Молитва «Гранд-Каньон»
- -
- 100%
- +
«На карту мира я поставил жизнь…»
На карту мира я поставил жизнь,И жизнь твердила мне: «Разбей колоду!»Сиянье разума пусть обретет свободу…Ты только пой и за меня держись.Держался я, как мог и как умел.Соломинку стелил себе под брюхо…Не взятая врагами крепость духаВ руке моей крошилась, словно мел…Исход
Ты опора моя и стены,Нескончаемая стезя!Божьим хором грядут перемены,Легионы скорбей разя!Сонмы ангелов, в сон мы бесам!Бесконечный круговорот —Светлой Пасхой да темным лесомСовершаем мы крестный ход!Ход часов – часовой по кругуЧасослова Твоих границ.Я снимаю земную кольчугуПод небесную песнь колесниц.Ты опора моя отныне,Крепость духа на страже дня!Не оставь посреди пустыниНа Исходе времен меня!Продавец Пустоты
Завтра я куплю счастливый билетВ обратную сторону, туда куда нетДороги назад и дороги вперед…Туда, где цветет северный лед…Где распускается северный цвет…В обратную сторону, куда больше нетДороги назад и дороги вперед,Где сияние снов осеняет восход.Там вечная осень – синица из рук,Слепая, голодная стая ворон.Воронка чернил, чертежей и икон, —Как конь и стрела, как инок и лук…В кривых зеркалах зарождается склепОслепших от солнца, усопших от лун…Счастливый билет – это ломаный хлебЗа ломаный грош, арабский скакун…Неси своих мертвых в холодную ночь!В кольчуге степей полыхают холмы…Шатры ледяные… И северный кочСтоит, индевея под шубой зимы.Слияние рук и слияние рек.Поставлены в круг свеча и цветок.Купи кровь искупленных, мил человек,За ломаный грош и кинь в кипяток.Пусть пепел гуляет, и зреет зола…Свеча и цветок – из веток венец…Венчай меня, время, в свои купола,Купай в молоке мою кровь, наконец…Пусти пепел в поле, где ватные стеныУсеяны мертвою хваткой огня…Согрей мои волосы, веки и вены,Шатры ледяные согрей и коня!Когтистыми лапами ночь из колодцаОзябшее солнце выносит на свет…Оно на щите, словно смерть полководца,Оно словно медь неотмеченных лет…Счастливый билет – это гвозди в запястья!Под камень лежачий вода не течет!О глупое сердце – картонное счастье,Кривых отражений обратный отсчет.В кольчуге степей цепенеет закат —Искусных дел мастер, слепой ювелир…Слияния тел драгоценный карат,Слияние рук, отмывающих мир…Эй, зодчий времен, изваяй мне рассвет,В обратную сторону, где я есть и ты.Отныне туда мне последний билет,Куда держит путь продавец пустоты…Когтистыми лапами ночь на исходе…Озябшее солнце простыло, как след…Оно на щите, словно смерть в хороводе…Оно словно… Не было смерти и нет.Забытый полк
Земля колышется под нами,Над нами небеса горят.Закат. Зенитки. Воздух. Пламя.И неразорванный снаряд.Еще немного – будет туго…Еще тревожней и больней.Огонь! Разрыв! И тело другаГорит, как пух от тополей…Налей мне, кореш, фронтовыеИ закусить дай двадцать пятьГрамм хлеба – слезы полевые…Ран пулевых не залатать.Земля колышется и плачет.Который день идут снега…Идут часы, а это значит,Войной пойдем мы на врага!Черед настал! «Катюши» к бою!Что, Катька? Запевай куплет!Мы на два голоса с тобоюСмерть встретим песней, как рассвет!Встречай меня, слепая пуля!Ты дура! Что с тебя мне взять?Целуй меня, пока не сдулиС меня живую благодать.Я отомщу врагу за друга!Товарищ, верь в меня и пой!Катюша, бей! Огонь! И вьюгаПокоем станет нам с тобой…Земля колышется в осколках…Звон колокольнями кольнетСердца людей на книжных полках,И память снова призоветЗабытый полк последней боли,Шинель закинув на закат…Отсыпь мне, друг, немного солиНа раны… Пусть они болят!Настанет час – победокуримНа празднике, не на войне!Дорога! Май! Победа! Курим!И тополя стоят в огне!«Услыши меня, мати моя!..»
