Скелеты в королевских шкафах

– За эту «бедную девочку» просил кронпринц. Он сказал, что корона заинтересована в том, чтобы инорита Лиара Уэрси продолжила свое обучение. Так что отчисление ей не грозит, во всяком случае, пока корона в ней «заинтересована», – презрительно бросил ректор академии. – А я терпеть не могу девиц, вылезающих через постель.

– Значит, вы считаете ее любовницей наследника? А вам не приходило в голову, что в этом случае ее резерв значительно бы вырос?

– Я так понимаю, инора Браст, что у вас есть другое объяснение? Я с интересом вас выслушаю, только учтите, что мне уже доложили, что Его Высочество был у нее в комнате.

– Полагаю, они просто разговаривали, так как девицей она быть не перестала – уж мне, как целителю с большим стажем, вы можете доверять в данном вопросе, – усмехнулась преподавательница. – Дело в том, что по непонятным причинам принцесса Олирия в последнее время благоволит к этой девушке. Возможно, Его Высочество выяснял, насколько ее компания подходит сестре.

– В самом деле? – недоверчиво спросил ректор.

– В любом случае, лорд ректор, предыдущие экзамены ею сданы с блеском, да и этот, как ни странно, она сдала без нареканий. Напротив, такого результата в группе не показал никто. Так что в протекции королевского семейства она не нуждается, – усмехнулась целительница.

* * *

Завтракали королевские дети втроем – король Генрих никогда столь рано не вставал, а королева была поглощена каким-то экспериментом, требовавшим постоянного присутствия и длящимся уже вторые сутки.

– Олирия, ты уже решила, кого пригласишь на Праздник Середины Зимы? Олин давно подал список в канцелярию, а ты все тянешь. Чтобы разослать приглашения, надо время, – укорил сестру Гердер, не терпевший непунктуальности.

– У них есть прошлогодний список. Думаю, из него всех, кроме той маркизы, которая залезла к тебе в постель, – ехидно усмехнулась Олирия. – Ее, если захочешь, можешь сам пригласить, персонально.

– Не захочу, – равнодушно ответил брат. – Она мне еще в прошлом году надоела. Поэтому, если не получит приглашения от тебя, дворец в этом году не посетит.

– Это не мои проблемы, – протянула принцесса. – Не хочешь – и не надо. Кого бы вместо нее? Пожалуй, Уэрси.

– Плохая идея.

– Почему? – удивилась Олирия. – Уэрси дворянка. Поведение ее также нареканий не вызывает.

– Она рыжеватая шатенка с карими глазами, – тоном, каким обычно говорят с глупыми детьми, пояснил кронпринц. – Типаж, который обожает отец и ненавидит мать. Хочешь ей проблем с обеих сторон? Проблем, от которых не спасло бы даже высокое положение, которого у нее нет. Как не спасло оно, к примеру, герцогиню Шандор.

– Герцогиню Шандор? Это кто?

– Забавно, ее уже не помнят. А такие страсти кипели. Отец даже о разводе подумывал. Хотя, конечно, откуда тебе помнить – вы с Олином совсем мелкими были, не больше года.

– И где она теперь?

– В самом деле, где? – усмехнулся принц. – Герцогство под управлением короны. Еще лет пять, и герцогиню официально объявят погибшей, титул достанется кому-нибудь из ее родственников, свары по этому поводу уже начались, слишком уж лакомый кусок. Наиболее вероятный наследник – маркиз Орандон. А где она сама – думаю, только королева знает. Наша мать – страшный противник, сестренка. А ведь у герцогини Дар был очень сильный и защита на высоком уровне.

– Н-да. Тогда Лиару не приглашаем. Пожалуй, я пока не заинтересована в ее смерти.

– Пока? – вопросительно поднял бровь кронпринц.

– Ничто не вечно, – задумчиво протянула принцесса.

– Дорогая, тебе о своем браке нужно переживать, а не о чужих женихах, – хохотнул брат. – Думаешь, не знаю, что тебя к ней привлекло? Выбрось его из головы. Тебе своего будущего мужа завоевывать, он пока не в восторге от жениховства, а нрав у их семейки крутой.

– Да уж, спасибо папе, постарался, – кисло ответила принцесса.

– Жаловаться тебе точно не стоит: молодой, красивый наследник престола, а не какой-нибудь старый маразматик с подагрой.

Но Олирия со своим счастьем смиряться не желала. Она надула губки и закатила глазки к потолку, показывая всю глубину страданий.

