Атлас и серебро
- -
- 100%
- +
Кугуар Кейн был его близким другом, старым другом, однако и думать нельзя о том, чтобы просить у него взаймы. Ведь в течение десяти лет они ни разу не встречались, хотя Роже постоянно давал знать Кугуару, где именно находится. Больше Кейн о нем ничего не знал, да и Роже не собирался возвращаться домой после десяти лет странствий с пустыми руками.
Тем важнее становился серебряный рудник в Ледвилле, штат Колорадо, и тем насущнее необходимость заполучить для его разработки Тома Бартона. Ведь при участии столь опытного управляющего рудник мог бы дать достаточную прибыль за вполне приемлемый срок он и явился в Томбстоун. Нужно было нанять Тома Бартона, и поскорее! Он был почти уверен, что сумеет убедить валлийца работать на себя и доставит его в Ледвилл. Это единственный шанс сберечь время, внезапно ставшее столь важной проблемой, – в свете все более настойчивых телеграмм Кугуара.
Тут его мысли вернулись к Шенандоа Девис. Он вдруг пожалел, что не заказал целую бутылку ужасного пойла. От этой особы жди одних неприятностей. Ее дядя предпочел умолчать о том, что племянница наделена ошеломляющей красотой, в которой причудливо смешались лед и пламень. Не говоря уже о том, что она – выдающаяся картежница. Подобного рода сочетание становилось опасным для любого мужчины – или мужчин, – которым приходилось иметь с ней дело. Эта женщина была создана для поклонения, и Роже не остался равнодушным к ее чарам.
Тем большую угрозу она несла. Он вообще предпочел бы держаться подальше от этой девицы. Надо же, чтобы проклятого дурня – его партнера – угораздило просадить свою часть рудника в покер! Партнером был Шустрый – Эд Девис. Роже впервые в жизни связался с партнером, чтобы собрать начальный капитал для разработки рудника. И теперь не уставал проклинать себя за это. Шустрый Эд вообразил, что его племяннице должен понравиться Ледвилл, в особенности его игорные дома. И коль скоро Эду пришлось осесть в Ледвилле, он хотел иметь рядом и любимую племянницу. Ему удалось убедить Роже, что доставить ее из Томбстоуна —
Роже и сам не был новичком в рудном деле. Все десять лет он скитался по поселкам старателей, где добывали золото и серебро. Однако ему ни разу не удавалось самому добыть достаточное количество этих металлов – по крайней мере достаточное для того, чтобы начать что-то более серьезное. Да и к тому же по молодости он без счета тратил деньги на болтунов, аферистов, шулеров и женщин. Однако Роже ни о чем не жалел. Это были хорошие времена. Роган сумел многому научиться. А теперь наступила пора зрелости.
Добыча серебра в Ледвиллском месторождении была нелегким делом. Тут речь не шла о простом извлечении блестящих самородков из реки или о промывке песка в поисках крупиц золота. Колорадское серебро залегало в смеси со свинцом и требовало выплавки. Потому-то городок и получил название Ледвилл[1]. Бартон являлся специалистом как раз по такого рода процессам – и тем сильнее нуждался в его услугах Роже. Если наладить добычу содержащей серебро породы (а Роже был уверен, что процент содержания серебра окажется весьма приличным), то ее можно будет продавать переплавщикам или же оплачивать их услуги. И в том и в другом случае рудник начнет приносить доход, то есть деньги, необходимые для возвращения в Нью-Мексико и приостановки деятельности Блэки.
Все зависело от того, хватит ли на это времени. Никогда прежде Роже так не зависел от его бега. Потому-то дело чрезвычайно простое, не требующее никаких усилий, – просто прихватить ее по пути.
