Маскотерапия. В поисках лица

2.3. Показания для применения терапии

Показания к применению маскотерапии:

– трудности эмоционального и/или интеллектуального развития,

– стресс,

– депрессия,

– сниженное настроение,

– эмоциональная неустойчивость,

– импульсивность эмоциональных реакций,

– переживание эмоционального отвержения,

– чувство одиночества,

– межличностные и внутриличностные конфликты,

– неудовлетворенность семейными и другими социальными отношениями,

– повышенная тревожность,

– страхи и фобии,

– негативная «Я-концепция»,

– низкая самооценка, потеря смысла жизни и неприятие себя и/или своего тела.

2.4. Девять задач маскотерапии

Задачи маскотерапии:

1. Перевести процесс познания, лечения, диагностики или развития в русло искусства.

2. Дать социально приемлемый выход чувствам и мыслям.

3. Осознать или запустить внутренний диалог, установить диалог с бессознательными процессами (трансцендентальная функция).

4. Проработать подавленные образы, отношения и переживания.

5. Развить способность самопознания и самоконтроль.

6. Сконцентрировать внимание на познании и переживании своего лица и личности.

7. Развить творческие способности (создать образ человека из праха земного, сотворить что-то из ничего).

8. Повысить самооценку.

9. Наметить направление поиска смысла жизни.

Автопортрет пациентки, 2014 г.

3. Где себя искать?

Все ищут себя, но никто толком не знает, где себя искать.

Одни ищу себя в самопознании, другие в работе по душе, третьи – путешествуя по миру, четвертые – в экстремальных видах спорта.

Конечно же психология призвана помочь человеку в этом, психоанализ в том числе.

В свое время З. Фрейд проводил сеансы психоанализа, сидя у изголовья пациента, который полулежал на кушетке с закрытыми глазами и говорил все, что его беспокоит.

Очень важный факт, о котором сейчас забывают, – пациент не всматривался в лицо психотерапевта, а сосредотачивался на своем потоке сознания с закрытыми глазами.

Метод великого психотерапевта ушел в историю, и сейчас мало кто практикует психотерапию в том виде, в котором он практиковал.

Психотерапевт нашего времени зачастую сидит лицом к лицу с пациентом, с видом, что он «все знает и может», навязывая свое лицо и психику в качестве основного образа мышления и поведения.

Именно вокруг образа лица психотерапевта кружится индивидуальность пациента, теряя свое лицо.

И чем внимательнее всматривается пациент в психотерапевта, и чем эмоциональнее и «виртуознее» психотерапевт выполняет свою работу, тем ярче его образ отражается в зеркальных нейронах пациента.

Методы «лицом к лицу» эффективны, так как внедряют образ «правильного и всезнающего» психотерапевта в сознание пациента.

Поиска самого себя не происходит, свое я закрывается образом психотерапевта.

В душе возникает еще один кумир, который ведет по жизни до тех пор, пока истинное я не взбунтуется и не попытается вырваться на свободу очередной раз, разрушая конструкции образа очередного психотерапевта.

Выход только один, всматриваться в свое лицо, и искать себя в себе, а не в других лицах.

Маскотерапевт должен быть на дальнем плане всегда

Если человек всматривается в свое лицо в течении двух недель при создании своего автопортрета, например, один час в день, то начинает видеть свое истинное лицо, а не стереотипные, зачастую искаженные, формы, навязанные мнениями воспитателей и кумиров.

Увидеть точное многообразие форм своего лица сразу невозможно.

Более того, именно через две недели исследователь своей личности через лицо начинает видеть в зеркале не зеркального двойника, а истинного.

Это легко заметить, так как он создает портрет, на котором все так, словно он видит себя не в зеркале, а наяву со стороны, как внешний наблюдатель.

Но это же лицо, заявит мне читатель?

А душа где?

Где Я, которое мы искали?

Все личное и скрытое открывается за видением истинного лица.

В помощь нам приходит портрет, который создается с отражения и фотографий, которые следует синхронно создавать.

