должен был понять, а не сыпать соль на свежую рану. Он пока просто не мог думать о Кате, это было слишком больно. Через час с лишним его белый внедорожник припарковался напротив ветхой многоэтажки. Александр постарался поставить приметный автомобиль как можно дальше от нужного подъезда. К его счастью, на улице поднялся сильный ветер, пошел моросящий дождь и людей практически не было. Какова вероятность, что она сейчас дома?
Быстро поднявшись на нужный этаж, мужчина нажал на звонок. Спустя короткое время дверь приоткрылась и в проеме показались родные синие глаза.
– Брат? – удивленно спросила Ева и скривилась, – зачем ты явился сюда?
Александр молчал, его голова шумела, словно после знатной попойки. Девушка открыла дверь и впустила его. Прямо в обуви волхв прошел в единственную жилую комнату. Судя по небрежно застеленному матрасу и выключенному компьютеру, девушка только что встала. Алекс сел на импровизированное спальное место.
– Ты очень плохо выглядишь, – сдержанно сказала она, – сделать тебе кофе?
Несмотря на то, что близнецы были по разные стороны, их все равно постоянно тянуло друг другу. Александр не мог провести и дня без мыслей о сестре, а Ева всячески пыталась подавить светлые воспоминания и тоску по своему брату. Пока он собирался с мыслями, девушка сварила крепкий кофе и разлила по кружкам.
– Когда-то только мой кофе мог привести тебя в норму, – сказала она и вручила горячий напиток брату.
Случайно коснувшись его руки, Ева, словно ошпаренная, одернула ее и сжала в кулак. Ей тяжело давалось каждое слово, ведь в последнюю встречу они снова поругались, вернее, еще четче обозначили различия своих позиций.
– Мне нужна твоя помощь, – сказал Александр.
– А я уж подумала, что соскучился, – ехидно сказала девушка, присаживаясь на достаточном расстоянии от брата.
Александр заметил это и усмехнулся:
– Я не ругаться приехал, Яра.
Ева закусила губу. Он всегда называл ее настоящим именем и это разрывало сердце в клочья. Родной брат и одновременно почти враг – как такое вообще возможно? Они ведь с детства были не разлей вода.
– Чего ты хочешь? – сухо спросила она.
– Организуй мне встречу с Каином Вудом.
Брови Евы поползли вверх от неожиданности. Александр и Каин Вуд в одном помещении? Ей казалось, что более взрывоопасную смесь сложно было представить.
– Зачем?
– Это личное, – отозвался Алекс.
Кофе и правда помогал, головная боль проходила, и волхв наконец-то смог собрать мысли в более-менее устойчивую конструкцию
– Это из-за ведьмы? – спросила Ева, и яростный огонек заиграл в больших синих глазах девушки, – она была в том храме?
– Так ты уже в курсе?
Конечно, ведь информационное пространство – это ее жизнь. Она узнала о взрыве спустя десять минут после того, как он произошел. Но девушка не знала, что ведьма была там, ведь в списках погибших она ее не видела, да и не искала, честно говоря. Ева не была удивлена, что брат отпустил ведьму на похороны, ведь он просто не мог поступить иначе. Она решила, что все вопросы лучше оставить при себе.
– Вся страна в курсе, – уклончиво ответила сестра волхва, – но я не думаю, что Каин согласится на встречу.
Внезапно ее смартфон завибрировал. Мимолетом взглянув на экран, Ева быстро взяла трубку.
– Да, Мухорт. Чего надо?
– …
– Хватит меня так называть! Зачем?
Глаза Евы округлились, она с трудом смогла сдержать нахлынувшие эмоции. Она поднялась и подошла к окну. Александр не слышал ни слова из того, что говорил в трубку колдун, но это точно было что-то важное и неожиданное. Она бросила короткий взгляд на брата, затем снова отвернулась.
– Как он это провернул? И почему я?
– …
– Я поняла. Дай ему трубку.