И теперь Роже мрачно прикидывал, сколько несчастных еще предстоит отправить на тот свет «по пути», пока красотка не окажется в Ледвилле. Осознавал он, впрочем, и то, что сам тоже неравнодушен к девушке. Однако недостаток времени связывал его по рукам и ногам, и всякого рода помехи – пусть даже столь прекрасные – ему ни к чему. Впрочем, Роже все же надеялся, что девица испытывает хотя бы легкую благодарность за спасение своей жизни. Благодарность, а может, даже и кое-что посерьезнее. Впрочем, внешне по ней ничего подобного не было видно, и у Роже крепло предчувствие, что поездка в Ледвилл станет довольно рискованным мероприятием.
Внезапно над ним нависла чья-то длинная тень.
– Эй, Роган, что это рожа у тебя вытянулась, ровно кошачий хвост? – спросил его Том Бартон, со стуком опуская на стол два стаканчика и бутылку виски.
Дождавшись, пока лохматый верзила усядется рядом, Роже ответил:
– Да вот все думаю о руднике, Бартон.
– Ну, от этого у кого хочешь рожа вытянется, – согласился Бартон, встряхнул бутылку и налил в оба стакана.
– Кстати, по поводу кошек – ты нашел свою?
– Чертовы подонки! – взорвался Том. – Если отыщу того, кто спер мою кошку, непременно...
– Вернешь ее тому шахтеру, у которого спер ее сам? – рассмеялся Роже.
Том смешался, но всего лишь на миг, и возразил:
– Знаешь, если бы я продавал всех кошек, каких имел, то давно сколотил бы капиталец и вернулся на родину.
– Без кошки у тебя в берлоге опять полно крыс? – сочувственно спросил Роже.
– Полно? Да они скоро вовсе выживут меня из дома! Давай-ка выпьем за крыс! Все им нипочем: ни шахтеры, ни индейцы, ни вода – ничто! Итак, – он поднял свой стакан, – итак, за наших маленьких пушистых друзей!
Мужчины проглотили виски, поморщились и поставили стаканы на стол.
– Никогда в жизни не пил такого отвратительного пойла. Жжет не хуже, чем плавильня для серебра. Кстати, ты слыхал, что братья Брайтоны грабанули поезд нынче днем?
– Да. Но я новичок в этом поселке. Кто такие эти Брайтоны?
Том ответил, снова подливая виски:
– Три брата, которые грабят поезда с зарплатой для шахтеров всякий раз, когда не хватает денег на выпивку или на баб.
– И шериф не может их схватить?
– Нет. Они обзавелись берлогой в Мексике. Их преследуют до границы, а там они исчезают. – Том одним глотком опорожнил стаканчик, хмуро взглянул на дно и добавил: – Но на сей раз, кроме разбоя, они отмочили еще кое-что.
– Ты имеешь в виду женщину? – поинтересовался Роган, потягивая свое виски.
– Да. Она похищена. Насколько мне известно, она красивая, совсем молоденькая и отбивалась от них, как дикая кошка. Да только Тед Брайтон недаром слывет бабником, с его похотью он не упустит ни одной юбки. Остается надеяться, что у девушки есть богатые, влиятельные родственники. Иначе ей не вырваться из лап Брайтонов.
– Наверное, ты прав. Послушай, Бартон, – начал Роже, решив перевести разговор поближе к интересовавшей его теме. – Дни рудника в Томбстоуне сочтены. Ты это знаешь. Зато Ледвилл растет очень быстро. У меня есть там рудник, и я уверен, что он окажется прибыльным. Вот взгляни... – Роже извлек из кармана кожаный мешочек, в котором тускло поблескивал довольно увесистый камень.
Том Бартон взял кусок руды, покатал в ладонях, понюхал и положил обратно, пробурчав:
– На вид неплохое, а что говорят анализы?
Из жилетного кармана Роже достал сложенный вдвое листок и протянул его Бартону.
Заглянув в бумагу, Том даже присвистнул от удивления. Он снова взял кусок руды, прикинул на руке и посмотрел на Роже:
– Я бы сказал, что тебе подвалил изрядный фарт!