Не безучастно сидит рядом часами и психотерапевт, не выпячивая свое лицо.

Центром внимания становится портрет и отражение в зеркале.

На портрете концентрируются и другие наблюдатели, которых желательно привлекать из числа друзей, родственников, коллег и даже случайных людей.

Центр всего взаимодействия – портрет и его лицо, а за ними – душа и Я портретируемого.

Все, что происходит вокруг портрета в маскотерапии может ассоциативно уходить в жизни иных людей, животных или других сущностей, в иные пространства и времена, тем самым объясняя главное – Я портретируемого.

Именно через лицо портрета можно познать и найти Себя, что даст стимул, способности и силы для познания других людей и всего мира.

4. Отражения и двойники

Душа моя – кривое, грязное,

Разтресканное зеркало,

В котором безуспешно,

Мир божий так стремится

Хоть как-то отразиться.

С.А.Кравченко

Давно известно, что душа способна отражать зеркально мир, накапливая отражения в своей таинственной структуре.

Душа способна и сама зеркально отражаться в мире – в телах и лицах, что делает лицо и тело человека зеркальным отражением всей сложности души.

Кто усомнится, что лицо есть отражение зеркальное души, души двойник зеркальный?

Лицо есть истинный двойник души зеркальный, существует в виде уникальных биологических и всем доступных форм, объемно отражающих всю сущность человека, психологическое лицо, которое чаще всего закрыто множеством масок (субличностей).

Зеркальный двойник души (лицо) вместе с масками в свою очередь отражается и в обычном зеркале, когда человек подходит к отражающему физический мир предмету.

Но в зеркале обычном человек воспринимает не истинного, а настолько привычно искаженного зеркального двойника, что даже перестал над этим задумываться.

Искажения в зеркалах появляются, например от того, что левая и правая стороны отражаемого меняются местами.

С помощью же двух зеркал, если второе зеркало вновь поменяет левую и правую стороны местами, можно исправить ошибку отражения и увидеть правильное отражение своего зеркального двойника.

Наблюдения показывают, что если около двух недель работать над автопортретом, сидя у зеркала, то мозг постепенно начинает видеть не искаженного зеркального двойника, а истинного, и появляется возможность создать портрет истинного двойника.

Подстройку мозга легко заметить, если у портретируемого выраженная асимметрия лица, например, скошенный нос или подбородок, челка на одну сторону.

Человек при автопортретировании (через две недели восприятия зеркального отражения) создает не столько то, что ему демонстрирует зеркало, сколько то, что знает его мозг о самом себе.

Если душа человека чиста, спокойна, гармонична и сосредоточена на своем истинном я, на психологическом лице, на своей уникальной сущности (самость), то руки его и мозг слепят автопортрет с поразительной точностью.

Но если душа загажена, изломана, истощена и дисгармонична, если она беспокойна и отвлечена от своего истинного я или и вовсе никогда не знала и не знает своего я, своей уникальной сущности (самость), то руки и мозг будут создавать субличности (маски), что наполняют душу и закрывают от точного восприятия зеркального двойника.

Если человек не видит адекватно себя, он чаще всего адекватно не видит и других людей; искажено в его мозгу и отражение всего мира.

Маскотерапия изучает, выявляет и улучшает душевное зеркало, качество зеркальности души, ее способность точно отражать мир, себя и других людей, зеркальные особенности, своеобразие души и потенциал души к самоочищению и восстановлению целостности личности.

Лицо и его отражение в физическом зеркале в идеале одно и едино для всех внешних наблюдателей, например, для пациента, для психотерапевта и других внешних наблюдателей, но в реальной жизни лицо различно в восприятиях пациента, терапевта и других.

Чем более искажено душевное зеркало, чем более оно загрязнено или разрушено, тем ошибочнее его отражение мира, людей, себя и своего портрета.

Если создавать скульптурный портрет/автопортрет медленно, постепенно, поэтапно (от простого к сложному) и в присутствии других людей, то вполне реально заметить и познать в портрете все особенности и помехи души, что мешают видеть свое истинное я.