Все это время Ева судорожно теребила низ майки. Александр редко видел, чтобы она волновалась, но этот телефонный разговор явно нервировал сестру.
– Каин… ладно… я все сделаю. Слушай, мой брат хочет встретиться, говорит, что по важному делу. Так просто? Ладно, когда? Поняла.
Положив трубку, девушка еще некоторое время смотрела в одну точку. Александр терпеливо ждал, пока его сестра придет в себя.
– В общем, он через час будет в «Венефике». Сказал, что ты можешь приехать.
– Спасибо тебе, – тихо произнес волхв и уже собрался было уйти, как Ева подошла и села рядом с ним.
– Ты скучаешь по ней? – внезапно спросила она.
– Яра, я не думаю…
– Отвечай! – громко сказала она, – ты… ты влюбился в нее?
Александр взглянул на сестру, а она внимательно наблюдала за ним. Внутри волхва вспышкой пронеслось воспоминание, затем быстро погасло. Он и она. Такие родные, близкие. Единственные друг у друга. Сестра всегда доверяла ему, как себе. А он – ей. В какой момент всё пошло наперекосяк?
– Дело не в моих чувствах, Яра, – сказал Алекс, как можно тщательнее подбирая слова, – это огромная потеря для всех нас.
– Зачем ты врешь? Я – твоя сестра и вижу, как ты измотан и страдаешь, – на глазах девушки появились слезы, – зачем ты идешь к Вуду? Он вывернет твою душу наизнанку, растопчет и превратит в пыль.
– Я не так слаб, как ты думаешь, – усмехнулся Алекс, понимая, что изгнаннику нет равных в психологических манипуляциях.
Она села рядом с братом и обняла за шею. Такие порывы происходили крайне редко, обычно Ева умела держать себя в руках. Но вместо того, чтобы оттолкнуть ее, волхв сильнее прижался к сестре. Ее дыхание успокаивало его, возвращало хрупкий мир в его израненное сердце. Он прижался губами к её прохладному лбу. Яра всегда возвращала ему равновесие.
«Проклятые близнецы»
Да, именно так их называли в родной деревне. Ведь в мир, созданный ими двоими, не было пути никому постороннему.
Так они сидели некоторое время. Пытаясь поймать хотя бы толику былой душевной близости. Ведь близнецы всегда вместе. Всегда на одной волне. И даже сейчас они черпали силу друг в друге.
– Давай убежим, – вдруг произнесла Ева, – исчезнем. Будем жить как раньше. Скитаться, путешествовать. Мне тяжело без тебя, братец. Словно сердце разорвали пополам.
Александр глубоко вздохнул. Он бы и рад. Но теперь у белого волхва есть миссия.
– Яра, нет. Мы решили, что осядем и будем строить свои жизни. Искать смысл.
– Это ты решил! – выпалила она, – за нас обоих. Как и тогда, бросил меня ради служения Пантеону! Но ведь ближе меня у тебя нет никого! Ты мой брат и я люблю тебя!
– Я тоже тебя люблю, – сказал он, потрепал её мягкую белую шевелюру, – но мы по разные стороны, Яра.
– Присоединяйся ко мне! Переходи на правильную сторону, Алекс! – она умоляюще смотрела на близнеца.
– Я не могу, как ты не понимаешь? Идеи Каина Вуда для меня неприемлемы, – серьезно сказал волхв, отстраняясь, – лучше будет, если ты пойдешь за мной. Я попрошу богов о снисхождении и…
Ева поднялась и холодно взглянула на брата. Она обладала удивительной способностью мгновенно брать себя в руки и спустя секунду снова выглядела, как неприступная скала. Медленно развернувшись, девушка нагнулась, доставая «близнецов» из ножен. Она медленно провела языком по острому лезвию.
– Тогда уходи, братец. Надеюсь, Каин выбьет из тебя всю дурь.
