- -
- 100%
- +
– Ладно, идите в тренажерный зал. Кирилл, останься. И Максим тоже, – сказал Стефанский. И когда все вышли, набросился на Кирилла:
– Что ты творишь, Лавров, а?! Пропускаешь установку, гуляешь ночи напролет. Тебе выходные, может, совсем не давать? Закрыть тебя на базе? Знаем мы, чем такие загулы футболистов заканчиваются! Тоже в СИЗО захотел? Тебя здесь долго терпеть не будут, даже не смотря на то, что ты лучший форвард.
– Извините, тренер. Установку я пропустил… из-за пробок. Я заплачу штраф за опоздание.
– Да? А что ты делал позавчера ночью?
– Э-э… Мы с Максом дома у меня посидели немного. Выходной же был.
– А это что такое тогда? – Стефанский протянул Кириллу газету.
Под огромным заголовком «Как развлекаются наши футбольные звезды?» красовалась фотография изумительно пьяного Лаврова. По обе стороны от него сидели, видимо, не совсем приличные девушки. Кирилла обдало жаром – он и сам практически не помнил, что происходило тем вечером. В статье что-то говорилось о развязном поведении футболиста, грандиозных проигрышах и… Дальше Кирилл читать не стал.
– Это не я. Это конкуренты все подстроили. Это монтаж! Фотошоп! Сейчас просто какая-то жуткая массированная атака на футболистов идёт.
– Ой, иди уже, Лавров. Сил нет никаких. В других командах тебя терпеть не станут.
***
Стоит мне закрыть глаза, и я отчетливо вижу
их всех, словно мы расстались только вчера.
И также отчетливо вижу всю команду. Мне
хотелось бы рассказать об этой команде, о
том, какой она была до своей гибели, и что
стало с теми, кто остался в живых.
Фрэнк Тейлор.
Даша Гаршина за всю не особо долгую жизнь много времени проводила за чтением книг, посещением музеев и театров. На футбол она решила пойти впервые. Одна. Просто у Даши не было подруг – экстремалок. Девушке казалось, что как только она появится на стадионе, Илья сразу заметит ее среди тысяч болельщиков, и забьет специально для нее много мячей.
Однако чем ближе Дарья подходила к стадиону, тем обстановка становилась тревожнее. Еще за несколько кварталов казалось, что город абсолютно равнодушен к футбольному событию. Может, слишком рано пришла? Но тут мимо девушки неторопливо прокатил, мелькнув серебристым боком, симпатичный автобус с надписью «Футбольный Клуб «Лидер». И тут же, будто фанаты ждали появления своих игроков, со всех сторон повалила разноцветная, шумная толпа. Сразу стало весело, появилось предвкушение какого-то приятного, но и тревожного, одновременно, события.
Билет купила без проблем, но тут же к девушке подкатил веселый тип неопределенного социального положения.
– Девушка, а за какую команду болеете?
И пусть Даша была блондинкой, но скорости мышления ей не занимать – она оглядела мужичка, но не сумела определить его принадлежность к той или иной команде.
«Фанаты – агрессивные люди… Я слышала про выломанные кресла на стадионе, про драки с милицией, про бунты на улицах города. А если я назову не ту команду?»
Дарья состроила лицо повысокомернее и как можно пренебрежительнее запищала:
– Мужчина, о чем вы? В филармонию опаздываю!
И, лавируя между скоплениями людей, направилась к месту. На трибуне, где находилось ее место, было полно народу. Где-то далеко внизу, на поле разминались команды. И тут же развенчались все мечты: в огромной чаше стадионе Илья вряд ли разглядит Дашу, тем более не зная, что она вообще собралась сегодня посетить стадион.
Матч начался. Какой-то пузатый мужик сбоку яростно размахивал руками, подпрыгивал и матерился. С другого бока сидела не вполне трезвая компания молодых людей, которые то и дело шумно комментировали происходящее на поле и старались в любой момент треснуть друг друга в ухо. Сзади несколько активных мужчин и женщин предпенсионного возраста обсуждали, куда отправляться после матча, для того, чтобы отметить несостоявшуюся еще победу, и с аппетитом щелкали семечки. На двадцать первой минуте истыканная локтями Даша кинулась к выходу.
– Я еще не готова к футболу, – решила девушка, весь оставшийся вечер вытаскивающая из волос шелуху от семечек.