Чем проще форма портрета в начале работы, тем более основательные архетипы могут быть отражены и замечены в нем, например, образ живого существа и его отличие от неживого мир, образ человека и способ его происхождение, этническое своеобразие рода.

Маски, социальные роли, субличности, привнесенные опытом жизни, конфликты субличностей и другое легко проявляется в портрете уже на более сложных этапах работы.

Узнаваемые внешне образы субличностей (части души портретируемого) зачастую настолько выразительно проявляются в портрете, что могут бить даже сфотографированы, как важные этапы развития портрета и познания структуры души.

Научаясь видеть в лице множество сущностей и масок (субличностей), находя способы примирения с конфликтными субличностями через диалог устный и письменный, развивая способность к внешнему диалогу через развитие диалога внутреннего, портретируемый постепенно приближается к познанию свое я и к выражению образа своего я во внешнем мире.

В финале портретирования/автопортретирования маски уходят на задний план и проявляется настоящее лицо личности, основа личности, что не исключает принятие множества масок, субличностей, как социальных ролей, особенностей социального научения и успешного существования, как опыта жизни, как структуры души.

На рисунке показана принципиальная схема метода маскотерапии.

ДУША – основное зеркало с индивидуальными особенностями, способностями и ошибками в отражении внешнего и внутреннего миров (из-за болезней, опыт, предвзятости, состояния и др); с неопределенным возрастом из-за распределенности восприятия в различных измерениях времени; с множеством запечатленных и не всегда осознаваемых в полной мере живых отражений, в том числе и субличностей подсознательных (вытесненных) и бессознательных (архетипов).

Субличности, как основные структурные элементы души можно исследовать, осознавать, открывать, изучать в себе, повторно проживать (перепроживать) с ними прошлое, давно ушедшее, вести с ними диалоги, тем самым изменяя свой опыт прошлого и моделируя образ будущего.

ЛИЦО – второе зеркало и отражение, истинный (биологический) зеркальный двойник, отражающий душу (память, состояния настоящего и предвосхищения будущего), с индивидуальными особенностями отражения, ошибками (болезнь, сохранность, состояние сознания и др), своим возрастом и запечатленным опытом отражения (следами жизни).

Истинный двойник души (лицо) может быть живым, омертвевшим (застывшим, каменным) и мертвым, здоровым или больным, в маске или без нее.

Цивилизованный человек научился передавать основные черты истинного двойника души (лицо), в портрете, тем самым показывая менее цивилизованным народам уровень своего развития и совершенство познания природы человека.

Посмертная маска, которую снимают с лица умершего человека, не может сравниться с хорошим прижизненным скульптурным портретом, так как отражает финальный возраст, опыт, уровень развития, одно из множества мимолетных состояний души и переживание умирания в положении лежа, тогда как прижизненный портрет отражает всю сложность и глубину личности с живым лицом.

Искаженный зеркальный двойник видим человеком чаще всего в обычном физическом зеркале, когда он осознанно подходит к нему.

Причин искажения зеркальных двойников несколько, а именно:

А) Зеркало меняет левую и правую стороны лица между собой;

Б) Человек плохо смотрит в зеркало, не видит в зеркале всю сложность форм лица, смотрит как бы сквозь себя или вовсе не желает внимательно смотреть на свое отражение;

Б) Человек у зеркала зачастую мгновенно подстраивает лицо под различные представления о себе, вплоть до полного отрицания своего лица («это, в зеркале не я»);

В) Ограничены ракурсы зеркальных отражений;

Г) Невысокое качество зеркала, его положение, недостаточная величина, количество зеркал, освещенность, расстояние и др.

Терапевт-скульптор и другие внешние наблюдатели процесса по созданию портрета играют роль дополнительных социальных зеркал и невольно могут становиться прообразами субличностей в душе пациента.

Дополнительные зеркала социума, сопровождающие маскотерапию могут иметь свои ошибки восприятия из-за индивидуальных особенностей личности, душевных и телесных состояний, времени суток, болезней и отношений к пациенту или к маскотерапии.