– Почему такая несправедливость? Ты можешь жениться на ком угодно, хоть на крестьянке, единственное условие – Дар много выше среднего. А я непременно должна укреплять своим браком межгосударственные связи, – возмутилась она.

– Участь всех принцесс – политический брак. Но поверь мне, папа подобрал вариант, наилучший для тебя, хотя и не такой уж выгодный для нас. Союз с Лорией, к примеру, был бы предпочтительней, а король как раз овдовел в очередной раз. Шестой, кажется.

– Лучше бы отец озаботился твоей личной жизнью, – в сердцах бросила Олирия. – Ты нас с Олином на десять лет старше, а о продолжении династии до сих пор не задумывался!

– Задумываться-то задумывался, – усмехнулся принц. – Да только с кем ее продолжать, династию? Из девушек брачного возраста магии необходимого уровня ни у кого нет, правда, есть несколько, немного недотягивающих, и с помощью нескольких ритуалов можно было бы обеспечить рождение наследника с приличным Даром. Но представить кого-нибудь из них в моей постели? Бр-р-р. Я лучше еще немного подожду.

* * *

Все-таки есть определенные плюсы и в повышенном внимании с мужской стороны, размышляла я, рассматривая преобразившуюся комнату. Начиная с четвертого курса, студенты работали с пространством, а иллюзии применялись повсеместно с начала второго года обучения. Моя комната значительно увеличилась, на полу появилась иллюзия ковра с удивительно мягким на ощупь ворсом, а на стенах возникли заросли неизвестных науке лиан с цветами, запах которых был нежен, но не навязчив. Работали с пространством и иллюзиями два разных студента-пятикурсника, но на плату намекали одну, на что я гордо ответила, что у меня есть жених, его и целовать буду. На что мне не менее гордо сказали, что на поддержание всей этой красоты нужна прорва энергии, а больше за просто так ничего делать не будут. Наивные… Работу такого уровня я сделать, конечно, не могла: ни сил, ни умений не хватало, а вот поддерживать – запросто. Правда, если придется надолго уехать, то все это великолепие исчезнет, но это когда еще будет! А пока эта комната была признана лучшей девушками, оставшимися после экзаменов в общежитии, и именно в ней было намечено празднование Середины Зимы. Тех, кто не уехал после сессии на короткие зимние каникулы, осталось в общежитии только пять человек. В столовой удалось получить разрешение на выпечку любимого праздничного пирога – для того, чтобы его сделать, требовалась полноценная духовка. Тесто уже было готово, а сейчас мы с подругой занимались начинкой.

– Знаешь, Ална, я до сих пор не могу поверить, что сдала целительство. Когда я увидела этот артефакт, решила: все, можно собирать вещи и домой ехать.

– Как ты вообще умудрилась это сделать?

– Не знаю. Со страху, наверное. Вот и выложилась. Самым сложным оказалось понять, как же заряжать этот проклятый артефакт.

– Вот Дарма, к примеру, этого так и не поняла. А на вопросы билета отвечала так, что не все в комиссии удержались от смеха. Но экзамен ей все равно засчитали.

– Я не дочь графа, мне бы поблажек не сделали.

– Проблемы возникли еще у троих, но считается, что экзамен никто не завалил. Так что и ты бы наверняка сдала, не выкладываясь полностью.

– Возможно, только проверять никакого желания нет. Сдала – и хорошо. А что дальше? Резерв-то все равно мизерный и не растет совершенно. Нужно на каникулах почитать литературу по увеличению, может есть и не такие экстремальные способы, как предлагал кронпринц.

– Он предлагал повысить резерв, а ты не согласилась?! – возмутилась Ална. – Ну ты и дура, да тебе обеими руками надо было хвататься за предложение, пока принцесса к тебе благоволит!

– Видишь ли, Ална, его метод мне не подходит. У меня нет никакой возможности, и даже если бы и была, то я все равно не стала бы его любовницей. А именно об этом методе повышения резерва шла речь. – Я посмотрела на вытянувшееся лицо подруги и грустно улыбнулась. – Очень прошу никому не рассказывать об этом предложении кронпринца. Наверное, зря я тебе проболталась.

– Ли, да мне такое и в голову не приходило, – ошарашенно сказала Ална. – Принцесса считает тебя своей подругой, а о чем он с тобой тогда беседовал, ты никогда не рассказывала. Ну и скорость, один раз увидел – и уже с такими предложениями. Дела. – Она покрутила головой в удивлении. – Кстати, я была уверена, что тебя и во дворец пригласят. Олирия явно на это намекала.