Глава 4
Добравшись до центра города, Александр на протяжении долгого времени смотрел на тусклую вывеску клуба «Venefica». Сейчас она выглядела серой и невзрачной, как и все здания в это время года, но по ночам неоновые буквы будто оживали и плясали яркими огнями. Поведение сестры не удивило его, ведь Яра все еще была ребенком. Сейчас он был даже рад, что они расстались именно так, ведь их отношения были куда глубже, чем просто привязанность брата и сестры и Александр знал, что Яра испытывает к нему вовсе не сестринские чувства. Нужно было пресечь их в самом начале, но у него не хватило воли этого сделать. Он привык потакать всем ее капризам, особенно после смерти родителей. Да что отрицать, Александр сам всё это начал. Ладно, пора решать насущные вопросы.
Войдя в здание, волхв удивился, что никого из персонала заведения нет на месте. Пройдя через холл, вошел в черную железную дверь и оказался в основной части клуба. Первым делом он увидел полностью разбитую длинную барную стойку. С пола убрали осколки стекла, но все внутреннее убранство было практически уничтожено. Барные стулья свалили в углу в большую кучу, у части были отломаны ножки, другие же – разорваны или сильно поцарапаны. Клуб ограбили? У кого бы хватило решимости сделать такое?
Волхв тут и раньше бывал, однако в последние годы Вуд существенно расширил свои владения, так что Александр с трудом вспомнил направление, в котором располагался кабинет изгнанника. Поднявшись на второй этаж, он прошел по тускло освещенному коридору и вошел в приоткрытую дверь.
Каин Вуд стоял спиной к нему, глядя в окно. В пальцах изгнанник крутил сигарету.
– Я уж думал, что ты решил заночевать в машине, – глухо сказал он, не поворачиваясь, – белый волхв.
Александр сделал два шага вперед и остановился. Вуд еще некоторое время продолжал разглядывать улицу, которая постепенно заполнялась плотной дымкой от моросящего дождя.
– Каин, – сдержанно сказал Александр, приветствуя своего врага, – я здесь не просто так.
– Ну конечно, – изгнанник быстро развернулся и сел за стол, откинувшись в большом кресле, – Честно говоря, не ожидал, что ты решишься явиться сюда.
– Я тебя не боюсь, – сказал Александр, чувствуя, как знак Стрибога начинает холодить запястье, – но пришел с миром.
– С миром, – усмехнулся тот.
Они смотрели друг на друга и между двумя мужчинами будто медленно формировалась грозовая туча. Каждый мускул Алекса был напряжен, волхв ожидал удара откуда угодно. Вуд выглядел в меру расслабленным, но единственным глазом внимательно следил за Александром. Конечно, это его территория и изгнанник может себе позволить задавать тон разговора, но он лишь молча глядел на своего гостя.
– Ну так чего ты хочешь? – спросил Каин, – не просто же так просил о встрече?
Улыбка все время не покидала лица изгнанника.
– Мне нужна твоя помощь, темный волхв, – сказал Александр, – я должен найти Чернобога.
Каин окатил гостя презрительным взглядом.
– Ну так ищи, – сказал он, зажигая сигарету и поднося ее к губам, – чего ты хочешь от меня?
– Ты знаешь, чего, – Александр начинал терять терпение, – только ты связан с серой Навью. А он может быть там.
– То есть, Пантеон потерял бога? – Вуд расхохотался, – как неожиданно.
Волхв с трудом держал себя в руках. На кону баланс Трех Миров, а Каин лишь смеётся? Алекс был о нем лучшего мнения. Тем временем изгнанник встал, обошел стол и вплотную приблизился к нему. Знак на запястье стал неприятно ныть. Сила, данная Стрибогом будто пыталась вырваться из тела.
– Тебе нужна моя помощь, – Каин будто смаковал каждое слово, – но чем ты готов за нее заплатить?
– Ты знаешь, где Чернобог? – сурово спросил Алекс.
– Возможно, – уклончиво ответил Вуд, – но с чего ты взял, что я расскажу об этом тебе?