***
– Здравствуйте, дорогие болельщики! Мы ведем прямую трансляцию с домашнего стадиона футбольного клуба «Лидер». Меня зовут Демьян Журамский, и эти девяносто минут мы проведем вместе с вами. На улице стоит превосходная, совсем уже летняя погода – одно удовольствие выходить на поле и показывать все свои способности. Тем более что командам есть, что доказывать – «Лидер» – наш действующий чемпион, а их сегодняшний соперник – ФК « СЛК» – по итогам прошлого сезона занял провальное для себя шестое место. Внимание, команды появляются на поле.
Швейцарский полузащитник ФК «Лидер» Кристиан Шёнберг вышел на поле, и первое, что бросилось ему в глаза, это большущий банер с надписью «Кристиан, когда ты на мне женишься?»
Кристиан даже подошел поближе, но ошибки быть не могло – банер имел к нему самое прямое отношение, рядом сидела его Марина и радостно махала рукой.
Да, они уже три года вместе, с тех самых пор, когда Кристиан приехал в Россию, и даже иногда разговаривали о свадьбе, но… Крис никогда не задумывался, что ей это так важно. Как уж тут сосредоточиться на игре?
– И вот, дорогие друзья, начинается матч! Футболисты «СЛК» первыми касаются мяча. Тут же полузащитник Александр Хохлов простреливает в девятку ворот Яна ван Нотена. Ван Нотен как всегда на высоте! Он далеко вперед посылает мяч, и тот оказывается у капитана «Лидера» Максима Апрелева. Максим совершает резкий рывок по флангу, навешивает на Кирилла Лаврова. Лавров принимает мяч, на замахе обманывает защитника, прострел, ГО-ОЛ! У нас быстрый гол, друзья. Лавров давно славился своей э… как бы это сказать… антидисциплиной, но голы у него получаются отменные. Форвард от Бога, а характер от дьявола! – обрадовался сам своим перлам Журамский. – А пока Кирилл Лавров получает желтую карточку. Потому что нельзя, дорогой ты наш, майку свою снимать, пусть под ней и превосходный торс. О, и танцы такие исполнять здесь не следует! Что-то с элементами стриптиза у бокового флажка. На славу отметил свой очередной гол Кирилл. Он все отмечает на славу. Мне кажется, ему надо было родиться бразильцем. Пять туров не забивал человек, будем надеяться, теперь прорвет. Смотрите, у нас снова мячом завладел лидер «Лидера» – Максим Апрелев. Вот на чью игру всегда приятно посмотреть, так это на игру многолетнего капитана «Лидера». С ностальгией вспоминаем работу этого футболиста в зарубежных клубах. А его знаменитые мячи в ворота сборных Англии и Италии! Ну, тут отличные футбольные гены. Помните отца Максима, Эдуарда Апрелева? Да что я говорю, конечно, помните! Ой, смотрите, какие у нас вещи замечательные на поле происходят. Виктор Котляров нарушил правила прямо у себя в штрафной – он уронил нападающего « СЛК» корейца Чи Суна. Ну, вот же, смотрите повтор – конечно, был там пенальти, был! Хотя… Сам Чи Сун и пробьет одиннадцатиметровый. Смотрите, какие глаза у ван Нотена – не человек, скала! И он берет пенальти! Крепко, в руки! Феноменально!
Комментатор проорался, немного отдышался, и с энтузиазмом продолжал:
– Я думаю, вы знаете, что в межсезонье «Лидер» был абсолютно неактивен. И лишь на флажке усилился Алексеем Траушем – одним из лучших молодых игроков Бундеслиги. «Лидер» давно охотился за ним. Но вот пока Алексей не играет – говорят, простуда его одолела. А мы так плавно, за разговорами подошли к перерыву. Идите, готовьте себе новые бутерброды и возвращайтесь к нам.
Демьян Журамский отключил микрофон и облегченно выдохнул – каждый новый матч как новый бой для молодого комментатора. И приходилось собирать в кучу все силы и все скудные познания в футболе.
– И мы снова вместе! Я тут пока пообщался с коллегами, многие считают, что «СЛК» еще отыграется. Футболисты «Лидера» уже вышли на поле и ждут своих соперников. Лавров о чем-то беседует с Виктором Котляровым. Вряд ли о сегодняшней игре; наверное, делятся впечатлениями о своем посещении ночных клубов. Я на днях совершенно случайно заглянул в одно подобное заведение, а там наши уважаемые футболисты такое вытворяют… Итак, судья дал свисток к началу второго тайма.
