Доченька для олиграха. Спаси нас, Громов!

– А, давай, поиграем? – спрашиваю ее с нарочито вдохновленным тоном.

Ее бы успокоить и отвлечь…

Малышка кивает головой, соглашаясь на предложение.

– А во что? – уже более оживленно и заинтересованно спрашивает меня.

– В… великих героев. Вот, ты кем бы хотела стать? Чтобы быть самой смелой?

Света ненадолго задумывается. А потом радостно, словно нашла ответ на сложную загадку, объявляет:

– Пантелой!

– Хм… Героем пантерой? Это как? – с очень заинтересованным видом уточняю у нее. – Изобрази.

Та с явной вовлеченностью в процесс забавно хмурит личико:

– Я пантела. Я злая кошка! Лычу: лы-ы-ы-ы! – ладошками изображает кошачьи лапки с коготками.

Видя эту картину, еле сдерживаю себя, чтобы не засмеяться от умиления.

– Ух, самое грозное «лычание», которое я слышал, – авторитетно заявляю я.

Малышка радуется похвале. Приободряется. Видно, что начинает чувствовать себя уверенней.

– А ты будешь слоником! – неожиданно утверждает Света.

– Это с чего, вдруг, слоником? – удивляюсь выбору.

– Слоник большой и сильный, как ты, – приводит доводы малышка. – Еще может хоботом водичку наблать. И вот так: фю-у-у-у, все на огонь. И тот потух.

Хмыкаю. Аргумент.

– Пусть, буду слоником. А…

Прерываюсь, заметив, как личико девочки сильно нахмурилось. И приняло страдальческое выражение.

– Все хорошо? – интересуюсь.

– Просто очень животик давно болит, – объясняет девочка. – Вот тут.

И показывает весь живот, полностью. Пытаюсь прикинуть, что это может быть. Но Света поясняет сама:

– Давно кушать плосит.

Мыслено хлопаю себя по лбу.

Представляешь, Марк, а дети тоже кушать хотят. Вот сюрприз, да?

Перестав мысленно подкалывать себя, говорю девочке:

– Тогда наши приключения, великая грозная пантера, начинаются. Запрыгивай на спину слонику и побежали охотиться и добывать себе пищу.

Мелкая с радостью позволяет закинуть себя на мою спину. Весело хихикает.

Отчего-то это вызывает у меня удовольствие. Да и, вообще, не думал, что когда-нибудь смогу вот так вот играть с ребенком.

Несколько лет назад, когда полностью разочаровался в женщинах, из-за одной… был уверен, что ни с одной у меня отношения не дойдут до того, что у нас появятся дети.

Под восторженный смех малышки спускаюсь на первый этаж. Радует, что она отвлеклась и перестала постоянно плакать.

Тася меня удивила. В отличие от меня, женщина знает, что нужно маленькому ребенку. Особенно голодному. Да, и мужику тоже. Это – первое, второе и компот. Последнее не уверен, что распознал правильно. Что-то горячее с ягодами. Как пояснила Тася – самое то после переохлаждения. Чтобы уменьшить шанс заболеть.

Телефонный вызов застигает меня почти с пустым бокалом. Просят подъехать на один из строительных объектов. Там затрагиваются как мои интересы, так и деятельность городских властей. Есть шанс быстро и за счет чужих финансовых вливаний закрыть один из вопросов. На встречу уже и мэр направилась.

Что же, упускать шанс я не намерен.

Беда в том, что только заикаюсь о поездке вслух, как Света с ужасом в глазах хватается за меня и не собирается отпускать.

Долго уговаривать девочку желания нет. Поэтому беру с собой.

По дороге заезжаем в первый попавшийся магазин с детской одеждой. В спешке выбираем и примеряем набор одежды. Света рада каждой вещи и не капризничает по поводу цвета или фасона. Согласна на все.

Продавщица, конечно, жутко удивилась виду малышки (мальчиковые сапоги большего размера, безразмерная куртка, а под ней домашняя футболочка с шортиками), но сработала быстро и профессионально. Распрощались довольными. Я тем, что все прошло за короткий срок, продавщица накинутой сверху «пятеркой».

Звонок Лизы заставляет поменять маршрут. «Гости» уже готовы на сделку. И меня ожидают в бизнес-центре моей компании.

Когда вхожу в здание, девочку в моих руках сложно узнать. В новой стильной одежде и не рыдает на весь двор.

В холле бизнес-центра меня ждет сюрприз. Толпа журналистов и Лиза, отвечающая на их вопросы.

– Это важное решение для города, – слышу часть ее ответа одному из людей с камерой.

Пока иду, шепчу малышке в руках, что все хорошо. А то толпа ее, видно, напрягает. Уверяю, что такой грозной пантере нечего бояться. Такой, как она, все будут только восхищаться, если узнают, что Света пантера. А плохие люди испугаются и убегут.

– Тапочки в разные стороны полетят, когда будут трусливо убегать, сломя голову, – шепчу девочке.

И та начинает хихикать, представляя описанное мной зрелище. А я сам себе удивляюсь. Когда во мне успел Петросян проснуться?

– О, Громов приехал! – раздается первый выкрик, когда меня узнают.

За ним куча новых. Я как раз подхожу к Лизе. Ей в этот момент задают новый вопрос:

– Насколько правдивы слухи, что вы и Марк Громов, собираетесь играть свадьбу? Марк Михайлович сделал вам предложение?

Вот же. Сейчас и на меня с этими вопросами набросятся. Может, приказать охране вывести всех из здания?

Лиза делает вид, что смущена. И у нее это очень правдоподобно получается. Сам бы поверил, если бы ее не знал.

– Для меня самой это было такой неожиданностью… – начинает делиться она впечатлениями.

Ну, да. Сама неожиданно для себя и, тем более для меня, предложила мне брак.

– …и мы решили, что это будет полезно для города, если мы объединим усилия… – мэр продолжает возвышать значимость нашего брачного союза.

После очередного высказывания Лизы, толпа оборачивается ко мне. Но вместо вопросов по данной теме, задают совершенно другой, но, видимо, тоже сейчас волнующий журналистов:

– А что за ребенок у вас на руках? Мы что-то о вас не знаем, Марк Михайлович? Это как-то связано с будущей свадьбой? Кто эта девочка?

Пока я подбираю правильные слова, за меня решает ответить малышка. Она полном серьезе выдает:

– Я пантела! Лы-ы-ы-ы!