Каин взглянул белому волхву прямо в глаза. Этот взгляд практически невозможно было выдержать, Александр ощущал его на себе, словно ползущее насекомое, забирающееся под кожу, пробирающееся в душу и копающееся в памяти. Изгнанник испытывал его, и Алекс знал, что опускать глаза ни в коем случае нельзя. Закончив оценивать соперника, Каин Вуд прошептал:
– Я могу помочь тебе, белый волхв, – а спустя пару секунд добавил, – но не хочу этого делать.
Затем изгнанник развернулся и быстрым шагом вернулся на рабочее место. Расслабленная улыбка сменилась жесткой ухмылкой. Сигаретный дым постепенно заполнял кабинет. Почувствовав его, Алекс сморщился в отвращении, сам ни разу не брал в руку сигарету. Он собрался с духом и произнес:
– Какие твои условия?
– Вот это другой разговор, – довольно произнес Вуд, – а что ты можешь предложить? Или ты явился ко мне просто так? Как похоже на Совет волхвов. Думаете, что все вам должны. Во имя какого-то вам одним понятного мира.
– Я пришел по своей воле и по воле Пантеона. Давай, назови свою цену, изгнанник – сказал Александр, приближаясь к рабочему месту Вуда и касаясь ладонями прохладного дерева.
Расстояние между ними не превышало метра, и чем ближе эти двое были друг к другу, тем более тяжелой становилась обстановка. Воздух вокруг будто искрил от напряжения.
– Моя цена – ты, – сказал Каин, – присоединись ко мне и тогда я помогу отыскать Чернобога.
Александр не поверил своим ушам. В тот момент в душе боролись два чувства: желание помочь богам и презрение к методам Каина Вуда. Но белый волхв просто не мог переступить через себя, даже ради мира на своей земле.
– Нет, – сказал он жестко, – я никогда не стану твоим цепным псом, Вуд.
– Тогда уходи, – будничным тоном сказал Каин, – как я вижу, опыт общения с существами мира мертвых у тебя есть, так что ты и сам сможешь еще раз смотаться в Навь, чтобы отыскать того, кто тебе нужен.
Взгляд изгнанника упал на руку волхва, отмеченную миром теней. Александр разочарованно взглянул на Каина. Он был уверен, что ему удастся уговорить Вуда, но тот просит слишком высокую цену. Неужели этот человек настолько циничен, что готов ради призрачной выгоды пожертвовать всем миром? Развернувшись, белый волхв уже было собрался уйти, но Вуд задал свой последний вопрос:
– Как там маленькая ведьмочка?
Алекс остановился и медленно повернулся к изгнаннику. Тот серьезно смотрел на него, в изумрудных глазах не было и тени былого сарказма. Александр сжал кулаки, всеми силами удерживая внутри стремительно растущий гнев. Изгнанник специально ждал удобного момента, чтобы ударить побольнее.
– Ты же не пустил ее на похороны Ильиных, правда? Я, к сожалению, на них не попал.
Снова эта садистская улыбка. У волхва чесались руки стереть гадкую ухмылку с лица Каина Вуда. Изгнанник не мог не знать о взрыве, а также не мог не знать о том, почему Катя поехала на церемонию прощания. Но каждый вопрос словно вонзал острое лезвие в душу белого волхва, еще сильнее расковыривая и так кровоточащую рану.
– Или малышка Катя поехала туда с твоего молчаливого согласия и осталась там навеки? – улыбка изгнанника стала шире.
Они продолжали смотреть друг на друга, Александр чувствовал, как внутри нарастает желание применить новообретенную силу. Каин Вуд умеет читать людей, прекрасно знает о смерти ведьмы и это дает ему полный карт-бланш. Спустя миг белый волхв яростно обрушил на крепкое дерево всю силу своих кулаков. Раздался глухой скрип и по самому центру пошла глубокая трещина. Каин не двигался, лишь наблюдал.