***
Он дал свисток и теперь должен затеряться на прямоугольном поле. Лишь не вспомнив о нем ни разу, не назвав его имени, не высмеяв его решений, его работу назовут достойной. Он должен быть в тени, имея один из главных атрибутов действа – свисток (читай – власть).
Его работу никогда не оценят по достоинству. Если он допустил ошибку, её увеличат до размеров земного шара. Если отработал без помарок – скажут вскользь, что так и должно быть.
Там, в отдалении, сияя начищенным пузом, стоит смысл матча – кубок. После финального свистка одна из команд схватит его, расцелует, скорее всего, даже сломает.
А он не получит никаких наград, хотя отбегал на поле столько же, ни на минуту не выключаясь. И не имея за спиной замены. Главная его награда – новый матч. Может, даже в Лиге Чемпионов. Или на Чемпионате мира. И снова – не в главной роли. Так и должно быть.
У него не будет и сотой доли фанатской любви и популярности, и даже имя его запомнят спустя годы.
Но он владеет футболом, а значит – миром.
Он судит, а значит спрос с него – больше.
Он судит, а значит у него есть право.
Он судит, а значит играть не сможет – никогда.
Будь снисходителен. Судейская ошибка – еще не конец света.
Он здесь, чтобы ПОМОГАТЬ.
***
Луис Линья несся по родной правой бровке с мячом, старательно обводя соперников, успевая боковым зрением отмечать перемещения одноклубников. Вон у ворот открылся Лавров. Навес! Эх, штанга…
«Как хочется забить еще, – с сожалением подумал Кирилл.
Лавров всегда выходил на игру супермотивированным. Каждый матч как новая возможность, да что там! – новая жизнь. Если жизнь вне поля тянется монотонно, одни события закономерно влекут за собой другие, то на поле каждая секундочка ценна, и нужно все успеть – забить, подать, исправить то, где накосячил сам или партнеры.
Будучи раздолбаем по жизни, парень относился к футболу как к этой самой жизни – одной, мимолетной и ценной. На футболе он убивался, отдавался и упивался им.
– Эх, Илюша, куда ты мчишь? Дай мне мяч, дай… Нельзя быть таким эгоистом, ты же защитник. А старик Лавров знает, что делать с этим мячом.
В это время какой-то посторонний объект вмешался в размышления Кирилла. Через оградительные рекламные щиты перемахнул болельщик и горделиво издевательски пьяными шажками буквально поплыл по полю.
«Наш болельщик! – удовлетворенно заметил Лавров. – Как интересно бежит. Любопытно, а я когда пьяный, как бегу? Надо будет поэкспериментировать».
Но тут Кирилла из своих творческих идей вывела суровая действительность. Останавливать болельщика почему-то никто не собирался, и мужик уже пошел на второй победный круг, как вдруг обязанности зазевавшейся милиции решил взять на себя нападающий «СЛК» Иван Булыгин. Булыгин схватил сияющего, как начищенный самовар, фаната за руку и рванул на себя. Болельщик оказался не совсем готов к столь решительным действиям со стороны футболиста и плюхнулся лицом в отнюдь не гостеприимный искусственный газон. Однако, пьяному фанату такая мелочь не помеха. Поле приняло болельщика в свои объятия и, ей-богу, если бы вокруг меньше орали, он непременно сладко вздремнул.
Лавров же несказанно возмутился подобным развитием событий. Он подбежал к Булыгину и слегка толкнул того в широкую игроцкую грудь.
– Ты офигел?! – цензурно произнес Кир. – Я же твоих болельщиков не трогаю. А он не на тебя пришел смотреть.
Незамедлительно принять участие в конфликте решила добрая половина героев футбольной феерии. Вскоре неотразимый Лавров отражался в красной карточке. Впрочем, той же почетной участи удостоился «враг всея болельщиков» Иван Булыгин.
– Эй! За что? У меня еще ни одной желтой, в конце концов! – решил уведомить нерадивого арбитра Лавров. – Я защищал своё. Чему вас только учат? Или вас нигде не учат!
Но тут Кирилл осекся, вспомнив, как в начале матча уже любовался на желтую. Увидев в не по-доброму разгоревшихся глазах арбитра свое нелицеприятное будущее, Кир решил заткнуться и, подхватив забытого всеми, и, вероятно, Богом, дремлющего фаната, (благо, тот был не слишком габаритен), убрался с поля.