– Мне тоже так показалось. И я уже придумывала причины для вежливого отказа. Так что я очень рада, что не пригласила. Может, как раз старший братец и отговорил? По мне, чем дальше от них, тем лучше. Я ей в друзья не очень-то и гожусь, и без меня здесь достаточно желающих ее милости. А я… Я хочу нормально отучиться и уехать, место при дворе мне не нужно.

– Да? А вдруг выйдешь замуж за кого-нибудь из придворных?

– Ага, ко мне прямо очередь стоит. Во-первых, я люблю Бирана. – Я мечтательно вздохнула, вспомнив точеный профиль жениха. – А во-вторых, ты серьезно полагаешь, что кто-нибудь из этих богатых надутых снобов может захотеть жениться на такой, как мы? Ни денег, ни титула, ни связей – мы ничего не принесем в семью мужа. А принцесса… Сегодня мы ей интересны, завтра – нет. Не надо питать иллюзий, Ална. Да и потом, неужели ты хочешь всю жизнь общаться с такими, как леди Рион и леди Дорен? Да они тебя сгрызут и не подавятся!

– Знаю, что ты права, но помечтать-то можно. Уж в роли графини я бы выглядела намного лучше, чем Дарма Рион.

– Это точно, – рассмеялась я. – Мне сложно представить того, кто выглядел бы хуже. Вот интересно, на что она похожа без своего артефакта, если даже в нем не вызывает желания посмотреть на нее второй раз. Что ж, возможно, ты найдешь своего графа. А я свое счастье уже нашла и не собираюсь его менять ни на какие титулы.

* * *

Кронпринц с большим интересом выслушал доклад осведомителя из академии.

– Значит, выполнила экзаменационное задание и осталась при полном резерве? Забавно. Кто-нибудь еще это заметил? Какие предположения выдвигались?

– Только лорд ректор, и то вскользь прошелся, Ваше Высочество. Его больше интересовала ваша вероятная любовная связь с иноритой, инора Браст ее опровергла, сказав, что та еще девственница, и он успокоился. Я акцентировать внимания на резерве не стал: вы же просили только наблюдать, не привлекая к ней внимания. А тут она так удачно потеряла сознание, что профессура больше обеспокоилась состоянием ее здоровья, чем несоответствием Дара и его проявления. Со своей стороны могу заметить, что инорита использовала исключительно свою магию и не прибегала к никаким преобразователям или накопителям.

– Я никогда не сомневался в вашем уме и наблюдательности, – довольно заявил кронпринц. – А вот вашему ректору мозгов явно не хватает. Он должен понимать, что наш разговор предавать гласности не следовало. Надеюсь, вы-то сохраняете в секрете мой интерес к данной особе?

– Конечно, Ваше Высочество! Как вы могли подумать иное?

– Хорошо… Можете быть свободны.

Когда за посетителем закрылась дверь, Гердер встал из-за стола и стал расхаживать по кабинету, о чем-то напряженно размышляя. Неожиданно остановился, усмехнулся, достал из кабинетного сейфа крупный кристалл-накопитель, критически осмотрел и провел несколько магических манипуляций. Затем попросил секретаря принести подарочную упаковку. Поместив кристалл на бархатную подушечку, кронпринц еще немного поколдовал над ним и, видимо, остался вполне доволен результатом.

– Кристалл не вытаскивать, коробку перевязать какой-нибудь красивой ленточкой и от имени Ее Высочества Олирии отправить в академию инорите Лиаре Уэрси.

– Написать в сопроводительной записке что-то определенное?

– Нет. Какое-нибудь обычное поздравление с изъявлением вечной дружбы, как это принято у молоденьких девушек, любой стандартный текст. Впрочем, у вас в написании подобного достаточный опыт.

Секретарь поклонился и вышел. Гердер задумчиво произнес:

– Ну что, инорита, откроете мне одну из своих многочисленных тайн? Похоже, вы не так просты и несчастны, как показываете.

* * *

Ректор никогда не давал разрешения на Празднование Середины Зимы совместно с мужской частью общежития, этот год исключением не стал. Так что мы собрались впятером в моей комнате и довольно весело встречали самую длинную ночь года.

– А неплохо так вложились мои согруппники в твою комнату, – оценила обстановку пятикурсница Аделина, специализировавшаяся на алхимии. – Только вот привыкнешь, к комфорту быстро привыкаешь, а за поддержание точно что-нибудь затребуют. Ты бы слышала, как они возмущались: столько силы вбухали, а получили только спасибо.