– Я бы сказал то же. Мне пришлось побывать на всех рудниках на Западе. Однако добыча в Ледвилле сильно отличается от других, и, знаешь ли, я хотел бы заручиться помощью такого эксперта, как ты, чтобы обеспечить стабильную прибыль.
Бартон, сосредоточенно уставившись на образец руды, принялся обмозговывать предложение Роже.
– Жалованье будет что надо, – многозначительно обронил Роган.
Том посмотрел ему прямо в глаза, положил руду на стол и подтолкнул обратно к Роже вместе с данными анализа. Не спеша наполнил стаканы. И наконец сказал:
– Только дурак откажемся от такого предложения. За Ледвилл!
Роже с улыбкой кивнул и выпил свое виски. Бартон проделал то же самое, а затем спросил:
– Как скоро я тебе там нужен?
– Со вчерашнего дня.
– Что, такая спешка?
– Просто дьявольская. Надо мной висит еще одна проблема, и, чтобы решить ее, нужно наладить все в Ледвилле как можно скорее. Когда ты приедешь на место?
– Ну... – Том задумался, теребя густую бороду, – надо закончить здесь дела, попрощаться с боссом. Сам знаешь, все как обычно. Пожалуй, на это уйдет не меньше недели.
– Сверни все за пару дней, и тогда сможем отправиться вместе, – твердо сказал Роже.
– Постараюсь изо всех сил. Так или иначе мне пора было подумать о новом месте. А про Ледвилл я слышал только хорошее.
– Если речь идет о серебре, то это правда. Кстати, с нами поедет кое-кто еще.
– Ты нанял еще старателей?
– Нет, не совсем. В Ледвилле у меня партнер. Он попросил привезти его племянницу.
– Ох, только не это!.. – простонал Бартон. – Наверняка она окажется какой-нибудь благовоспитанной мисс с постной рожей!
– Не совсем, – сухо перебил Роже. – Ты, наверное, ее знаешь. Она – профессиональный игрок.
– Шенандоа Девис! – выпалил Том Бартон, мигом выпрямившись. – Так это племянница Шустрого Эда?
Роже кивнул.
– Ты имеешь в виду самую холодную красотку во всем Томбстоуне?
Роже снова кивнул.
– И самую ловкую картежницу, которую мне приходилось видеть?
И снова Роже кивнул.
Бартон налил себе виски, жадно выпил и заявил:
– Меня так и подмывает прямо сейчас отправиться в Ледвилл, хотя к концу пути я наверняка совершенно обалдею от любви. Рядом с ней я становлюсь сам не свой, Роган! Обвалы в шахте, индейцы, драки, грабители – все это чепуха. Но оказаться в одной компании с такой девушкой!.. Сам не знаю, станет ли моя жизнь раем или адом!
– Ну, Бартон, все не так уж страшно! – хмыкнул роже. – Если станет совсем невтерпеж, мы сможем пересесть на другую скамейку в дилижансе!
– И думать не смей! Да за один ее взгляд я шкуры не пожалею! Черт побери, мне уже не терпится оказаться в пути! – Том резко вскочил: – Ладно, приканчивай сам эту бутылку, а я побегу собираться. Насколько я понял, чем раньше мы отправимся, тем лучше. – И уже будучи на полпути к выходу, он заключил: – Я даже ванну приму – вот как!
Роже проследил, как длинный валлиец прокладывает себе путь в толпе, и с задумчивым видом налил себе еще виски. Похоже, Шенандоа Девис становится еще большей проблемой, чем казалось вначале. Может, в дороге ему самому удастся согреть это ледяное сердечко, уж во всяком случае, не стоило уступать такую честь Тому Бартону без боя.