Когда еще удаленный игрок забирал с собой трофей? Уже через час снимок секс-символа «Лидера» с пьяным кульком за спиной облетел все первые полосы разнообразных газет. Попал даже в рекламный проспект борьбы против рабства. «Ежедневно в рабство попадают десятки человек. Вас могут схватить на глазах сотен людей. Будьте бдительны».
Демьян Журамский восхищался явившейся его взору уникальной картиной. Эмоции захлестывали молодого комментатора, шоумена и жуткого нарцисса в душе, он шумно вдыхал, глотал обжигающий крепкий чай, напрочь забыв о прямом эфире, включенном микрофоне. Поэтому зрителям у своих экранов оставалось лишь недоумевать – странная картина разыгрывающегося на поле триллера с элементами комедии сопровождалась странными охами, вскриками и нечленораздельным бульканьем.
***
Андрей Степанович Стефанский сидел на пресс-конференции, в меру гордился своей командой и не в меру краснел за Лаврова. Гордиться было чем – после курьезного происшествия и удаления команда быстро собралась, и Богдан Боев оформил первый в своей серьезной футбольной жизни дубль.
Оба мяча были забиты со штрафных.
– Я рад тому, как сложился матч. Мы сумели собраться и дожать соперника. Шансы были одинаковыми, команды уравнялись в составах, но мы воспользовались нашими моментами. По-моему, матч получился смотрибельным – три забитых мяча: один с игры и два со штрафных, отраженный пенальти, два удаления…
– Чем руководствовался Лавров? – спросил молоденький репортер в очках.
– Я-то откуда знаю, чем руководствовался Лавров, – удивился вопросу тренер и пустился в воспоминания. – Двенадцать лет назад я тренировал юношескую сборную России, в которой уже блистал Кирилл Лавров. Он был лидером на поле и, что менее похвально, вне его. С его посыла команда могла сбежать с базы на какую-нибудь дискотеку. Много крови попортил мне этот мальчишка, но и запомнился больше других. Когда меня пригласили в «Лидер», предстоял сложный выбор – тянуть пятый сезон свою команду из первого дивизиона в премьер-лигу или снова взяться за этого свободного художника, который недавно туда перешел. Выбрав «Лидер», я понял, что Лавров в юношеском возрасте – это были еще цветочки! Сейчас он заматерел, выходки стали еще более изощренными, но работать с таким профессионалом на поле, безусловно, очень приятно. Он сходу все схватывает, всегда до последнего отрабатывает на поле, а что он делает вне поля… Поговорим с ним еще. Ничего, трудные детки – самые любимые, – закончил свою речь Андрей Степанович. – В них вкладываешь столько душевных сил!
Любимая тема всех журналистов – Кирилл Лавров. Его похождения не дают покоя никому. «Доброжелатели» всегда найдут, к чему привязаться – не к игре команды, так к поведению Кирилла. Лавров – форвард от Бога, и Стефанский все ждал, когда тот образумится. Но вот уже двадцать семь лет, а он все как шаловливый кот.
«Может, это нам, крепким середнячкам, нужно пахать и пахать, – думал тренер на досуге. – А ему удается и жить легко, и играть с открытой душой…»
***
Демьян Журамский был урожденным Антоном Колгановым, с детства грезившим о всенародной любви и славе. Однако петь он не умел, писать картины и стихи тоже, в общем, ничего выдающегося в его скромной, но неоправданно амбициозной личности не было. Лишь только имеющие некий авторитет друзья. Сомнительная слава футбольного комментатора Антона Колганова совсем не привлекала – ну что это такое? – сидишь в какой-то каморке, много говоришь, но в лицо тебя знают лишь немногие, вместо толпы рукоплескающих поклонников. Но кроме этого занятия предложить посредственному Колганову больше ничего не могли. Время шло, а знаменитым Антон так и не становился. Тогда, пораскинув мозгами, парень подумал – Виктор Гусев и Василий Уткин – комментаторы, однако их все знают в лицо.
– Тут вся фишка в фамилии, – важно говорил все тот же влиятельный друг. – Сейчас придумаем тебе птичий псевдоним, и полетишь в эфир. Лебедев, Цыпленков, Журавлев… Журавский!
Антон Колганов долго примерял свой новый псевдоним дома перед зеркалом и решил, что теперь будет Демьяном и лучше Журамским.