– Я им ничего не обещала, – пожала я плечами. – Они сами захотели, так что ожидать какой-то оплаты по меньшей мере наивно. И знаешь, я уже месяц поддерживаю, и, как ни странно, много сил не забирает. Жалко, конечно, что за летние каникулы вся эта красота сдуется. Был бы накопитель, можно было бы на него завязать. Но чего нет, того нет. Жила же я как-то раньше в ничем от ваших не отличающейся комнате – и дальше проживу. В конце концов, великолепный стимул научиться этому самой.

А дальше пошли обычные женские разговоры, с магической спецификой, конечно, – обсуждение сокурсников, сокурсниц и преподавателей, различных магических направлений, перспективных мест работы. Если бы не пятилетняя отработка, Аделина продолжила бы заниматься созданием различных алхимических смесей, к чему у нее были уникальные способности, а так ей в лучшем случае светила фармацевтическая фабрика короны, а в худшем – вообще дальний приграничный гарнизон и работа мага-боевика. Ее подруга Ирена специализировалась на иллюзиях, хотя и не была так талантлива, как тот ее согруппник, что делал лианы в моей комнате. Ее фантомы были не менее красивыми, но бесплотными, так как тактильная составляющая – самая сложная часть иллюзии, сложнее даже, чем движение или запах. Еще у нее неплохо шла магия предсказаний, что встречалось редко и гарантировало место в столице.

Настойки Аделины были такие вкусные, что мы хором предрекали ей успех на любом ликероводочном заводике. После второй бутылки Ирена предложила провести сеанс гадания, что было встречено с восторгом. Вскоре комната превратилась в гадальный салон с магическим шаром и курильницами. Прогноз Ирена давала только на грядущий год и высказывалась очень туманно. Аделине напророчила много денег, Вирель – поездку в другую страну, Алне – успешную сдачу следующей сессии, мне – знакомство с отцом и замужество.

– Что значит «знакомство с отцом»? – удивилась я. – Как я с ним могу познакомиться? Да и замужество мне не грозит.

– Я так вижу, – гордо ответила Ирена. – Когда произойдет то, что я тебе сказала, сразу поймешь, что я права. И вообще, возможны разные варианты толкований.

– Ага, поменяю веру, помру и буду принята Отцом небесным. Тогда и знакомство состоится, – ехидно сказала я.

Остальные девушки остались более довольны своим будущим. Затем у гадалки потребовали принести руны, и загадочное действие пошло по новым правилам. Толкование символов было еще более смутным. Я искренне повеселилась, глядя на их перекошенные в попытках понять физиономии.

– Вот на ярмарке в Солеми, рядом с которым наше поместье, гадалки дают куда более определенные прогнозы, – съехидничала я. – Если любовь, так с конкретным прекрасным брюнетом, который женится в ближайшее время и станет отцом чудного десятка ребятишек. А у вас тут: рождение чего-то нового – может, ребенка, может, идеи. Вот и мучаетесь теперь над выбором, что рожать, – ведь это же развилка, не иначе.

– Не надо это так уж буквально понимать, – засмеялась Вирель. – Ирена всегда в точку попадает, правда, иногда это понимаешь, только когда уже случилось. Но да, прекрасных брюнетов в ее гадании недостает, это точно. Ирена, может, нагадаешь парочку? Или блондинов, если уж брюнетов такая нехватка…

Когда девушки уже собирались пойти спать, Аделина извлекла небольшую бутылочку. Сказала, что это новая разработка – «Зелье материализации желаний», опытный экземпляр. Слово «опытный» почему-то никого не смутило, и зелье радостно распили. Оно было тягучим, сладким, но не приторным, пахло медом и травами. И спалось после него прекрасно – как положила голову на подушку, отключилась сразу.

* * *

Ардарион не отмечал Праздник середины зимы: для него это были глупые человеческие выдумки. У драконов свои поводы для веселья, которые никогда не раскрывают посторонним. Участвовать в этих сомнительных человеческих гульбищах – увольте. Правда, на фейерверк он посмотрел, оценил, пришел к выводу, что все мельчает: каких-то сто пятьдесят лет тому назад звуковое сопровождение было громче, да и краски ярче…

Он вздохнул, решил добавить красок в свою жизнь и выбрал для этого «Золотую долину Лории» – белое полусладкое вино с восхитительным букетом. Ардариона всегда удивляло, что на таком огрызке, оставшемся на месте некогда большой и богатой державы, продолжали делать вина, лучшие на Рикайне. Вина и женщины – вот чем всегда славилась Лория.