Услыши меня, мати моя!Услыши меня, отче мой!Это моя поступь домой…Это моя песня и я…Дева Богородица, радуйся!Солнце! Солнце! Луна! Луна!Услыши меня сердцем, сестра!Услыши меня болью, брат!Встречай меня солью, закат!Встречай меня хлебом костра!Дева Богородица, радуйся!Солнце! Солнце! Луна! Луна!Услыши меня, бабка и дед!Услыши мой голос, родня,Через сито световых лет,Господи, услыши меня!Дева Богородица, радуйся!Солнце! Солнце! Луна! Луна!Услыши меня, песня моя!Услыши меня, Солнце, Луна!Завтра стану деревом я,Под которым речка без дна…Дева Богородица, радуйся!Завтра стану деревом я!Не руби под корень, костер!Да не вешай крону на крест!Мост над бездной – ветви сестерЧерез вопль гибельных мест…Дева Богородица, радуйся!Завтра станет кровью вода!Не губи, глухая стена!Стынет в жилах слепая орда!Слепит Солнце! Луна! Луна!Завтра кровью станет вода…Дева Богородица, радуйся!Я с тобой отныне всегда!Краеугольный ребенок
Я вижу великий океан!Я вижу великий океан!Я вижу великий океан!Я вижу великий океан,Я чувствую солнце в ладони моей,Идущий извне сквозь туман —Краеугольный ребенок камней.Я вижу великое солнце!Я вижу великое солнце!Я вижу великое солнце!Молчание – в игольное ушко,Невидимой нитью несвязанных слов,Крепче всех мировых основ,Выше, чем когда сокол парит высоко.Я вижу великую луну!Я вижу великую луну!Я вижу великую луну!Прыгай, сердце, вверх-вниз и сноваПо кругу: вверх-вниз, вверх-вниз!Я религия сна, идущая изГлубины последнего слова.Я вижу великий праздник!Я вижу великий праздник!Я вижу великий праздник!Я вижу прилив и отлив,Танец смерти – семь пядей во лбу,И невесту в небесном гробу,Лежащую в свадебном платье из ив.Я вижу великий погром!Я вижу великий погром!Я вижу великий погром!Я вижу великий погром,Деревянное сердце в ладонях огня…Я знаю Идущего сквозь меня,Сквозь туман мой и гром.Я вижу великую праматерь!Я вижу великую праматерь!Я вижу великую праматерь!Здравствуй, сокол мировых колоколен!Ты слышал шум океана и течение лет.Краеугольный ребенок твой боленКоленями в угол, глазами в рассвет.Я вижу великого праотца!Я вижу великого праотца!Я вижу великого праотца!Сочится, печется на солнце вода!Если магия – в кровь, по бумаге я – вкривь.Береговая линия в медный отливЗатопила мои города.Я вижу великий Вавилон!Я вижу великий Вавилон!Я вижу великий Вавилон!Вавилонская башня во мне!Если магия – в кровь, значит, все вкривь да вкось.Открой мои двери, Идущий извне,Всех религий сквозь…Я вижу великий океан!Я вижу великий океан!Я вижу великий океан!Я вижу великий океан на колесницах волны,Я чувствую затмение в несмелой руке,Я вижу тень солнца и тело луны,Упавшее замертво вверх по реке!Я вижу великую даль!Я вижу великую даль!Я вижу великую даль!Безмолвие помнит игольное ушкоНевидимой нитью несвязанных снов.Идущий извне – сокол сказанных словВзмыл в сонное небо, сквозь дух – высоко!Третье пространство