В футбольных правилах Антон Колганов… Забыли, всё! В футбольных правилах Демьян Журамский не разбирался, поэтому старательно принялся за их разъяснение. К сожалению, это занятие оказалось достаточно трудоемким, и он просто решил в эфире поменьше козырять терминами, а рассказывать что-нибудь обобщенное. Главное, вход в тусовку вроде приоткрылся.
***
Его голос – визитная карточка футбола. И если ты не на стадионе, он – твой главный собеседник.
Ты узнаёшь их по тембру, манере общения. Одного – любишь, другого – ненавидишь. Как карта ляжет. Но всё равно ты будешь спорить с ним. Ведь с кем-то надо делиться. Футбол не должен быть в одиночку.
Он кидает публике суповой набор из мнений, объяснений и оценок. Зачастую он за публику думает и обсасывает выводы. И публика соглашается. А как иначе? Подумать она не успевает, потому что машину ещё надо помыть, помидоры с дачи привезти, и вообще много разных дел. А он там сидит, в своей кабинке, наедине с футболом, вот пусть мозгами и пораскинет.
И он будет включать дурачка и по десятому разу объяснять, чем один Березуцкий отличается от другого, и сколько раз за последние семь лет Спартак обыграл Динамо. Ну ведь всё равно это мило его сердцу…
Он может вложить в происходящее на поле такой глубинный смысл, что ты станешь поклонником этой игры навсегда. И, наверное, он немного, совсем чуть-чуть завидует тем, кто сейчас там внизу, на зелёном острове делает игру. И считает себя главным. Только сейчас, пока включен микрофон, и публика никуда не денется.
После матча он, даже может, возьмет автограф у Кака и долго будет под впечатлением того, как просто так, на улице, встретил в сандалиях Франческо Тотти.
Он тоже заложник этой игры, хоть и один из самых осведомлённых. Не футболист и не просто болельщик. Немного в отдалении и одновременно в самой гуще.
Он должен создать атмосферу и поднять настроение, заинтересовать и распалить. Он будет говорить девяносто минут, даже если на поле игроки покуривают сигары, лениво перепинывая мяч. Он вытянет любой матч, вытащит его из болота на своей не тренированной спине. Порой он не сможет скрыть досаду, но в глазах телезрителей попытается оправдать футбол, не уронить престиж игры. В любом случае он любит футбол, и его глаза загораются, едва он входит в комментаторскую кабинку. И тоже ожидает от футбола больше, чем тот порой может дать.
Он знает об этой игре всё и значит он – главный. Тот, кто владеет информацией – владеет миром.
Он может навязать свою точку зрения, заставить любить или недолюбливать того или иного игрока. И он никогда не болеет за определённую команду. Ну разве что чуть-чуть…
***
Многострадального болельщика звали Игорь. Уже через пять минут он не вспомнил о своих приключениях, да и болельщиком, как оказалось, не был. В связи с экономическим проблемами фирмы его уволили с работы, он одиноко сидел на скамеечке и квасил. Именно там он познакомился с милосердными футбольными фанатами, которые прониклись бедами мужика и взяли с собой на матч, заботливо нацепив на шею шарфик с символикой любимой команды.
Во время игры Игорь вдруг с ностальгией вспомнил, что в далекой, как сейчас казалось, абсолютно беззаботной юности занимался спортом и превосходно бегал кроссы. Видимо, спьяну попутав время и место, Игорь изумленно спохватился – почему он еще не на беговых дорожках, ведь все уже собрались. Хоть и бегали почему-то не по дорожке, а прямо по полю. Кого это смутит?! И он рванул вниз…
Ему казалось, что он парит, летит со скоростью света, пока некое инородное тело не преградило ему путь и применило явно запрещенный в беге на пятьсот метров прием.
Поскольку лжеболельщик ничего не помнил, Лавров с огромным воодушевлением воспользовался своим положением спасителя, и, несколько приукрасив события, выдал, что Иван Булыгин накинулся на беднягу Игоря со всей жестокостью. И неизвестно, какие ужасные события могли случиться, если бы не скромный герой Кирюша Лавров.
***
Эдди Коулмен, 21 год. Полузащитник.
Похоронен на кладбище Weaste в
Сэлфорде.
Марк Джонс. 24 года. Полузащитник.
Похоронен на кладбище Wombwell,
Барнсли.