Глава 3
Шенандоа ощущала на себе пронзительный взгляд голубых глаз Роже, хотя тот находился в противоположном конце зала. Время клонилось к полуночи. Весь вечер Роган мерил шагами тесный зал, то сворачивая к бару, то останавливаясь у стола для фараона, хотя все его внимание было приковано к девушке. Шенандоа не находила объяснения столь явному интересу – как не могла понять и своего интереса к этому типу.
Впервые, сколько помнит себя, она была не в состоянии полностью сосредоточиться на игре, то и дело исподволь поглядывала на высокую фигуру, выделявшуюся в толпе старателей – завсегдатаев казино «Держу пари». Карта шла неважная, и она с трудом удерживалась от ошибок, чтобы не оказаться в проигрыше. Особым чутьем Шенандоа ощущала: выйди она сейчас из-за стола, и Роже последует за ней, а этого ей совсем не хотелось. Никак не улыбалась девушке очередная встреча с ним один на один. Он казался ей чрезвычайно опасным типом: девушка боялась не устоять перед его обаянием.
Возможно, ее рассеянность объяснялась тревогой за сестру? Арабелла так и не приехала дневным поездом, а в городе все только и говорили, что про ограбление и похищение какой-то девушки. Хотя до сих пор не было уверенности, что похищена именно Арабелла. В Томбстоун стайками слетались молодые привлекательные особы в надежде на удачу, столь часто сопутствующую старателям.
Впрочем, в любом случае сестра должна была появиться со дня на день, а пока Шенандоа не терпелось побеседовать с самим шерифом Уокером. Только услышав из его уст, что похищена не ее сестра, она сможет успокоиться.
Однако шериф со своими помощниками и группой добровольцев еще не вернулся из погони за Брайтонами, и ожидание становилось все непереносимее.
Но даже столь тревожные мысли не помогли Шенандоа отвлечь свое внимание от Роже. Вот и теперь она поймала себя на том, что любуется, как блестят его светлые волосы под светом масляных ламп. Хотя он брил бороду, волосы предпочитал носить длинные, почти до плеч. И Шенандоа не могла удержаться от мысли, как, должно быть, приятно запустить пальцы в эту густую светлую шевелюру. Взгляд сам собой скользнул ниже, как будто ее руки ласкают широкие плечи и мускулистую грудь. Длинные, прямые ноги наверняка были чрезвычайно сильными, и двигался он с врожденной грацией настоящего хищника. Шенандоа вдруг захотелось вдохнуть аромат его тела, прижаться к нему так, чтобы ощутить его тепло и услышать низкий голос, называющий ее по имени.
Она встряхнулась, пытаясь прервать грезы наяву. Впервые в жизни мужчина оказывал на нее такое воздействие. А уж что до настоящих ласк и всего прочего – она была абсолютно невинной особой. О, конечно, она имела представление о том, что должно происходить между мужчиной и женщиной. Постоянно находясь в игорных домах, казино и салунах, ей довелось повидать всякое, однако собственного опыта Шенандоа так и не приобрела. Ворвавшиеся в ее сознание мечты были совершенно непривычны, и она не знала, как же теперь быть.
Кое-как ей удалось отвести взор от Роже, но тот успел перехватить ее взгляд и ответить на него так, словно они были наедине, а не в толпе завсегдатаев казино. .Шенандоа покраснела, что случалось уж совсем редко. Ощущение было такое, будто он прочел ее мысли, смущавшие и раздражавшие девушку одновременно. Повернувшись наконец-то к столу, она обнаружила, что эту партию в покер давно проиграла.
По крайней мере профессиональный опыт мог подсказать ей точно, когда нет смысла бороться дальше. И она бросила карты, предоставив торговаться другим. Роже Роган совершенно лишил ее способности сосредоточиться. И если она не возьмет себя в руки, нынешней ночью лишится репутации профессионального игрока – это точно.