По дырявым мыслям в ржавый котелок,Что рассыпал и пошел пугать врагов…Кирпичами красными с трех буквТрехэтажным матом обложил.Выложил шатер забытых строк.Выложил помостом остров снов.Обнажил живой из ножен звук.Пошатнулся мертвый и ожил.На заплаканных щеках старела мать,На заляпанном стекле застыла ночь…Распустила дочка волосы рекой —Обернулось воскрешением, как всегда.Восковых свечей теченье – вспять.Восковых фигур горенье – прочь.Оплывали в неприкаянный покой.Пошатнулась мертвая вода.Потушили мост гвоздями звезд,Утонули в ледяном ключе,По дырявым мыслям вышли вон.За оградой наградили грудьВеником венков и в полный ростВыключили свет в живом луче.Погасили скважину икон.Пошатнулся мертвый в дальний путь.Пошатнулся мертвый и пошел.Обронили две монеты мокрых глаз.В глиняной копилке – алчность рук.Трижды плюнул через левое плечо.Трижды стало очень хорошо.Трижды пошатнулся медный таз.Трижды свечи замыкались в круг.Лишь однажды стало горячо.На морозе обложил языкЛедяным ключом, клочками язв.Зазывала дудочка в апрельДурачка на пир во время крыс.Время и пространство были встык.Стол ломился от питья и яств.И звучала чертова свирель.Мертвый пошатнулся вверх и вниз.Щелкал семечки нечищеных ворон,Что клевали небо в струпьях дня,Когда в память стали зарыватьБоль избушки от избытка чувств.Сторожила башня небосклон.Ворожила жизнью у огняСтарая заплаканная матьДочь свою в пустыне тесных уст.Пошатнулся мертвый наугад.Две монеты в месяц мокрых глазПокатились колесом под стол, —Время и пространство шли вразрез.Гладкий пол в полжизни под закатКутался в шаги. И пробил час, —Пошатнулся мертвый и пошел.Пошатнулся мертвый и воскрес.Духовный Стих
Посвящается Андрею Безымянному
Прости мне грехи мои тайные, Тайный.Прости мне грехи мои явные, Явный.Они пред Тобою явлены, как сор по углам,Где молятся такие, как я, ослушники.Сижу вот, чайком балуюсь,По крепости духу спертому,Да корочкой черствой, сытною.Свой угол коленками мучаюИ совесть горохом немолотымПодпираю от случая к случаю.Я стану Твоим золотом!Прости мне грехи мои тайные, Тайный.Прости мне грехи мои явные, Явный.Они пред Тобою явлены,Как соль на пороге Вечности,Где стены становятся клинышком —Не журавлиным, а сколотымКолышком в сердце сыром.Ты станешь моим Золотом!Я буду Твоим серебром!Прости мне грехи мои терние, Путь.Прости мне грехи мои терпкие, Истина.Прости мне грехи мои тельные, Жизнь.Горох, что грехи мои вострые,Напоминает о Тайном мне,Напоминает о Явном мне.Все тайное станется язвоюПред Явленным мне, уязвимоюРаскаяньем и Прощением.Прости мне грехи мои тайные, Тайный.Прости мне грехи мои явные, Явный.По милости рук и по кротостиВзрасти во мне древнее Дерево.Всех заперли в Древе вчера и сожгли.Говели и люди, и свечи.Я стану горстью Твоей земли.Ты будешь моим междуречьем.Прости мне грехи мои тайные, Тайный.Прости мне грехи мои явные, Явный.Восстань из проруби передо мной,Как сонм света во сне перед тьмой,В убитую нами ночь.Помяни Своих мертвых в гробах их.Вспомни Своих живых в домах их жилых.Вложи Свою Пасху в блудную дочь,Вложи Свою Пасху в блудного сына,Смертию смерть поправ, смертию смерть…Я Твоя грешная глина.Я Твоя мертвая медь.Ты моя Тайная Вечеря,Незримое золотом зреть!«Я видел, Солнце затмевало!..»