В микст-зоне за всех отдувались лишь несколько игроков. Ян ван Нотен комментировал отраженный пенальти. Богдан Боев краснел, бледнел, застенчиво держа ответ за два забитых мяча. Максим Апрелев на правах ответственного капитана выдержал бой журналистами и отправился прямиком к Лаврову. И, как это часто бывало, «поцеловал» закрытую дверь его коттеджика. Оставалось ехать домой, и гадать – в адекватном ли состоянии Лавр куда-то отправился.
Дома было безумно тоскливо. Сюда, в скромную квартирку своего детства, Максим переехал прошлой весной. Родители предпочли жить за городом, и Апрель решил вернуться в эту небольшую жилплощадь на пятом этаже с маленьким балконом и все теми же, как и много лет назад бабульками на лавочке у входа и шумными дедками с не теряющим свою актуальность домино.
Надо было на базу махнуть, с Богданом. Сегодняшний матч не назвать простым, но раскладывать его по полочкам своего разума не хотелось. Вот уже несколько недель в голове чаще всего крутилась одна мысль, точнее ситуация – когда Лавр позвонил и сказал, что в команду пришел замечательный титулованный плеймейкер Алексей Трауш. «Лидер» буквально оторвал его с руками, вырвал у напористых конкурентов. Еще недавно Трауш блистал в Германии, а теперь попал в «Лидер», прямехонько к Лиге Чемпионов. Максим был согласен, что команде нужен классный распасовщик. Трауш был эдаким монолитом – его звезда не сияла слишком ярко, напоказ, скорее спокойно горела на своём месте. Он был мастеровит, с большими способностями, футбольным чутьем, всегда неустанно отрабатывал сверх меры. Возможно, по своим бойцовским характеристикам и беззаветной любви к футболу он напоминал Лаврова, но помимо этого был дисциплинирован, вежлив, воспитан. В общем, кругом положительный. В других обстоятельствах Апрель встретил бы подобного мастера с распростертыми капитанскими объятиями, но сейчас…
Когда Максиму было двадцать шесть лет, его любимая Лариса стала наконец-то Апрелевой. Через четыре года у них родился превосходный Севка.
С Лешенькой Траушем Лариса училась еще в одной школе. Он был на целых пять лет ее младше, но они как-то умудрялись находить общий язык. Уже тогда Лёша был хорош во всем – и в учёбе, и в футболе. У него была шапочка светлых волос и круглые синие глазенки. И однажды он снова возник в Ларисиной жизни. Оказалось, милому «малышу» уже двадцать три года, и он неплохо смотрится в бундеслиге. Лично с Максимом Алексей ни разу не встречался, но Апрелю было до скупых мужских слез обидно, что этот пацан теперь воспитывает его сына. Разве может этот… человек воспитать чужого ребенка как своего, так, как хотел это сделать сам Максим. Вырастить настоящего мужчину, боевого и хваткого, совсем не обязательно футболиста. Хорошего человека и надежного мужика.
За последний год Максим видел сына всего два раза и уже чувствовал некоторое отчуждение. Хотя дети его возраста по большей части открыты для других, но многое изменилось с тех пор, как они жили одной семьей. Лариса обещала привезти Севку к Максиму завтра.
Апрель часто думал, как можно все вернуть. Он любил свою бывшую жену… Ну ушла и ушла. Хрен с ней, с женой, Трауш ее не обидит. С сыном бы чаще видеться.
***
Дэвид Пегг, 22 года. Полузащитник.
Похоронен на кладбище Redhouse.
Томми Тейлор,26 лет. Нападающий.
Похоронен на кладбище Monk Breton.
Билли Вилан,22 года. Полузащитник.
Похоронен на кладбище Glasnevin.
Мадина ван Нотен отворила дверь собственным ключом, бросила сумку на пол и отправилась на кухню. Семейная идиллия – Алиса и Лина сидели за круглым столом и увлеченно лепили очередные каракули из пластилина. Между ними восседал папа и пытался внести свою лепту в это замысловатое занятие.
– Доброе утро, дорогая! – громким голосом возвестил он.
– День, сейчас уже день, папа. А где мама?
– Она прилегла недавно.
Мадина оставила святую троицу творить произведения Искусства и тихонько заглянула в спальню. Мамин живот был совсем большим. Временами мама чувствовала себя очень плохо, даже лежала в больнице, и вся семья безумно волновалась.
Когда через час мама вышла на кухню, Лина и Алиса тут же кинулись к ней.