Дракон уютно уселся в кресло у камина, взял томик любимых стихов и погрузился в мир поэзии, не забывая прикладываться к бокалу. Но долго наслаждаться покоем ему не дали.

– Так и знал, что ты опять торчишь в одиночестве! – возвестил вломившийся без предупреждения Краут.

– В ваши праздники на меня всегда нападает меланхолия. Они слишком шумные и суетливые. Все бегают, кричат, ищут сами не зная что.

– А еще танцуют и радуются жизни. И это не так уж плохо.

Принц понял, что можно бесконечно ждать, пока ему предложат вино, и обслужил себя сам. Сделал глоток, одобрительно кивнул и начал изучать этикетку бутылки.

– А еще перепиваются и дерутся. – Дракон сделал попытку отнять вино, но больше в шутку. – И прибавляют работы целителям и стражникам.

– Тебе-то что за печаль?

– Я просто пытаюсь тебя предупредить, что не собираюсь тащиться на холодную улицу и участвовать в ваших забавах, – сварливо ответил дракон. – Хватило прошлого года, когда я поддался твоим уговорам, а потом оплачивал сожженный ресторанчик.

– Нечего было так напиваться, – невозмутимо сказал Краут, посмотрел на возмущенное лицо друга и захохотал. – Ты сам захотел показать самый замечательный фейерверк за все время существования Гаэрры! Кто же знал, что дерево такое горючее? Хорошо, потушили быстро.

– Не пойду.

– Да я к тебе не за этим, – погрустнел принц. – Я и сам не собираюсь, хоть и тянет напиться и забыться. Но отец этого не простит. Утром я отправляюсь в Туран заключать официальную помолвку и должен выглядеть так, чтобы страну не позорить.

– Сразу на прием во дворец? – удивился Ардарион.

– Нет, конечно. В праздники этим никто не занимается. Пока в наше посольство. Отец считает, что мне необходимо сделать несколько официальных визитов.

– Я в Туран собирался через неделю. – Дракон прикрыл глаза. – У нашей общины дел там пока нет.

– А если поедешь с нами, сможешь воспользоваться королевским телепортом, – начал соблазнять друга Краут. – Тебе же на праздниках все равно, где быть. И дом в Туране пустует.

– Отнюдь. Прислуга держит его в полном порядке, – возразил Ардарион. – Да и телепорт я построить могу сам.

Правда, делать он это не любил: уходила прорва энергии, гораздо больше, чем при перелетах.

– Ар, мне нужна твоя поддержка, – наконец прямо сказал Краут. – Возможно, и совет, как избежать брака. Ты же не можешь отрицать, что являешься крупнейшим специалистом по этому вопросу на Рикайне?

* * *

Мне приснился волшебный сон. Дивной красоты лес подсвечивался тонкими золотистыми солнечными лучами. Я шла по тропинке куда-то вглубь. Бабочки с причудливыми рисунками на крыльях порхали по краям тропинки, садясь на цветы, которые до сих пор я видела только на гравюрах в книгах. Тропинка привела на поляну, на которую с другой стороны вылетела синяя птица, птица Эурин. Ее можно было увидеть только в Гарме, и она была настолько редка, что считалось, что встреча с ней приносит счастье. Ни один виденный мной до сих пор рисунок не передавал и десятой доли того чувства, что возникало при взгляде на это чудо. Птица переливалась всеми оттенками синего – от темного у туловища до светло-голубого на конце хвоста и крыльев, хохолок на голове брильянтово посверкивал, а взгляд был настолько суровым, что казалось, она сейчас заговорит и будет ругать за все проступки, совершенные когда-либо. Но нет – птица растаяла, за ней исчезли полянка и окружающие ее деревья. Все скрылось в разноцветном мареве, вызывающем какое-то внутреннее чувство протеста и дисгармонии. И тут я проснулась. Было раннее утро. За окном чернила темноты только начали разбавляться тонкой бледной полоской рассвета. За дверью послышался какой-то шум. Повинуясь неосознанному порыву, я подошла к двери, открыла и увидела ЕГО.

Он был прекрасен. Нет, Он был изумителен. Таких дивных выразительных глаз мне еще не доводилось видеть. Все Его черты были соразмерны и гармоничны. Ничего более совершенного мне не приходилось созерцать до сих пор. Он вызывал такой восторг и умиление, что хотелось прижать Его к груди и поцеловать.

– Как ты сюда попал? – спросила я, когда молчание уже совсем затянулось.