Она поднялась с места и расправила складки своего пурпурного атласного платья. Машинально пробежавшись пальцами по кружевной отделке, Шенандоа убедилась, что спрятанная под небольшим турнюром застежка на месте. Решив, что с туалетом все в порядке, но впервые в жизни пожалев о слишком глубоком декольте, она направилась к выходу. Шенандоа собиралась выпить чашку кофе в небольшом кафе поблизости, а главное – постараться выкинуть из головы мужчину, столь бесцеремонно нарушившего ее душевный покой.
Однако у Роже Рогана имелись свои планы. Он перехватил Шенандоа на полпути к дверям и зашагал рядом. Невзирая на ее возражения, он направился в сторону от казино, в глубину аллеи, подальше от света уличных фонарей. Здесь он остановился. Все еще не говоря ни слова, Роже привлек ее к себе так, что излучаемое их телами тепло слилось воедино.
Ошалев от столь неожиданных и решительных действий, Шенандоа лишь молча смотрела на него, стараясь казаться абсолютно спокойной. От того, как он обнимал большими, сильными руками ее плечи, вполне можно было позабыть о недавнем решении держаться подальше от этого мужчины. Теперь она была покорена обволакивающей мужской силой, излучаемой нависшей над нею мощной фигурой.
Он долго любовался обращенным к нему прекрасным лицом, ярко освещенным луной, затем медленно, все еще оставляя ей возможность увернуться, низко наклонился над девушкой. Его ноздрей коснулся свежий запах лавандового мыла. Она едва заметно встрепенулась, но так и не двинулась с места, когда его губы едва коснулись ее губ. Тогда он поцеловал ее снова. На этот раз горячие уста примкнули к ее устам чуть дольше, а руки погладили обнаженные плечи. Он поднял голову и снова заглянул ей в лицо. Широко распахнутые глаза сияли, как звезды, однако чудесное лицо оставалось по-прежнему неподвижным.
Шенандоа раздвинула было губы, чтобы прошептать его имя, но он снова припал к ним, позволив себе отведать зовущую, терпкую глубину ее рта. Сильные руки прижимали ее все плотнее, приспосабливая ее нежное, податливое тело к мощным изгибам его собственной фигуры, – словно он не мог насытиться этим объятием. От поцелуя что-то заискрилось у нее внутри, и эти искры породили пламя, мгновенно охватившее его тело.
И все же Роже отлично чувствовал, что она так и не расслабилась у него в руках. Как и не подумала вернуть ему поцелуй с ответным жаром. Она вообще не отвечала на его ласки. Говоря ее языком, они только что сыграли первую партию в покер, и его карта оказалась битой.
Роган неохотно разжал объятия, которые распалили его намного сильнее, чем он бы мог себе позволить. Впервые в жизни женщина будила в нем столь ошеломляющие ощущения. Он хотел ее – хотел страстно, однако не менее страстно хотел ощутить в ней ответное желание – под стать своему собственному. Он хотел заставить ее пылать у него в объятиях, а вместо этого ощущал ледяной холод. И в то же время сумел уловить отблески глубинного огня, дремавшего в потаенных уголках этой души и ждущего того, кто сможет выпустить его на свободу.
Проведя руками по нежной, гладкой коже, он снова ощутил едва уловимый трепет и с иронией прошептал, сжимая в сильных руках тонкие пальцы:
– Прикажете понимать это как: «Нет, Роже Роган, я не желаю с вами гулять – и нет, я не желаю, чтобы вы меня целовали»?
Шенандоа глубоко, прерывисто вздохнула и шепнула:
– Все правильно.
– Вы не сделали попытки меня остановить.
– Но вы ведь все равно собирались поцеловать меня, Роже, невзирая ни на что. Зато теперь, получив то, чего желали, можете успокоиться.
– Полагаете, одного поцелуя для этого достаточно?
– Для нас с вами более чем достаточно. Вокруг полно хорошеньких женщин.
– Женщин полно, но нет другой Шенандоа.
– Роже, я бы хотела поскорее вернуться в зал.