Фотопортреты, сопровождающие маскотерапию могут помочь преодолеть ошибки других зеркал, но и сами могут иметь ряд ошибок, например из-за качества фотографии, расстояния, ракурса, освещенности и др.

Завершенный скульптурный портрет/автопортрет, поэтапно отразивший в себе все слои психики и множество субличностей (масок), преодолевает ошибки всех зеркал (мозга, лица, физического зеркала, социальных зеркал) и максимально точно передает черты двойника истинного, обобщая всю сложность и многогранность личности.

Многослойность портрета заключается не только в технологии создания портрета (от малого до натуральной величины), но и во множестве ассоциативных связей с субличностями души портретируемого на разных этапах маскотерапии.

Такой портрет/автопортрет лечит и развивает.

Любой портрет развивает, но лечит только такой.

В общей сложности в рамках маскотерапии можно говорить о трех двойниках души:

Первый двойник – в лице;

Второй двойник – в зеркалах физических и социальных;

Третий двойник – в портрете.

При этом важно помнить, что первые два всегда имеют массу ошибок отражения, а третий, объединяя отражения души, лица и зеркал, стремится к исправлению всех ошибок и объединению всей возможной информации о личности во всей ее сложности и противоречивости.

Первый двойник (Лицо психологическое) всегда нуждается в расшифровке.

Второй двойник (Зеркала физические и социальные) нуждается в безошибочном отражении.

Третий двойник (Портрет многослойный) – процесс и итог расшифровки и безошибочного отражения личности.

Задача портретирования в маскотерапии – восстановить, точно воссоздать истинного, правдивого зеркального двойника (лицо), преодолев все помехи, ошибки, искажения, неточности восприятия лица пациентом (человеком у зеркала) через обобщение информации из всех доступных источников (зеркал), через осознание масок (субличностей), через диалог с субличностями, через выстраивание бесконфликтных отношений структуры души во всех измерениях времени.

Отражение отражения

Есть одна особенность основных зеркал (душ), которая может привести нас к огромной силе самовнушения в конечный промежуток времени.

Два наблюдателя, наблюдая лица друг друга (отражения душ), отражают в себе образ друг друга, запечатлевая тем самым друг друга в себе.

Отраженный образ меняет состояние зеркала души, наполняя его и перестраивая под себя, и чем сильнее впечатление от другого лица, тем больше перестройка отражающей души.

Продолжая воспринимать лица друг друга и наполняясь постепенно отражениями друг друга, два наблюдателя могут множество раз отразить уже не просто другого человека, но и свое отражение в нем.

Таким образом, отражая другого человека и свое отражение в нем, мы начинаем видеть себя в другом человеке, ощущая, что рядом очень похожий человек, почти двойник.

Длительное и очень качественное общение с человеком, способным к качественному отражению людей, делает его важной субличностью в нашей душе, составной частью, которую можно увидеть не только в лице, но и в портрете, что делает портрет застывшим отражением.

Длительное восприятие своего отражения, зеркального двойника (в том числе и застывшего отражения, портрета) увеличивает силу его образа в душе, создавая субличность зеркального двойника, запечатленного в портрете.

Застывший образ личности в портрете (скульптурном, живописном или другом), имеющий достаточную выразительность, отражается в душах всех наблюдателей и может тиражироваться в их душах, становясь их субличностями.

Потому достаточно важно для социального сообщества или для общества в целом, какие именно портреты создаются, покупаются, демонстрируются, приносятся в дом, развешиваются в комнатах и нас окружают, какие портреты окружают наших детей, когда они развиваются и взрослеют, какие портреты возвышаются на площадях городов, находятся в музеях или других общественных местах.

Образ идола всегда является субличностью его поклонников, зачастую главной субличностью, а иногда полностью подменяет и личность у некоторых из своих адептов.

Автопортреты, отражающие субличности, 2014 г.