– Мяу, – жалобно раскрыв ротик, произнес маленький пушистый белый комочек.

– Это значит «покорми, а потом уже спрашивай», так?

– Мяу, – подтвердил котенок.

– Вообще-то я больше люблю собак, – предупредила я, – но не дать же тебе с голоду умереть, тем более что мясо еще осталось. Проходи.

Когда я показала Алне находку, та пришла в ужас: в общежитии строго-настрого запрещалось держать животных, они нарушали общий магический фон, давали погрешность при обучении и моментально вычислялись комендантшей. И все это сопровождалось страшными скандалами.

– Странно, что она до сих пор не прибежала, – сказала подруга. – Вирель рассказывала, что в прошлом году даже хомячка не удалось до комнаты донести, а тут целый кот. Сейчас точно прибежит и орать начнет!

– Кот, скажешь тоже! Да ему месяца полтора от силы. Надеюсь, пока занятий нет, инора Кирен разрешит его подержать здесь, а там Биран подъедет, вот и будет ему чем себя занять на обратном пути.

В дверь постучали. Подруга столь выразительно взгянула, что и слов не понадобилось. Это действительно оказалась комендантша, только пришла она отнюдь не из-за животного в комнате.

– Доброго вам утра, инорита Уэрси. Вам посылочку принесли, – начала она с порога, – из самого дворца, значит, вот и печать королевской канцелярии. Не забывает Ее Высочество принцесса Олирия своих подруг.

Она протянула нарядную коробку, украшенную пышным бантом. На приложенной открытке действительно было поздравление от Олирии. Только вряд ли она писала сама: стандартные фразы и ровный, красивый почерк намекали на помощь секретаря. Хотя что это за претензии? С принцессой в переписку вступать я не собиралась. Я вскрыла коробку, внутри обнаружился большой кристалл-накопитель. Ценность его как самоцвета была невелика, поэтому инора Кирен, вытягивавшая свою тощую жилистую шею в желании рассмотреть поближе, разочарованно вздохнула и, попрощавшись, быстро ушла.

– И что? – удивилась Ална. – А где гневные вопли из-за посторонних животных? Она кота даже не заметила. Похоже, слухи о ее проницательности сильно преувеличены. С такой внимательностью сюда не только хомячка – слона пронести можно!

– Возможно, это влияние магии, увеличившей мою комнату? – предположила я. – Котенок попал в какую-нибудь лакуну, которая не просматривается. А инора Кирен – довольно слабый маг.

– Может быть. В таком случае, пока он оттуда не выйдет, его никто не заметит.

– Значит, я могу котенка оставить! – обрадовалась я. – Как вовремя пришел подарок принцессы! Если я буду по вечерам перед сном сливать остатки магии, а сейчас, на каникулах, когда мы почти не магичим, можно и с утра весь ресурс спускать, то попробую набрать энергию, необходимую для поддержания хотя бы изменения пространства.

– Заполненного кристалла хватит и на иллюзию. Но, – тут Ална скептически посмотрела, – боюсь, что с твоим ресурсом наполнение маловероятно.

– Ничего, главное – начать, а там… – мечтательно протянула я. – Я где-то читала, что если ресурс регулярно полностью вычерпывать, он растет. И вообще, посмотрим хоть, на сколько наполню, если солью все. – Я поудобнее взяла кристалл и направила в него поток магии.

Глава 4

Так, первый датчик сработал! Она взяла кристалл. «Интересно, заметит метки или нет», – подумал Гердер, прикрывая глаза, чтобы сосредоточиться. Застольные беседы не были слишком громкими, но все же отвлекали, а второго шанса могло и не представиться. «Так, прошла первая метка на заполнение – значит, не заметила. Собственно, предсказуемо, учится не так давно, о метках наверняка не знает. Прошла одну восьмую. Быстро. Пожалуй, свой показанный резерв уже должна исчерпать. А нет! Надо же, треть! Уровень Олирии, хотя сестра, пожалуй, не заполняла бы накопитель с такой скоростью. Половина! Не ожидал, не ожидал. Поток ровный, до иссякания далеко. Три четверти? И вы говорите, слабенькая магия? Ах, инорита, нехорошо так бесстыдно обманывать. Да сейчас в нашей академии по резерву вам нет равных, а вы ведь еще не закончили. Что?!! Накопитель заполнен! Да, инорита, меня давно уже так приятно не удивляли». Кронпринц открыл глаза и обнаружил, что за столом молчат и внимательно на него смотрят.