– Еще рано. Мне нужно о многом вам рассказать. Внезапно раздался взрыв грубого хохота: по улице двигалась компания подвыпивших старателей. Когда они скрылись во тьме, Роже поспешил увлечь Шенандоа и густую тень.
– Роже, нам давно пора вернуться. Хриплым, нежным шепотом, обдавая ее лицо горячим дыханием, он промолвил:
– Шенандоа, я хочу тебя, – при этом сильные руки снова привлекли ее вплотную. – Я вовсе не шучу. Я хочу тебя и обещаю быть очень-очень нежным. – И как бы в подтверждение этих слов его губы покрыли легкими, нежными поцелуями ее висок и ушко. Потеребив тихонько зубами тонкую кожу, он продолжал, уловив ее трепет: – Шенандоа, я знаю, что понравился тебе. Я успел прочесть это в твоих глазах в тот миг, когда ты позабыла о сдержанности.
Шенандоа, стараясь овладеть собой, не спеша перевела дыхание и возразила, осторожно подбирая слова:
– Сейчас и здесь не имеет значения, нравится мне что-то или нет. Я профессиональный игрок. Мне не следует...
– Но ты же остаешься женщиной! Невероятно желанной для меня женщиной. Приходи нынче ночью ко мне в отель.
Шенандоа изо всех сил уперлась руками в широкую грудь, подавив неимоверное желание поступить по-иному. Впервые ее с такой силой влекло к мужчине, впервые ей так хотелось позабыть обо всем на свете и подчиниться его воле, и впервые она обнаружила в себе способность испытывать такие чувства, которые грозили взять верх над рассудком.
– До, – нежно промолвил он, впервые называя ее уменьшительным именем, – ты ни о чем не пожалеешь. Идем же со мной!
– Нет, – еле различимым шепотом ответила она, в то время как ее руки сами собой обняли его за шею.
Он со стоном прижался к ней еще сильнее, и восхитительная мягкость пышной груди заставила желать ее еще более страстно – желать всю, целиком. Торопливо отыскав в темноте се губы, Роже припал к ним в поцелуе, и его язык снова проник в желанный рот. Шенандоа охнула и обмякла в его руках, подчиняясь потаенному пламени, бушевавшему глубоко внутри. Ее кожа разгорелась. Ледяную холодность внезапно сменил жар желания. Роже уже проложил огненную тропу, по которой она заспешила за ним.
А он все так же нетерпеливо целовал ее лицо и шею. У нее перехватило дыхание, когда Роже, поддерживая ее одной рукой, другой нащупал чудесную округлость груди под тонким атласом. Следом за рукой поспешили и губы, и под их ласками обнаженная низким вырезом бледная кожа разгоралась все сильнее.
– До!.. – хрипло стонал Роже, покрывая ее шею торопливыми, страстными поцелуями и снова возвращаясь к губам. – Шенандоа, я должен потушить этот пожар! – Властно обняв ее за талию и по-прежнему не отпуская от себя, он поспешно повел ее в глубину аллеи.
Шенандоа, застигнутая врасплох бурей эмоций, на какое-то время утратила всякую способность рассуждать, слишком поглощенная жаром, излучаемым сильным телом Роже, и разбуженным им страстным томлением. Но наконец она пришла в себя и спросила:
– Роже, куда мы идем?
Продолжая все так же одержимо двигаться вперед, он негромко отвечал:
– Ко мне в отель. Разве ты не этого хочешь?
У Шенандоа упало сердце. Все внутри заледенело. Она резко остановилась. Роже Роган был ей практически не знаком. События развивались чересчур быстро.
– Нет! Постой!
– Что?.. – растерялся Роже.
– Я вовсе не собиралась к тебе в отель. Да и ты вряд ли мог ожидать такого всерьез.
Роже остановился. Они оказались в самом конце аллеи, рядом с освещенной улицей.
– Я ожидал, что ты пойдешь со мной, потому что тоже хочешь меня, – веско проговорил он. – Шенандоа, я...