5. Диалоги у портрета

Диалоги внутренние и внешние (возникающие спонтанно в сознании пациента и создаваемые осознанно терапевтом) в процессе работы над портретом методом маскотерапии, невольно имеет свою структуру, которая диктуется этапами развития портрета или автопортрета.

Если подобие пациента (портрет, автопортрет) развивается из большой формы, плавно проявляя свои черты (например, как в работе с камнем), то было замечено, что портрет проходит такие этапы развития, которые подобны пластам психики в аналитической психологии К. Юнга, а именно:

1) животный,

2) общечеловеческий,

3) родовой,

4) семейный и

5) индивидуальный.

Пласты психики человека были повторно открыты нами во время психотерапевтической работы методом маскотерапии, где портрет развивается в подобной последовательности.

На каждом из пластов психики могут быть выявлены уникальные причины психопатологии и/или остановки развития личности.

Последовательное (без торопливости и скачков) следование пластам психики важно, так как помогает разделять проблемы различного уровня и работать с ними отдельно, совершенствуя диалогичные отношения личности с архетипами этих пластов.

Этапы развития второго автопортрета автора, 2006 г.

Например, на первом (животном) этапе, в начале диалога психотерапевта-художника с клиентом в поле их взаимодействия центральным объектом присутствует большая форма материала.

Из бесформенной массы только со временем предстоит появиться портрету.

В первоначальный же момент большая масса материала, которой накануне желательно придать форму яйца, заключает в себе лицо и микромир пациента, как мировое яйцо в философии заключает в себе макромир.

Мир личности, по умолчанию заключенный в лице, в его формах, потенциально присутствует и в форме материала, из которого только предстоит сотворить человека.

Сосредоточение внимания на форме материала и диалоги у этой формы о ее перспективах, о том, что благодаря усилиям человека из формы может появиться совершенное лицо.

Лицо ассоциируется с личностью и в мировой культуре, и от этой крепкой связи уйти невозможно.

Диалог у формы материала о живой природе затрагивает и базовые потребности всего живого, отличая живой мир от неживой материи.

Пациент начинает больше осознавать свою животную природу, с которой, на основании базовых инстинктов (например, инстинкт жизни и смерти Фрейда) ему необходимо устанавливать взаимодействия и вести диалог.

Расширяя осознание своей животной природы, человек начинает понимать, что она, будучи живой основой человека, не может быть всем в структуре личности.

Животная природа – это только та первоначальная форма (этап развития), из которой рождается (с помощью человека-творца) более совершенная форма – общечеловеческая.

На общечеловеческом (втором этапе), когда из формы материала (яйца) начинают проступать общечеловеческие черты, когда кусок материала начинает очеловечиваться, его уже нельзя назвать просто животной массой пластилина, глины.

На общечеловеческом уровне возникает понимание, что человек является чем-то большим, нежели живая масса, животное.

Общечеловеческое предполагает и ценности, что отделяют людей от животных и объединяют всех людей, вне зависимости от расы, возраста и пола.

На этом этапе осознания глубин (пластов) души портретируемый отчетливо не просто понимает, что общечеловеческое в нем роднит его со всем человечеством, но и начинает осознавать свои истинные отношения (установки) к людям вообще.

Осознавая общечеловеческие ценности, их универсальность и совершенство, свои установки к людям, появляется возможность их корректировать.

Диалог терапевта с пациентом расширяется до диалога со всем человечеством в примитивном портрете пациента, что напоминает чаще всего в это время пока только скульптуры древних людей.

Портрет клиента содержит архетип Человека, и он визуально воспринимаем, с ним можно взаимодействовать, его можно зафиксировать с помощью фото- и видеосъемки, запомнить его и вспоминать его в будущем, как собеседника, как уникальный опыт диалога с архетипом этого уровня.

На третьем этапе (родовой пласт психики), когда портрет начинает отражать родовые архетипы личности, клиент, чаще всего, делает неожиданное для себя открытие, что в нем есть черты его дальних родственников или предков.

Пациент начинает задумываться над своим этносом, над своей особой ролью в роду, над последовательностью поколений.