Я видел, Солнце затмевало!Затменье длилось два часа.И в чаше черного овалаТонули взглядом небеса…«Прошла веселости весенняя пора…»
«…А что мертвые воскреснут, и Моисей показал при купине, когда назвал Господа Богом Авраама и Богом Исаака и Богом Иакова. Бог же не есть Бог мертвых, но живых, ибо у Него все живых» (Лк 20:34—38)
Прошла веселости весенняя пора…Пора мне собираться в путь-дорогу…И жмется старый пес и лижет ногу,А за порогом ждут меня ветра.Мой добрый друг, прошу тебя, не вой!Вдова, в дорогу провожать не надо…Часы молчат который год! Лампада,Не плачь по мне, не надо… Я живой!Жива и ты, согбенная изба,И старый пес, что пел луне когда-тоОт самого рассвета до заката…Мой голос тоже сорван, как резьба…Здесь только ветер – пьяный хулиган,Чьи выходки достали до печенок…В ладонях цепких прячется галчонок,Напоминая мне пустой стакан…Он выпит мной от страха и тоскиНа посошок по русскому обычаю…Рассвет вошел за мной и кровью бычьейПомазал все дверные косяки…Спасибо и на том до самых звезд!На чем стою, глядишь, на том и лягу…Стакан разбит, охолонивший флягу,И, словно флаг, я поднимаю тостЗа тех, кого призвали в добрый путь,За тех, кому смотрели вслед рассветы,Кому дул ветер бронебойный в грудь,Сдувая мясо всех живых с планеты!Вдова, ну что ты плачешь? Не вопи!Зарыт мой старый пес… Пусть мои костиНапомнят людям, что мы только гости,Разбросанные ветром по степи…Пройдет веселости весенняя пора…Пройдет и это в бренные пожитки…Жизнь, как игла, и люди ее – нитки,А смерть – залатанная черная дыра…Лебединая песня
Твои слова засели глубоко…Твое письмо лежит в моем конверте…Я буду помнить о тебе до смерти!Прощай, любимая! Мне будет нелегко…Ты парусами не держи мои ветра!Лети, конверт, навстречу переменам!Отравленная кровь течет по венам…Прощай, любимая! Мне уходить пора…Ты песня лебединая моя,Что запечатана в бумажном черном свитке…Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Vae victis (лат.) – горе побежденным.
2
Йом – понятие, обозначающее промежуток времени, обычно равный суткам. Слово «йом» в иврите и в арабском языке дословно переводится на русский язык как «день».
3
Эхад – обычно переводится с древнееврейского как «единый», «неделимый». Так в молитве «Шма» провозглашается основная идея иудаизма – единство Господа и нерасторжимость еврейского союза с Создателем: «Слушай, Израиль, Господь, наш Бог, один/един (эхад) есть Бог».
4
Азраил – в иудаизме ангел смерти (мал’ах ха-мавет), отождествляется со страшными великанами и демонами. В Талмуде он идентичен Сатане и злому помыслу (иецер ха-ра). Чаще всего ангел смерти является в образе беглеца, бродяги или нищего. В фольклоре он часто изображается со множеством глаз, усердным жнецом или стариком с мечом, с которого стекает яд.
5
Ка́ли-ю́га – четвертая из четырех юг, или эпох, в индуистском временном цикле. Характеризуется падением нравственности, поскольку добро в мире уменьшается до одной четверти от первоначального состояния в век Сатья-юга. Варианты трактовки названия: «век демона Кали», «железный век», «век раздора».
6
«Чайка по имени Джо́натан Ли́вингстон» (англ. Jonathan Livingston Seagull) – повесть-притча, написанная Ричардом Бахом. Рассказывает о чайке, учившейся жизни и искусству полета. Также может считаться проповедью о самосовершенствовании и самопожертвовании..