– Эй, Роже! – крикнул с противоположной стороны улицы какой-то патлатый верзила. – Никак, это ты?
– Ох, только не это!.. – пробормотал Роже, а тем временем человек успел подойти к ним вплотную.
– Том Бартон, – с легкой улыбкой промолвила Шенандоа, сразу узнав незадачливого любителя покера, так часто бывавшего в проигрыше.
– Слышите, мисс Шенандоа, я готов в путь. Даже ванну нынче принял! – С безмятежной улыбкой Том переводил взгляд с Роже на Шенандоа. Если он и успел заметить необычный румянец на девичьих щечках и руку Рогана, поспешно скользнувшую с ее талии, то не подал и вида.
– Вот это неожиданность! Вы уезжаете из Томбстоуна? – вежливо поинтересовалась Шенандоа, стараясь взять себя в руки.
– Уезжаю из Томбстоуна? – Том оглушительно расхохотался, хлопнул по спине Роже и проревел: – Отлично, просто отлично, мисс Шенандоа! Верно, Роже?
– Конечно. Видишь ли, мы...
– Мисс Шенандоа, уж я позабочусь о том, чтоб вам досталось самое удобное место в пути!
– Самое удобное место?..
– Точно. Вы заслуживаете всего самого лучшего! И всю дорогу мы будем играть в карты! Знаете, дорога до Ледвилла не близкая!
– До Ледвилла?! – На смену недоумению пришла тревога; ее взгляд метался между Роже и Томом. – Но кто еще собрался ехать в Ледвилл?
Том моментально умолк и не сразу решился спросить:
– Разве Роже ничего вам не сказал?
Роже, чувствовавший себя крайне неловко, состроил гримасу Тому и буркнул:
– Я ждал подходящего случая, чтобы...
– Нельзя ли еще подождать – хотя бы до завтрашнего утра? – холодно осведомилась Шенандоа.
– Ну, – пробасил крайне сконфуженный Том, – зря я, конечно, поспешил выпустить кота из мешка, да только уж очень мне хотелось поскорее отправиться в путь, мисс Шенандоа. Что ж, увидимся утром! – И он удалился, весело насвистывая.
– Наверное, тебе давно следовало бы объясниться?
– Видишь ли, Шенандоа, то, о чем ты сейчас услышишь, никоим образом не связано с тем, что случилось между нами. Клянусь! Это совершенно разные вещи.
– Дальше.
– Твой дядя попросил меня привезти тебя в Ледвилл.
– Значит, ты решил воспользоваться этой маленькой хитростью, чтобы заполучить меня на весь путь до Ледвилла? Ведь ни для кого не секрет, что дядя сейчас в Ледвилле. Ничего нет проще – или ты собрался увезти меня куда-то еще? И какое отношение к этому имеет Том Бартон?
– Черт побери, вовсе ни к чему такие сложности, Шенандоа. Все так, как я сказал. Твой дядя – мой новый партнер. И коли я все равно собрался в Томбстоун, он и попросил меня об услуге.
– И ты приехал в Томбстоун, чтобы...
– Предложить Тому Бартону место управляющего рудником. Вот и все.
– Благодарю за любезные разъяснения. Надеюсь, тебя не удивит, что я не поверила ни одному твоему слову. Прощай, мистер Роган! – И она повернулась, чтобы уйти.
Роже пришлось схватить ее за руку и повернуть к себе.
– Твой дядя так и знал, что ты не поверишь. – Он протянул ей письмо. – И прислал вот это. Мы с Томом отправляемся на днях. Я бы хотел, чтобы ты к этому времени была готова.
Шенандоа прочла письмо и сказала:
– Итак, мой дядя действительно твой партнер и полагает, что мне будет безопаснее взять тебя в провожатые. Хотела бы я знать, о какой безопасности он хлопотал, если бы увидел...